Страстные желания

— Очухалась?! Хорошо! — прозвучало где-то впереди. Скайя подняла голову, это отозвалось сильнейшей болью, пришлось прикрыть глаза, а затем открыть их снова, чтобы разглядеть говорящего — лысый, смуглый, в темной, почти черной одежде мужчина, со спущенным капюшоном, улыбался. Рядом стояли еще несколько хмурых мужчин и молодой парень. Столько лет тренировок, битв, страшных битв, смертельно опасных, с существами, далекими от чего-то человеческого — из всех она вышла победительницей, не всегда целой и невредимой, о нет, и тем не менее. Но не теперь. Теперь она сидела на грязном полу, связанная крепкими веревками, вокруг ноги смыкался стальной хваткой капкан цепи, конец которой крепился к каменной стене. Вырваться, даже если бы она смогла развязать веревки, было просто невозможно. А кроме того, страшно ныл затылок — как смешно, ее ударили по голове сзади, просто ударили и она отключилась. Не было драки, не было честной борьбы, пускай и одной против десятерых. Не сработало хваленое чутье — Скайя была слишком разбита, подавлена и ничего не соображала, когда бежала прочь от своих друзей. Она нырнула в один переулок, потом в другой, в третий, пока не уперлась в тупик. Хотела развернуться, бежать дальше, но не успела. Тупая боль и темнота прервали ее бегство. — Кто вы? Что вам от меня надо? — эльфийка с трудом разлепила пересохлые губы, говорить было тяжело. — Очнулась и сразу болтать?! Никогда не любил болтливых телок! — лысый фыркнул, обращаясь не к ней, а к своим приятелям. — На кой она сдалась Барнсу? — молодой парнишка, со светлыми волосами, стоял у стены, скрестив руки на груди. «Барнс?» — Скайя надеялась, что ей послышалось, вжалась в стену, непроизвольно, спасаясь от того, кого даже не было в комнате. — Какое тебе дело, Грэм? Лично мне в этой истории интересно только то, сколько он отвалит нам за то, что мы ее поймали, — лысый мечтательно улыбнулся. — Барнс хотел девчонку, он ее получит. «Нет! Нет! Нет…. Нет… нет» — больше в голове не было ничего, Скайя склонила голову, повторяя это про себя. Случилось самое ужасное, что она могла себе представить. Она попалась. Он нашел ее. Не надо было возвращаться во Врата Балдура. Не надо было ей ввязываться в эту историю! «Что с остальными?!» — наконец, среди отчаянного ужаса пронеслась новая мысль. — «Если она у людей Барнса, если он знает, что она в городе, если он сам в городе, значит Барнс знает, что я не одна». Зная методы этого страшного человека, она боялась предположить, что ее друзья уже могут быть мертвы или в смертельной опасности. Что если он нашел не только ее, но и их тоже? Что если даже если Скайе каким-то чудом удастся сбежать, то она найдет лишь охладевшие трупы своих близких? «Спокойно, соберись!» — глубокий вдох. — «Паника тебе не помощник, соберись». Скайя попробовала взять себя в руки, глубоко вдохнула, еще раз — так ее учил один старый добрый друг из прошлого, которого уже нет в живых. Он преподал ей несколько уроков концентрации, которые позволяли обуздать эмоции. В основном ей приходилось укрощать гнев, направлять эти чувства, использовать в бою, но еще можно было трансформировать все остальное в холодную ярость, превращать слабость в оружие. Как жаль, что последние годы она больше училась подавлять свои чувства, нежели управлять ими. И все из-за этого человека, из-за убийцы ее семьи и друзей. «Дыши… медленно… вдох… вот так… выдох», — говорила она себе. — Он уже в городе? — спрашивал один из ее похитителей. — Нет, но как только он узнает, что мы ее сцапали, черт, я думаю, он захочет оказаться здесь как можно скорее, раз он столько лет мечтал об этой встрече, — хмыкнул лысый. Девушка вся сжалась, те крохи спокойствия, которых ей удалось добиться своими действиями, улетучились. Животный, иррациональный страх перед Барнсом пробирался все глубже, заставляя дрожать всем телом, будто она маленькая испуганная девчонка. Да она и была ею сейчас. «Успокойся! Сейчас его нет, значит… значит они еще живы!» — сказала она себе, и эти знания помогли восстановить сбившееся дыхание. — «Если его нет, все, что тебе надо сделать, это убраться отсюда». Скайя подвигала руками, связанными за спиной, особого результата это не принесло, она лишь убедилась в том, что эти отбросы знали, как надежно связать человека, не оставляя шанса на то, чтобы ослабить веревки. Легкое движение головой, поворот влево, вправо — слегка мутило, возможно сотрясение, но раны нет. Хорошо. Эльфийка огляделась, пытаясь оценить обстановку и найти что-то, что могло бы помочь ей освободиться. — Сколько я была в отключке? — решилась она задать вопрос. — Поболтать хочешь? Ну, давай поболтаем. Ты тут почти сутки, приходила в себя, но вряд ли ты что-то помнишь, боюсь, я слегка перестарался там, в переулке. Думал уже, что кони двинешь, — лысый, кажется, был тут главный. «Это значит, что