Страстные желания

Практически полностью безжизненные земли, угрюмые, темные встретили союзников, когда те поднялись на поверхность. Мертвые деревья с разросшимися корнями образовывали странные тропы, соединяющие провалы в земной тверди. Было не похоже, что хоть одно живое существо могло уцелеть от темного проклятья Шар, поглотившего когда-то плодородные, живые земли вокруг Рейтвина. Когда-то здесь почитали Селунэ, вероятно до сих пор вокруг разбросаны ее разрушившиеся алтари. Даже Шэдоухарт выглядела обескураженной тем, что увидел отряд. - Кажется, пора зажечь факелы, - Гейл неодобрительно смотрел по сторонам. - Держимся вместе и не выходим из света, - Скайя взяла в руки свой, зажигая, подавая пример остальным. Союзники взяли по факелу, медленно и осторожно продвигаясь вперед. Тишина, повисшая над этим местом, была настолько гнетущей, что кожа покрывалась мурашками. Вокруг все тонуло в тенях, а кое-где темнота была настолько плотной и черной, что свернуть в ее сторону казалось самоубийством, складывалось ощущение, что она живая, слышит их, чувствует, хочет завладеть непрошенными гостями. - Эльминстер?– факел волшебника осветил фигуру впереди на дороге. - Именно, причем весьма раздраженный, учитывая, сколько мне пришлось истоптать этими сапогами дорог, прежде чем я тебя отыскал. Она меня послала, Гейл, ты знаешь, про кого я говорю. - Мистра? Что ей нужно? - Все в порядке? – Скайя настороженно наблюдала за стариком, которого маг, очевидно, хорошо знал, но был крайне удивлен увидеть здесь. - Гейл, мой мальчик, я нашел тебя, чтобы передать тебе послание. Буду говорить прямо, без привычных изысков и сложных оборотов. Ты сам знаешь, в чем ты был не прав, незачем обсуждать это здесь и сейчас. Тем не менее, у тебя есть шанс искупить свою вину перед ней. - Мистра… готова меня простить? - Она готова подумать о том, что можно считать прощением. Она знает о вашей борьбе с Абсолют. Эта сила куда опаснее, чем вы можете себе представить. Зло угрожает всему живому и даже богам. Плетению, самой магии и мирозданию. Ты должен уничтожить это зло. - Ты говоришь про сферу? - Ты хочешь сказать, что Мистра хочет, чтобы Гейл принес себя в жертву? – Скайя не выдержала, хотя изначально собиралась не вмешиваться в разговор. - Именно так. Мистра дала мне силу избавить тебя от неудобств, - старик будто не замечал эльфийку и остальных. - Сфера больше не будет стремиться поглотить тебя. Зато в нужный момент ты сможешь высвободить эту мощь, использовать себя, как катализатор, который выжжет все дотла. - И это цена Мистры за прощение? Позволить Гейлу умереть? Гейл, ты не должен соглашаться, мы справимся иначе, Скайя вся трепетала от гнева, пока волшебник задумчиво молчал, переваривая сказанное Эльминстером. - Я просто передал послание, мой мальчик. Что делать с ним, решать тебе. – Он, не спрашивая ни разрешения, ни готовности мага сотворил заклинание, от которого грудь Гейла и его глаза засветились ярким светом древней магии. – А теперь прощай. - Какого черта! – не выдержал Уилл. - Гейл? – Скайя обратилась к притихшему магу. – Надеюсь, ты не … - Не будем сейчас об этом, - волшебник перебил эльфийку, не давая ей закончить. – Идите вперед, мы вас догоним. Союзники переглянулись и нехотя пошли дальше, оставляя Скайю и Гейла позади. - Гейл! – девушка не желала оставлять все как есть. – Ты не можешь быть согласным. Ты не можешь даже допускать такой мысли! - Почему нет? Я и не смел рассчитывать, что когда-нибудь смогу искупить вину за содеянное. А теперь у меня появился шанс положить конец Абсолют, уничтожить это зло пока не стало поздно. - Откуда такие мысли? Ты действительно считаешь, что твоя вина так сильна, чтобы пожертвовать собой? – она коснулась его груди рукой. – Ты считаешь, что то, что живет