расскажи как сгореть, мотылёк...

II. Пригласи меня на свидание.

Торопливо шагая на остановку, Саске уже издали приметил мужчину в светлом пальто, сидящего на скамье под фонарём. Невольно лицо озарила улыбка, он приспустил привычную уже для него маску и подошёл к симпатичному блондину, который и сегодня создавал впечатление сотрудника офиса. Очки чуть поблëскивали под фонарём, отражая блики света и мешая увидеть голубые глаза. — Рад новой встрече, — произнёс он и Наруто слегка улыбнулся, поднявшись. Он пожал протянутую ладонь и задержал её в своей руке чуть подольше, заглядывая в красивые глаза столь притягательного чертëнка. — Вот мы и встретились снова, Саске. — Ты... не поцелуешь меня, как в прошлый раз? — тихо спросил брюнет, скользя лихорадочным взглядом по смуглому лицу, жалея, что не имел возможности увидеть этого мужчину при дневном свете, ведь определённо ощущения и вид были бы совсем иными. Блеск глаз, перелив солнца в пшеничных волосах, его ослепительная улыбка – всё это могло заиграть совершенно иначе. — Хочешь, чтобы я поцеловал тебя? — Наруто вскинул бровь, усмехнувшись. Ему нравилось, что парень своего желания не скрывал, вот только терялась вся серьёзность намерений, когда в глазах человека напротив бурлили страсть и вожделение, а не влюблённость. — Хочу, чтобы ты позвал меня на свидание... Саске отстранился, запихивая свои низменные потребности поглубже. Он хотел узнать мужчину поближе, хотел самолично убедиться, что он интересный, заинтересовать его так же сильно, привязать его к себе... Хоть раз в жизни оказаться кому-то нужным. Полюбить. И чтобы взаимно. Чтобы его нежно укрывали одеялом перед сном, чтобы утром завтракать вместе, чтобы после секса вместе принимать душ, продолжать любить друг друга даже вне дома, даже на расстоянии. Саске безумно хотел всего того, что было очень далеко от него, что манило своей сладостью и что отзывалось внутри горечью неосуществимого. Какая любовь убийце? Саске бы весь мир уложил к ногам того, кто бы его полюбил, но кому нужен весь мир, предоставленный из рук, что по плечи в крови? Всё, что парень мог гарантировать – жизнь во лжи и опасности. — Когда у тебя выходной? — задумчиво спросил Наруто и Учиха замер на мгновение, не веря, что мужчина взаправду пригласит его. Он поднял удивлённый взгляд в глаза и пропал, весь растворился в человеке, не чувствуя от себя даже крохотного остатка. — В любой день... — пробормотал он и мужчина усмехнулся, бросив взгляд на движущийся в их сторону общественный транспорт, в котором так часто они сидели порознь и ехали в разные места. Сегодня всё могло измениться. — Завтра в шесть. Позволишь пригласить тебя в ресторан? — Наруто снова посмотрел на парня и тот заторможенно кивнул. Он оглянулся на остановившийся автобус и шумно выдохнул. — Что такое, не хочешь ехать домой? Автобус ждать не будет. — Хочу, — Саске направился к транспорту и Наруто с лёгкой улыбкой последовал за ним. Он бы был непротив и прямо сейчас куда-нибудь с парнем пойти, но придерживался заданного темпа и мысли, что чем дольше они тянут, тем интереснее это будет. В автобусе в столь поздний час почти не было людей, парные места были свободны и Наруто пропустил Саске сесть у окна, помня, что он всегда садился возле него и смотрел на ночной город своими красивыми, но такими пустыми глазами. Тогда мужчина подолгу наблюдал за ним. Ему нравился этот человек, нравилось видеть чужое одиночество, которое не хотелось нарушать, видеть чужой надлом. Но улыбка Саске, несущая в себе искренность и тепло, она тоже к себе манила. Мужчина не отличался нежным отношением к людям, его не привлекала медлительность и нерасторопность, совершенно отталкивала мягкость прикосновений и чувств, ведь в жизни на себе он испытывал только унижения и боль, и к другим привык применять тот же метод. В этот раз всё было непривычно иначе. Тепло чужой ладони в своей Наруто чувствовал только в рукопожатиях, но сейчас сильные пальцы Саске сплетались с его собственными, лёжа на чужом тëплом бедре. Учиха всё также поглядывал в окно, но на этот раз его внимание больше занимал мужчина рядом, не отрывающий от него такого же увлечённого взгляда. — Я хотел спросить... — Саске полуобернулся к мужчине, — ты ведь разочаровался во мне из-за вчерашнего, да? — Думаешь, после твоих соблазнительных движений у бара я мог разочароваться? — Наруто придвинулся ближе, игнорируя присутствующих людей и касаясь губ парня своими. — Это не так, — произнёс он тихо и ухмыльнулся, прихватив зубами нижнюю губу парня, звонко стукнувшись о колечки пирсинга. Саске с придыханием замер, неотрывно глядя в голубые глаза напротив, что, как омут, засасывали его в себя и не оставляли шанса спастись. Все черти оттуда