Страстные желания

Вместо того, чтобы пытаться уснуть, что было совершенно невозможно в текущих обстоятельствах, Скайя взяла лютню и направилась вниз. Нужно было проверить поможет ли находка пробудить Арт Кулаха. Девушка не то чтобы хорошо играла, возможно, стоило спросить кого-то из местных или союзников, но говорить ни с кем не хотелось. Разве, что Хальсин был странным исключением. Спокойный, уверенный, самозабвенно посвятивший себя природе, служению людям, он производил приятное впечатление. Скайя была рада, что такой союзник на их стороне, рядом с ним чувствовалось какое-то умиротворение, при этом друид обладал недюжинной силой, что тоже играло важную роль в ощущении безопасности и спокойствия рядом с таким мужчиной. А еще, он был далек от всего дурного – эгоизма, самоуверенности, стремлению к власти, превосходству, он не врал, не притворялся, не навязывал своего мнения. - Хальсин! – эльфийке удалось вполне искренне улыбнуться, когда она увидела огромного эльфа, который не покидал свой пост возле кровати спящего. - Что? Тяжелый день, да? Не отвечай, сам знаю, - он легко улыбнулся. - Тяжелый месяц, - ухмыльнулась девушка. – Ну, что? Проверим нашу находку? Скайя показала на лютню, подошла ближе и прислушалась к мотиву, который продолжал напевать Арт Кулах. Несколько минут она просто слушала, затем начала подбирать ритм, легко касаясь струн. Когда-то ее приемные родители даже пытались научить играть девушку, получалось плохо, и попытки решили прекратить, но что-то все-таки осталось. Мышечная память? Сейчас, когда она держала лютню в руках, когда перебирала пальцами струны, воспоминания ее детства начали всплывать из памяти. Длинные вечера у домашнего очага, семейные ужины, походы на ярмарку. Горячие объятия после каждой разлуки. Радость от возвращения домой. Боль и ужас, когда стало некуда возвращаться. По щеке потекла слеза, а музыка продолжала звучать. - Получилось! Скайя, у нас получилось! – Хальсин первый заметил, что мужчина открыл глаза. *** Все собрались на первом этаже. Эльфийка рассказывала остальным план – Хальсин отправится на поиски мальчика в мир теней, союзники же должны будут охранять портал, чего бы это ни стоило. Если Хальсин не сможет вернуться, он не только погибнет, но и темное проклятье будет невозможно победить. На кону стояло многое, нужно было хорошо подготовиться и не допустить ни одной ошибки. В таких сражениях секунда промедления может стоит всего. - Наша цель – не подпустить к порталу тени, не дать нарушить магию, его создавшую, не дать существам добраться до Хальсина. Шэдоухарт, Гейл – я особо рассчитываю на вас. Мы все рассчитываем, - эльфийка понимала, что одним мечом здесь, к сожалению, не победить, а вот способности этих двоих будут намного более полезны, чем все они, владеющие клинками, вместе взятые. Никто не спорил, не сомневался, не задавал вопросов, даже вампир молча слушал, наблюдал. Хальсин уже закончил приготовления к тому времени, как союзники прибыли на место. Все были готовы, хотя не знали, чего ждать. Когда же друид скрылся в портале, начался настоящий хаос. Тени и зараженные проклятьем существа подбирались со всех сторон, их будто магнитом тянуло к порталу. Они, вероятно, знали, чувствовали, что стоит на кону. Ну, или само проклятье ощущало угрозу, поэтому призвало всех своих темных подданных сразиться с отрядом. Из земли вырастали щупальца, которые больно били всех, до кого могли дотянуться. Тени, подкрадывались сзади и исчезали в темноте. Все они пробивались к порталу. Карлах, Лаэзель и Скайя охраняли Шэдоухарт и Гейла, не давая врагам добраться до них, пока те творили заклинания. Астарион прятался в тени, появляясь то там, то здесь, стараясь нанести как можно больше урона по тем, кто был ближе всего к