Педики тоже люди.

      Через два дня Новый год. Марат ломает голову, что же подарить своему мальчику. Он так хочет его удивить. Хочет подарить то, что ему точно понравится. Хочет вложить частичку себя, чтобы эта вещь напоминала парню о нём.       Хоть Васильеву и понравится всё, что подарит старший, ведь ему главное не подарок, а внимание, Суворов всё равно ломал голову над тем, как его удивить. Сам Андрей то уже выбрал подарок.       Парни отправились погулять. Им нужно было зайти в подвал к Вове и пацанам. Шли медленно, наслаждаясь моментом и этой атмосферой. На улице было не так холодно, с неба падали маленькие снежинки, которые поблёскивали на солнце, выходящим из–за туч. Лёгкий морозный воздух приятно очищает лёгкие от дыма сигарет, скуренных несколько минут назад. Из окон каждого дома буквально идёт новогоднее настроение. У всех уже стоят ёлки. Все сидят в кругу семьи и обсуждают планы на Новый год, подарки и прочую ересь.       — Здарова, — говорит первым Марат, проходя в подвал и смахивая с себя снег.       — Привет, — Андрей как всегда пожимает всем руки. Ничего нового.       — Ну чё, пацаны, как Новый год будете праздновать? — спросил Зима, откидываясь на спинку дивана.       — Мы с Зимой будем, — радостно произнёс Валера.       — Я с вами, наверное, а потом к Наташе пойду, — отозвался Адидас, поглядывая на реакцию брата.       — Мама Андрея позвала нас с мамой вместе отмечать. Отец уехал, а чего нам одним сидеть? — Марат расползся в улыбке, посмотрев на друга.       — Вот и молодцы, а то я думал, что ты будешь беситься, я же не с вами буду, — Вова облегчённо выдохнул. Теперь он не переживает за младшего, ему точно будет весело.       Турбо и Зима еле сдерживали смех и свои мысли. Они прекрасно понимали, что Новый год парни не просто так вместе отмечать будут и это явно закончится чем–то интересным.       — Ага… — Адидас младший присел на стул рядом с диваном.       — Марат, идти надо. У меня музыкалка, — напомнил Андрей. У него сегодня последнее выступление перед каникулами. Опоздать он никак уж не мог. И так репутацию подпортил своими прогулами и побитыми костяшками.       — Да я тоже, наверное, пойду, мне ещё подарки выбирать, — сказал Адидас, вставая со своего места и выходя из комнатушки.       — Ты иди, я щас догоню, — кивнул в сторону двери Марат, дожидаясь, пока младший выйдет.       Он обернулся на старших, желая что–то сказать. Марат долго думал к кому обратиться с такой просьбой. Он себе уже всю голову забил и не придумал ничего лучше, чем спросить совета у этих двоих.       — Пацаны, помогите по–братски… — умолял Суворов. — Я вообще не знаю, что дарить Андрею, не хочу облажаться.       Вахит и Валера засмеялись. Такого у них ещё никто не спрашивал. Что подарить своему парню? Даже звучит странно.       — Бля, Маратка, мы то откуда знаем, что твоему Андрюхе нравится? — унимая смех, сказал Турбо.       — Во–во, решай свои проблемы сам, — добавил Зима, доставая одну сигарету из пачки.       *Помощи от них как с козла молока.* — подумал младший.       — Ну совет дайте хоть какой–то, — Суворов надеялся хоть на что–то. Ему больше некого спрашивать. Вову опасно. Мать Андрея вряд ли что–то посоветует.       — Ну вот что ему нравится больше всего? — всё–таки соизволил помочь Турбо.       — Ну, не знаю… Музыка вроде… — неуверенно ответил он.       — Музыка значит. Ну, подари ему что–нибудь связанное с музыкой, ну или с тобой. Тебя же он тоже любит? — усмехнулся Валера.       Тут Марата осенило. Он придумал идеальный подарок. Осталось его только осуществить.       — Точно! Всё, спасибо, пацаны! Я пошёл! — радостно прокричал Марат и убежал наверх к Андрею, который его там уже заждался, бедный.       Тридцатое декабря. Завтра Новый год. Марат всё возится с подарком Андрею. Ищет всё, что нужно. Старается. Вкладывает всю душу и всё сердце и надеется, что светловолосому понравится.       