Спираль смерти / 死亡回旋 / Death Spiral

Следующий день был четвертым по счету с момента, как все они попали сюда, так что трупы по утрам уже никого не удивляли. Завидев сочившуюся из-под двери кровь, люди просто повыше поднимали ноги, перешагивая через нее. Похоже, все пришли к выводу, что даже открывать дверь для проверки, не выжил ли кто-нибудь внутри, было напрасной тратой сил. Юань Сюэмин, несший на себе бремя лидера, продолжил проверять такие комнаты. Сюй Жэньдун не хотел видеть, как погибла Цзян Ли, так что он дождался Юань Сюэмина и затем спросил его: - Они оба мертвы? - Да. Ван Юань был настоящим мужчиной, - ответил Юань Сюэмин. - О чем ты? - Он до последнего пытался закрыть Цзян Ли собой, не выпуская ее из рук. От него не осталось ни одного целого кусочка, но он так и не отпустил ее. Эта пара действительно сильно любила друг друга. Сюй Жэньдун напомнил себе, что Цзян Ли тоже пошла на его убийство ради Ван Юаня, и затруднился что-либо ответить. Вдвоем мужчины спустились на первый этаж и на подходе к кухне стали свидетелями нешуточной ссоры. - Хочешь меня изнутри поджарить? – бушевал невысокий мужчина, который днем ранее разругался с Сюй Хун. Он выплеснул молоко на пол, выглядя одновременно и уязвленным, и гордым. – Неужели все из-за того, что вчера я оказался удачливее тебя и выиграл жребий? Поэтому ты теперь отыгрываешься? Сюй Хун сегодня кипятила на всех молоко, так что она колким взглядом окинула лужу на полу и процедила: - Не нравится, не пей. Кстати, не забудь протереть за собой пол, а то вдруг свинство тоже одна из причин для убийства? А ты ведь только-только получил куклу, вот будет жалость. До Сюй Жэньдуна дошло, что причина их ссоры заключалось в перекипяченном молоке. Просто после вчерашней стычки их злоба друг на друга никуда не делась, а мужчина оказался мелочным не только ростом, но и душой, так что выиграв куклу, немедленно возгордился, что обошел Сюй Хун. Та же в свою очередь хоть и не стала предпринимать никаких мер, не собиралась прекращать цепляться с ним языком. Так что они переругивались с таким видом, будто вот-вот начнут драться. Юань Сюэмин сделал шаг вперед и с нажимом поинтересовался: - Эй, вы двое снова ругаетесь с самого утра? У вас нет никаких более важных дел? С ледяным лицом Сюй Хун с кружкой молока в руке пересела как можно дальше от невысокого мужчины. Сюй Жэньдун подошел к Лянь Цяо, и тот передал мужичине нехитрый завтрак, негромко шепнув: - Молоко немного горячее, пей осторожнее. Сюй Жэньдун кивнул, а Лянь Цяо продолжил негромко говорить: - Этот мужичок немного того. Как можно было на полном серьезе заявить, что Сюй Хун хочет обжечь его молоком до смерти для того, чтобы заполучить его куклу? Сюй Жэньдуна рассмешила эта формулировка, но он не подал виду, опасаясь сидевшей неподалеку Сюй Хун, так что лишь едва заметно приподнял уголки рта. - Сегодня я собираюсь отправиться на поиски в южной стороне, у кого какие возражения? – подал голос Юань Сюэмин.  Как ветеран и самый старший среди них, обычно Юань Сюэмин не получал никаких возражений. Но на этот раз кое-кто поднял руку. Тот самый невысокий мужчина быстро проговорил: - Мне что-то нехорошо, я сегодня не хочу никуда идти. Окружающие косо переглянулись, и еще двое тут же подхватили: - Я тоже не пойду! - И я! У всех троих было в распоряжении по матрёшке, так что их позиция была очевидна: раз у них уже есть куклы, теперь им безопаснее оставаться в хижине. А на разведку пусть идут те, у кого их нет. - Вы, ребята, знаете толк в том, как уберечь себя, - холодно обронила Сюй Хун. – Достойно восхищения. - И ты тоже его достойна, - горделиво отозвался невысокий мужчина, - с таким спокойствием отправляешься на скорую смерть! Лица тех, у кого также не было кукол, перекосило от злости. Вспыльчивый высокий парень ударил кулаком по столу, тут же вскочив на ноги: - Ты что за чушь несешь, а? Невысокий мужчина оценил, что тот был в хорошей форме, и в драке ему не победить, так что поспешно принялся извиняться: - Прости меня, дагэ, я