Север
24 ноября 2023 г., 19:30
— Алекса и Кимберли, пройдемте за мной.
Крохотная спина быстро шагающей советницы красовалась перед лицом, пока те волокли за собой чемоданы, завороженно следя за колебанием ее косичек с серебристыми кольцами, вставленными в роли украшения, как за маятником. Ее аура спокойной дисциплинированности, с нотками деспотизма, уверенности и твердости, казалось бы, исходила лишь из ее поведения и манеры речи, а не из образа, но даже, когда та не смотрела на них, шагая в молчании, девушкам не сильно хотелось заводить непринужденную беседу.
— Не переживайте, — русоволосая обернулась, продолжая идти спиной вперед, — В поезде мы все вам расскажем: и про форму, и про занятия, и про направления, особенно про правила. К некоторым придется привыкать.
Рыжая кивнула. Вскоре они оказались в вагоне вместе и с остальными студентами Нрифитта. Атмосфера желала оставлять лучшего. Создавалась ощущение, что они подопытные, которых везут на эксперимент, либо же соперники, атлеты, которым предстоит соревноваться на сцене античного театра. Алекса положила свой чемодан под сидение и оглянулась: в большом купе находились все пятеро, мест было шесть. Высокий, спортивный Макс с тканевой сумкой за плечом и обтягивающей темнокожие бицепсы серой футболкой на торсе, кинул вещи наверх, рядом со входом, оглядывая соседей. Он завел руку в капну черных, коротких, африканских волос, тяжело вдыхая и начиная разминать мышцы, от чего его крохотная сережка заблестела в тусклом свете лампы. Макс всегда удивлял Кимберли, ведь она не понимала, как можно иметь рельефное тело, но при этом не выглядеть перекаченным. На контрасте такой уверенности, Джошуа, прячущий свой взгляд за длинными русыми волосами и очками, казался слишком запуганным, когда залезал на верхнюю полку напротив кроватей Алексы и Кимберли. За аристократию в этом купе отвечал Харрис, он и был тем самым единственным выбранным из высшей части рейтинга. Брюнет сидел нога на ногу, от чего его костюмные синие брюки обнажали однотонные черные носки, выглядывающие из лакированных туфель того же цвета, пока длинные пальцы одной руки обхватывали крохотную книгу. Он коротким движением поправил строгие прямоугольные очки на своем лице, скосив взгляд в сторону, когда заметил, что рыжая слишком долго на него пялиться. И мускул не дрогнул на его лице, пока тот возвращал свое внимание к книге. Ничего личного и потаенного. Лишь интерес Алексы к ее проводникам.
Кимберли потянулась к телефону, заметив гаджет в руке подруги, и отправила ей сообщение, понимая, что вслух разговаривать не может. В чате они и обсудили свои ощущения и переживания, которые тут же испарились с появлением Видара в купе. Он, вместе с собой, принес мнимое облегчение для Алексы, ведь рыжая понимала, что ему можно доверять.
— Ну здравствуйте, новоиспеченные Вальгерцы, — мужчина оперся плечом об отодвинутую дверцу купе, — Как настроение?
Секундное молчание, пока брюнетка не взяла на себя инициативу заговорить.
— Все хорошо, спасибо, директор, — Кимберли улыбнулась.
В голове вертелась мысль, что у Видара должно быть не мало своих дел, какой ему интерес уделять так много времени занозе от соперничающей академии?
— Кимберли, — брюнет показал рукой в ее сторону, продолжая перечислять имена, указывая на ребят, — Макс, Харрис, Джошуа и Алекса, верно? — студенты кивнули, — Первое уточнение: в нашей академии нет директора, есть Хранитель, то есть у себя дома я Хранитель Видар, а не директор.
— Почему именно хранитель? — послышался робкий голос Джошуа, когда тот поправил очки.
— Потому что за распределение на направления в нашей академии ответственен Алтарный камень — древний артефакт, дающий способности, с ним вы еще познакомитесь, — мужчина постучал по золотистому кольцу на большом пальце правой руки, от чего в воздухе, как проекция, появилось не совсем четкое изображение бесцветного, овального, но граненного камня, в котором газолиновым цветом растекались волны, отражающиеся о плоскости внутри, — За его функциональность и охрану ответственен я, поэтому и Хранитель.
— Интересно… Про палочки придется забыть? — Харрис поменял положение своих ног на противоположное.
— А вы наблюдателен, Харрис, — Хранитель улыбнулся, — Да, кольца под вас будут готовы к испытанию, но свой окончательный цвет металла и вашего энергетического камня они получат только после распределение, про него вы узнаете позже от своих наставников.
