Impossible

15 Мая 2020 Во всем доме было темно, Намджун сидел один в гостиной, совершенно неподвижно, ожидая возвращения своего парня. Он сидел там уже больше часа, но не собирался уходить, пока Тэхен не вернется домой. Ему было все равно сколько времени это может занять. Он не знал точно, сколько времени прошло, прежде чем входная дверь открылась и Тэхен тихо вошел внутрь. Тихо, как будто пытался незаметно прокрался внутрь, так словно Намджун не ждал бы его несколько дней подряд. Его злость росла с каждой минутой, но смотря на невинное лицо младшего, он немного успокоился. Но он все еще был зол. — Где ты был? — спросил он, не скрывая свое недовольство. Тэхен вздрогнул, когда услышал голос Намджуна, явно не ожидая увидеть его в гостиной. Он начал снимать обувь. — Я же говорил тебе, я был с другом. — он сказал это так, как будто в этом не было ничего особенного, но даже в темноте Намджун заметил, как дрожат его руки. Намджун встал с места, проигнорировав боль в мышцах и подошел к Тэхену в прихожей. Тэхен прекратил снимать верхнюю одежду. Между ними не было разницы в росте, и все же Тэхен казался таким маленьким. Намджун посмотрел на часы. — Целых два часа?! Тэхен посмотрел на него снизу вверх, его светло-карие глаза были видны в полумраке. Намджун заметил, что на Тэхене были его любимые контактные линзы, он всегда думал, что они так сильно подходят к его волнистым черным волосам. Он выглядел таким ангельским, что Намджуну было трудно продолжать сердиться на него. —Да, я думаю, что два часа — это вполне разумное количество времени, чтобы провести его в кафе со своим другом, — сказал Тэхен, в его тоне и взгляде был виден и слышан намек на вызов. Намджуну это не понравилось. Тэхен не должен ему перечить, Тэхен не должен отсутствовать больше часа, не предупредив его. Да, пришло время преподать урок его парню. Намджун схватил парня за воротник рубашки и прижал к стене. Тэхен поморщился от боли, но не издал ни звука. —Говори со мной с уважением, — предупредил Намджун, он ждал извинений. Тэхен всегда знал, что должен просить прощения после того, как сделает что-то не так. Но вместо этого, Тэхен закатил глаза, глубоко дыша, прежде чем снова открыть их. —Как ты поступаешь со мной? — его голос был грубее, не тот легкий, к которому так привык Намджун. Тревожный шок. Вот, что почувствовал Намджун. Тэхен никогда не говорил с ним таким грубым тоном. Никогда за эти два года, что они были вместе. Должно быть, Намджун ослабил свою хватку, потому что Тэхен в секунду отталкивает его. Намджун сделал пару шагов назад, все еще глядя на Тэхена в замешательстве. —Так я и думал, — сказал Тэхен.— Я расстаюсь с тобой, Намджун. В эту же минуту, когда Намджун пришел в себя после сказанного Тэхеном, он схватил его за запястье. —Подожди! Прости, я не это имел ввиду… —Нет. — отрезал его Тэхен, — Правда, с меня хватит. Я устал так жить, делать все, что в моих силах, чтобы угодить тебе, я боюсь тебя. Я заслуживаю жить своей лучшей жизнью. Я имею ввиду, ты посмотри на себя, ты даже не можешь нормально отреагировать, когда я гуляю с другом. – он выдернул свою руку и направился к двери. Намджун побежал за ним, этого не могло быть, Тэхен не мог бросить его. — Если ты бросишь меня, я покончу с собой! — закричал он отчаянно. — Мне все равно.- сказал Тэхен, даже не поворачиваясь к нему лицом. Намджун слышал его тон голоса и действительно понял, что это конец их отношений. И все, что Намджун мог сделать, это стоять в дверях, и смотреть, как он уезжает. Намджун не должен был позволять ему садится в чертову машину. Вместо грусти и отчаянности, он чувствовал только ярость. Он сжал руки в кулаки. Тэхен был не прав, если думал, что Намджун контролирует его. Ну и что, если он не хотел, чтобы его парень виделся с незнакомыми людьми, которых он не знает? Тэхен в любом случае должен был хотеть быть только с ним. Ну и что, что он разозлился, когда Тэхен его не послушал? Они были партнерами, Тэхен должен был подчиняться и слушаться его. Он не должен был вот так уходить. Только немного позже Намджун понял, в чем была проблема. Он был слишком мягок с Тэхеном. Дал ему слишком много свободы. Он не собирался больше повторять эту ошибку. 