no time to waste (on another pretty face)

— И это Пак Сонхун? Поверить не могу, что это в него ты влюблен, Сону. Он же, блин, в колготках! — Зато вокруг него столько омег вьется, что вам о таком только мечтать! — парировал Чонвон, прежде чем бросить извиняющийся взгляд на Сону, — ….прости. — За что? Это правда, — отмахнулся Сону, хотя внезапное напоминание о целом гареме поклонников Сонхуна расстроило его. — За то, что у этого Сонхуна куча сучек, и ты — не один из них? — подсказал Джейк, уворачиваясь от локтя Чонвона с мастерством человека, привыкшего к подобному. Сону уже жалел о том, что решил привести друзей на каток, чтобы показать им Сонхуна — он чувствовал себя школьником, прячущимся за деревом на детской площадке и тыкающим пальцем в своего краша. Но они потребовали увидеть альфу в живую, к тому же Сону надоело слушать, как они порочат доброе имя Сонхуна и называют его страшным (главным зачинщиком этого был Хисын), и ему не терпелось раз и навсегда опровергнуть эту клевету. Кстати, о Хисыне… Он громко зевнул, потянулся и шумно причмокнул губами, всем видом стараясь продемонстрировать, что ему скучно. Но тут же прекратил притворяться, когда увидел, что Сонхун остановился у бортика, чтобы поговорить со стоящими там омегами. — Черт, а ты не шутил! Чувак-то реально популярный! — Хисын щурился, рассматривая Сонхуна, а в его голосе явно слышалось уважение, хоть и оттеняемое завистливыми нотками. — Поверить не могу, что у него есть групис. — Да, и Сону — один из них, — рассмеялся Джейк и обнял обиженного омегу, однако смех мгновенно сменился задумчивостью. — Как думаете, может, и мне заняться фигурным катанием? Я хочу, чтобы у меня тоже были групис! — Хен, вчера я видел, как ты упал с лестницы, — сказал Чонвон, устраиваясь поудобнее на трибунах. — Без обид, но не думаю, что у тебя что-то получится с такой координацией. Чонвон знал о чем говорил: уже видел Сонхуна в действии. — Не слушай его, Джейки, — поддержал Хисын альфу и ободряюще хлопнул его по спине, так, что Джейк чуть не перелетел через сиденья. — Я буду твоим групи. — Спасибо, хен! — искренне поблагодарил Джейк, абсолютно не подозревая, что Хисын над ним издевается. — Не поощряй его, — вздохнул Чонвон, а Хисын поспешил его перебить. — Я просто пытаюсь быть хорошим другом, Вони! Ты, что, ненавидишь Джейка? — Хисын тут же повернулся к альфе, чтобы сообщить ему об этом. — Чонвон тебя ненавидит. — Это больно, но я буду держаться, — театрально шмыгнул носом Джейк, кутаясь в куртку, будто пытаясь обнять самого себя. — Иисуса тоже ненавидели. — Не втягивай в это Иисуса! — Ребят! — повысил голос Сону, уперев руки в бока и пристально глядя на друзей, пытаясь выглядеть настолько грозным, насколько это было возможным, учитывая то, что из-за температуры на катке ему пришлось надеть шапку с помпоном, который раскачивался из стороны в стороны при каждом его движении. — Я знаю, что для вас это тяжело, но можете, пожалуйста, хоть раз притвориться нормальными! Здесь же эхо! Давайте вы сейчас просто… закосплеите адекватных людей, а, когда мы уйдем, снова продолжите вести себя как придурочные! На секунду наступила тишина, а затем: — Ну, тебе не стоит переживать о том, что мы опозорим тебя перед этим твоим Сонхуном, — Хисын дернул подбородком в сторону катка. — Он, кажется, немного занят. Сону обернулся, его взгляд тут же остановился на Сонхуне, который теперь не наматывал круги на льду, а разговаривал с компанией омег, и те явно соперничали за его внимание. — О… — тихо сказал Сону, не в силах оторвать глаз от Сонхуна, вежливо общающегося со своими поклонниками и улыбающегося им. Альфа сложил руки за спиной и застенчиво склонил голову, не в состоянии удерживать зрительный контакт с кем-либо из омег дольше чем мгновение. Это было бы мило, если бы не заставило сердце Сону забиться чаще, а его самого схватиться за перила в попытке успокоиться. — Вони, он разговаривает с другими сучками, я не могу дышать! — завыл Сону, обезумевши, и бросился к Чонвону на колени в поисках утешения. Чонвон, явно утомленный ролью матери-одиночки троих непослушных малышей, вздохнул и поднял телефон так, будто это был крест, способный отогнать древнее зло. — У Джея-хена закончились занятия, и он зовет меня пообедать, — сказал Чонвон, вяло пожав плечами: вроде и переживал за то, что оставляет Сону, но оставаться все равно не собирался. — Мне пора! Удачи в проникновении в гарем Сонхуна! Я уверен, что ты сразу же станешь главным наложником! — Как же сильно ты меня ненавидишь, — Сону притворился, что плачет, и спрятал довольную улыбку в ладонь, когда Чонвон наклонился, чтобы обнять его, прежде чем уйти. — Эй, Сону, если хочешь, чтобы у тебя не было конкурентов, встречайся с Хисыном-хеном! — предложил Джейк, широко улыбаясь и притягивая недовольного Хисына к себе за локоть, демонстрируя его как товар в магазине. — Он больше никому не нужен! — Иди на хер, — прошипел Хисын, пихая Джейка, который просто невинно моргнул. — Ты же сам попросил меня свести тебя с ним, вот я и помогаю! — Ты выставляешь меня неудачником. — Работаю с тем, что есть. — Ты можешь закрыть свой блядский рот? — А ты попробуй заткни меня! — Мальчики, пожалуйста, найдите другое место для своей прелюдии, — сказал Чонвон, едва отрываясь от телефона — его пальцы все еще летали по экрану, — вы пугаете Сону. — Да я не против, — хихикнул омега, подыгрывая Чонвону, и, когда увидел, как это разозлило Хисына, рассмеялся еще больше. — Я не намерен это терпеть! — резко заявил Ли. — Я ухожу! — Я тоже! — Джейк поспешил за Хисыном, на что второй альфа обернулся, сощурив глаза. — Не иди за мной! — Это ты не иди впереди меня! Крик Джейка разнесся по арене, и дверь за ними захлопнулась. — Клянусь, — сказал Чонвон, — через десять лет они будут либо в браке, либо за решеткой. — За что? — спросил Сону, наклонив голову. — Скажем так, бракоразводный процесс пошел не по плану, — пошутил Чонвон и подхватил смех Сону. — Мне действительно пора. Не расстраивайся! Ты лучше всех этих одержимых фанатов. — Ну не знаю, — протянул Ким, прислонившись к перилам, наблюдая за тем, как Сонхун принимает мягкую игрушку из протянутых рук, вежливо кланяясь. — Тот, кажется, ничего такой. — Ты лучше, — с нажимом сказал Чонвон. — И как человек наверняка тоже. А еще у тебя не только классная задница, но и бедра — не многие могут похвастаться этим! — Ну хватит! — Сону надул губы, прижимая руку к сердцу и посылая самый нежный взгляд лучшему другу. — Ты слишком сильно меня любишь… — Конечно, ты же мой Сону. Чонвон ушел, не забыв на прощание обнять друга еще раз, и оставил второго омегу со своего насеста на трибуне наблюдать за другими птицами. К счастью, омеги, облепившие Сонхуна, словно чайки, собравшиеся вокруг упавшего рожка мороженого, быстро начали расходиться. Один из них, правда, развернулся на каблуках, помахал пальцами и, прежде чем уйти, пропел: — Пока, Хуни! Какой на хуй Хуни? Сонхун провел рукой по лицу, его естественный румянец, покрывший щеки во время тренировки, стал гуще. Здоровый розовый оттенок растекся по острым скулам и прямому носу — альфа, подобно Пиноккио, превратился из мраморной статуи в живого мальчика. — Сону? Это ты?! Вздрогнув так, будто его вернули к жизни дефибриллятором, Сону изо всех сил попытался прийти в себя. Он