Спираль смерти / 死亡回旋 / Death Spiral

Сюй Жэньдун даже представить не мог, что именно подразумевал под «солгал» Юань Сюэмин, так что продолжил хранить молчание, оставаясь в темноте, скрывающей его лицо. Юань Сюэмин глубоко затянулся сигаретой, довольно сощурившись. С наслаждением выпустив облачко дыма, он медленно протянул: - Ты точно никакой не новичок. Сюй Жэньдун ненадолго задумался, а затем согласился: - Да, я здесь в четвертый раз. Он спокойно произнес это и не ощутил, что его рот будто зашили, как в прошлые разы. Так что он догадался, что хоть он и не может прямо рассказать другим о своих восстаниях из мёртвых, он может намекнуть. Юань Сюэмин кивнул в ответ: - Раз ты оказывается четырехкратный ветеран, тогда твое спокойствие неудивительно. Он чиркнул зажигалкой и протянул ее Сюй Жэньдуну, чтобы подкурить сигарету, а затем с блаженством сделал очередную затяжку. Вдвоем они молча курили у окна. И хотя на организм в целом это влияло пагубно, в моменте нервное напряжение уменьшалось, и воспринимать смертоносность ночи становилось легче. - Почему тебя мучает бессонница? – задал вопрос Сюй Жэньдун. - В реальности я сутками лежу в палате интенсивной терапии, так что уже выспался на жизнь вперед. И раз у меня появилась возможность передвигаться, я хочу оставаться на ногах как можно дольше. - То есть ты говоришь, что на самом деле ты тяжело болен и прикован к постели, но здесь ты здоров? – удивился Сюй Жэньдун и снова посмотрел на Юань Сюэмина. Он заметил его впавшие щеки, черные круги под глазами и нездоровый цвет лица. В тусклом желтом отсвете от сигареты тот действительно выглядел болезненно. После попадания в этот мир физическое и душевное состояние Юань Сюэмина ничем не отличалось от остальных, так что всем казалось, что у него просто проблемы со сном. Никто и не подумал бы, что в реальном мире он лежит в реанимации. - Я не просто тяжело болен, - улыбнулся Юань Сюэмин, - я практически умираю. И только в этом мире, полном монстров и злых духов, я продолжаю оставаться личностью. Как только я покидаю его, я снова впадаю в кому. Он провел пальцем по горлу, имитируя разрез: - Ничего не знаешь об интубации трахеи? Делается под наркозом. Сюй Жэньдун проследил за движением его пальца по шее, и его немедленно захлестнули плохие воспоминания. По позвоночнику пробежал холодок, и он целиком оказался под властью чувства, что сейчас сзади его схватит пара рук, оттащит в темноту и перережет горло. Он незамедлительно обернулся и наткнулся взглядом на неплотно закрытую дверь в их комнату. Сквозь небольшую щель было видно мирно спавшего на кровати Лянь Цяо. Необъяснимым образом его сердце замедлило ход, как будто присутствие Лянь Цяо поблизости отогнало его страх.  - Какой у тебя диагноз? – вернулся к разговору Сюй Жэньдун. Юань Сюэмин продолжал улыбаться: - Полиорганная недостаточность. Затушив сигарету, он достал из пачки другую и снова закурил. В тусклом лунном свете Сюй Жэньдун отчетливо видел, что она была дорогой марки. Юань Сюэмин же продолжал: - На самом деле, я должен был умереть уже очень давно, но моя семья не смогла меня отпустить и меня положили в ПРИТ. Мое сердце, лёгкие и почки не выполняют свои функции, и каждый день мне вливают эритроциты, тромбоциты и делают инъекции альбумина, чтобы я мог продолжать цепляться за жизнь. Я умолчу о том, что я нахожусь в лучшем реанимационном отделении лучшей клиники страны, где опережающие время технологии. Так что даже в моем уже гниющем изнутри теле они умудряются поддерживать жизнь в течение нескольких месяцев... Как здорово