— Что за испытание? — глаза Макса заинтересованно округлились.
— Это вы тоже узнаете позже, как и то, какие направления и дисциплины у нас имеются, — Видар размял плечи и странно свел брови, — Прошу меня простить, мне нужно отойти, но это вроде все, что я должен был до вас донести, далее вам просто нужно будет довериться нам с Трейдой, преподавателям и вашим наставникам, — он коротко склонил голову, приложив ладонь к груди, — Спасибо за внимание.
— Вам спасибо за информацию, Хранитель Видар, — Алекса так же слегка кивнула, поймав взгляд директора.
Статная спина удалилась далее по коридору, оставляя студентов в предвкушении. Каждый услышал для себя, что хотел, но вопросов все равно оставалось много, соответствуя количеству слухов, услышанных об академии Вальгер. Все больше хотелось воочию увидеть место, которое называют родиной черной магии, место, что в древних сказаниях обозначено как колыбель расцвета кровавой луны, место, чья библиотека содержит свитки первых ведьм и колдунов, пропитанных пеплом, криками, болью и огнем их хранителей и создателей.
Чем дальше мчался поезд, тем холоднее становилось. Если в самом начале пути крошечное окно было открыто, то сразу же, как ненавязчивый сквозняк пополз по полу, Харрис захлопнул его, не скрывая раздражения. Пушистый снег завораживал. Он покорно окутывал ложбинки — долины — между величественными горами, которые выглядели как гиганты, впавшие в вечный сон под покровом белого массивного одеяла, покрывающего все живое и неживое. Зима на Аляске редко была красивой, но уж точно веселой. Вот и сейчас, когда поезд мчался на огромной скорости, воображение все равно строило картинки захватывающей игры в снежки, когда все ресницы усыпаны фигурными снежинками, а нос и щеки краснеют все больше с каждой минутой пребывания на улице. Тук. Тук. Тук. Стук в дверь, заставил рыжую приподнять голову, которую она держала на руке, уставившись в окно, от чего та выплыла из своего воображения.
— Собирайте свои вещи и на выход, мы почти приехали, — послышался совсем не дружелюбный голос, — Ах да, вы же те еще неженки, не забудьте чертовы крутки, — проворчала женщина по ту сторону и, прихрамывая, пошла к следующему купе.
Брови девушек тут же свелись в непонимании хамства.
— Вот и истинное гостеприимство Вальгера, ха, — усмехнулся Макс, спрыгивая с полки.
Ненавязчивый холод уколол лицо, когда рыжая ступила на лестницу, спускаясь с поезда. Белый снег, отражая тусклое солнце за облаками, заставлял первое время щурить глаза, не давая вдоволь осмотреть масштаб и оглядеть выходящих их соседних вагонов студентов. Смех молодых людей, крик преподавателей, гул отъезжающего поезда — все это напоминало о далеком времени первого приезда Алексы в Нрифитт
— Лови! — послышалось со стороны, после чего сразу же в висок прилетел плотный снежок, рассыпаясь от удара на рыжих волнистых локонах, — Упс.
— Эй! — Алекса развернула свое удивленное лицо в сторону подруги, — Тебе конец.
Брюнетка поправила спавшую на глаза шапку руками в детских варежках и, запутавшись в ногах из-за того, что подскользнулась на снегу, развернулась, неуклюже пытаясь убежать. Не успев пробежать и десятка метров, тело Кимберли упало на снег. Точнее его уронили. Рыжая уселась рядом на колени, засыпая белым зимним песком спрятавшую подбородок в ворот куртки подругу.
— Кхм, — осуждающе послышалось сверху. Харрис. Алекса подняла легкий взгляд и поняла, что толкнула брюнетку прямо к нему в ноги.
— Можете вести себя не как дикари? — он нахмурился и сунул руки в карманы, от чего рыжая так же свела брови.
— А ты можешь вести себя не как зануда? — сказала Алекса, а Кимберли привстала и кинула в него маленькую горстку снега.
— Что, простите? — брюнет развернулся к ним лицом, хотя до этого стоял полу-боком.
— Прощаем, — в один голос сказали подруги, помогая друг-другу встать, и удалились, оставляя Харриса со своим удивлением наедине.
Вся масса студентов разделилась на двое. Точнее на один поток бывалых и маленький приток из новеньких. Чтобы войти в академию Вальгер и вправду нужно было преодолеть врата. Врата Валлы. Аналогия с Вальгаллой возникла в голове, но все мысли сразу же вышибло, когда могущественная скала затряслась, заставляя и почву под ногами вибрировать.
— Что за… — рыжая уставилась в землю, наблюдая как ее стопы невольно трясутся.