быстро провел рукой по волосам и, натянув самую обаятельную улыбку, помахал Сонхуну. — Привет! — крикнул омега, растягивая уголки губ так, что сводило скулы. Сонхун жестом подозвал его к себе. Сону переживал, что альфа не станет его долго ждать, и поэтому слетел с лестницы со скоростью чертовой белки, рыщущей по кампусу в поисках опрокинутой еды, а потом чуть не бросился на бортик, к которому прислонился Сонхун. — Привет, — повторил Сону, пытаясь скрыть, что запыхался, сбегая по лестнице. Ему очень хотелось показать Сонхуну, что он выносливый… зачем-то. — Привет, — нежно улыбнулся в ответ Сонхун и помахал плюшевой ручкой пингвина, игрушки, которую держал в руках, Сону, который был в восторге от этого милого зрелища. — Как тебе мой маленький друг? Сону проклял самого себя за то, что не удержался и бросил быстрый взгляд на серые спортивные штаны Сонхуна, через которые было видно не такого уж и маленького друга альфы. Он облизнул пересохшие губы, прежде чем резко поднять голову. — Хорошенький, — Сону проговорил это медленно и четко, пытаясь подчеркнуть, что речь шла именно о пингвине — со стороны, вероятно, он просто был похож на сумасшедшего, хотя куда уж больше. — Тебе, кажется, нравится проводить время с фанатами. Вот так непринужденно. Просто показал, что знал о фан-клубе Сонхуна, но относился к этому совершенно спокойно. На самом деле, в его тоне было столько беззаботности, что казалось, Сону не просто подталкивал альфу к тому, чтобы переспать с одним из своих групис, но еще и готов был поощрить его за это. Так Сону точно отличался от других омег, а значит, был лучше них в глазах Сонхуна. — Ах, они немного… — Сонхун пытался подыскать правильное слово, застенчиво почесывая затылок. Раздражающие? Противные? Жалкие? Отвратительные? Мозг Сону услужливо перебирал все прилагательные, которые наверняка крутились в голове у Сонхуна. — Энергичные, — закончил предложение альфа, и Сону тупо уставился на него. Энергичные?! Разве это не хорошо? Черт побери, Сону и сам был энергичным!.. Неужели Сонхун и его ненавидел? — А ты разве не хочешь, чтобы твои фанаты были полны энергии и могли поддерживать тебя? — спросил Сону, тщательно подбирая слова, чтобы не обидеть Сонхуна. — В том-то и дело, — сказал Сонхун и, кажется, смутился еще больше, — я… не… хочу фанатов… Ага. — Не хочешь? Сону искренне не понимал. Какой альфа не хотел бы, чтобы его окружала орда обожающих его омег? Хорошо, что Джейка не было рядом, когда Сонхун произнес это граничащее с кощунством признание. Он разозлился бы так, что, вероятно, просто убил бы Сонхуна и потом, сняв с него лицо, попытался бы прикинуться им. — Не особо, — пожал плечами Сонхун, разглаживая мех пингвина и избегая зрительного контакта. — Честно говоря, это как-то странно. Я просто… обычный парень, а со мной обращаются как с айдолом. Я этого не заслуживаю. Сону моргнул, а потом еще раз и еще один, не в силах осознать услышанное. — Ну, ты талантливый и красивый альфа, для них ты такой же крутой, как и айдолы, — объяснил Сону, про себя недоумевая: Сонхун действительно не понимал? Он, что, тупой? — Наверное, — сказал Сонхун и наклонил голову, приподнимая бровь. — Ты считаешь меня талантливым, красивым, так еще и крутым? Если бы жизнь Сону была мультфильмом, он бы тут же воспламенился от стыда, охватившего его тело. Как он мог так опозориться перед Сонхуном? Снова?! Сону уже начало казаться, что проблема далеко не в нем… — Я просто ставлю себя на их место, — выпалил омега, сопротивляясь желанию похлопать себя по спине за быструю реакцию. Сонхун просто хмыкнул. — Я запомню твои слова, спасибо, — добавил он и ухмыльнулся. — Прости. Их слова, не твои. — Именно, — ответил Сону, не в силах удержаться от того, чтобы улыбнуться в ответ Сонхуну, — спасибо. — Нет, это тебе спасибо, — повторил Сонхун, и улыбка Сону стала еще шире. — Я напрашивался на комплименты, а ты меня побаловал. Заслужил награду за то, что подыграл. — Я не… — прервался Сону и расширил глаза, когда Сонхун протянул ему мягкую игрушку. — Возьми, — Сону раскрыл рот, разглядывая шелковистый мягкий мех, глаза-бусинки и болтающиеся крылья пингвина. — Поверь мне. У меня уже столько этих мягких игрушек, что я могу открыть целый магазин. Думаю, если я принесу еще хоть одну в свою комнату, это уже будет расцениваться как жестокое обращение с плюшевыми животными. — Я правда не могу… — Сону почти забрал игрушку, чувствуя, что уже к ней привязался, хоть мозг и настаивал на обратном, — один из твоих фанатов подарил ее тебе! — Да ладно, ты же знаешь, как я отношусь к фанатам, — сказал Сонхун, протягивая руку так, что Сону не мог не обхватить пингвина пальцами. Это прикосновение вызвало приятные покалывания по всему телу, сравнимые по ощущениям с мурашками, возникающими при просмотре особенно классных ASMR-видео. — Я серьезно, бери. Раньше я носил их в местную комиссионку, но теперь меня туда больше не пускают. Знаешь, как часто нужно приносить вещи в комиссионку, чтобы тебя внесли в черный список? У них буквально висит плакат с моим лицом и надписью «не впускать». Из груди Сону вырвался непроизвольный смех, и он, наконец, забрал пингвина, нежно прижимая его к груди. — Оу, серьезно, спасибо! — Ким отдал честь плюшевым крылом и покраснел, когда альфа игриво повторил жест за ним. — Значит, тебе часто дарят пингвинов? — Я в них утопаю, — объяснил Сонхун, невозмутимо указывая на каток позади себя. — Интересно, почему именно пингвины… — Наверное, потому что ты похож на пингвина, — Сону шутил лишь отчасти, но все равно фальшиво нахмурился, будто задумываясь, что заставило Сонхуна рассмеяться. Альфа действительно напоминал пингвина: его бледная кожа и темные волосы не слишком отличались от цветовой гаммы игрушки в руках Сону. — Ого, — театрально выдохнул Сонхун, — я, значит, дарю тебе свою драгоценную реликвию, а ты меня оскорбляешь? Мои чувства задеты! Отдай обратно. — Нет! — хихикнул Сону и сделал шаг назад, прижимая игрушку к груди, чтобы Сонхун, вытянувший руку за бортик, не достал ее, — Я тебе его не отдам! Сам же сказал, что будешь для него плохим родителем! — И не поспоришь же, — Сонхун оттолкнулся от бортика и бросился обратно на середину катка. — Мне пора продолжить тренировку. Увидимся, Сону! Надеюсь, этот парень не доставит тебе хлопот! Альфа указал пальцем на пингвина, прищурившись притворно-враждебно. Сону помахал на прощание крылом игрушки, лукаво улыбнувшись, и неохотно ушел с катка, решив дать Сонхуну возможность немного отдохнуть в одиночестве. Возможно, Сону просто стоило взять себя в руки и пригласить Сонхуна на свидание. Но… Дело в том, что Сону относил себя к старомодным омегам, хоть Чонвон и осуждал его за это. Он хотел, чтобы альфы открывали ему двери, помогали выйти из машины, но больше всего ему хотелось, чтобы они сами звали его на свидания! Это ведь все, что требовалось от современных альф! Им больше не нужно было добывать еду и защищать свою стаю от диких волков-соперников. Нужно было всего лишь собраться, взять узел в кулак и пригласить Сону на чертово свидание! Неужели желание Сону о том, чтобы его напоил, накормил и трахнул сексуальный, мужественный, доминирующий альфа-собственник, так сложно исполнить?! Да, клуб омег-активистов Чонвона, вероятно, расстрелял бы его за такое богохульство.

