Поразительная реальность Гамбола

- Всем досдать листы с домашним заданием! - кабинет в очередной раз сотрясся от гневного крика мисс Симиан, противного, словно непрекращающееся вождения вилки о поверхность тарелки. Учительница стремительно пролетела мимо парт, успевая собирать листы со всех сторон. Искусственный ветер, какой она создавала своим твердым шагом, заставлял платье тихонько шуршать. Ее образ был столь противоречив не только внешнему виду, но и характеру. Она имела неприятные черты лица : всегда сдвинутые к переносице брови, казалось, и не знали других мест на лице, а глаза кипели ненавистью ко всему, что способно перемещаться в этой школе, кроме, разве что, директора Брауна. Короткая стрижка темных волос не спасала морщинистое лицо, как и пушок над верхней губой. И все это дополняло милое платье цвета клубнично-молочного коктейля. Она была похожа на ряженного бабуина настолько сильно, что временами ученики Элморской школы ставили под сомнение вид существа под названием "Мисс Симиан". Действительно ли она человек? Но речь не о ней, а о том, к кому она подойдет в самую последнюю очередь, держа в левой руке стопку листов с домашними заданиями. Все взгляды одноклассников направлены на одного ученика. Парень сидел, откинувшись на спинку стула с бесцеремонно закинутыми ногами на парту. Пальцы рук он сомкнул в замок и держал их за головой. Эта расслабленная поза перед угрозой для школьной жизни заставляла нервничать окружающих, но никак не Гамбола. Умиротворенно прикрытые веки парень поднял, только когда шаги учительницы стихли. Он смотрел на нее снизу вверх пронизывающими черными глазами, не стирая с лица самодовольного выражения, от которого веяло абсолютным спокойствием, чего не сказать о стоящей напротив него учительницы. - Ну, Уоттерсон, какое оправдание на этот раз? - на удивление всех присутствующих нормально спросила она. Учительница недобро улыбнулась, что значило ровно один шаг до неминуемой громкой катастрофы. Гамбол без желания изменять позу, движением головы стряхнул лезущую в лицо небесно-голубую, как и все его пышные волосы, челку. - Видите ли, мисс Симиан, я должен был тратить весь потенциал моего мозга на решение этих бесполезных задач, чтобы получить не имеющую никакой ценности оценку, чтобы таких накопилось достаточное количество, чтобы окончить школу и пойти работать. Наступит взрослая жизнь, и мне прийдется платить налоги и разбираться в кредитах и счетах. Я полагаю, что весь мой ум должен уйти на решение взрослых задач, значит попросту тратить его на понимание геометрии крайне не рационально. - Мне это надоело! Останешься после уроков! - почти с таким же оглушительным звуком, что и крик, она обрушила кулак на парту Гамбола. После этой сцены недопонимания объяснений Гамбол уселся за парту, как и подобает всем приличным ученикам. Подперев рукой подбородок, он, теперь уже недовольный, ждал конца урока. День тянулся, как жевательная резинка. Уроки кончились, а вот впереди ожидали еще неизвестные часы провождения в школе. Класс почти сразу опустел, после того, как звонок прекратил извещать всю школу об окончании уроков. Гамбол остался сидеть на своем месте, что-то увлеченно рисуя на бумаге. Рядом с ним стоял, скрестив руки, рыжеволосый парень, который ничего не говорил, а лишь осуждающе наблюдал за братом. - Что? - наконец Гамбол оторвался от дела. - Друг, я же предупреждал. Я спросил тебя про домашку ровно 19 раз, плюс 4 раза, пока сам ее делал. Почему ты так любишь все усложнять? - Я ведь сказал правду мисс Симиан. Дарвин, продолжая сверлить Гамбола серьезным взглядом, выгнул бровь. - Ладно, я сказал ей половину правды. Выражение лица младшего брата не изменилось. И тогда Гамбол раздраженно закатил глаза : - Агх, ладно! Да, мне просто было лень делать домашку. - И что мне сказать маме? - спросил Дарвин, удовлетворенный очевидным ответом брата. - Скажи, что я прийду позднее, вот и всё - отмахнулся тот и продолжил выводить линии на бумаге. Дарвин поверженно вздохнул и