Спираль смерти / 死亡回旋 / Death Spiral

Сюй Жэньдун поднял взгляд вверх. Лянь Цяо не ошибся – один из ряда красных фонарей, висевший прямо возле лестницы, теперь погас. Сейчас был день, и свет от фонарей не требовался. Видимо, служанки не затушили их на рассвете, поэтому фонари до сих пор горели. Из-за яркого солнечного света мерцание зажженных свечей в фонарях было тусклым и едва заметным, таким, что не приглядываясь, легко было не заметить. Если бы не впечатляющая наблюдательность Лянь Цяо, то Сюй Жэньдун сам никогда бы не обратил бы внимания на этот фонарь. - Я поднимусь и проверю, - произнес он. Фонарь был подвешен высоко под самым карнизом, и даже Лянь Цяо со своим ростом в 185 сантиметров с трудом мог дотянуться до его нижней части. Сюй Жэньдун отыскал табурет, залез на него и потянулся за фонарем, чтобы его снять. Фонарь был очень большим. Держа его обеими руками, он осторожно спустился обратно, а затем они вдвоем заглянули внутрь. Красный фонарь был пустым, и через верхнее отверстие, как через окровавленный рот, был виден только латунный подсвечник. На подсвечнике застыли несколько восковых следов, и складывалось впечатление, что этот фонарь просто догорел и погас. Сложно было сделать какие-то выводы по одному единственному фонарю, поэтому Сюй Жэньдун снял еще два, висевших рядом, и вот тогда обнаружилась некоторая странность. Они увидели, что в обоих фонарях и слева, и справа, горели толстенные свечи диаметром как весь остальной подсвечник, а их длина была не меньше десяти сантиметров. Такие свечи могли гореть не просто целый день, а несколько дней. Это значило, что свеча в фонаре возле лестницы не догорела сама по себе, а кто-то целенаправленно ее забрал. - Зачем кто-то унес свечу? – Лянь Цяо озадаченно потер подбородок. – Эта свеча чем-то отличалась от остальных? Отличалась… От этих слов Сюй Жэньдуну резко пришла в голову одна идея: - Это Ши Цзяньчуань? Лянь Цяо подхватил его мысль: - Поднимемся на девятый этаж и проверим? Сразу после этих слов он похромал к лестнице. Сюй Жэньдун остановил его и попросил подождать здесь, а сам быстро побежал по ступенькам наверх. И когда он поднялся, то конечно же, тут же заметил, что фонарь возле лестницы на девятом этаже тоже не горел. Сняв этот фонарь, он убедился, что внутри него также не было свечи. С этими свечами определенно было что-то не так. Сюй Жэньдун обернулся, чтобы спуститься на восьмой этаж и проверить фонарь там, и едва не врезался в другого человека. Рефлекторно шагнув назад, Сюй Жэньдун открыл рот, чтобы извиниться, но неожиданно понял, с кем он только что столкнулся, и в итоге не произнес ни звука. Он едва не сбил с ног саму старушку с забинтованными ногами! Старушка была одета в красное платье, туго обтянувшее ее полное тело, и это смотрелось одновременно карикатурно и странно. Кто знает, что на нее нашло в этот раз, но ее лицо было покрыто толстым слоем белой пудры, как неровно окрашенная землянная стена, и когда она говорила что-то, то эта пудра начинала осыпаться с ее кожи. Губы она тоже накрасила ярко-красной губной помадой в тон платью, и этот кровавый цвет слепил глаза. Эта пожилая женщина с забинтованными ногами была в настолько почтенном возрасте, что определить, сколько точно ей было лет, было довольно трудно. Теперь, когда она так сильно накрасилась, она выглядела, как раскрашенная бумажная фигурка для похоронного ритуала, и это было довольно жутко и пугающе. - Гость, почему вы не на торжестве? – зловещим голосом спросила старушка, пристально смотря на Сюй Жэньдуна. Сюй Жэньдун успокоил свой подскочивший пульс и притворился невозмутимым. Оглянувшись по сторонам, он