тут, способно уничтожить Абсолют? Хорошо. Но кто сказал, что это единственный шанс? - Я правда не хочу говорить об этом сейчас, мне надо все обдумать, - его рука обхватила ладошку эльфийки, в голосе была грусть и нежность. Он потянул ее к себе чуть ближе, все еще прижимая женскую руку к груди, используя свободную, чтобы сотворить небольшой, но прекрасный цветок. Его лепестки, темно-синие, бархатные, нежные смотрелись так неестественно в этом темном и мрачном месте. - Под цвет твоих глаз… и такой же прекрасный, - проговорил он, протягивая ей хрупкий цветок, вкладывая в ее ладонь, обнимая за талию почти невинно. - Никогда не перестану удивляться этому, - проговорила девушка, принимая цветок, чувствуя, как сердце неожиданно начинает биться сильнее, и ее тянет к магу какой-то непреодолимой силой. Вместо ответа Гейл приподнял ее подбородок, всмотрелся в глаза девушки и коснулся губами ее губ. У Скайи закружилась голова от его нежных прикосновений. Она чувствовала жар, исходящий от его тела, его дыхание, наслаждалась тем, как чувственные губы снова и снова смыкались на ее устах, она отвечала ему также нежно, не в силах сопротивляться тому, что манило ее к Гейлу. «Мы еще поговорим об этом» - подумала брюнетка, когда они догнали спутников - те не успели уйти далеко. *** Гейл и Скайя присоединились к остальным очень вовремя, буквально через сто метров их ждала жаркая битва, которая уже разгорелась между двергарами и небольшим отрядом людей. Союзники сами того не желая оказались втянуты в бой, где им пришлось защищаться от двергаров. Те, вероятно, приняли их за подкрепление. Численное превосходство было на их стороне, одержать победу не составило труда, но вот кое-что более опасное грозило спутникам из теней. Спасенные бросились бежать, приглашая новоприбывших следовать за ними как можно скорее. Что-то было в панике убегавших людей, что передалось всему отряду, что-то приближалось, от чего стоило держаться подальше. Поспешное отступление привело их в старую таверну, остальные называли ее «Последний свет». Как поэтично. Джахейра – живая легенда среди тех, кто хоть раз слышал любое выступление барда в самой зачуханной таверне, стояла перед прибывшими. Скайе тоже приходилось слышать про ее подвиги, а уж Карлах чуть с ума не сошла от восторга, когда увидела старую эльфийку. - Мои люди сказали, что вы подоспели как раз вовремя. Добро пожаловать, в последний оплот жизни в этом треклятом месте, куда еще не сумело пробраться Темное проклятье этих мест, - Джахейра, светловолосая, статная, с серьезными, грустными глазами сначала встретила их без восторга, но вняла словам людей, которых отряд защитил от нападавших. - Так это штаб сопротивления? – Уилл осмотрелся. - Что-то вроде, если горстку выживших, Кулаков, да нескольких арфистов можно считать грозной армией, то вот они мы. - Здесь не действует проклятье? – Гейл осматривал сферу, куполом окружавшую таверну и ближайшие территории вокруг. - Нас защищает Изобель, вы можете поговорить с ней, она наверху, возможно у нее найдется способ, как дать вам защиту за пределами Последнего света. Можете отдыхать, знакомиться с остальными, а после нам нужно будет серьезно поговорить о том, чем мы можем помочь друг другу. *** В этом приюте для заблудших душ союзники повстречали давних знакомых – Даммона и остальных тифлингов, которых спасли из Рощи. Им удалось сбежать, когда на тех напали воины Абсолют, тифлинги были и счастливы, что спаслись и горевали одновременно, потому что не всем так повезло - кто-то попал в плен или был убит. Оставалась еще надежда, что уцелевших в бою увели в Лунные башни, чтобы подчинить себе, как остальных верных, но было ли это лучше, чем сгинуть навсегда? Так что настроение в таверне царило не самое радостное. Причиной