быть богатым. Сюй Жэньдун не нашелся с ответом и промолчал. - Знаешь, что первое пришло мне в голову, когда я впервые увидел лифт? – Юань Сюэмин говорил спокойным тоном, будто рассказывал шутку, - я подумал: преисподняя действительно следит за прогрессом, раз даже в ад теперь забирают на лифтах. Я не учел только того, что на этом лифте попаду не совсем в тот ад, который я себе представлял. - Когда именно ты впервые увидел лифт? – не удержался Сюй Жэньдун. Юань Сюэмин взглянул на него и беспомощно улыбнулся: - Молодой человек, известно ли вам, что медикаментозный сон бывает двух видов? Непосредственно наркоз и седация? Под наркозом происходит полное отключение сознания, человек погружается в глубокий сон и понятия не имеет, что происходит вокруг. Под седацией ты просто не чувствуешь боль; ты не можешь двигаться, но твое сознание продолжает работать. Сюй Жэньдун немного опешил. Он еще не услышал ответа на свой вопрос, но от вступления к нему уже ужаснулся. Юань Сюэмин вгляделся в снегопад за окном и продолжил медленно говорить: - Каждое утро ты слышишь, как доктора делают обход, как медсестры ходят туда-сюда, занимаясь ежедневными делами. На тебе дают практиковаться интернам, и пусть боли от уколов ты не ощущаешь, ты слышишь, как они обсуждают, что не могут найти вену, или под правильным ли углом они вводят иглу. По ночам же всегда привозят нуждающихся в неотложной помощи. Ты слышишь, как дежурный врач делает искусственное дыхание, как все сбиваются с ног, до смерти уставая. Спасли ли очередного пациента или же он покинул наш мир, получается узнать только на следующее утро. Хотя под седацией ты и остаешься в сознании, но твое тело спит. Ты чувствуешь себя будто пьяным, а душа кажется парящей где-то рядом с телом, которое подключено трубками к оборудованию. Ты лежишь и лежишь в оцепенении, ты все слышишь и все понимаешь, но как будто под сонным параличом. Ты не чувствуешь своего тела и все же сам ты не спишь. Он сделал паузу, и в его улыбке отразилась грусть. - Как ты думаешь, в таком состоянии я мог запомнить, когда впервые вошел в лифт? Когда это было? Сюй Жэньдун хранил гробовое молчание. Юань Сюэмин с очередной улыбкой заговорил: - По идее, я даже слегка благодарен этому жуткому миру. Пусть здесь легко погибнуть, но только здесь я снова чувствую себя человеком и что я всё еще жив. Его сигарета вновь потухла, и он потянулся за третьей. Сюй Жэньдун успел позабыть о своей сигарете, которую держал в руке, и та, догорев до фильтра, обожгла ему пальцы. Он затушил ее и попытался собраться с мыслями. Опустив глаза, он наконец проговорил: - Носи эту куклу с собой и никому ее не отдавай. - Я знаю, что кукла может спасти мою жизнь, - ответил Юань Сюэмин. Сюй Жэньдун удивленно взглянул на него, и Юань Сюэмин пояснил: - Если много играть в игры, то найдешь много общего с происходящим здесь. К примеру, подобный квестовый предмет может тебя либо убить, либо спасти. Так как погибшие вчера были без кукол, это доказало, что кукла используется для сохранения жизни. Сюй Жэньдун похолодел. Он вспомнил слова Цзян Ли из своего предыдущего воплощения о том, что Юань Сюэмин использует новеньких для проверки причин для убийства. Тогда он решил, что Цзян Ли потеряла над собой контроль и преувеличила, но теперь казалось, что Юань Сюэмин действительно мог пойти на такое. - Почему ты не рассказал всем? – ледяным тоном спросил он. Юань Сюэмин тихо рассмеялся и покачал головой: - Ты все еще такой наивный. Какая польза от того, что я скажу им? У нас только три куклы, а в команде больше десяти