не имел в виду тебя, я говорил только об этой женщине, и больше ни о ком! Парень скривился, а Сюй Хун в этот момент фыркнула: - Оставь его. Все равно если мы не соберем весь набор, погибнут все до единого. Наблюдая за тем, как команда разваливается на части, Юань Сюэмин не выказывал никакого беспокойства. Он уже давно был готов к такому развитию событий, так что продолжал спокойно завтракать. Сюй Хун внезапно повернулась к нему и позвала: - Юань-гэ! Подобное обращение ошарашило Юань Сюэмина. С самого начала Сюй Хун отказывалась иметь дело с кем бы то ни было, так что сейчас ее напускная вежливость могла означать только то, что ей что-то было от него нужно. - Я не пойду сегодня с вами. Я хочу отправиться на север, - как ни в чем не бывало продолжала Сюй Хун. – Я хочу предложить разделиться, ведь тогда вероятность собрать весь набор становится немного выше. Ты опора нашей команды, а еще опытный игрок, так что всем захочется пойти с тобой, но может, если ты одолжишь мне на сегодня компас, я тоже смогу повести за собой хоть кого-то? Юань Сюэмин был потрясен, и даже Сюй Жэньдун с Лянь Цяо посмотрели на Сюй Хун другими глазами. Раньше они считали ее выскочкой с недалеким умом, но оказалось, что она была способна оставаться хладнокровной и трезво оценивать ситуацию, не поддаваясь панике. Ее предложение не было чем-то из ряда вон выходящим, более того, оно было действительно разумным. У всех появилось перед ней некоторое уважение. При этом отношение к трем мужчинам, получившим по кукле и решившим спрятаться в хижине, чтобы лишний раз не рисковать, наоборот стало хуже. Таким образом, команда за исключением троих, разделилась на две группы: одна отправилась на поиски куколок на юг, а вторая на север. Однако вечером обе группы вернулись с пустыми руками. Поиски оказались тщетными, они не обнаружили ни новых куколок, ни новых построек. Проходя по тысяче ли в разных направлениях, они видели на своем пути только сугробы, как будто всем, что осталось в этом мире, был бесконечный снег. День был потерян напрасно. С наступлением ночи все были подавлены настолько, что даже аппетита ни у кого не было, одна Сюй Хун продолжала без остановки жевать черствый хлеб. Она где-то нашла кусок бумаги и ручку, и от руки делала грубый набросок исследованной территории.  Кролик снова убил еще двоих: в этот раз почти все слышали предсмертные крики двух мужчин. Одна из девушек не смогла этого выносить и с плачем выбежала из хижины, даже не накинув ничего поверх. Сюй Жэньдун и Лянь Цяо в оцепенении стояли у окна, наблюдая, как она убегает прочь все дальше и дальше, не проронив ни слова. Девушка так и не вернулась. Утром все собрались в общей комнате с отчетливым осознанием, что время стремительно уходило. Вчерашняя неудача основательно подорвала общий моральный дух, так что когда Юань Сюэмин и Сюй Хун взялись обсуждать следующие направления для поисков, кто-то с горечью засмеялся: - У вас еще есть желание куда-то идти? Какой от этого прок? Раз уж суждено умереть, я предпочту смерть в теплом доме, чем околею на улице! Никто ничего не сказал, но в глубине души многие согласились. Мало кто хотел продолжать поиски, так что вновь разделиться не получилось из-за нехватки людей. Поэтому в этот день только шестеро из них отправились в очередной поход, включая и Сюй Жэньдуна. Они продвигались в до сих пор малоизученном западном направлении, на протяжении всего пути сохраняя максимальную сосредоточенность, и даже взяли палки, которыми ворошили сугробы в надежде отыскать куколку как в прошлый раз. Но, к сожалению, и в этот день они ничего не нашли. Удрученно вернувшись в хижину, они погасили этим последние проблески надежды в сердцах оставшихся сотоварищей. Даже Юань Сюэмин подрастерял свой пыл, ведь из всех, у кого еще не было куклы, выжила одна Сюй Хун. - Хочешь поискать еще? – спросил ее Юань Сюэмин. - Конечно, у нас еще есть время, - ответила Сюй Хун. - Но мы уже побывали везде, где только можно, - горько улыбнулся Юань Сюэмин. Сюй Хун