спокойно ответил: - Я просто решил проверить, не остался ли кто-нибудь наверху. Старушка улыбнулась: - Все уже собрались внизу и ждут только вас. Ситуация сложилась неловкая, и Сюй Жэньдун никак не мог теперь отвязаться от старушки. Он кивнул ей со словами: - Что же, тогда пойдемте вниз. Старушка с забинтованными ногами протянула руку и схватилась за его локоть. Сюй Жэньдун ощутил, будто его опутали холодные, мокрые ветки – ледяная сырость расползлась по его руке, на которую облокотилась старушка. Пусть ему и стало очень не по себе, он не мог оттолкнуть пожилую женщину по такой пустячной причине. Поэтому, сохраняя спокойствие, он поддержал старушку, помогая ей спуститься по лестнице этаж за этажом. Лянь Цяо должен был ждать его на третьем этаже, но когда они спустились на четвертый, то тот уже был там и обратился к нему со словами: - Жэньдун-гэ, угадай, что я… В следующий миг он заметил старушку, и его голос резко оборвался. Сюй Жэньдун еще не успел даже подмигнуть ему, а тот уже сориентировался и поприветствовал пожилую женщину. Обменявшись с ним любезностями, старушка вдруг как будто что-то заметила и невзначай спросила у Сюй Жэньдуна, продолжая искоса смотреть на Лянь Цяо: - Этот гость… он ведь был раньше на костылях… Лянь Цяо стоял поодаль, опираясь на стену, и услышав эти слова, слегка поменялся в лице. Сюй Жэньдун высвободил свой локоть из хватки старушки и направился к Лянь Цяо с утрированно ласковым упреком в голосе: - Что ты опять устроил? Тебе так нравится вести себя как капризный ребенок? Теперь ты хочешь, чтобы мы оба стали посмешищем? Он намеренно понизил голос, чтобы эти слова прозвучали как интимное обращение между возлюбленными, и старушка, которая все услышала, сразу же скривилась от отвращения. Лянь Цяо заметил ее реакцию и немедленно подыграл Сюй Жэньдуну. Он обнял его за шею и поднял свой тонкий палец, жеманно проговорив: - Я просто захотел, чтобы ты носил меня на руках… Сюй Жэньдун вздрогнул от его внезапного прикосновения, и по его коже пробежались мурашки. Старушка с забинтованными ногами больше не могла этого выносить. Она сухо произнесла: - Гости, пожалуйста, идите за мной к столу. Потом она повернулась и начала спускаться вниз своими силами. Поддерживая друг друга, парни медленно последовали за ней. Сюй Жэньдун стряхнул с себя тошнотворное ощущение и тихо спросил: - Зачем ты сам поднялся наверх вместо того, чтобы дождаться меня? - От нечего делать, - шепнул в ответ Лянь Цяо. – Угадай, что я нашел? Сюй Жэньдун немного подумал, а затем ответил: - Со свечами что-то не так? - Да, - Лянь Цяо наклонился к нему поближе и зашептал на ухо: - в фонарях, висящих возле лестницы, свечи выглядят по-другому. Они круглые. Лянь Цяо изобразил кольцо пальцами: - Примерно такого размера. - Когда я сейчас поднимался наверх, то обратил внимание, что на других этажах фонари возле лестницы по-прежнему горели. Свечи исчезли только с нашего третьего и девятого этажа, на остальных они все еще должны быть на месте. - Вчера на нашем этаже фонарь точно горел, если бы он погас тогда, мы бы это заметили. Значит, свеча оттуда исчезла сегодня днем. Сюй Жэньдун нахмурился. - Она исчезла или же ее все-таки кто-то забрал? - Я не знаю. Но возможно… - Лянь Цяо вдруг замолчал, не договорив, будто его внезапно перебила какая-то другая мысль. Сюй Жэньдун повернул голову и взглянул на него, ожидая продолжения фразы. Однако они успели дойти до открытого пространства на нижнем этаже, а Лянь Цяо так ничего и не сказал. На нижнем этаже уже было расставлено более дюжины круглых столов, накрытых ярко-красными скатертями. Но на них не было видно никаких блюд. Люди