человек. Сказать им такое значит обречь их на противостояние и начать кровопролитие. Каждый здесь хочет остаться в живых. Моя жизнь может и подходит к концу, но многие попавшие сюда молоды и полны сил, им еще жить и жить. А некоторые, как Сюй Хун, никак не погибают, хоть и все для этого делают. Все здесь так зыбко и странно, кто разберется, какой во всем этом смысл? Сюй Жэньдун ничего не отвечал, продолжая стоять с ледяным выражением лица. Это не задело Юань Сюэмина, более того, он похлопал мужчину по плечу и задушевным менторским тоном сказал: - Ты еще так молод и, возможно, ты не согласишься с этим, но это факт. Это все предначертано. Сюй Жэньдун не удержался от мысли: «почему же мне предначертано умирать раз за разом? Почему я, один только я?» Что я такого сделал, что теперь я должен испытывать всю эту боль? Юань Сюэмин заметил, как мужчина поменялся в лице и принялся его успокаивать: - Не переживай, наша встреча тоже была предначертана. И если я найду еще одну куклу, то непременно отдам ее тебе. - Нет нужды, - холодно отказался Сюй Жэньдун. - Так значит у тебя и твоего друга уже есть матрёшки? – улыбнулся Юань Сюэмин. Сюй Жэньдун пораженно замер. Он тут же осознал, что его провели и вызнали то, что он скрывал и, не удержавшись, снова изменился в лице. Юань Сюэмин засмеялся, увидев его реакцию: - Я уже говорил, что ты очень наивный? Это нормально, если ты никому не хочешь причинять вреда, но при этом ты позволяешь причинить вред самому себе. Впредь ты должен быть намного осторожнее. После этих слов он неспешно ушел, оставив Сюй Жэньдуна одного в растерянных чувствах. Был Юань Сюэмин врагом или все-таки другом, до сих пор было неясно. Все испытавшие на себе прелести не одного параллельного мира становились ходячими загадками? Цзян Ли, Ван Юань, Юань Сюэмин… они будто видели больше других и продумывали каждый свой шаг. Если бы не способность Сюй Жэньдуна перезагружать мир, он уже давно бы погиб, не успев даже понять, что случилось. А как насчет Лянь Цяо? Сердце Сюй Жэньдуна сжалось, и ему стало трудно дышать. Он открыл дверь и вернулся в кровать, увидев, что Лянь Цяо все еще спал как невинный младенец. Он даже причмокивал во сне губами, будто ему снилось что-то вкусное, и улыбался уголками губ. На Сюй Жэньдуна обрушилось знакомое чувство, принесшее с собой внезапное облегчение: в конце концов, у него не было ни единой причины думать, что Лянь Цяо не заслуживал доверия. Наоборот, Лянь Цяо был единственным, кому он мог доверять. Впервые в жизни Сюй Жэньдун решил прислушаться к своему сердцу, а не к голове. Утром Сюй Жэньдун еще крепко спал, что бывало очень редко. Его разбудил встревоженный Лянь Цяо, сообщивший, что за дверью была какая-то суматоха, и что-то наверняка случилось. - Давай выйдем посмотрим! - Хорошо, - ожидавший подобного Сюй Жэньдун тут же встал с кровати. Разумеется, снаружи все толпились возле одной конкретной двери, перешептываясь с тревогой на лицах. Юань Сюэмин тоже был там и улыбнулся, завидев Сюй Жэньдуна. Мужчина молча отвел взгляд. Погибли две девушки, прошлым вечером не спускавшие с Сюй Жэньдуна глаз, но не решавшиеся к нему подойти. Сюй Жэньдун и не догадывался, что творилось у них в головах, но теперь, когда они были мертвы и их трупы оказались на всеобщем обозрении, ему было их жаль. Веселье прошлого вечера подействовало на всех, как обезболивающее, и люди выборочно забыли, что до сих пор находились в смертельной опасности. Однако смерть уже утром напомнила о себе, разбив все иллюзии. Тяжесть происходящего с новой силой навалилась на