26 ноября 2020 Сокджин засунул дрожащие руки в карман, когда шел домой с работы. Был поздний вечер, и на улице было так холодно, что он видел собственное дыхание. Он чувствовал, что замерзает, но продолжал напоминать себе, что будет дома меньше чем через двадцать минут, а потом сможет принять приятный горячий душ и сделать кое-какую домашнюю работу перед сном. У него в кармане завибрировал телефон, он увидел кто звонил и сразу же ответил: —Привет, все в порядке? —Джинни! Ты уже ушел с работы? Я освободился пораньше, так что могу подвезти тебя домой, если хочешь. Джин нахмурился, если бы только Чимин позвонил минут пятнадцать назад, тогда ему не пришлось бы тащиться домой пешком по холоду, но в то же время это означала бы, что Чимин из кожи бы лез, чтобы подвести его, а Джин этого не хотел. —О, я уже на полпути к дому, все в порядке. Езжай домой, скоро увидимся. Все равно спасибо. — Ты уверен? На улице темнеет. Я мог бы забрать тебя, где бы ты ни был, — предложил Чимин. — Я уверен. Ты просто езжай домой и расслабься, я буду дома примерно через двадцать минут, — заверил он своего друга. —Тогда хорошо. Просто будь осторожен, — нерешительно согласился Чимин. Через несколько минут, Джин уже сожалел о том, что отклонил предложение Чимина. Его свитер совершенно не защищал от холода. Погруженный в свои мысли, он рассеянно отошел в сторону, когда услышал, что кто-то подходит к нему сзади, давая им пройти. Шаги становились громче, но человек так и не прошел мимо. Сокджин понял, что теперь человек идет слишком близко позади него. Горячее дыхание коснулось его шеи, вызывая озноб, который не имел ничего общего с холодом. Сердце Джина учащенно билось, инстинкты подсказывали ему бежать, но он колебался. Что, если этот человек не хотел причинить ему вреда? Вместо этого он собрался с духом и оглянулся. Человек который шел сзади него, как будто читал мысли Сокджина, потому что, как только Джин начал оборачиваться, его обхватили чьи-то руки. Одна рука железной хваткой прижимала его к груди, а другая с влажной тряпкой накрыла ему рот. Джин попытался закричать, но звук был приглушенным. Он вцепился в руку, прижимавшую тряпку ко рту, в то время как его глаза осматривали местность, отчаянно ища кого-нибудь вокруг, кого-нибудь, кто мог бы спасти его. Но никого не было. И человек, державший его, был слишком силен. Сокджин видел достаточно много фильмов, чтобы знать, что нельзя вдыхать химикаты, которыми наверняка была пропитана эта ткань. Он задержал дыхание, пытаясь вырваться из захвата человека, пинаясь, нанося удары и делая все, что угодно, чтобы освободиться, но он все равно не мог противостоять нападавшему. У него начала кружиться голова, и он не был уверен, было ли это от недостатка воздуха или от какого-то химического вещества, которому он подвергался. Его мышцы слабели, но он не прекращал бороться. Он почувствовал, как его сотовый телефон выпал из его кармана, но если он и ударился о землю, то не услышал этого. Он попытался закричать вновь, но получилось слабо. Он совершил ошибку, потому что это был последний глоток воздуха. «Этого не может быть на самом деле. Пожалуйста, пусть это будет сон.», — были последние мысли Сокджина, в считанные секунды он потерял сознание. Несколько часов спустя Ужас, который испытал Джин, проснувшись на полу в той темной комнате, был неописуем. Это было хуже, чем когда ему пришлось сказать отцу, что он провалил урок математики, или когда он узнал, что его родители разводятся. Это было в миллион раз хуже. Он быстро осмотрелся, но смотреть было особо не на что. Комната выглядела простой и казалась холодной, с цементным полом и стенами. В другом конце комнаты была деревянная лестница, ведущая к двери, наверняка она закрытая, подумал Сокджин. Слабый свет, пробивавшийся из-под этой двери, был единственным источником света в комнате, так что было слишком темно, чтобы разглядеть что-либо еще. Он запаниковал еще больше и попытался встать, но у него не получилось. Он в замешательстве оглянулся — его руки были связаны веревкой и прикреплены к чему-то, что казалось цементной опорой. У него началось учащенное дыхание, когда он понял, что его похитили. Он потянул за веревку так сильно, как только мог, но все, что ему удалось сделать, это до крови растереть запястья. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Он попытался закричать, но звук был заглушен клейкой лентой на его рту, которую он не заметил. Это был кошмар, такое случается только в кино. И все же в глубине души он знал и понимал, что все это было реальностью. Джин подумал, что возможно, ему не следует издавать никаких громких звуков. Возможно, он смог бы найти выход до того, как его похититель поймет, что он проснулся, но резкая головная боль вызвала стон Сокджина. Адреналин быстро покидал его, заставляя осознать, насколько сильно болит его тело. Когда его глаза привыкли к темноте, он смог разглядеть больше предметов в комнате. Тем не менее, смотреть было особо не на что — только пустой стол в левой части комнаты и старомодный дивана справа. Ни окон, ни других дверей. Подвал, закончил Джин. Он был в подвале, и он ничего не мог сделать, чтобы сбежать. Пока ему не развязали руки. Он вновь начал возиться с веревкой, но остановился, услышав шаги. Дверь открылась, и в нее вошла фигура. Джин