Плохой человек.

На пороге стоял Валера. А на улице метель. Снег на его смешной шерстяной вальтовке растаял из-за подъездного тепла. —Ого, это мне?—перед девушкой стоял Турбо с кассетой в руках. —Да, достал кое-что. Подумал, тебе такое нравится. —Она же совсем новенькая, где только достал, — кудрявая воодушевленно всплеснула руками, смотря на надпись "Снова вместе". Это вам не хухры-мухры, а новый альбом группы Мираж. Во девчонки обзавидуются! Турбо, в свою очередь, не смог сдержать дурацкой улыбки. На её тёмные ресницы падали снежинки и щеки уже успели покраснеть от мороза. *** Огромный зал дома культуры был забит как геленджикский пляж в разгар купального сезона. Только вот здесь были отнюдь не отдыхающие семьи, а своры свор уличных героев. Разноцветные огоньки заполняли все помещение своим резвым ослепительным мерцанием. Молодёжь разделила зал на "круги". Внутри некоторых отжигали особые умельцы, а какие-то водили хороводы. Излишки звука заглушали песни новомодных артистов. Валера протянул Софе руку и уверенно повёл сквозь толпу к хороводу. Все было так странно, неправильно. Его холодная рука с разбитыми костяшками, спина вытертой олимпийки, кислотные лучики, играющие с курчавыми волосами. То и дело, Турбо оборачивался, чтобы удостовериться, что с его спутицей все в порядке. Их взгляды встречались, порождая все больше смущенных полуулыбок. Все это так неправильно, какой-то кошмар. Бандиты не водят на дискотеки, не держат трепетно за ручку и не дарят кассеты, они бегают по городу с костетами и бьют машинные стекла! Так должно быть. —Эу-у, глядите-ка, а наш Турбо-то с матрёшкой! *** Медляк — убийственная сила. Безумие вечера вмиг затихает, уступая время чувствам сердечным. Они танцевали, нет, скорее, качались под музыку, просто прижавшись друг к другу. Когда-то давно, отец учил Софу танцевать загадочный и очень красивый бальный танец — шапелуаз. Папа включал какую-то старую пластинку с красивой музыкой. Играла деревянная флейта. Переливаясь и дерзко присвистывая трели. Девушка много раз представляла себя на настоящем балу—в пышном платье с кружевным подъюбником, под руку со статным и уверенным мужчиной. Точно с каким-нибудь мистером Дарси. Но сейчас...Валерина рука робко легла на талию Софы. И на щеке ощущалось его неровное дыхание. Неожиданно, но чувство такой близости вызывало пожар где-то внутри грудной клетки. Он пах дешёвыми сигаретами и мужским одеколоном. Ненавязчиво, не отталкивающе. Хотелось застыть в этом моменте как застыли все статуи мира. Ни о чем не думать, ничего не знать. Это было невообразимо в своей интимности, больше, чем физическая близость о которой кричали с каждого угла любовники всех времен и эпох. И самое пугающее, что Софе это нравилось. *** Морозный вечер. Улица. —Валер, — тебе не страшно? —Ась? — парень посмотрел на спутницу, держа её хрупкую руку в своей. —Ну...то, как ты живёшь, эти вечные драки и, — она, будто в подтверждение аккуратно, боясь каждого касания, провела пальцами по сбитым костяшкам его кисти. Умолкла, потупив взгляд. Пацан остановился, серьёзно смотря на Софу. Но так ничего и не сказал. В его серых глазах отражался резкий ярко-жёлтый свет уличных фонарей. —Ты даже не знаешь, будешь ли жив завтра, будут ли живы твои друзья. Неужели не страшно за свое будущее? —Да какое там, — он рассмеялся, то-ли с горечью, то-ли искренне, — будущее ещё не наступило, нужно заботиться о нас сегодняшних. И не грузить себя, Соф. —Да уж, мой приятель — беспечный ездок, — казалось бы, до абсурда не к месту начала напевать девушка. —Он однажды решил — нужно жить поперек, — Турбо продолжил, улыбнувшись собственной интонации, — Секрет, значит, слушаете, мадам? —Временами проскакивает, — тут молодые люди залились смехом. Воспользовавшись случаем, Валера переменил тему, невзначай опустив руку на плечо девушки. Через пару минут они шли, болтая о всяких пустяках, вызывающих глуповатые улыбки. И впрямь. Не грузить. На что она расчитывала? Он — группировщик, этим все сказано. Не нужно его спасать.