было и то, что собравшиеся Кулаки пытались привести в чувство одного из своих, только, кажется, тот впал в оцепенение много лет тому назад. Окружившие его постель думали, что он как-то связан с темным проклятьем и может помочь в борьбе с ним. Хальсина очень заинтересовала эта история, и он присоединился к Кулакам, пока остальные члены отряда поднялись наверх, чтобы занять свободные комнаты. Наконец, за многие дни путешествия они могут спать в настоящих постелях. А еще смогут принять ванну, а не смывать с себя грязь и кровь в реках и озерах, как приходилось поступать в прошлом. - Гейл? – обратилась эльфийка к волшебнику, который как раз собирался зайти в комнату. - Поговорим позже, - он улыбнулся, оставляя ее в одиночестве на этаже. «Еще один бежит от разговоров», - грустно подумала Скайя, закрывая за собой дверь, бросая на пол сумки, аккуратно складывая оружие и осматривая помещение. Небогато обставленная комната была при этом чистой и уютной. Большая кровать стояла ближе к окну, рядом шкаф и тумба, на которой горели уже зажженные свечи, чуть поодаль пара кресел, и еще перегородка - она отделяла другую часть помещения от самой спальни, там была установлена на возвышении деревянная кадка, слишком низкая и широкая, чтобы называться бочкой, но явно ее близкий родственник. В ней вряд ли можно было вытянуть ноги, но при этом ванна была достаточно широкой для одного, чтобы расслабиться в горячей воде после долгого и трудного дня. *** В деревянной ванной было тепло и комфортно, не хотелось вылезать из воды, кто знает, когда еще в следующий раз им попадется такая роскошь? Поэтому Скайя, уже давно, отмывшись от крови после недавней битвы, продолжала наслаждаться дарами этого места. «Сначала Астарион бросил нас, теперь Гейл всерьез задумался о том, чтобы пойти на самоубийственную жертву, что же делать?» - думала девушка про то, как и без того маленький отряд разваливался на части. Она повертела в руках цветок, подаренный волшебником, который ранее вставила в основание хвоста, чтобы не помять и не потерять. «Где сейчас Астарион?» - в голову приходили ужасные мысли о том, что это место могло запросто убить одинокого путника. И зачем он только отправился один? Почему не остался? Почему не поделился тем, что творится у него в голове? Ей вдруг стало неуютно даже тут, в безопасности, когда она представила, что вампир там один. Да, конечно, беспомощным его никто не посмеет назвать, но есть такие места, где ты просто не сможешь выжить один, и, кажется, Темные земли были именно таким местом. Скайя умыла лицо, пытаясь отогнать дурные предчувствия, и стала вылезать из ванной. Накинула на себя легкую мантию из тонкой, но плотной ткани на мокрое тело – одна из находок в их путешествии, и осмотрелась. Было странное чувство, будто за ней наблюдают со всех сторон. По коже побежали мурашки. «Ох уж эти твои дурные предчувствия!» - Скайя решила не ложиться сейчас спать, а заглянуть в комнату к Шэдоухарт и Карлах. По правде говоря, ей хотелось увидеть Гейла и заставить его пообещать избегать опрометчивых поступков, но быть слишком навязчивой могло легко войти в привычку, к тому же волшебник ясно дал понять, что пока не стоит продолжать этот непростой разговор. Кроме того, Скайя опасалась, что странное чувство, которое тянуло ее к магу, снова заставит ее принимать не сильно взвешенные решения, даже тот факт, что Гейл был у себя не один, а на пару с Уиллом, не успокаивало. Побыть для разнообразия в компании шаритки и дьяволицы намного более правильное решение. В комнату она вернулась уже поздно ночью, успокоенная задорным настроением Карлах, которая умудрилась развеселить не только Скайю, но и вечно серьезную Шэдоухарт. Повертела в руках синий цветок и, наконец, бережно поставила его в воду.