не пошевелился, ни единым мускулом, пока человек мучительно медленно спускался по лестнице. Они оба замерли на несколько секунд, мужчина, вероятно, рассматривал его, хотя Сокджин не был уверен, как много он мог видеть в темноте. Джин хотел что-то сказать… спросить «кто ты?» или потребовать, чтобы его выпустили, но он не мог, клейкая лента мешала ему. Джин испугался, когда мужчина сделал резкое движение, а затем в комнате стало светло. Свет исходил только от единственной лампочки, висевшей над головой, но этого было достаточно, чтобы Сокджин, наконец, смог ясно видеть. Первое, что он увидел, был мужчина. У него были серебристые волосы, и он носил очки. Его лицо было красивым. Человек, который, вероятно, заставил бы Джина смутиться, если бы они встретились при любых других обстоятельствах. Мужчина улыбнулся, и Сокджин заметил ямочки на его щеках. Он выглядел… мило… Очаровательный. Был ли это действительно тот человек, который похитил его? Или… Джин позволил себе на секунду понадеяться. Может быть, он пришел, чтобы спасти его. — Отлично, ты очнулся! Ты спал довольно долго, я уже начал беспокоиться, — сказал мужчина, и Джин почувствовал, что надежда его умирает. Все, что мог сделать Джин, это наблюдать, как мужчина подошел ближе и опустился на колени прямо перед ним. Он съежился, когда мужчина протянул руку и потер лоб Джина большими пальцами. Когда он убрал прядь волос со лба Сокджина, то увидел, что лоб весь в крови. — Извините, я, должно быть, как-то стукнул вас по голове, — сказал мужчина, на самом деле выглядя сожалеющим. — Теперь, если я сниму скотч с твоего рта, ты закричишь? — Джин быстро покачал головой, и мужчина осторожно снял скотч. Он не торопясь изучал лицо Джина, хватая его за подбородок и двигая головой из стороны в сторону. — Ух, ты, я впервые вижу тебя так близко, — сказал он с благоговением. Джин хотел отодвинуться от него больше всего на свете, не имело значения, насколько он красив или дружелюбен. Но он также боялся сделать что-то, что расстроит его. В любом случае, веревка не позволяла бы ему далеко уйти. Наконец-то, он собрался с силами: —Чего ты хочешь от меня? Почему ты забрал меня? — его голос был тихим и дрожащим. Что он действительно хотел сделать, так это закричать на этого человека, но даже в этом случае он был слишком слаб. — Я похитил тебя, потому что хотел, и точка, — отрезал мужчина, затем его взгляд смягчился. — Я хотел тебя с того момента как впервые увидел. Впервые? Этот человек… следил за ним? — Чего мне нужно от тебя? — продолжал мужчина, — Прежде всего, я хочу, чтобы ты вел себя прилично. Я хочу, чтобы ты делал все, о чем я попрошу, и относился ко мне с уважением, — он вздохнул, — Ты не уйдешь, и, боюсь, тебе придется остаться здесь, внизу. Я не могу допустить, чтобы ты сбежал, как прошлый. Сердце Джина упало. Если бы этому человеку нужны были деньги, Джин отдал бы ему все до последнего цента, но это…это было хуже. — Меня, кстати, зовут Намджун, — мужчина тихо усмехнулся, — Нет необходимости называть мне свое, — он протянул руку, чтобы снова коснуться лица Джина, проведя пальцем от виска вниз по щеке и наконец, к губам. На этот раз он не выдержал. Он отдернул голову и отодвинулся так далеко, как только смог, что к сожалению, было не очень далеко. — Пожалуйста, отпусти меня. Пожалуйста, я не хочу быть… — голос Джина затих, когда он заметил, как потемнели глаза Намджуна. — Что ты только что сказал? — спросил Намджун грубым и угрожающим голосом. — Я хочу уйти, — Джин тихо всхлипнул, слезы потекли по его щекам впервые с тех пор, как он проснулся. Намджун изучал его несколько секунд, в выражении его лица был гнев. Казалось, что он принял решение, и Джин даже не заметил, как ему дали пощечину. Он закричал от боли. — Ты действительно такой же, как он, — пробормотал Намджун, прежде чем встать, — Ты не хочешь узнать на собственном горьком опыте, что произойдет, если ты меня ослушаешься. И поверь мне, когда ты выводишь меня из себя, я способен на гораздо большее, чем просто пощечина, — сказал он пугающе спокойным голосом. Эти слова заставили Джина всхлипнуть и в страхе отодвинуться. — Никогда больше не проси уйти, — приказал Намджун, прежде чем отвернуться. Он выключил свет, затем поднялся по лестнице и ушел. И снова Джин остался в темноте. Его приглушенные рыдания эхом разносились по тихой комнате, прежде чем он заставил себя сдержать их. Плач означал бы только то, что он потерял надежду, а он определенно не терял надежды. Может быть, он и не смог бы спасти себя, но Чимин, вероятно, уже вызвал полицию. Или даже отец Джина, хотя Джин не был уверен, что этому человеку вообще есть до этого дело. Тем не менее, у них должен быть какой-то способ найти Джина, и он был уверен, что они его найдут.