цели. Ледяная буря обрушилась на стоявших вдалеке лучников и сразу несколько существ повалились на землю. Гейл, сотворивший эту мощную магию, уже готовился к следующей атаке, его руки вычерчивали замысловатые узоры в воздухе, лицо было напряжено и серьезно. Шэдоухарт в этот момент наложила чары на землю – огромные светящийся символ появился под ногами врагов, чтобы в следующее мгновенье стать ярче, сломаться, вспыхнуть огнем, сжигая стоящих на клочке земли противников. Еще несколько тел упали и не смогли подняться. Тем временем к порталу опасно близко удалось подобраться нескольким мечникам, эльфийка в два прыжка оказалась рядом, нанося смертельные атаки. Но их было слишком много, одному посчастливилось нанести удар сзади, легко ранив девушку в бедро. Брюнетка грязно выругалась, повернулась, защищаясь от очередных атак, когда рядом встал Астарион, приняв на себя часть ударов, помогая, защищая, сминая натиск противников. Карлах и Лаэзель покинули свое место рядом с шариткой и магом, чтобы сломить шествие очередной партии врагов. Казалось, они сражались целую вечность, а враги все напирали, их становилось все больше, несмотря на то, что поверженные тела и останки существ валялись повсюду. Лаэзель держалась за плечо, рука почти не двигалась и гитьянки взяла меч во вторую. Руки Карлах были изранены острыми шипами, на них не осталось живого места, но она все еще напирала на ближайших противников. Уилла окружили тени, ему пыталась помочь Шэдоухарт, но шаритку обхватили щупальца, и та не могла пошевелиться. Скайя рванула на помощь, пока Астарион отбивался от десятков воронов, которые заклевали ему лицо и руки, только чудом оставив нетронутыми глаза, хотя, кажется, очень пытались выклевать именно их. Гейл явно был измотан и еле держался на ногах, отступая, творя очередное заклинание, сбиваясь от стрел врагов, начиная снова. И тут вдруг все кончилось. Врагов не осталось - сила, поддерживающая портал сработала как бомба, уничтожив их, даруя победу, возможность вдохнуть полной грудью, ощутить, наконец, что все позади. Из портала, прежде чем тот исчез – появился Хальсин. Получилось. *** Но Таниэль – дух, разделившийся, расколовшийся на части не был полноценным, пока не найденная его вторая половина. Кто-то должен был отправиться на поиски, пока тяжело раненные приходили в себя. - Уилл, Карлах, вы готовы? – Скайя уже ждала этих двоих у выхода из Последнего света. - Я тоже готов, - Астарион стоял, облокотившись на деревянную балку. Он отмыл лицо от крови, оно все было испещрено ужасными отметинами, но, по крайней мере, он не был ранен так сильно, как Лаэзель и не падал от усталости, как Гейл. Эльфийка смерила его взглядом, но ничего не сказала. Они вчетвером двинулись вперед. Предположения друида о местонахождении Оливера – именно так звали двойника, темную половину, Таниэля, - оказались верны. Нашли его товарищи без труда, только оказалось, что не так легко было убедить мальчика в том, что ему следует делать теперь, когда сам Таниэль был готов к слиянию. *** Когда Скайя и трое ее союзников добрались до Последнего света после непростого приключения, счастливые, что удалось убедить Оливера, что его вторая половина и он - не чужие, а наоборот нужны друг другу, - сил праздновать уже не было. Шэдоухарт и друид суетились, помогая раненным. Глаза Скайи слипались, пока она молча наблюдала, как других мажут лечебными мазями и поят отварами из трав. Шэдоухарт как раз просила Астариона не вертеться и дать ей обработать его лицо, когда тяжелые веки девушки закрылись, и она окунулась в загадочный мир снов, где ее ждал Гость из сновидения. - Вы хорошо потрудились в этом месте, я чувствую, как сила проклятья ослабела, скоро земля снова сможет пробудиться, воспрянуть и прогнать