***

— Он так сильно хочет тебя трахнуть, что это даже смешно. Сону вскрикнул от того, как грубо прозвучали слова Хисына, и ударил альфу по руке. — Заткнись, хен! — громко сказал Сону, оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что никто их не подслушивает, прежде чем наклониться ближе, понизив голос. — Ты правда так думаешь? — Да, — вмешался Джейк, нахально ухмыляясь застывшему с каменным лицом Хисыну. — Сону разговаривает со мной, — сказал Хисын. — Тебя разве не учили, что перебивать — плохо? — Ну, я же тоже здесь! — Не напоминай. — Сону, смотри как он со мной обращается! Скажи ему, чтоб прекратил! Сону сжал переносицу и медленно выдохнул — вот и понадобилось успокаивающее упражнение, которому он только что научился на йоге. Было раннее утро, они втроем ждали Джея и Чонвона в вестибюле спортзала кампуса. У всех было разное расписание, и поэтому они всегда старались собраться вместе в любую свободную минуту. Они растянулись на липких кожаных диванах: Сону сидел вместе с Хисыном, а Джейк отдельно. Сону показывал двум альфам фотографии мягкой игрушки, которую ему подарил Сонхун, но интересно, похоже, было только Хисыну. И не то чтобы сильно — он скорее просто хотел разгадать мотивы альфы. Джейк, может, физически был и с ними, но мысленно уже давно стоял у фреш-бара в другом конце комнаты. — Он сто процентов давно уже трахнул тебя у себя в голове, — Хисын задумчиво потирал подбородок, словно пытаясь решить, испытывает ли он к Сонхуну отвращение или восхищается выбранной им тактикой. — С тем же успехом он мог просто повязать ленточку на член. — О, я однажды так сделал, — перебил его Джейк, взволнованно выпрямившись, будто радуясь, что наконец может вклиниться в разговор. Это вызвало в Сону какое-то нездоровое любопытство, и он повернулся к Джейку, чтобы узнать подробности: — И как? Альфа ухмыльнулся, откинувшись на диван, и с дерзким блеском в глазах вскинул подбородок. — Скажем так, ленточку с него быстро стянули. Хисын рассмеялся, а Сону застонал, пряча вспыхнувшее лицо в ладонях. — Вы отвратительные! — проскулил омега и, шумно фыркнув, отвернулся в надежде на то, что так румянец сойдет быстрее. — А это кто? — спросил Джейк, наклоняя голову в сторону парня, стоящего за стойкой фреш-бара. Сону повернулся и тут же узнал его. — О, это Чон Уен! — сказал Джейку Сону и обернулся еще раз, чтобы удостовериться, что точно не ошибся. Волосы омеги, спрятанные под банданой, не скрывали его по-особенному привлекательное лицо: это точно Уен резал манго за прилавком. — Он друг одного из друзей Чонвони. Или, может, это друг друга Чонвони дружит с Уеном? Я не помню. Секунду! Ммм. У Чонвони есть близкий друг, Тэхен, ну конечно, не такой близкий как я, и вот он дружит с… Джейк выглядел более растерянным, чем Сону в их первую встречу, когда альфа еще говорил с австралийским акцентом. — Много слов, мало ответов, — нахмурился Шим, и Хисын громко усмехнулся. — Я просто хотел узнать есть ли у него парень. — О, — невинно хлопнул глазами Сону, — понятия не имею. — И какой смысл в том, что ты знаешь полкампуса, если не можешь помочь мне? — разочаровано проскулил альфа и, состроив грустную щенячью мордашку, уставился на омегу за баром так, будто надеялся, что грустный взгляд побитой собаки поможет привлечь его внимание. Проблема в том, что это действительно работало. Сону лично видел, как даже самые умные омеги, которых он знал, растекались лужицей стоило только Джейку посмотреть на них своими щенячьими глазками. — Почему бы тебе просто не подойти и вежливо представиться? — предложил Сону, сжимая плечо альфы в качестве поддержки. — Ты очень хороший парень, Джейки-хен! Любому омеге повезет с тобой! Словно чувствуя себя некомфортно из-за слишком большой концентрации сентиментальности в воздухе, Хисын начал рыться в бумажнике. — Я дам тебе это, если подойдешь к бару и попросишь этого парня сделать смузи из его смазки, — сказал Хисын, размахивая перед лицом Джейка купюрой в пятьдесят тысяч вон, вероятно пытаясь его загипнотизировать. — Хен, нет, это отвратительно! — Сону попробовал вмешаться, но эта его отчаянная попытка осталась без внимания. — По рукам, — усмехнулся Джейк и, выхватив деньги, уверенной походкой направился к бару. Уен за стойкой разломил напополам ананас голыми руками, и Сону почувствовал, что от страха за хена сводит живот. — Мне кажется, только что ты отправил Джейка-хена на верную смерть, — Хисын на это лишь ухмыльнулся. — Полагаю, остались только мы вдвоем, может… — начал Ли, но омега не дал ему закончить, больно ущипнув за руку. — Ай! Намек понят… Зато Джейки умрет, занимаясь любимым делом! Он меня еще и благодарить за это должен. — Иди, разберись, — нахмурился Сону, но его злой прищур тут же превратился в милую улыбку, когда альфа, простонав, неохотно встал с дивана. — Спасибо, хен. — Чтоб ты понимал, я не собираюсь его останавливать, — усмехнулся Хисын и развел руки так, словно не был зачинщиком всего этого балагана, — просто хочу убедиться, что он выполнит свою часть сделки. И вот с этими людьми Сону дружил. Возможно, ему все-таки стоило принять предложение Чонвона и вступить в клуб омег-активистов. Думать о себе, а не об узле! Это же было девизом клуба? Если нет, то упустили крутую возможность. Дружба Сону с Джейком и Хисыном началась странно. Они сближались не как все нормальные люди, а бегали за Сону, подобно бездомным собакам, учуявшим вяленое мясо у него в кармане. А потом эти собаки решили еще и запечатлеться на Сону, и поэтому всегда теперь за ним таскались. Дело в том, что на первом курсе Сону с Джейком вместе ходили на «Омежий активизм: Гендер, Сексуальность и Динамика развития в двадцать первом веке». Сону выбрал этот предмет, потому что описание на сайте показалось ему интересным. А Джейк…ну… Честно говоря, скорее всего он просто увидел сочетание слов «омега» и «сексуальность» в названии и тут же записался, особо не разобравшись. Хотя, вероятно, дальше «секса» в слове «сексуальность» он не прочитал, и подумал, что прекрасные оценки ему обеспечены. Но на самом же деле он был худшим студентом в группе. Бедный Джейк был типичным альфой-технарем: он был настолько растерян, что пары, казалось, шли на китайском. По его глазам было видно, как отчаянно он нуждался в помощи. Увы, он был единственным альфой, и его интенсивные попытки установить зрительный контакт хоть с кем-нибудь ужасно всех пугали. Ну, всех, кроме Сону. Когда альфа уже окончательно сдался и начал играть в The Sims на лекциях, Сону решил пожалеть Джейка и его потраченные на этот предмет деньги. Он вежливо предложил поделиться конспектами с альфой и пообещал объяснить все, что было ему непонятно. И дело было далеко не в том, что Джейк был очень привлекательным! Правда! Сону только пережил отказ горячего альфы, работающего в магазине канцтоваров на кампусе, которому казалось, что все хотели с ним встречаться просто из-за того, что он может сделать им скидку. Так что он пока не искал отношений! Но не задержать взгляд на неприлично красивом лице Джейка, его выдающемся носе, полных губах, которыми он, вероятно, мог бы высосать целый арбуз через трубочку, было невозможно. Не то чтобы Сону много об этом всем думал! Просто мимолетные мысли! Видите ли, Сону ожидал, что общение с Джейком продлится максимум полчаса — ему бы и этого хватило, чтобы потом еще неделю представлять себя главным героем дорамы. Так бы все и закончилось, Джейк просто стал бы очередной историей из жизни Сону: историей о странном, но сексуальном альфе, который выбрал омежий активизм в надежде кому-нибудь присунуть, но потерпел неудачу. Подобно Икару, подлетевшему слишком близко к солнцу, только менее поэтично и гораздо более комично. Итак, Сону позвал Джейка в библиотеку и вручил ему свою тетрадь с персонажами Sanrio. Он отвлекся на приятные ощущения, которые испытал, творя благодетель, и едва заметил, что альфа пялился на него. — Нужно открыть тетрадь, — подсказал омега, — там конспекты! — Ты очень красивый, — выпалил Джейк свое признание, схватившись за тетрадь Сону, как за спасательный круг. — У тебя есть парень? … — Что?! — пискнул Сону, его щеки покраснели, а мозг изо всех сил пытался обработать полученную информацию. — Ты… ты просто притворялся тупым, чтобы… подкатить ко мне? Сону оценил приложенные усилия, но совсем не одобрял подобный подход! Как Джейк посмел воспользоваться желанием Сону быть хорошим человеком? Так еще и использовал свою привлекательную внешность, чтобы омега попался на этот крючок! Он, что, слышал про его репутацию на кампусе? Думал, что он какая-то доступная одержимая альфами шлюха, которая готова раздвинуть ноги перед каждым, кто проявит к ней хотя бы толику интереса? Тот факт, что у альфы была сияющая золотистая кожа, вечно развевающиеся на ветру волосы, как у