Звук треска и падающих осколков прочного камня заставил голову подняться в интересе. Поверхность скалы, руша саму себя изнутри, разъехалась, образуя прямоугольные фигурные врата, уходящие вглубь рельефной местности. Рисунки не давали рассмотреть головы студентов спереди, но, когда подошла и их очередь входить, глаза бесконечно скользили по скандинавскому орнаменту с геометрическими и зооморфными мотивами. Пока он радовал взор, ухо раздражало чье-то ворчание.
— Телефоны, — неприятная женщина пожилых лет из того самого поезда держала в руках коробку, — Ну, быстрее.
Алекса оглянулась, поняв, что не вошли только студенты Нрифитта.
— С чего бы это? — брюнетка сделала шаг вперед, машинально сунув руку в карман, но дрогнула, когда на плечо со спины легла рука Видара.
— Миссис Пин, давайте мне коробку, и проходите в академию, спасибо, — Хранитель повернулся к студентам, — Мы стараемся не использовать телефоны в Вальгере, потому что главное у нас — это то, что скрыто в вас самих, — он коснулся пальцами свободной руки груди Макса, посмотрев ему прямо в глаза, — Ваша энергия, то насколько она сильна и как совершает обмен, а электронные гаджеты и техника вмешиваются в ваши способности, уменьшая ваш потенциал.
— Но как нам связываться с родными? — рыжая сделала шаг вперед, озадаченно посмотрев на брюнета.
— Да, мы старомодны, но письма доставляют у нас быстро, не переживайте, — Видар усмехнулся, оставляя губы в улыбке, — Так же, для экстренных случаев, на территории имеется пара тройка стационарных телефонов, но их использование согласуется с высшей комиссией, с которой вы сегодня познакомитесь.
— Это… Странно, — Джошуа сжал в руке свой телефон, но взгляд хранителя на невербальном уровне заставил его захотеть отдать гаджет.
— Сейчас, когда вы будете проходить через врата, можете почувствовать легкое головокружение или боль в висках — это нормально для первого раза.
Пальцы еле как разжались, опуская телефон на дно коробки, когда глаза поднялись на хранителя, который одобрительно кивнул.
— Добро пожаловать, — он показал рукой в сторону врат, приглашая войти.
После первого шага, казалось, что тело забыло как дышать. Дыхание перехватило, и по лицу остальных было заметно, что не у одной Алексы. Будто бесцветный, но ощутимый поток чего-то плотного шел против них. Брюнетка сжала руку подруги. Ощущение, что тебя окутывает незримая, еле ощутимая сила, исследуя, изучая, проверяя. Идти было физически легко, но чувство постороннего вмешательства все больше охватывало разум, пока взгляд не мог остановиться рассматривать внутреннее устройство врат. В глаза ударил теплый свет ламп, от чего облегчение расслабило плечи. После пары десятка метров по прямой следовал плавный поворот налево. Пара шагов и, наконец, людный двор сказочной академии предстал перед глазами.
— Неплохо, — послышалось над ухом от подошедшего к девушкам Макса, держащего сумку перекинутой через плечо.
Он не задержал и секундного взгляда на подругах, а сделал шаг вперед после своей реплики. Почва под ногами сменилась на ровно положенную плитку серо-коричневого цвета с дымчатым оттенком, распластавшуюся по всей площади входного прямоугольного двора, грани которого задавались деревянными балками перил уличных переходов между корпусами. В середине двора стоял фигурный трехэтажный фонтан с широкими бортами, на которых сидела пара студентов, держа в руках книги. Холод сразу же пропал, от чего рыжая обернулась, будто бы желая убедиться о существовании снега позади, который еще секунду назад морозил кожу рук.
— Ваши комнаты еще не готовы, но вы можете отдать свои сумки — их доставят на места по готовности, — Трейда, разминая уставшую шею, подошла к Максу, говоря громче, чтобы слышали все, — В течении часа вас пригласят в зал для знакомства с комиссией и инструктажа по дальнейшим действиям, сейчас вы можете пройти в столовую и ожидать там.
Не дожидаясь ответа от студентов, русоволосая помощница развернулась на одних пятках и пошагала вперед, призывая пойти за ней, сложив руки за спиной. Алекса пыталась рассмотреть униформу снующих по переходам и дворам студентов, их лица, вещи в руках. Для них это был очередной день, обыденность, приевшаяся за многие годы, а для нее неизведанная территория, где все интересовало глаз.