погрузилась в молчание. На рассвете обнаружилось, что Сюй Хун нигде не было, и к вечеру она так и не появилась. Никто не имел ни малейшего представления, куда она делась: убил ли ее кролик или она попала в какую-то ловушку. Но никто не думал об этом слишком долго, ведь на следующее утро наступал последний, седьмой день, от времени, отпущенного им кроликом. Ночью у всех была бессонница, многие при этом не ели уже два или три дня подряд. Люди будто превратились в сломанных оловянных солдатиков: поверженные и лишенные жизни. И только трое: Сюй Жэньдун, Юань Сюэмин и Лянь Цяо, не переставали есть и пить. И ночью им не спалось только из-за рыдавших и причитавших товарищей по команде. Сюй Жэньдун не боялся потому, что уже умирал; Юань Сюэмин и так стоял одной ногой в могиле в реальности, так что его особо не тревожило находиться между жизнью и смертью. А вот спокойствие Лянь Цяо оказалось сюрпризом. Сюй Жэньдун не смог не спросить его: - Разве тебе не страшно? Лянь Цяо прижал к себе монтировку и по-ребячески сердито выпалил: - Мы все еще можем сражаться! И вот судный день настал. Утром все спустились вниз в звенящей тишине, выглядя как тени самих себя. Только Сюй Жэньдун и Лянь Цяо были в приподнятом настроении, последний даже с двойным усердием принялся за еду, стараясь набраться побольше сил перед битвой. - Я целую неделю ем одну далебу, меня от нее уже тошнит! – яростно вгрызаясь в зачерствевший кусок хлеба, заговорил Лянь Цяо. Прихлебывая молоко, он добавил: - Как только выберусь, первым делом отправлюсь за хого, затем на барбекю, а к вечеру организую целый пир! Сюй Жэньдун безмолвно кивнул. Со своими перерождениями он уже сбился со счета, сколько дней ел один хлеб, и от одного только взгляда на ломти далебы его начинало мутить, так что его желание поскорее выбраться было намного сильнее, чем у любого из здесь присутствующих. Остальные слушали их подшучивания, и легкий оттенок зависти появился в их пустых глазах оттого, что те еще были на это способны. Как раз в тот момент, когда Лянь Цяо принялся тревожиться вслух, не начнется ли у него запор из-за того, что он так долго не ел овощи, в дверь постучали. Раздалось три отрывистых стука, и каждый из них напрягся всем телом. Все взгляды устремились на Юань Сюэмина, и тот не стал уклоняться от ответственности. Он поднялся с места и сказал: - Пойду открою дверь. Все безнадежно закивали. Юань Сюэмин распахнул дверь, и они увидели кролика в золотом смокинге. Он даже надел в этот раз шляпу и выглядел принарядившимся и полным готовности отправиться на празднование. Стоя на задних лапах и взволнованно держа перед собой передние, кролик тут же спросил: - Вы сумели собрать все подарки? Люди в комнате начали доставать своих кукол и ставить их одну за другой на столешницу. Кролик приподнял верхнюю губу: - Хорошо, как же хорошо! Вы такие послушные ребята! Он говорил дружелюбным и оживленным голосом, и если бы не капли засохшей крови вокруг его рта, он действительно бы выглядел как истинный праздничный талисман. Однако никого не сбило с толку его обманчивое поведение, так как каждый своими глазами видел разорванных им на клочки товарищей. Люди опустили головы, боясь смотреть на кролика, и содрогались от дрожи. И разумеется, вскоре после того, как кролик увидел, что на столе стоит всего шесть куколок, его мордочка начала искажаться. - Почему их так мало? – его интонации стали более резкими и визгливыми, а серая шерсть поднялась дыбом, как у разозлившегося кота. Хоть его туловище и раздулось, как шарик, два длинных кроличьих уха наоборот напряженно вытянулись, напоминая теперь торчащие надгробные плиты. После таких изменений он выглядел как жертва злодейского эксперимента, искаженный до неузнаваемости и переполненный безотчетной яростью. Лица людей тоже уродливо исказились, но в накалившейся до предела обстановке никто не посмел издать ни звука от страха вызвать гнев кролика на себя.  Как гром среди ясного неба прозвучал голос Лянь Цяо: - Эй, остынь! Оставшиеся у меня.