меня уже давно хватились… они меня ищут! Гейл… и Астарион, и другие» — при мысли о маге и вампире сердце сжалось, она вспомнила, что привело ее сюда. Разговор с Мистрой. Мысли рассыпались снова, на смену здравому смыслу и логике, опять пришло отчаяние. — Эй! Ушастая, пить хочешь? — приятели главаря заржали. Лысый кивнул здоровому бугаю, который молча стоял подле него — огромный, намного выше среднего человека, на голову выше всех остальных, мышцы с жирными, выпирающими венами, напрягались, когда он двигался, становясь еще больше. Бугай взял черпак, набрал воды из бочки и двинулся к брюнетке. Подойдя ближе, мужчина помедлил, улыбнулся и вместо того, чтобы поднести черпак к ее губам, которые так истосковались без чистой, прохладной, живительной влаги, окатил ее сверху ледяной водой. Струйки потекли по волосам и лицу, она облизнулась, стараясь собрать те крохи, до которых удалось дотянуться, пока остальные ржали в полный голос. — Еще водички? — лысый улыбался. Вместо ответа эльфийка собрала жалкие остатки слюны, это оказалось сложно — рот и горло пересохли, и плюнула под ноги громадине. В следующую секунду железный ковш с размаху ударился об ее скулу, боль прокатилась от челюсти вверх и вниз, вызывая новые приступы в затылке. А еще боль прогнала мысли о Мистре и мужчинах. Хоть что-то хорошее в этой идиотской, безвыходной ситуации. *** — Барнс? Так это его люди похитили ее?! — глаза Астариона расширились, и он крепче сжал шею мужчины. — Да-да, я же сказал! Это все, что я знаю! Я не имею к этому никакого отношения, знаю лишь, что ее заметил Трев, что служит у Девятипалой, там, в гильдийской таверне, когда шла драка. Он сдал ее людям Барнса! — тараторил уродливый, чувствуя, как сжимается ладонь блондина на его шее, лишая возможности нормально дышать. Рука эльфа сжалась еще сильнее, он задумался, а потом швырнул мужчину об стену, тот ударился головой, упал, по виску стекала кровь. — Ты убил его? — Гейл хмурился. — Какая разница? — пожал плечами Астарион и вышел их хижины. — Этот Барнс… ты знаешь кто это? — волшебник нагнал эльфа и пошел рядом. — Знаю, — холодно проговорил вампир. — Она рассказывала. Это были плохие новости, если дело в Барнсе, кто знает, жива ли еще Скайя, а если жива… «Если этот ублюдок добрался до нее!.. — думал эльф, шагая вперед. Гейл не стал спрашивать ничего, его обуревала ревность. Маг понимал, что сейчас не время для этого, важнее всего найти Скайю, но ничего не мог поделать. Почему-то Астарион знал больше, чем он, вампир понимал, с чем, точнее с кем, они имеют дело. Она рассказала ему что-то важное. Впрочем, все это будет неважно, если они ее найдут… и, если не найдут тоже, но об этом волшебник думать не собирался. *** Попить Скайе все-таки дали, хотя большая часть воды пролилась мимо рта, стекая вниз по груди, намочив рубашку. Брони на ней не было, само собой, как и ее оружия рядом. Она молча сидела на полу, оценивая свои шансы на спасение, которые пока приближались к нулю. Ее похитители сидели поодаль за деревянным, грубо сколоченным столом на скамьях и табуретках. Перед каждым стояла миска с едой, которую они увлеченно поглощали, переговариваясь. Скайя особо не вслушивалась, ничего полезного они пока не говорили. Девушка думала. — Грэм, отнеси нашей гостье ужин, мы же не хотим, чтобы она окочурилась от голода, — лысый, которого остальные называли Моб, посмотрел на брюнетку и отвернулся. Молодой парнишка подошел к Скайе с миской в руке, остановился, не зная, что ему делать дальше. — Развяжите руки, — наигранно устала проговорила брюнетка. — Еще чего! — лысый даже не повернулся в этот раз. — И как ты предлагаешь мне есть? Покормите меня с ложечки? — Грэм, свяжи ей руки спереди, но никаких приборов, пусть жрет руками! Мальчишка потянулся за ее спину, это оказалось неудобно, и он поставил ее на ноги, обошел сзади, начал бороться с узлом, тихо чертыхаясь себе под нос. Он так увлекся, что попался. Как только одна ее рука была почти свободна, Скайя рывком накинула веревку парню на шею, оказавшись сзади, натянула ее обеими руками, что не составило труда — веревки, итак, были намотаны вокруг обеих запястьев, она просто тянула. Парень схватился за удавку, стараясь стянуть ее с себя, кашлял и задыхался. — Почему бы вам мальчики не освободить меня прямо сейчас? — Разберись, — лысый посмотрел на бугая, тот молча встал и пошел на Скайю. Бугай не стал ничего придумывать, просто подошел ближе несмотря на то, что девушка пыталась закрыться от него, используя парнишку как живой щит, схватил ее за плечо и хорошенько приложил к стене. Эльфийка ударилась плечом и головой о камень, сознание не потеряла, но ослабила хватку. Мальчишка выскользнул из ее рук, а сама девушка сползла по стене, ощущая как перед глазами все поплыло, завалилась на бок. Ей снова связали руки, но на этот раз хотя бы не за спиной.