хватали Саске и тащили за собой, обещая увлекательное времяпрепровождение. — Не здесь, — отстранившись, Саске шумно выдохнул, натянув маску до самого носа, чтобы скрыть, что даже его смущают внезапные поцелуи в общественных местах. Наруто ухмыльнулся, обхватив чужие щëки обеими руками и настойчиво прижавшись поцелуем уже через маску, прикрыв глаза и склонив голову, чтобы в полной мере прочувствовать этот момент. Маска пахла аптекой, а Саске – осенней прохладой в дождливый день, в нём хотелось искать и находить покой. Он как безмятежное утро, влëк своим тихим и покорным нравом, — мне пора выходить, — пробормотал Учиха и Наруто спустил ладонь по его груди ниже, касаясь талии и слегка сжимая. — Тогда до завтра? — Наруто заглянул в тёмные глаза, обрамлëнные пушистыми ресницами. — До завтра, — кивнул Саске, чуть щуря от улыбки глаза, — напомни адрес... — Ресторан «Вершина» в центре города, я закажу нам столик ровно на шесть, — и Наруто поднялся с кресла, уступая Саске место, чтобы выйти, — и даже номера телефона мне не оставишь? — вслед спросил мужчина. — Это ведь совсем не романтично, — усмехнулся Учиха, идя к двери. Он обернулся только с нижней ступеньки, улыбнувшись Наруто, прежде чем сойти на своей остановке и исчезнуть в темноте улицы. Автобус тронулся и поехал дальше, Саске взглянул на него ещё раз, коснувшись через маску своих губ. Этот мужчина уже сводил его с ума, а они ещё ни разу не были в одной постели. Хмыкнув, Саске достал телефон. Свой номер он не «не хотел», а попросту не мог дать, иначе поставил бы под удар безопасность свою и организации. Он никому не доверял, чтобы так просто давать главную возможность найти себя где и как угодно. В его телефоне была музыка, номер брата и зарегистрированная на чужой номер страница социальных сетей с закрытым аккаунтом, где можно было без проблем общаться с любовниками. Этого он уже давно не делал, а вот музыка помогала ему бороться со своей внезапной агрессией на людей и поэтому наушники всегда находились с ним. Вот и сейчас он включил музыку и расслабился, сворачивая в тёмный переулок и абсолютно бесстрашно шагая в непроглядную черноту. Здесь ему было бояться нечего. Это был их с братом район. Он весело покачивал головой, сунув руки в карманы. Впереди был поворот и запертая калитка, через которую он без проблем перелез, спрыгивая на бетон. Этот путь всегда отрезал преследования, металлические прутья были достаточно высоки и без должной подготовки миновать их было тяжело, но Саске с годами жизни в этом месте приловчился каждый божий день проходить установленные братом препятствия с лёгкостью. Бредя по пустой улочке и всё дальше уходя от высоких городских построек к частным секторам, Саске окидывал взглядом местность. Здесь не было ни гуляющих людей с собачками или детьми, не было машин на дороге. Потому что все знали, кто здесь живёт. И поблизости селились только те, кого Итачи и Саске лично знали, проверенные люди, зачастую их собственные подчинённые со своими близкими. Так они могли заботиться друг о друге и защищать, ведь свою организацию Итачи считал семьёй и тщательно отбирал. У ворот стояли охранники, они поприветствовали младшего главу и открыли ворота, позволяя зайти. Вокруг был огромный сад, напоминающий скорее лес. Идти по тропе, вдыхая запах листвы и коры было чертовски приятно, Саске наслаждался этим местом почти также, как наслаждался бы далеко за городом, будучи отрезанным от городской суеты и серого бетонного мира. Их дом был огромным. Во многом из-за того, что жили здесь не только двое братьев, но и вся прислуга, охрана и прочие работники, коим не нашлось дома нигде, кроме как под крылом спасших их Учих. Три этажа и обилие комнат вмещали всех нуждающихся, первые два были абсолютно полностью общими, а на третьем находились спальни Итачи и Саске, мало кто рисковал туда подниматься. При всей доброте своих хозяев, слуги попросту боялись и не хотели нарушать чужой покой, поэтому лишь в отсутствии братьев навещали покои старшего, чтобы смести пыль и подправить общий порядок. Поднявшись по крыльцу и тут же оказавшись напротив растерянного мальчишки, которого только недавно вытащили из рук продавшего его отца, Саске вытащил наушники, приспустив маску с лица. — Добрый вечер, Хару, — произнёс он и парень кивнул, отвернувшись, — тебя уже загрузили работой? Оставь всё и иди отдыхай. — Я не доделал, — пробормотал Хару, неуверенно продолжая тереть полку, смущённый тем, что младший глава обратил на него внимание. — Кто-то приказал тебе это делать? Уже ночь, отбой с десяти, с шести часов никаких работ в доме не ведётся, это время для твоего отдыха. Так что если кто-то тебя заставил убираться допоздна, пошли его к чёрту и ступай спать, — Саске