айдола, и такие шикарные губы, что Сону хотел прижаться к ним своими (и верхней, и нижней), ни черта не значил! — Я не притворялся тупым, я тупой! — Джейк выглядел немного напуганным, сжавшись на стуле и подняв руки вверх, защищаясь. Хммм. Звучало убедительно, но Сону нужны были доказательства. Джейк начал копаться в своей сумке со скоростью человека, которого держат под дулом пистолета, и, вытащив пачку листов, протянул ее Сону через стол. Это был их последний тест. Сверху красовалось большое написанное жирным красным маркером число двадцать семь. Вся страница была исписана красными крестиками и вопросительными знаками, и Сону вздрогнул, прочитав комментарии преподавателя к коротким ответам альфы. На вопрос «Определите основную философию второй волны движения за права омег» Джейк ответил: «Я думаю, что омеги всегда правы». Преподаватель просто обвел это и написал: «ЧТО» — Видишь, как плохо у меня получается? — заскулил Джейк, закрыв лицо руками, и, поглядывая в щелочку между пальцами, наблюдал, как Сону с поистине ошеломленным выражением лица переворачивал страницу за страницей. — Мне нужна твоя помощь! Мой мозг запрограммирован проектировать самолеты, а не запоминать имя альфы, который когда-то там в 50-х годах запретил омегам публично показывать шею! Боже. Альфы полный отстой. Этот вывод я должен был сделать из этого курса?! — Ну, — Сону положил тест на стол лицевой стороной вниз, не в силах продолжать смотреть, переживая, что его брови поднимутся на лоб так высоко, что просто улетят с лица, — типа того! — Ты должен помочь мне, чувак, умоляю! Слушай, мне жаль, что я назвал тебя красивым и напугал. Ну, на самом деле, я жалею только о последнем. Я считаю, что всем красивым омегам следует постоянно напоминать о том, что они красивые. Мне просто жаль, что я тебя напугал. Джейк глубоко вздохнул после спонтанного словесного поноса и сложил руки перед лицом, глядя на Сону умоляющими глазами. — Пожалуйста, сжалься надо мной, — взмолился он. — Я самый тупой альфа на свете. Я просто хочу получить зачет по этому предмету и больше там никогда не появляться, чтобы все перестали меня ненавидеть, потому что я пялюсь на них, пытаясь прочесть мысли! Сону вздохнул. Да что было не так с этим парнем? Он походил на смесь гигантского младенца, сутулой собаки и самого крутого серфера на золотом побережье. И самым ужасным было то, что ему это шло! — Я уверен, что ты не самый тупой альфа на свете, — начал Ким, и этого было достаточно, чтобы Джейк заметно оживился, словно почувствовав, что добился своего. — Смотри. Давай сделаем так. В следующем месяце будет промежуточный тест, и за него дают много баллов. Я могу встречаться с тобой здесь, в библиотеке, раз в неделю после занятий, чтобы помочь тебе разобраться в том, чего ты не понимаешь. — Во всем, — прервал его альфа, — я ничего не понимаю. — Признать это — уже полпути к успеху, — заверил Джейка Сону, на что тот нахмурил брови. — Серьезно? — Нет. Но звучало ведь очень круто и загадочно, правда? — омега довольно хихикнул, увидев, что это заставило Джейка улыбнуться. — Ты лучший, — сказал Шим, собирая вещи. — У меня сейчас будет еще одна пара, поэтому увидимся в это же время на следующей неделе, хорошо? Альфа уже был на полпути к выходу, но, к большому удивлению Сону, который думал, что все это, наконец, закончилось, прибежал обратно. — Слушай, немного рандомный вопрос, — Джейк тяжело дышал, запыхавшись так, что Сону боялся, что альфа вот-вот упадет и умрет прямо у него на глазах, — это не одна из тех ситуаций, когда ты зовешь меня позаниматься, но на самом деле приглашаешь на свидание? Сону позволил альфе перевести дыхание, настороженно наблюдая за ним и готовясь поймать его в случае, если у него вдруг откажет сердце. — Нет. Извини. Конечно, Джейк был таким горячим, что вызывал пожар в штанах, но… У Сону от него мурашки забегали по коже. Но не те приятные мурашки, от которых можно было намокнуть, а те, от которых волосы на теле вставали дыбом. Не в обиду Джейку, конечно! Горячие альфы постоянно его пугали. Однажды Джей остался у них на ночь, и, проснувшись, Сону увидел, что альфа спит с широко открытыми глазами. Ну, главное, чтоб Чонвона эта паранармальщина не смущала! Нужно отдать Джейку должное, вежливый отказ омеги, похоже, не особо его расстроил. Он просто глупо улыбнулся и поднял два больших пальца вверх, прежде чем закинуть лямки рюкзака на плечи. — Окей, я понял. Просто спросил, — и снова понесся к выходу, больше не возвращаясь. Сону проводил альфу нежной улыбкой, расцветающей на лице. Нельзя было сказать, что Шим украл его сердце. Он скорее попытался его украсть, но в процессе случайно нажал на сигнализацию, начал волноваться и в итоге поскользнулся и упал лицом на пол, пытаясь скрыться с места преступления, но… Было в Джейке что-то такое, что не давало Сону покоя. Позже оказалось, что он не один такой: все омеги, находящиеся в непосредственной близости к Джейку, попадались на его чары. Но об этом позже. На следующей неделе Джейк пришел в библиотеку (заниматься, а не на свидание) вместе со странным долговязым альфой. Но Сону не особо обратил на этого альфу внимание, пока он не плюхнулся на стул рядом с ним, приветствуя ленивым кивком. — Эм, — Ким еще раз окинул взглядом парня, проверяя на самом ли деле воображаемый друг Джейка внезапно ожил, — кто это… — Привет, Сону! — оживленно начал Шим, который, надев очки, теперь выглядел как золотистый ретривер, случайно забравшийся в кабинет оптометриста. — Это мой друг Хисын. Хен, поздоровайся. — Хай, — сказал Хисын, абсолютно непринужденно оценивая Сону с ног до головы — вытянул шею так, чтобы можно было пялиться на голые ноги омеги под столом, — что ты делаешь сегодня вечером? О боже. Их таких было двое. — Эм, — протянул Сону и взглянул на Джейка в надежде на то, что он ему поможет, но альфа уже отвлекся на стоящего рядом с ними омегу, который наклонился, чтобы достать книгу с самой нижней полки — по крайней мере, было приятно видеть, что Шим не замкнулся в себе после того, как Сону разбил ему сердце. — Занят? — продолжил Хисын. — Если у тебя есть парень, я могу с ним подраться за тебя. Омега скользнул взглядом по обнаженным рукам Хисына, молча отмечая их сходство с двумя сырыми макаронинами. — Ага… — Ложь — это грех, хён, — осудил Хисына Джейк, не отрывая глаза от наклонившегося омеги. — А знаешь, что еще грех? Пытаться обследовать взглядом простату ничего не подозревающего омеги. — Хен! Да я не… Блин, пожалуйста, вернись, я больше не буду. Я ничего такого не делал, клянусь…о нет, он ушел. Хисын-хен, зачем ты это сказал?! — Ни тебе, ни мне. С этого все и началось. (Кстати, Джейк написал промежуточный тест без единой ошибки. Он получил настолько высокую итоговую оценку, что его имя решили выгравировать рядом с именами других отличников на мемориальной доске возле лекционного зала. Когда Сону вежливо уточнил у профессора не проблематично ли это отмечать достижения альфы на таком предмете как омежий активизм, в ответ он получил презрительный взгляд и листок со своим финальным тестом в лицо. Права омег, права омег. А кто-нибудь собирался поддерживать омег, когда они были не правы? Сону бы очень пригодилось). Уведомление вырвало его из мыслей: на экране телефона высветилось сообщение от Чонвона. kittywonnie Эйййй я все Вы все еще ждете? Сону решил, что не хочет лицезреть тот ужас, в который определенно точно выльется спор Хисына и Джейка, и поэтому поспешил уйти из вестибюля — так он не станет невольным свидетелем этого смазко-фиаско.

foxynoo

даааааааа жди около зала, я сейчас приду