Андрей помогал маме на кухне. Чистил картошку, нарезал, что нужно. Мыл тарелки и ложки, которые запачкались в процессе приготовления. Они разговаривали, было так уютно. Давно такого не было.       — Андрей, а ты уже приготовил подарок Марату? — спросила мама, дорезая кабачок.       — Ага… Я всю неделю старался, — вспоминает сын. Андрею и вправду пришлось постараться. Он долго копил на этот подарок. Долго думал. Пришлось потрудиться, но это того стоило.       — Не раскроешь что это? — Светлана заинтересовано глянула на сына. Ей и вправду стало интересно, что же такого там в этом подарке.       — Неа, потом увидишь, — отрезал Андрей. Ещё рано.       Они продолжили разговаривать на другие темы, не отвлекаясь от готовки. Приготовить нужно было не так много, так как мама Марата взяла часть готовки на себя.       Их разговоры прервал звук открывающейся двери. Это был Марат. Он уже приходил сюда как к себе домой. Чего ему стесняться.       Андрей сразу пошёл в коридор встречать «гостя»       — Привет, — младший потянулся за объятиями, — как день прошёл?       Они уже как женатики. Спрашивают, как день прошёл, встречают и обнимают друг друга, когда домой приходят. Ужас.       — Привет, — сказал Марат, отвечая на объятия и оставляя на виске другого поцелуй, — отлично. А я смотрю, ты тут готовишь?       Суворов ярко улыбается: Андрей выглядел так по–домашнему. Прям как котёнок. Хотелось просто взять и затискать его до смерти уже в который раз.       — Да, и ты щас будешь нам помогать, — Васильев хитро улыбнулся. Сучёныш.       Наконец–то через пару часов они всё закончили. Можно пойти спать. Они убрали кухню, которая была больше похожа на поле боя, чем на кухню: на полу валялись очистки и кусочки овощей, по столу был размазан крем или уже не крем, а то, во что он превратился вперемешку с соком от помидор и другими частями продуктов и специй.       Сами парни от кухни не отличались. На них был целый список продуктов. Хорошо, что у них короткие волосы, иначе это был бы пиздец.       — У тебя тут крем, — указывая на область вокруг губ, подметил Марат.       Андрей попытался слизать его языком, но получалось так себе. Просто вытереть такой ценный и вкусный продукт было жалко. Не зря же они его тайком подъедали.       — Дай я, — сказал старший, подходя поближе и проводя языком по месту, где был крем, ненароком задевая губы Андрея.       Тот сразу покраснел и улыбнулся как дурак. Было приятно и так странно. Зачем он это сделал?       Они стояли близко друг к другу, но из–за нелепости момента просто рассмеялись друг другу в лицо.       — Пойдем умываться, а то выглядишь как чучело, — всё еще отходя от смеха, подколол Суворова Васильев.       — Сам ты чучело, блять! — Марата это подбешивало. Он буркнул себе что–то под нос и пошёл в ванную за Андреем.       Умывшись, парни пошли в комнату. Время было уже много, хотелось спать и элементарно отдохнуть от такой большой работы, которую они проделали. Всё–таки готовка — это не их…       Получилось всё довольно вкусно. Хотя откуда им знать? Не они же постоянно воровали кусочки еды, пока готовили.       Андрей лёг на кровать, облегчённо вздыхая. Наконец–то он может расслабиться. Такая тёплая и манящая кровать. Марат плюхнулся рядом, приобнимая младшего за талию. Даже на такой маленькой кровати им было комфортно вдвоём. В тесноте, да не в обиде как говорится.       — Спокойной ночи, Андрейка, — Марат поцеловал парня в губы.       — Спокойной ночи, — Васильев повернулся к нему спиной, а потом тихо добавил, — Маратка…       Суворов на это лишь устало улыбнулся и ещё сильнее прижался к крепкому телу, лежащему рядом, обжигая его шею своим горячим дыханием и оставляя невесомые поцелуи на уже чистой коже. В воздухе парила нежность и спокойствие. Оба парня блаженно закрыли глаза, погружаясь в царство Морфея, ожидая завтрашнего дня и представляя, как они буду праздновать и дарить друг другу подарки. Всё это будет завтра. Всё это будет в Новом году, который они начнут счастливо и войдут в него вместе как пара.