темноту. И все же, вам пора отправляться в Лунные башни. - Может, хочешь нам помочь? - Я уже помогаю, находясь здесь, защищаю ваш разум, - ОН смотрел Скайе в глаза, как всегда спокойный, уверенный, не сомневающийся. - Ну, и что, по-твоему, ждет нас? - Я не знаю, но ответы на вопросы лежат там, а не здесь, - он пожал плечами, устремив свой взгляд вдаль. - Это будет опасно, что подводит нас снова к твоему нежеланию использовать силы иллитидских личинок. Ты поступаешь неблагоразумно, отказываясь от того, что можешь получить с их помощью. - Откуда такая настойчивость? – Скайя уже не первый раз слышала речи о необходимости воспользоваться найденными образцами паразитов, о власти и силе, которые союзники могут получить, если позволят себе меняться, но совсем не горела желанием проверять, действительно ли это так. - Убеждение, что для нашей цели необходимо использовать все средства, что нам доступны, кажется тебе недостаточной причиной? - Я не знаю. Ни что будет, если я последую твоему совету. Ни тебя. Ни что будет завтра. - Но ты подумаешь об этом? – девушка лишь задумчиво кивнула. *** Астарион оставался со всеми, несмотря на то, что произошло. То ли смирился с тем, что спорить бесполезно, то ли рассчитывал, что девушка передумает. Он был тих и задумчив, пропадал как всегда часами, но снова и снова возвращался. Отношения его с остальными были натянутыми. Волшебник каждый раз бросал на него неодобрительные взгляды, Карлах качала головой, когда видела его. Лаэзель выглядела безразличной. Только Уилл и Шэдоухарт были с ним немного мягче, чем остальные. По крайней мере, эти двое иногда общались с эльфом, а не избегали. Скайя общаться с Астарионом не желала, она продолжала злиться, злость ее подпитывало и то, что эльф больше не пытался объясниться. Конечно, брюнетка не собиралась его слушать, не собиралась принимать его оправдания, верить им, но… все же желала, чтобы он хотел оправдаться, попытался убедить ее, уговорить, смягчить. - Ты не думаешь, что напряжение между вами сказывается на всех нас? – Шэдоухарт сидела рядом со Скайей на первом этаже за общим столом. Ее слова затерялись в шуме галдящего народа, но достигли своей цели. - Возможно… Но о чем нам говорить? – эльфийка склонилась ближе к союзнице, чтобы разговор не услышал маг, чуть поодаль занятый общением с Клинком. - Как это о чем? О том, что произошло. Выслушать его, наорать, сказать, что об этом думаешь и… отпустить это. - Вот так просто? - Вот так просто, - улыбнулась шаритка. – Все, что кажется сложным, на самом деле просто. Он для тебя важен, так почему ты делаешь вид, что это не так? - Так заметно? - И не только мне. Это хорошо заметно еще кое-кому, - Шэдоухарт аккуратно кивнула в сторону волшебника. - Хм… - Да, ты все правильно поняла. Что между тобой и Гейлом тоже что-то происходит - скоро станет очевидно даже слепому, - собеседница пригубила вино из кубка. - Я сама не знаю, что происходит, но это почему-то очевидно всем вокруг, - невесело усмехнулась эльфийка. - Я не сказала, что всем известно, что именно, - ободряюще подмигнула девушка. – Но невооруженным глазом заметно, что ты небезразлична нашему волшебнику. Скажешь, что это не взаимно? - Не скажу. - Тем более стоит разобраться с Астарионом. - Ты не очень приятный собеседник, знаешь ли… Противно от осознания, что ты права, - фыркнула Скайя. - Прости, а ты хотела бы, чтобы я соврала? Что ж, пожалуйста: тебе не стоит ничего предпринимать, все разрешится само собой. Никто ни к кому не испытывает странных, непонятных чувств и, нет, это не грозит перерасти в любовный треугольник, - Шэдоухарт рассмеялась. - Я же говорю, неприятный ты человек! – но эльфийка все-таки улыбнулась. «И, как не противно, но она права!» - закончила у себя в голове Скайя.