Пока Ким потел в своих велосипедках на горячей йоге, Чонвон был занят жесткими занятиями по самообороне на другом конце спортивного комплекса. Единственная схожесть этих занятий заключалась в том, что на них могли записаться только омеги, в остальном же они значительно отличались. Худшее, что могло случиться с Сону на горячей йоге — это потные подмышки и забитые мышцы. Ну еще он выглядел так, будто его только что переехал автобус. Ничего из того, что нельзя было бы исправить быстрым душем. Чонвон же после изнуряющих тренировок обычно еще несколько часов харкал кровью. Сону очень не хотелось бы встретить своего лучшего друга ночью в темном переулке. Если бы Бэтмен был сексуальным молодым омегой, то им был бы Чонвон. — Вони! — Сону подхватил Чонвона, когда увидел, что омега вышел из зала с пакетом льда, прижатым к виску, и полотенцем на шее. — О боже мой, ты в порядке?! — Я-то да, а вот тот, с кем я дрался… — Чонвон приложил лед к руке Сону, что заставило того взвизгнуть. — … он… он мертв? — тихо спросил Сону, бросив взгляд через плечо Яна, словно ждал, что из зала за спиной омеги сейчас вынесут труп. — Что?! Нет! Он в порядке. Ну… какое-то время ему придется есть через трубочку, но жить будет, — Чонвон взял его под руку и повел в сторону раздевалки. — Пойдем перекусим. Жажда крови вызывает во мне аппетит. — Я тоже голодный, но по другой причине, — Сону не терпелось поделиться с другом происходящим. — Ты не поверишь, что Джейк-хен сейчас делает в вестибюле! — Я никогда в жизни так сильно не боялся спрашивать…что? Только омега открыл рот, чтобы начать объяснять, чем занимаются их друзья, он врезался в стену. Стена эта, правда, была подозрительно теплой и пахла точно так же, как запах, который в последнее время преследовал его во снах. — Черт. Нам нужно перестать вот так сталкиваться! — Сонхун-хен! — Сону старался радоваться как можно менее очевидно и, переводя взгляд с каменного лица Яна на улыбающегося Сонхуна, задумался над тем, стоит ли ему заново их друг другу представлять. — Эм. Это мой друг Чонвон, помнишь? — Вы говорите обо мне? — сухо спросил Чонвон, приподнял брови и сжал руку Сону сильнее, словно переживал, что альфа перекинет его лучшего друга через плечо, как мешок с картошкой, и убежит. — Шутишь? Сону только о тебе и говорит! — Сонхун закинул спортивную сумку, которую до этого держал в руках, на плечо, отчего его мышцы восхитительно напряглись — он был в майке без рукавов, поэтому можно было увидеть, как они перекатываются. Сону, наверняка, со стороны выглядел как дурацкий персонаж из мультика: с откинутой на пол челюстью и болтающимся языком, но по-другому смотреть на альфу не мог. Кончики волос Сонхуна слегка завились, на шее выступили капельки пота, а на его красивом лице появился здоровый румянец. Но Сону едва окинул это все взглядом, его внимание было сосредоточено на том, как вздымалась широкая грудь Сонхуна, как сильно натягивался тонкий материал майки, очерчивая грудные мышцы, что, казалось, вот-вот порвется и… — Как здорово, что Сону делится интимными подробностями нашей личной жизни, — сказал Чонвон, улыбаясь сквозь зубы, каждое слово сопровождалось тем, что он пихал локтем Сону, и это вывело второго омегу из транса. — Очень. Мило. Сону потребовалось несколько секунд, чтобы осознать то, о чем говорил Чонвон. После первой встречи с Сонхуном, омега начал искать оправдания, чтобы приходить на каток настолько часто, насколько это было возможно — хотя бы просто для того, чтобы попялиться на красивого альфу. И если у кого-то появлялись вопросы, Ким просто отмазывался тем, что ему нравится заниматься на катке, и даже клал открытый учебник на колени для большей убедительности. Но однажды Сонхун, решив пообедать на трибунах, сел рядом с ним и устроил ему допрос с пристрастием, и …ну … Сону распереживался. Сонхун: Эй, а ты часто сюда приходишь, да? Сону: Хаха. Ага. Получается так. Сонхун: Круто. Сонхун: Но зачем? Сону: Эм. Сону: Здесь на самом деле тише, чем в библиотеке! Иронично, да? Хаха. Ну, только твоя музыка играет. Не то чтобы она мне не нравится! Она клевая! Но не то чтобы мое мнение имеет значение. Конечно, у тебя в этом плане больше прав. Ты намного важнее меня. Не потому, что ты альфа, а я омега. Это было бы странно… если только ты не…? Неважно. Нужно перестать говорить. Хотя, подожди, нет, я не помню, ответил ли я на твоя вопрос. Причина… по которой… я… прихожу… сюда… вместо… того… чтобы… идти в общежитие… заключается… в том… что… мой сосед по комнате постоянно развлекается там со своим альфой! И я не хочу их смущать, поэтому ухожу, когда они там… занимаются непотребствами. Боже, прости, я не знаю, зачем это сказал. Уверен, не такие уж там и непотребства. Не то чтобы я об этом много думаю! Я не какой-нибудь там извращенец… Я ответил на твой вопрос? Сонхун, смеясь: Да, определенно точно, не переживай. Ты такой милый. Остальная часть разговора прошла как-то мимо омеги, потому что от простого комплимента Сонхуна у него целый день звенело в ушах, и колотилось сердце. Ха. Получается, что Сону выставил Чонвона и его парня какими-то зависимыми от секса маньяками. Неудивительно, что Ян разозлился. — Не переживай, я никому не скажу, — непринужденно улыбнулся Сонхун, и подмигнул Сону. — Твой секрет умрет со мной. — Спасибо, альфа, которого я едва знаю, — Чонвона слова Пака вообще не впечатлили. Сону знал омегу почти всю свою жизнь, и поэтому понимал, что он грубит, но Сонхуну показалось, что это шутка, и он еще больше расплылся в улыбке. Ну что за идиот. Сону хотелось его сожрать. — У меня только что была тяжелая атлетика, — Сонхун похлопал себя по бицепсу, — вы тоже с занятий? — Да! — встрепенулся Сону и попытался сделать сексуальное выражение лица, смотря на альфу из-под ресниц. — Я был на горячей йоге, и это было… действительно… горячо. Он пытался говорить медленно и соблазнительно, но, судя по тому, что Сонхун растерянно хлопал глазами, ничего у него не получалось. Поэтому Ким решил применить тяжелую артиллерию. — Там на самом деле так горячо, потно и горячо. Помогает мне оставаться… гибким. И там только омеги, так еще горячее, — промурлыкал Сону и, когда до него дошло, как это звучало, тут же попытался исправиться. — Не то чтобы я… В смысле, в этом нет ничего такого! Я просто не… — Прости, у него от влажности мозг течет, — вклинился Чонвон, не позволяя ему опозориться еще больше. — Звучит круто, — сказал Сонхун, и затем ухмыльнулся. — В смысле, горячо. Типа… правда… очень горячо. — Ты надо мной издеваешься? — Сону топнул ногой в притворном гневе и надулся, когда Сонхуна это лишь рассмешило. — Это все, конечно, очень мило, — начал Ян, скукожившись так, будто съел лимон, — но мне нужно сходить за новым пакетом со льдом. Этот уже, как бы, течет. Сонхун расширил глаза, заметив, что омега прижимает лед к виску. — Эй, ты в порядке? — обеспокоенно спросил альфа. — Это ты так на горячей йоге? Блин, понятия не имел, что у вас там все настолько серьезно! Чонвон сжал губы в тонкую линию, явно борясь с желанием сделать язвительное замечание о том, насколько Пак проницателен. — Я хожу не на горячую йогу, а на Крав-мага, — омега убрал лед с виска, обнажая ужасный синяк. Сону сочувственно поморщился и заскулил, сопротивляясь желанию взять Чонвона на руки и завернуть его в одеяло, чтобы защитить от всего мира. Сонхун явно этого не ожидал: он выглядел таким озадаченным, что Сону едва сдержал смех. — О… — альфа широко распахнул глаза и посмотрел на Сону в поисках подсказки, на что омега ободряюще кивнул, как бы намекая, что можно продолжить, — звучит… сложно? — А, — отмахнулся Чонвон, — привыкаешь. Самое сложное — вывести кровь с одежды. Поэтому мы занимаемся в красном. Омега стукнул кулаком по груди, привлекая внимание к своей милой красной футболке с надписью «ДАЙ МНЕ КОНФЕТЫ, И Я БУДУ ХОРОШИМ». По мнению Сону, Чонвон был самым милым ходячим противоречием на свете! — О, звучит… — Сонхун выглядел немного напуганным: темные брови сведены к переносице, а пухлые губы поджаты, — впечатляюще. — А я уже рассказывал о том, насколько горячей была йога? — вмешался Ким, желая разрядить обстановку. — Немножко, — улыбнулся Пак, и Сону повторил за ним. — Я оставлю вас, ребята, — махнул рукой Чонвон. — Нужно проверить, нет ли у меня внутреннего кровотечения, тесты там всякие пройти. — Единственный тест, который хочется завалить, — пошутил Сонхун, а Ян поднял на него глаза и пару секунд просто смотрел. — Есть много тестов, которые хочется завалить: тесты на ЗППП, тест на беременность, тест на первую отрицательную, потому что тогда ты будешь универсальным донором, и медсестры заставят тебя сдавать кровь, а если ты не захочешь этого делать, то будешь полным эгоистом, но это же моя кровь, они не могут ее у меня отобрать! — На сотрясение тоже нужно провериться, — весело сказал Сону, пытаясь вежливо спровадить друга, чтобы побыть наедине с альфой. Они оба были разгоряченными, потными и полными адреналина после тренировки, а рядом раздевалка, где они могли бы… — Эй, что обсуждаете? — спросил подошедший Хисын, и Ким подавил в себе желание удариться лбом о ближайшую стену. — Ничего, уже закончили! — воскликнул Сону, опасаясь, что мир взорвется, если Хисын заговорит с Сонхуном. — Да, мне правда пора в душ, — сказал Пак, одарив Чонвона сочувственной улыбкой. — Эй, я действительно надеюсь, что с тобой все в порядке. Омега смягчился и, наконец, улыбнулся в ответ. — Спасибо, Сонхун-щи. — Пока, Сону, — попрощался Сонхун, настороженно глядя на Хисына, обнявшего Кима за плечи и бурящего взглядом второго альфу. — Увидимся на катке? — Конечно! — крикнул в ответ Сону, пытаясь скинуть руки Ли, которые, словно удав, душили его. Судя по самодовольной ухмылке альфы, сделал он это не из дружеских побуждений… — А со мной попрощаться? — влез Хисын в разговор. Сону сжал переносицу и медленно выдохнул, стараясь предотвратить нарастающую мигрень. — Не обращай внимания. — попытался Ким, но безуспешно. — Пока, странный парень, которого я не