сидели всего лишь за двумя столами, все остальные столы со стульями вокруг них пустовали, и это выглядело немного удручающе. У окружающих были мрачные выражения лиц, и все хранили гробовое молчание. В конце концов, из команды в 81 человек сейчас осталось не больше двадцати, и ни у кого не было настроения участвовать в каком-либо торжестве. Когда в поле их зрения возникла ярко накрашенная старушка с забинтованными ногами, то люди поменялись в лице, и в их глазах появились удивление, страх, отвращение и прочие подобные эмоции. Один Ши Цзяньчуань сидел за столом совершенно спокойно и с улыбкой помахал Сюй Жэньдуну с Лянь Цяо, приглашая сесть рядом с ним за стол. Возле него как раз пустовало два места – то ли он специально придержал их для них, то ли с ним рядом просто никто не захотел сидеть. Сюй Жэньдуну было это абсолютно безразлично, и он просто сел рядом вместе с Лянь Цяо. - Где вы были, что так задержались? – спросил их кто-то из сидевших за столом. - У моего друга перелом ноги, и он медленно передвигается, поэтому мы и задержались, - ровным тоном ответил Сюй Жэньдун и затем огляделся: - Все уже здесь? Ши Цзяньчуань усмехнулся: - Живые все здесь, насчет мертвых не подскажу. После этих слов все начали коситься на пустые столы и стулья, будто это и правда были места для призраков недавно умерших. Полуденное солнце ярко светило прямо на них, но людям казалось, будто им в спины повеяло холодом. - Обязательно надо было всех перепугать? – рассердился кто-то. - Вроде бы привидения здесь не такая уж редкая вещь, - пожал плечами Ши Цзяньчуань. - Перестаньте, - Сюй Жэньдун уже был в курсе таланта Ши Цзяньчуаня выводить людей из себя и остановил назревающую перепалку словами: - Старушка идет. Все оглянулись и увидели пожилую женщину в красном платье, которая держала в руках бокал вина и на забинтованных ногах шла к ним, а затем остановилась между двумя столами. - Я крайне польщена, что вы все решили посетить это скромное торжество, - губы старушки растянулись в настолько широкой улыбке, что едва не доставали до ушей. Морщины на ее лице пугающе углубились. Она подняла бокал вина: - Не будем лишний раз тратить слова. Я пью этот бокал за всех вас. Все переглянулись, а затем уставились на маленькие бокалы вина на столе. Вино переливалось оранжево-желтым янтарным цветом и источало соблазнительный аромат, вот только кому бы захотелось выпить такое вино, предложенное старушкой с забинтованными ногами в красном платье? Так что никто не поддержал ее тост, и атмосфера в какой-то момент стала напряженной. Однако старушка вовсе не расстроилась – радостно осушив бокал, она хлопнула в ладоши: - Давайте же есть! К ним направились красавицы-служанки с подносами в руках. Еще до того, как они успели приблизиться, Сюй Жэньдун уже ощутил насыщенный рыбный запах. Нахмурившись, он хотел что-то сказать Лянь Цяо, но затем увидел, как тот уставился на поднос в руках одной из служанок со странным блеском в глазах. - Лянь Цяо? – негромко окликнул его Сюй Жэньдун, но тот не ответил. Зато Ши Цзяньчуань повернул голову и задумчиво посмотрел на Сюй Жэньдуна. Служанки одна за другой подходили к столу, расставляя на нем различные блюда. Сюй Жэньдун был потрясен глубоко до души, увидев, что лежало в тарелках. Наваленные горой гнилые креветки, такая же гнилая рыба, в которой извивались белые личинки… от гнилостного рыбного запаха к горлу сразу подкатила тошнота. Вот только все остальные как будто сошли с ума. Вместо того, чтобы скривиться в отвращении, люди наоборот восторженно смотрели на поданные блюда, не скрывая голода в глазах. Кто-то не выдержал и потянулся за куском