удалился из кабинета. Секунды перетекали в минуты, минуты превращались в часы, а часы все накапливались. В стекла стали пробиваться лучи закатного солнца, и наконец вся стена напротив окон окрасилась в насыщенный желтовато-оранжевый цвет, украшенный теневыми декорациями. С момента ухода Дарвина, никто так и не посетил этот кабинет. Гамбол рисовал на бумаге, на школьной доске, строил башню из письменных принадлежностей и стены из парт, исследовал учительский стол, делал оригами из тетрадных листов, а сейчас, утомившись после скучной деятельности, сидел за партой и дремал. Долгожданный звук дверной ручки заставил вздрогнуть отошедшего было ко сну парня. В помещение зашел крупный мужчина среднего роста - школьный разнорабочий, выполнявший обязанности уборщика, буфетчика и водителя школьного автобуса. Рокки Робинсон не обратил внимание на ученика. Взмах шваброй и монотонные неспешные движения, казалось, поглотили мужчину настолько, что единственным объектом наблюдения на данный момент был только пол. В классе сохранялась безмятежная тишина, поэтому до слуха Гамбола, который сидел на самой последней парте ряда у окна, доносились негромкие звуки тяжелой рок музыки из чужих наушников, находящихся, однако, в другом конце кабинета. Гамбол принял невозмутимый вид и начал собирать рюкзак. Закинул одну лямку на плечо и направился прямо к Рокки. Тот краем глаза все же заметил пресловутого "любителя учебы и саморазвития" и снял наушники. - А, Гамбол! - добродушно улыбнулся Робинсон. -Ты как всегда? - Мне следует начать привыкать к таким наказаниям. Мисс Симиан ушла? - Два с половиной часа назад, приятель. Гамбол лишь вздохнул. - Но спасибо, что открыл дверь. А то я бы тут еще сидел, если бы не придумал план побега. - парень благодарно улыбнулся. - Да пожалуйста. - ответил Рокки. Выдержав паузу, которая вполне могла послужить концом их короткого разговора, мужчина почесал рыжую бороду и добавил - Хотя ты бы и сам мог взять ручку и толкнуть дверь от себя. - Что за...?! - раздраженный взгляд выпустил пулю зарождавшейся злобы в невиновного уборщика. - То есть, как это?! Она все это время была открыта, и я мог просто уйти?! Рокки пожал плечами и, надев наушники - знак уже наверняка оконченного диалога - вернулся к своей работе. Гамбол врезал себе ладонью по лбу и быстро покинул кабинет, бормоча под нос односложные предложения, типа : "Невероятно!". Солнце уже село, о чем неназойливо шептали нежно-желтые разводы, совершавшие мягкий и аккуратный переход к великой синеве небосвода. Впрочем, на красоты Элморской природы Гамбол никогда не обращал внимание, и сегодняшний день отнюдь не исключение. - Поверить не могу, что я потратил столько времени впустую. И все из-за какой-то дурацкой двери. - ворчал парень, испепеляя взглядом асфальт. Он принимал во внимание свое поведение, хоть и не считал его неприемлем в соответствии с нормами этикета. Принимал заслуженные наказания, почему и перестал сопротивляться вовсе. Смирился, наконец, с отношением к нему мисс Симиан. Но продолжал злиться из-за столь глупо упущенной возможности покинуть учебное заведение. Открытая дверь, так или иначе, не давала ему покоя. Парень успел пройти каких-то двести метров от школы, и стоило ему попасть под крону раскидистого дерева, раздался звук быстро сползающей по коре веревки. Мгновенная реакция заставила Гамбола второпях рвануть вперед. Не справившись с управлением собственного тела и подгоняемый жутким грохотом, Гамбол упал на живот, но почти сразу перевернулся на спину. Он с ужасом смотрел на останки того, что секунды назад было музыкальным инструментом. - Это... Рояль?! - ошарашено спросил сам себя Уоттерсон. Дрожащими пальцами он лучше оперся о теплый асфальт, чтобы встать. Но ему не удалось. Ладонь, появившаяся со спины Гамбола, заткнула ему рот, и в этот же миг был накинут мешок на голову. Мир погрузился в полутьму с размытыми точками света, а затем наступила полная потеря чувств. Тело парня обмякло, поддерживаемое рукой похитителя.