знаю, — ответил Сонхун альфе, отчего тот еще больше насупился. — Я лучший друг Сону, — невозмутимо сказал Хисын, на что Чонвон тут же обиделся. — Неправда! — разозлился он. Сону нервно оглядел коридор, радуясь тому, что рядом никого нет, и никто не станет невольным свидетелем происходящего. — Это нормально, — расправил плечи Хисын. — Я альфа, я дружу с Сону, и мы очень близки, и это нормально. Только, если ты не думаешь, что это ненормально. Тогда проблема в тебе. — Боже мой, — Сону закрыл лицо руками, решив для себя, что, если он этого не видел, значит этого и не было. Сонхун медленно моргнул, уставившись на пальцы Хисына, собственнически обхватившие плечи Сону, а потом вежливо улыбнулся. — Мне действительно пора, — и с этими словами альфа исчез за углом, помахав в последний раз Сону, который пошевелил пальцами в ответ. — Проблема не в тебе. Вообще не в тебе. Проблема во мне… я — проблема… — грустно прошептал Сону, его сердце болело от осознания того, что Сонхун ушел и, скорее всего, больше никогда с ним не заговорит — странные друзья омеги, наверняка, его напугали. Ну, по крайней мере, Сону удалось в последний раз посмотреть на круглую сочную задницу альфы, которую отлично подчеркивали спортивные шорты. — И что не так с этим парнем? — спросил Хисын, наконец ослабив хватку. — Он пялился на тебя. Кринж. — УМРИ! — вскрикнул Сону, яростно шлепая Ли по животу. — Как же ты меня бесишь, хен! — Вранье, ты меня любишь, — засмеялся Хисын, совсем не реагируя на террор, который Сону обрушил на него — вероятно, диета, состоящая из энергетиков и рамена сделала его неуязвимым. — Да и что ты вообще нашел в этом придурке? — Да, почему Сону вообще хочет себе такого парня, как Сонхун-щи? — начал Чонвон, на что Хисын согласно закивал, но Сону был слишком занят тем, что продумывал план убийства альфы, чтобы обижаться на слова омеги. — Можно же быть с тем, кто говорит ему всякие гадости и так много играет в Valorant, что у него уже развился артрит. — Не в Valorant, а в Genshin, имей уважение! — оскорбился Хисын, и теперь они все просто кричали и ругались посреди коридора. Сону был рад, что Сонхун этого не видит, иначе он бы уже, наверное, вызвал полицию, и их бы всех повязали за нарушение общественного порядка. — А где, кстати, Джейк-хен? — спросил Сону, прерывая спор Хисына и Чонвона, который вот-вот бы перерос в драку. Он не был в настроении думать, где лучше спрятать труп Хисына. — Что он вообще делает? — стоящий на носочках Чонвон уже почти дернул альфу за волосы, но отвлекся на вопрос Сону. — Они поспорили с хеном, что Джейк-хен сможет попросить парня, который работает в фреш-баре сделать ему смузи из своей смазки, — объяснил Сону, на что Чонвон лишь зашелся в протяжном «ааа» — в конце концов, никого уже подобное не удивляло. — Этот пидор не только выиграл спор, так еще и закрылся с этим омегой в туалете, — проворчал Хисын. — Джейк подошел к нему, посмотрел на него этими своими тупыми глазами, и он тут же взял перерыв и сам потащил Джейка до ближайшей комнаты. У меня такое ощущение, что я заплатил ему за секс с проституткой. — Ты уверен, что этот парень хочет переспать с хеном? — Чонвон явно пытался сдержать смех. — Может, он его там сейчас убивает? — Очень на это надеюсь! Пусть еще тогда деньги украдет и вернет мне их. — О, не думаю, что хена там убивают, — сказал Сону, задумчиво потирая подбородок. — Есть в нем что-то такое, что цепляет омег! Такое ощущение, что он живет в мире, который сильно отличается от нашего! — Даже не напоминай, — попросил альфа, и этого было достаточно, чтобы Сону напомнил. — Помнишь тот раз, когда ты уехал куда-то на выходные и оставил Джейка-хена одного в общаге, и те двое горячих омег, ваши соседи, попросили его помочь, так как случайно вылили на себя бутылку детского масла? — Ким заметил, как Хисын сморщился от воспоминаний, и расплылся в довольной улыбке. — Что?! Такого же не могло произойти, — Чонвон выглядел в равной степени потрясенным и заинтригованным, — да? — К сожалению, так и было, — Хисын звучал очень обреченно. — Я же это масло потом и отстирывал. — Хен, а почему ты этим занимался?! — Потому что это была моя кровать! — Пиздец. — Не обижайтесь, но, если мы еще раз когда-нибудь наткнемся на Сонхуна, я притворюсь, что вас не знаю и, может быть, даже закричу. Я не хочу ассоциироваться у него с… этим всем. — Справедливо, — кивнул Чонвон. — Если ты действительно нравишься этому твоему Сонхуну, то он должен будет смириться с тем, что будет для тебя лишь вторым мужем, — сказал Хисын Сону. — А кто тогда мой первый муж? — спросил Ким, заранее понимая, что ответ альфы ему не понравится. На самом деле, он просто хотел еще раз посмотреть на то, как Чонвон словесно унизит Хисына. — Я, но у нас свободные отношения: я трахаю других сучек на стороне и разрешаю тебе завести еще один член, — ответил Ли, а затем сощурил глаза в сторону Чонвона. — Блин. Во всей этой хрени с правами омег оказывается так легко разбираться! Не знаю, почему ты так паришься. — Хен, твой мозг точно стоит изучить. Не думал пожертвовать его мне? — спросил Ян. — Ну, ты же им все равно не пользуешься. — Эй! Ага. Сону нельзя было больше подпускать этих людей к Сонхуну. Нужно было только убедить альфу в том, что он их сам себе и придумал. «Ну что ты, хен, не придуривайся, не было там никаких моих друзей!». Друзья Сону, вообще-то, были адекватными! И Сону тоже был адекватным! И, когда Сонхун бы понял, что надоедливых друзей Сону на самом деле не существовало, он взял бы омегу замуж, и нарожали бы они детей больше чем людей в какой-нибудь маленькой стране и в одиночку подняли бы резко снизившийся уровень рождаемости в Южной Корее. Боже, да правительство, вероятно, вручило бы им медаль или подарило бы огромный особняк в знак благодарности за то, что они спасли нацию от вымирания. А потом Сону, голый, с медалью на шее, заставил бы Сонхуна трахнуть себя в их новом особняке. Угу. Абсолютно адекватные мысли абсолютно адекватного человека.

***

— Если тебя стошнит на туфли Джея-хена, будешь платить за химчистку, — сказал Чонвон Сону, шагнув вперед, чтобы открыть дверь их квартиры. — А они очень дорогие, тебе придется продать свое тело, чтобы расплатиться. Поэтому аккуратней. Сону в ответ завыл и уткнулся лицом в шею Джея, который нес его на спине. Прошло несколько недель с инцидента в спортзале, и Сону с друзьями решили отпраздновать сдачу промежуточных экзаменов в клубе, но это привело к катастрофическим последствиям. Ким выпил столько, что до дома его мог дотащить только Джей – хорошо, хоть для альфы это не проблема. Сону больше походил на коробку пиццы, чем на человека. — Боже, Вони, ты такой жестокий, — рассмеялся Пак, подхватывая Сону руками и подтягивая так, чтобы ему было удобно. Омега невероятно оценил этот жест. Его тошнило так сильно, что всю дорогу домой он мог только стонать, прижавшись лбом к плечу Джея, но альфа вообще не жаловался. — А что? — Чонвон вставил ключ и обернулся через плечо, нахмурившись. — Он очень красивый, быстро деньги заработает. — Мне все равно обидно, — проворчал Сону, немного приподняв голову, и тут же вцепился в шею альфы, когда почувствовал, что перед глазами все поплыло. Джей продолжал смеяться, пересекая порог их квартиры, из-за чего Сону начало потряхивать, и он ухватился за альфу еще сильнее. — Так, положи Сону в кровать, пожалуйста, — попросил Чонвон, открывая своему парню дверь. Сону приоткрыл глаза, и, оглядев свою комнату, заметил то, какой беспорядок устроил, собираясь вечером в клуб. Косметика была разбросана по туалетному столику, по всюду валялась одежда – причем большая часть на кровати, а матрас оккупировали мягкие игрушки. Джей осторожно опустил Сону, и омега почувствовал себя игрушкой из того самого игрового автомата, где огромной клешней нужно подцепить приз. Так вот, его подцепить не получилось, и теперь он летел обратно к своим сородичам. — Спасибо, хен, — пробормотал омега и зарылся лицом в брюхо плюшевой зверюшки. — Обращайся, — Джей ласково взъерошил ему волосы, прежде чем уйти. Чонвон опустился на пол, чтобы его глаза были на уровне глаз Сону, и положил прохладную ладонь на теплый лоб омеги. — Будешь умирать – кричи, я прибегу тебя спасать, — сказал Ян, ласково смотря на Сону, обнимающего свои игрушки. — Есть, сэр, — он попытался отдать честь, но захныкал, когда случайно ударил себя по лицу. — …мне остаться с тобой? — обеспокоенно прошептал Чонвон, словно не хотел, чтобы Джей его услышал. — Да нет же, боже мой! Со мной все будет хорошо! Я просто слишком много выпил. Немного полежу, и станет лучше. А ты иди и наделай с хеном кучу детишек, ладно? Это рассмешило Чонвона, и румянец залил его круглые щеки. — Ты же знаешь, что я принимаю противозачаточные. Никаких детей в ближайшее время, — напомнил Ян, ласково