повесил пальто в шкаф и убрал обувь на сушилку. Он прошёл мимо удивлëнного пацана, что возился с тряпкой возле полок. — Спасибо, — пробормотал Хару вдогонку, но Учиха уже не слышал, он побрёл устало по лестнице в свою комнату, чтобы просто завалиться спать и завтра выглядеть отдохнувшим на свидании. У него были странные, двоякие чувства от знакомства с этим мужчиной. Инстинкты говорили держаться подальше, а горящий внутри интерес и желание манили продолжить общение, потому что интуиция подсказывала хороший для них исход. И пусть он попросил брата нарыть информацию на мужчину, мысленно он уже смирился со всем, что мог бы услышать о прошлом этого человека. Плевать на все скелеты в шкафу, у Саске их тоже было огромное море. Он убивал множество раз, стрелял в голову, стрелял по ногам, пытал и мучил до смерти. Он отыгрывался на тех, кого подкидывал ему брат, отыгрывался, чтобы не искать очередного ублюдка на одну ночь, который бы отыгрывался на нём самом. В постели Саске был мазохистом, в жизни – самым жестоким садистом. И сны его были о том, как все убитые им люди его проклинают и тащат за собой в ад, и каждый раз в этих снах, держа в руке пистолет, Саске не мог спустить курок. Потому что страх был выше его сил. Проснувшись ранним утром от собственного вздрагивания, Саске шумно выдохнул, сонно поднимая голову и глядя на незашторенное окно, через которое в комнату попадало рассветное солнце. Приподнявшись, Учиха потëр лицо и дотянулся до телефона, взглянув на время, которое показывало всего лишь шестой час. Рухнув обратно на подушку, он развернулся на спину. По потолку гуляли блики, в комнате царил абсолютный порядок, почти нездоровый перфекционизм и педантичность, присущая Саске, как человеку, который видел слишком много хаоса в жизни и старался избегать его в быту. Он терпеть не мог, когда что-то захламляло взор, стояло не на своём месте или хоть как-то выбивалось из привычного вида. Свою комнату он никому не позволял трогать, в ней он всегда убирался сам, и находиться в ней тоже никому не было позволено. Слишком дотошен парень был, когда это касалось его личного пространства и границ. Недолго провалявшись в постели и успев даже ещё чуток вздремнуть, Саске всё же спустя время поднялся, начиная привычную утреннюю рутину с похода в ванную комнату, которая у него тоже была отдельной от остальных в доме. Потому что там всё было по полочкам, потому что был застеклëнный душ, раковина с висящим над ней круглым зеркалом, и металлический держатель для щëтки и зубной пасты. И самое важное – чтобы было с руки брать. Поэтому щётка слева от зеркала, но справа на держателе, чтобы брать её первой, а затем уже пасту. Лишних громоздких шкафов не было, встроенная в стену полка, открывающаяся лёгким движением ладони в сторону, дверца отъезжала, предоставляя доступ к трëм секциям, на которых, в порядке одевания, сверху вниз лежали майки, трусы и носки. Но начинал Саске всегда снизу вверх, с носков к майке. И не мог объяснить своей тяги к последовательным действиям. Таким он был только дома. Умывшись, почистив зубы и сразу же стерев бумажной салфеткой влагу с раковины, Саске привёл в порядок волосы и хмуро оглядел синяки под глазами, которые на его белой коже выделялись особенно сильно. Но сегодня он решил не обращать на это никакого внимания, у него было сравнительно хорошее настроение и это настроение появилось во многом благодаря Наруто и мыслям о вечерней встрече с человеком, которого Саске безумно хотел разгадать, как схему сборки кубика-рубика, которую он выучил наизусть. Вернув всё в ванной на свои места, Саске вышел, прикрывая за собой дверь. Он заранее достал из шкафа комплект одежды и аккуратно перевесил на спинку рабочего стула, расправив все складки, чтобы ничего не помялось. На деле он очень хотел бы, чтобы у него не оставалось ни времени, ни сил, чтобы поддерживать в своей комнате чистоту, он бы хотел отвыкнуть от этого нездорового перфекционизма, хотел бы, чтобы ему не сводило скулы от того, что что-то лежит не на месте. Но пока что это было абсолютно невозможно. После завтрака, на котором по каким-то причинам не присутствовал старший брат, Саске провёл ещё немного времени в своей комнате, сгорая от желания скорее увидеться с Наруто. Не мог он так долго ждать. У него крышу сносило от одной только мысли, что им предстоит провести вместе время, и это будет не так быстро и спешно, как получилось с баром. Он хотел узнать мужчину получше, понаблюдать за ним со стороны и быть может понять, что в этом человеке наводит на подозрения. Саске так отчаянно долго ждал вечер, что занервничал, когда настала пора собираться. Он уже и не помнил, было ли у него такое предвкушение встречи с кем-либо хоть раз в жизни.