Хотелось запомнить все повороты коридоров, но как только мощенные, коричневые двери, достигающие почти потолка, тяжело раздвинулись, то всю память заполнило первое впечатление о столовой. Большое двухэтажное пространство. На первом уровне в два раза больше, чем дюжинное количество деревянных столов с канделябрами и свечами по обе стороны, дополненными длинными лавочками, вместе с местом для раздачи еды и хранением приборов с подносами. В дальних углах угловые широкие лестницы ведут наверх — к достаточно узким проходам, которые в свою очередь располагают во всю свою длинную различные двери в другие коридоры. Где-то так же стояли темная книжная мебель и небольшие столики с креслами. Больше всего завораживали взор, будто вручную, вырезанные перила, ограждающие второй уровень от первого.
Время текло бесконечно медленно. Алекса сидела поперек скамьи. Алекса лежала на своих руках на столе. Алекса спала на той же самой, уже знакомой ей, скамье. Чего только она не делала. Часы внушающего размера из-за толщины своей окантовки и длины минутной и часовой стрелок, чье тиканье наполняло столовую, громко пробили ровно два часа дня вместе с тем, как громоздкие двери протаранили пол и ударились о каменные стены, от чего рыжеволосая резко подняла корпус, уставившись на Трейду. И без миниатюрного зама создавалось ощущение, что академия Вальгер когда-то была пристанищем для северных великанов, ведь только для того, чтобы ютить подобных громоздких созданий должно было понадобиться создавать такие крупные элементы убранства замка.
Русоволосая вновь вела «цыплят» по коридору, изредка рассматривая стены. Аккуратный носик иногда подергивался, замечая паутину в углах или новые трещины ее дома. Да, дома. То, что это ее дом, показывала сама Трейда, своим взглядом, своим поведением, даже своим шагом. В глазах читалось: «Это надо поменять. У этого брошь неровно висит. А это я уберу. Этого отчислю.» По дороге не было ни единой карты с планировкой академии, несмотря на то, что коридоры были однотипными и бесконечными в глазах новичков. Зам безошибочно помнила каждый поворот, каждую лестницу, настолько она любила это место и отдавала ему всю себя. Потянув руку к одному из факелов по обе стороны от дверей, Трейда открыла студентам Нрифитта, будущим студентам Вальгера, взор на главную залу, практически центр северной академии.
— Уже? — Видар обернулся, полусидя на белом столе боком ко входу, — Рады вас официально приветствовать, — он раскинул руки, встал и сделал несколько неторопливых шагов по узким четырем ступенькам, идущим от главного комиссионного и учительского столов к ученическим, длинным, белым местам, — Пока что только я и Хефлик, но комитет уже на пути, — он показал за свою спину.
Вода в огромном аквариуме колыхнулась, от того, что его обитатель сделал пару кругов внутри и показал себя во всей красе. Его чешуя переливалась жемчугом, а взгляд совершенно осознанно, не по-звериному, осматривал студентов, сощурившись на Алексе. Это было что-то между темно-бордовым драконом, по форме своей морды, лапам и чешуе, и огромной муреной из-за хвоста и формы глаз. Но разве такие бывают? Полностью стеклянный аквариум был наполнен красными, синими и зелеными кораллами, мхом, поросшим на различных бетонных статуэтках и кристальной водой, которая магически отблескивала синим, благодаря окнам от потолка до пола. Весь зал был огранен ими. Стены составляли только миллиметры на стыках между створками. Прозрачные прямоугольные стекла внутри окна были разбитыми на квадраты белыми деревянными окантовками вместе с роскошными золотыми ручками в них. Окна открывались, ведь за ее пределами была веранда, на которую явно был выход. Зал блестел в свете солнца — темно-коричневые плотные шторы, больше походящие на полотна с золотыми вензелями, были раздвинуты и завязаны золотой, толстой, плетенной веревкой с бахромой на конце.
— Хефлик? — поправил очки Харрис.
— Ха Ердманн Фрейр Лодур Игг Квасир, — дракон улегся на дно и устало закрыл глаза, — Сокращенно — Хефлик, но он не любит, когда его так называют.
— Что за…зверь такой, — Макс нахмурился.
— Считается, что такие как он…- начал мужчина, словно рассказывая древнюю историю, — это потомки Хафгуфа — самого большого морского чудовища Исландских вод — и Фафнира — дракона, от чего их и называют на исландском, — Видар заботливо, будто по аквариуму, провел рукой по воздуху напротив зверя, — Но таких Хефликов осталось совсем немного, около трех, и все самцы, — темноволосый директор сложил руки за спиной, — наш почти самый древний.
— Хранитель, думаю пора закончить с легендами, — Трейда кивнула за его спину, где стягивались статные лица Вальгера.
— Да, ты, как всегда, права.