пригладив челку Сону. — Зачем вы тогда так активно пытаетесь их зачать каждую ночь? — проворчал Ким, а Чонвон покраснел еще сильнее, имея наглость поднять руку на своего лучшего друга просто за то, что он сказал правду. — Спокойной ночи! — Чонвон поспешил натянуть на омегу одеяло, и пошел в гостиную к своему парню. Сону приподнялся, почти даже не застонав, и потянулся к пингвину, которого ему подарил Сонхун. Омега обнял его, прижимая ближе, и прикрыл глаза, втягивая носом слабый запах. Знакомый пьянящий аромат заставил комнату закружиться, и на этот раз не потому, что Сону перепил, а погружая его в воспоминания. Джей отвез Чонвона, Сону и Джейка в их любимый бар в центре – «Седьмое чувство». Там всегда играла ужасная английская музыка начала 2000-х, и бармены раздавали омегам бесплатные напитки. Это был одновременно рай и ад на земле. И Сону не мог не восхищаться этой двойственностью! Джей с Чонвоном почти сразу исчезли в коридоре, ведущем к туалетам, держась за руки и хихикая. Интересно, что же там было такого смешного? Секс? Сону ненавидел счастливые парочки. Шутка! Конечно же, он шутил! Он поддерживал отношения Чонвона и Джея больше всех! Потому что они были родственными душами и делали друг друга счастливыми, а еще потому, что количество денег на счету у семьи Джея было больше, чем ВВП нескольких маленьких стран, и Сону нравилось иметь богатого друга! До э. д. (до эры Джея) Чонвон и Сону делили один стаканчик рамена на двоих и ссорились из-за кусочков сублимированной морковки. Теперь они уже слишком привыкли к дорогим блюдам с морепродуктами после э. д. (после эры Джея), чтобы снова есть лапшу быстрого приготовления… Сону просто был ужасно недовольным из-за ситуации, которая произошла в столовой. Он увидел, что Сонхун обедает в одиночестве, и рванул к альфе, планируя соблазнительно есть банан перед ним, но его опередили. Пустое место за столиком занял какой-то глупый омега, который ткнул раскрытым ноутбуком в лицо фигуриста и стал спрашивать, действительно ли альфа снимался в шоу на SBS, когда был маленьким. Гребаный придурок. Конечно, снимался! Как можно быть таким невеждой? Боже… Ким не считал себя мстительным человеком, но остаток обеденного перерыва сердито жевал банан и рассуждал о том, стоит ли ему кинуть кожуру в этого тупого омегу. Итак, Сону все еще чувствовал бурлящее в груди негодование, когда они с Джейком пробирались через переполненный клуб. Все, что ему хотелось, это закрыться в комнате, завернуться в одеяло и пересмотреть все скаченные видео с Сонхуном на льду – у альфы не было соцсетей, поэтому приходилось довольствоваться малым. Это, кстати, помешало всем планам омеги. Он собирался подписаться на альфу в Instagram, удалить всех из «лучших друзей», добавить туда только Сонхуна, и выкладывать горячие фотки в «истории». Так бы альфа точно влюбился в Сону. В его разум, тело и дырочку. Сону с Джейком, который с преданностью служебной собаки не отходил от омеги ни на шаг, взяли бесплатную пина-коладу и направились на танцпол. Бармен подмигнул, когда отдавал им напитки, и пожелал «двум очаровательным омегам» хорошо провести вечер. Шим, возможно, и был типичным токсичным альфой, который думал только о том, куда бы пристроить свой узел, но…бесплатный алкоголь есть бесплатный алкоголь! — Он назвал нас очаровательными, — глупо хихикнул альфа, кусая ананас, которым был украшен напиток. — Да, мы такие, — поддержал Сону Джейка, уже чувствуя, как поднимается настроение после одного глотка. — Хен, а тебя не смущает, что тебя приняли за омегу? — Шутишь что ли? Быть омегой круто! Вы суперкрутые! — честно признался Джейк, подхватывая Сону, в которого кто-то врезался. — Если бы я был омегой, я бы отрывался по полной! Показывал бы соски, чтобы ни за что не платить, и переспал бы со всеми друзьями! Ким рассмеялся, услышав это. — Ну, во-первых, мне и не нужно показывать соски, — внес ясность Сону, указывая на свое лицо. — Я всегда могу расплатиться этим. Джейк кивал так, будто был студентом, сидящим на первой парте, который случайно столкнулся с преподавателем взглядом, и теперь отчаянно ему доказывал, что все внимательно слушал. — Во-вторых, — начал омега, посылая Джейку многозначительный взгляд, — кстати о друзьях…где Хисын-хен? — О, даже не начинай про него! Он все еще злится на меня из-за истории с Уеном. Блин, ну он же сам предложил этот спор. Я, что, виноват в том, что омеги хотят покататься на моем носу, а не на его? Ну. Мы с этим Уеном так и не переспали. Просто потерлись друг об друга в подсобке. Он не захотел продолжать, потому что был в рабочем фартуке. Сказал, что не собирается нарушать пищевую безопасность. Я предложил ему тогда снять фартук, но он назвал меня извращенцем. Почему-то эта история подбодрила Сону. Сколько бы проблем у него ни было в личной жизни, он, по крайней мере, не был Джейком. — Мне жаль, хен, — Сону сочувственно обнял Джейка, а альфа с благодарностью уткнулся носом ему в макушку. — Надеюсь, Хисын-хен и этот Уен придут в себя! — Эх. Я слышал, что Уен снова сошелся со своим парнем, — пожал плечами Джейк. — Он боец ММА и выглядит так, будто может выжать меня, как швабру! Но я не переживаю, с меня как с гуся смазка. — Ты так вдохновляешь, хен, — сказал Сону, и альфа гордо ухмыльнулся, выпятив грудь. — Спасибо, Сону! Знаешь что? Сегодня я не буду думать о других омегах, — заявил Джейк. — Сегодня ты мой приоритет. Я позабочусь о том, чтобы мы отлично провели время и буду рядом, несмотря ни на что… Словно по команде, мимо них прошел сам Хван Хенджин. На кампусе он был кем-то вроде легенды и считался одним из самых горячих студентов. Его ноги были длиной во весь рост Сону, волосы напоминали великолепный шелковистый водопад, а ради его лица в древности альфы устраивали бы войны. Лично Сону считал, что тот был симпатичным, но не более. Хенджин остановился рядом с ними и громко говорил в динамик телефона, чтобы его было слышно сквозь грохот музыки. — Ликси, я серьезно! — пожаловался, Хван, сердито топнув ногой, и скрестил руки на груди, которую прикрывала довольно тонкая ткань укороченного топа – его соски буквально смотрели на Сону, и омеге было довольно трудно отвести взгляд… — Я реально выкину телефон в мусорку, если этот мудак продолжит мне звонить! Я же с ним расстался. Что непонятного? Ах! Меня так все бесит. Клянусь богом, я отдамся первому попавшемуся альфе, чтобы отвлечься. Сону медленно моргнул, оглядывая клуб, просто чтобы убедиться, что не провалился в порномир, в котором живет Джейк. Разве могло подобное случиться в реальной жизни? Хенджин буквально выглядел как ходячая секс-кукла. Вздыхая и пыхтя, он почти свел альфу с ума тем, насколько был горячим и возбужденным. — Вот, каково это быть тобой? — спросил Ким, наблюдая за тем, как Хенджин заканчивает разговор и сует телефон в карман своих обтягивающих шортов. А это нормально, что он задницей на публике светит? Это вообще законно? Рот Джейка буквально был открыт, он смотрел на Хенджина с такой похотью в глазах, будто омега вышел с первой страницы KnotHub. Ну, в целом, Хван так и выглядел. — Земля вызывает Джейка-хена, — Сону махнул рукой перед лицом Шима, выводя альфу из транса. — Хен! Не беспокойся обо мне! Иди поговори с Хенджином-щи. — Т-ты уверен, что все нормально? — Джейк обеспокоенно взглянул на Кима, тронутого тем, что их дружба оказалась настолько сильной, что смогла выдернуть альфу из мира фантазий. — Конечно, — Сону улыбнулся Джейку и пихнул его в сторону Хенджина, пока омега не успел отвлечься на кого-нибудь другого. — А теперь иди заделай ему наполовину корейца, наполовину кенгуру! Шим неуклюже отдал честь, и подошел к Хенджину. Как только альфа оказался в поле зрения омеги, тот тут же впился него взглядом и кивнул, довольно улыбнувшись. — Подойдешь, — бросил Хенджин и схватил Джейка так, будто он был одной из тех карманных собачек, которых богатые омеги носят с собой как аксессуар. Было приятно наблюдать за тем, как хен воплощает свои мечты в жизнь. Следующие полчаса Сону бесцельно бродил по переполненному клубу. Ему было так одиноко, что он даже начал скучать по Хисыну: альфа бы точно его развеселил. Оставалось только постоянно проверять телефон на наличие уведомлений, сканировать толпу и возвращаться в бар, чтобы наполнить быстро опустошающийся стакан – и так по кругу. Как раз в тот момент, когда Сону решил, что пора уходить, он заметил знакомую фигуру, сидящую за отдельным столиком и потягивающую пиво в одиночестве. Он видел Сонхуна всего пару часов назад, но разговаривали они в последний раз еще тогда, в спортивном комплексе. Промежуточные экзамены высосали из Сону все силы: ему дышать было тяжело, не то что думать всякие пошлости. Он мечтал о катке, и уже даже думал прокрасться туда, как какой-нибудь сумасшедший. Был бы это