каждого. Сорвавшись, кто-то панически закричал: - Да что за причина убить была у духов на этот раз? Если так будет продолжаться, мы погибнем раньше, чем успеем собрать всех кукол! Сюй Хун усмехнулась и, вперившись взглядом в Юань Сюэмина, заговорила: - Кто знает? Разве не он говорил, что причины для убийства в каждом мире разные? Юань Сюэмин проигнорировал ее нападку и произнес: - Давайте сегодня поищем на востоке. Я все еще считаю, что самое важное для нас как можно скорее выполнить задание и уйти. Ни у кого не нашлось возражений, так что люди стали готовиться к походу, принявшись собирать свои вещи. Мужчины тоже вернулись в свою комнату. Лянь Цяо молча положил монтировку в рюкзак, а затем по его лицу скользнула тень, и он в замешательстве взглянул на Сюй Жэньдуна, горя желанием что-то сказать. - В чем дело? – подтолкнул его Сюй Жэньдун. - Жэньдун-гэ, у четверых погибших за эти дни было кое-что общее: они все не успели найти матрёшек. Как думаешь, это… Сюй Жэньдун не ожидал, что Лянь Цяо так быстро догадается о причине для убийства. Он ненадолго задумался и решил, что скрывать этот факт от Лянь Цяо не было необходимости, так что утвердительно кивнул: - Я тоже думаю, что это может быть причиной для убийства. Этой ночью я услышал разговор между теми девушками и кроликом. И кролик спрашивал их, нашли ли они матрёшки. Он не мог говорить, что уже несколько раз умирал в этом мире, но он мог лгать, передавая то, что уже узнал раньше. Лянь Цяо поменялся в лице: - И затем их просто… - Да. Лянь Цяо нахмурился, все больше и больше мрачнея. Сюй Жэньдун решил, что тот испугался, и утешительно произнес: - Не волнуйся, я уже давно нашел одну из матрёшек и спрятал ее в твоем кармане. Нам обоим сейчас нечего опасаться. Лянь Цяо изумленно распахнул глаза. Он прохлопал свою одежду и действительно обнаружил матрёшку. Она была предпоследней в наборе, закрывающей самую маленькую куколку, так что по размеру была немногим больше, и поэтому Сюй Жэньдуну и удалось спрятать ее без его ведома. Лянь Цяо сжал куколку в руке и ткнул ей в лицо пальцем, почти зашипев: - Жэньдун-гэ, когда ты успел ее спрятать в моей одежде? И почему я ничего об этом не знаю? - Э, пока ты спал, - ответил Сюй Жэньдун. Лянь Цяо фыркнул, прикрыв лицо: - И пока беспомощный мальчик спал, мужчина, лежавший рядом, засунул ему это… Что ради всего святого несет этот дурачок? Лянь Цяо немного сместил ладонь и взглянул на Сюй Жэньдуна сквозь пальцы: - Жэньдун-гэ, ты такой заботливый. Есть ли какая-то вероятность, что это потому, что ты давно тайно влюблен в меня? Сюй Жэньдун очень серьёзно задумался, прежде чем ответить: - Нет. - Эх, - Лянь Цяо разочарованно убрал руки от лица. Сюй Жэньдун смотрел на него, и ему вдруг вспомнился тот вечер, когда они впервые познакомились: тогда Лянь Цяо рассказал ему об импринтинге. То, что он тогда спас его и оказался первым человеком, встретившемся ему в этом мире, сформировало у Лянь Цяо синдром утёнка, так что он как птенец следовал за ним с таким же доверием. Казалось, это случилось так давно, а теперь Лянь Цяо и вовсе об этом не помнил. После очередной перезагрузки мира все его воспоминания о нем были стерты. Ничего не осталось. Но Сюй Жэньдун продолжал помнить. Он посмотрел Лянь Цяо в глаза и серьезно проговорил: - Я отношусь к тебе как к первому маленькому птенчику, который встретился мне в этом мире. Лянь Цяо оторопел и неосознанно бросил взгляд куда-то вниз, пробормотав: - Птенчик не такой уж и маленький… Теперь оторопел Сюй Жэньдун. Молодой человек, и почему вы настолько испорченный?