тухлой рыбы с копошившимися внутри червями. Сюй Жэньдун поморщился и хотел остановить этого человека, но Ши Цзяньчуань вдруг предостерег его: - Не вмешивайся, лучше побеспокойся о себе... Сюй Жэньдун удивленно повернулся к нему, и Ши Цзяньчуань, улыбаясь, легонько стукнул палочками Лянь Цяо: - …и о своем друге. Сюй Жэньдун быстро отреагировал и перехватил руку Лянь Цяо, которой тот тоже уже тянулся к ближайшему «блюду». Лянь Цяо попытался стряхнуть его руку, а затем непонимающе спросил: - Жэньдун-гэ, что ты творишь? - С этой едой что-то не так, не вздумай это есть. - Но она так вкусно пахнет… - сглотнул слюнки Лянь Цяо. Сюй Жэньдун перехватил обе его беспокойные руки и веско повторил: - Я сказал, не ешь. Лянь Цяо наконец-то послушался, но его взгляд не отрывался от наполненных тухлой рыбой и гнилыми морепродуктами тарелок, и он то и дело сглатывал слюну. Лянь Цяо будто околдовали, но он все еще мог с трудом подавлять свой неестественный аппетит, а вот другие уже не сдерживались и вовсю наслаждались едой. Кто-то еще подхватывал гнилое рыбье мясо по кусочку, а кто-то уже отбросил палочки и хватал рыбу прямо руками, вгрызаясь с таким остервенением, что слышался хруст рыбьих костей. Из рыбьих тушек вываливались личинки и падали на стол перед безумно поглощающими их людьми. Желтоватый жир сочился с их подбородков, пока они боролись друг с другом за куски покрупнее в каком-то наркотическом опьянении. Нужно было срочно что-то делать. Сюй Жэньдун лихорадочно соображал, и вскоре в его руках появилась уже знакомая альпинистская веревка, которую он поспешно вытащил из рюкзака. Он быстро связал руки Лянь Цяо. Лянь Цяо это очень не понравилось, и он сразу же разозлился: - Что ты делаешь? Зачем ты меня связал? Почему ты запрещаешь мне есть? Сюй Жэньдун обвязал его запястья скользящим узлом, так что чем сильнее тот пытался освободиться, тем крепче завязывался узел. Это был узел, которому его обучил лично Лянь Цяо, но теперь Лянь Цяо был не в состоянии вспомнить, как из него высвободиться. Он слепо барахтался, борясь с веревкой, и даже начал грызть ее зубами, полностью лишившись здравого смысла. В этот момент сбоку донесся ленивый голос Ши Цзяньчуаня: - К чему такие страдания? Почему ты просто не возьмешь для него еще одно? - Еще одно что? - С какого этажа ты взял себе? – спросил Ши Цзяньчуань. Сюй Жэньдуна вдруг озарило: - Ты про свечу в фонаре? Ши Цзяньчуань выглядел удивленным: - Ты ничего не брал? Но почему тогда ты опять в порядке? Сюй Жэньдун задумался над смыслом его слов и наконец-то все понял. Он подхватил Лянь Цяо, вытаскивая того из-за стола, и потащил за собой, собираясь уйти. Лянь Цяо не переставал сопротивляться. Старушка в красном тоже заметила их странные телодвижения и сразу же подскочила к ним на своих забинтованных ногах: - Гости, куда это вы? - В туалет, - отмахнулся от нее Сюй Жэньдун. – А что, хотите присоединиться? Старушка оторопела, а затем выдавила неуклюжую улыбку: - Нет-нет, пожалуйста, делайте, что собирались. Сюй Жэньдун не оглядываясь потащил Лянь Цяо дальше к лестнице. Ши Цзяньчуань проводил их взглядом, а затем тоже поднялся из-за стола и пошел следом. Старушка вновь нахмурилась и протянула руку, останавливая его: - Господин Ши, что-то не так? Почему вы тоже уходите? Ши Цзяньчуань улыбнулся: - Не хочу пропустить веселье. - Но разве здесь недостаточно весело? – спросила его старушка. Ши Цзяньчуань обвел взглядом группу людей, с жадностью пожиравших тухлую рыбу, и бесстрастно ответил: - Всего лишь кучка мертвецов. Скучновато. Старушка, услышав это, отпустила его со странным выражением на лице, больше не пытаясь его остановить.