обычный вечер, омега бы так и остался наблюдать за Сонхуном издалека – бинокль бы еще, чтобы можно было по-настоящему полюбоваться альфой. Но в Сону было столько шотов и бесплатных коктейлей, что ноги его больше не слушали. Пьяный мозг очень долго обрабатывал информацию, и поэтому, хоть омега и не был сильно пьян и осознавал свои действия, он все равно тут же оказался у столика альфы и просто пялился на него, пока тот его не заметил. — Привет! — крикнул Сону, хотя музыка из колонок едва сюда доносилась. Но его это совсем не смутило! — О, Сону! Так странно видеть тебя здесь! — Сонхун поприветствовал его улыбкой и подвинулся, уступая омеге место. Он хотел, чтобы он сел рядом с ним! Не напротив него, а рядом! Сону был так тронут, что готов был залезть под стол и начать сосать член альфы – сдалось ему это место! — Ха-ха, да, — сказал Сону, бегая глазами по глубокому вырезу черной майки Сонхуна и серебряной цепочке, красиво поблескивающей на обнаженной коже его груди. Боже, как же ему хотелось проложить дорожку поцелуев от крепкой челюсти альфы, вниз по шее и груди, до пресса, а потом еще пройтись губами по блядской дорожке… — Ты давно не заходил на каток, — заметил Пак, склонив голову так, что, казалось, сосредоточил все свое внимание на Сону. Он закинул руку на спинку дивана над головой омеги, а другую положил на стол, пальцами поглаживая горлышко почти пустого стакана с пивом. Сону мечтал, чтобы он так же поглаживал края его ды… — Был занят подготовкой к экзаменам. Рука Сонхуна практически лежала на его плече. Альфа его не трогал, но было в этом действии что-то такое, что трусы Сону грозились слететь с него с такой силой, что пробили бы дыру в полу. — Ты же говорил, что тебе нравится учиться на катке, — легко поддразнил его Сонхун, и сердце Сону забилось чаще. — Мне показалось, что я тебе мешаю, — выпалил Сону и впился глазами в Пака, чтобы оценить его реакцию. Несмотря на то что именно Сонхун всегда подзывал Сону и долго разговаривал с ним во время перерывов, омега действительно чувствовал, что мешал тренировкам альфы – особенно когда они заговаривались, и тренеру приходилось напоминать, что альфа забронировал каток для того, чтобы тренироваться, а не флиртовать. Но Сонхун, скорее всего, просто был хорошим человеком, и поэтому продолжал развлекать чудака, который сидел на трибунах и отвлекал его – альфа мог бы оттачивать свое мастерство в это время или, например, спать со своими групис, хоть и говорил, что они его не интересуют…ага. — Что? — Сонхун выглядел ужасно удивленным. — Сону, ты мне совсем не мешаешь! Мне очень нравится тусоваться с тобой. Сону проглотил счастливый писк и попытался улыбнуться не слишком широко. — Правда? — Конечно, — кивнул Сонхун, допивая пиво. Его кадык дергался очень привлекательно, и Сону поймал себя на пугающей мысли: он ничем не лучше Джейка. — Иначе мне бы пришлось проводить перерыв с тренером, а это полный отстой. Из рассказов Сонхуна он понял, что тренер альфы был сложным человеком. Сону, к его огромному сожалению, понятия не имел каково это, и поэтому не мог посоветовать ничего нормально. Если кто-то портил Чонвону настроение, Сону просто в шутку угрожал убить обидчика. Иногда не в шутку. Но это неважно. — Отстой, — глубоко вздохнул Ким и принял самое смелое в жизни решение – потянулся, чтобы поддерживающе похлопать Сонхуна по руке. Но эта идея была обречена на провал: Сону оказался пьянее, чем думал, что помешало ему попасть в цель: он довольно неуклюже подался вперед и хлопнул альфу по запястью. К счастью, Сонхуна это только рассмешило. Сону почувствовал, как запекло щеки, когда альфа накрыл его руку своей. — Ты, что, меня лапаешь? — Сонхун продолжал смеяться, а Сону хотелось спрятаться под стол и прямо там умереть. — Нет! — провопил Сону и попытался выдернуть ладонь, но Сонхун лишь сжал ее сильнее. — Я просто… пил весь вечер и… — Меня лапает пьяный извращенец! — Хватит! Бесишь! — Ха-ха, прости. Давай так, я отпущу твою руку, и ты попробуешь снова. Удачи. — Ого, как любезно с твоей стороны! Они глупо флиртовали, как школьники. Ну, если бы школьникам можно было пить алкоголь. Они часто так делали, и было в этих дурацких игривых перепалках что-то такое, что безумно нравилось омеге. Остаток вечера слился воедино. Сонхун пошел заказать еще пива, и Сону, опасаясь, что толпа поглотит альфу навсегда, тут же последовал за ним. И раз уж он был у бара, то был просто обязан сделать заказ за Сонхуна, чтобы альфа получил свой напиток бесплатно. А потом взял пиво еще и себе – ну было бы странно просто стоять и смотреть, как Сонхун пьет! Но проблема была вот в чем. Сону не выдался ростом. И алкоголь переносил явно не лучше всех в мире, и в баре, и, вероятно, за их с Сонхуном столиком тоже. Но с альфой было так весело, что у него не было абсолютно никакого желания останавливаться, и, тем более, идти домой. В какой-то момент его язык развязался настолько, что он подробно начал рассказывать о сексуальных похождениях Джейка, на что Сонхун очень живо реагировал. — Клянусь, в прошлой жизни он, должно быть, спас типа… всех собак из горящего питомника, — Сону четко помнил, как говорил это альфе, потому что его лицо так светилось, что осталось в памяти омеги, казалось, навсегда. — Звучит так, будто он попал в исекай-гаремник, — пошутил Сонхун, и Сону ахнул, хлопнув в ладоши. — Реально! Они продолжили разговаривать, спрятавшись в маленьком мирке своего столика. Воспоминаний становилось все меньше и меньше – в голову приходили лишь отдельные кусочки. Сону точно попытался извиниться за своих странных друзей, но Сонхун отмахнулся, потребовав поделиться с ним и другими смешными историями. Они продолжили обсуждать личную жизнь Джейка… но быстро перескочили на Чонвона и его занятия боевыми искусствами… потом Сонхун спросил про плюшевого пингвина, и Сону с радостью показал ему фотографии… а затем, после третьей бутылки пива, Сонхун вспомнил про то, что ему вообще-то нельзя пить, потому что тренер посадил его на диету, и Сону дал слово, что будет держать это в тайне, скрепив обещание мизинчиком… после этого начали говорить о том, что сестра альфы поступает в университет и потом… Потом точно было что-то про Хисына. Эта часть практически стерлась из сознания омеги, но, кажется, он упомянул имя альфы, а Сонхун скривился и… пустота. Ха. Ну, значит, ничего важного. Последнее, что помнил Сону – Чонвон, разъяренный тем, что лучший друг игнорировал сообщения. Джей остался в стороне, лишь неловко кивнув Сонхуну в знак приветствия, пока Чонвон причитал о том, что думал, что Сону умер. Сонхун вежливо улыбнулся Джею в ответ, а Сону обвинил Чонвона в лицемерии, потому что нечего было предпочитать ему член и убегать трахаться со своим парнем, а потом предъявлять претензии! Сону попытался заставить этих двоих уйти, так как чувствовал, что еще чуть-чуть и наконец отсосет Сонхуну и/или займется с ним сексом, но даже альфа согласился с тем, что пора идти домой. И потом Сону… поцеловали на прощание? Нет, точно нет. Но это было и не объятие – такое бы омега не забыл, каким бы пьяным ни был. Может, Сонхун по-дружески похлопал его по спине? Да, кажется так. Так он и оказался на своей кровати с пингвином в руках. А мог бы быть в кровати Сонхуна. Если бы альфа сделал первый шаг и поцеловал его, Сону точно не сидел бы здесь в одиночестве. Он представил спящего рядом Сонхуна, который сильной рукой притянул его к себе за талию. Образ альфы, лежащего в его постели в окружении мягких игрушек и милого декора, подсвеченного тусклым розовым светом, заставил омегу спрятать улыбку в плюшевом зверьке. И они с Сонхуном точно зашли бы дальше поцелуев: они бы горячо касались друг друга, прижавшись кожа к коже, а, когда они бы сбросили одежду, живот бы наполнился теплом и… Сону порылся в ящике тумбочке, и, отвернув от себя пингвина, достал оттуда вибропулю. Он повозился на простынях, устраиваясь поудобнее, сунул руку с игрушкой в штаны, представляя вместо нее Сонхуна и.. Вибратор был разряжен. Кто бы, блять, сомневался. Сону встал, чтобы поставить его на зарядку, и буквально слышал, как выдуманная аудитория над ним смеялась. Он плюхнулся за стол, сглотнув подступившую тошноту. Дневник так и лежал раскрытый – пред тем, как уйти, он жаловался на групи Сонхуна, который помешал ему пообедать с альфой. Не в силах сдержаться, Сону вырвал страницу, взял свою самую лучшую ручку для каллиграфии и покрутил ее между пальцами. Что ж. Сону же нужно было как-то избавиться от возбуждения. Он глубоко вздохнул, расслабляясь, и закрыл глаза, представляя красивое лицо Сонхуна между ног, мозолистые руки, оставляющие отпечатки на бедрах, и их, прижавшиеся друг к другу и слившиеся в одно целое, тела. Одной рукой он оттянул резинку нижнего белья, а другой начал писать. Дорогой Пак Сонхун…