Impossible

22 декабря 2020 Громкий звук бил по ушам Джина, когда он вернулся в сознание. Он лежал на боку на твердом полу. Голова кружилась, а в левой ноге ощущалась острая боль. Медленно Джин открыл глаза. Его зрение было размытым, но он все мог видеть перед собой Намджуна, он был сгорблен, казалось, что он что-то сверлил в стене. Ему хотелось, чтобы этот пронзительный звук прекратился. Джин пытался понять, чем именно занимается Намджун, но от мыслей об этом у него заболела голова. Он попытался попросить Намджуна остановиться, но его рот отказывался его слушать. Прежде чем он это осознал, он снова потерял сознание.

***

На этот раз он проснулся с более ясным разумом. Может быть, потому, что на этот раз было тихо, если не считать легкого звона в ушах. Глаза все еще были закрыты, он застонал от боли. Половина его головы пульсировала. — Джин, ты проснулся? — он услышал слова Намджуна откуда-то из комнаты. — Ммм, — сказал Джин, у которого не было сил произнести полноценные слова. Он услышал приближающиеся шаги. — Ты был без сознания не очень долго, даже дня не прошло, — сказал Намджун. Странный. Джину казалось, что он спал несколько лет. — Открой глаза, Сокджин, — приказал Намджун. В его голосе не было особенного гнева, но отсутствие прозвища прекрасно передало его недовольство. Джин сделал то, что ему сказали, изо всех сил пытаясь открыть глаза. Когда он начинал двигаться, по комнате разносился металлический грохот. Джин быстро моргнул, чтобы сфокусироваться, и посмотрел на металл, закрепленный на его запястьях — наручники, прикрепленные к металлической цепи, просверленной в стене. — Что ты думаешь? — спросил Намджун, его улыбка выглядела жестокой. Холодный металл сильно отличался от веревки. Он попытался высвободиться, но цепи оказались крепкими. — Ч-что ты сделал? Намджун проигнорировал вопрос. — Я хочу, чтобы ты знал, что я очень разочарован в тебе, Джин. Но при этом, я также разочарован в себе. Я должен был знать, что из простой веревки слишком легко выбраться, но я думаю, что доверял тебе. Оставайся на месте, — Намджун прищурился на Джина, — Ты предал меня. Джин уже плакал. — Мне очень, очень жаль. Я не собирался уходить, — солгал он, — Я просто… я скучаю по свежему воздуху. Я так долго нахожусь тут. Намджун даже не удостоил наглую ложь ответом. — Ты должен осознать, как тебе очень-очень повезло, что это единственное наказание за твоё поведение, но это только потому, что отчасти я виноват в том, что позволил этому случиться, — что-то в спокойном, ровном голосе Намджуна заставило Джина задрожать. Он не был уверен, почему отсутствие эмоций у этого человека тревожило даже больше, чем то когда он злился. — Еще я тебе скажу, — продолжил Намджун, — Я планировал что-то особенное, чтобы дать тебе тот «свежий воздух», которого ты так хотел, но сейчас я не уверен, что хочу, чтобы ты покинул эту комнату, не говоря уже и о доме. Джин рыдал, когда Намджун подошел ближе. Он протянул руку, и Джин думал, что он погладит его лицо, но он осмотрел только то место, где у Джина все еще пульсировала голова, с левой стороны, прямо над виском. Он ахнул, когда Намджун коснулся шишки. Намджун вздохнул. — Вероятно, у тебя сотрясение мозга. Тебе понадобятся еда и лекарства, чтобы вылечиться должным образом, — раздраженно сказал он. На этот раз Джина не заботила еда, но, по крайней мере, у него было время поплакать в одиночестве, пока Намджун ушел за ней. Это был единственный шанс Джина сбежать, и он упустил его по глупости. Если бы он только был более терпеливым и ждал, пока Чонгук будет рядом. Если бы только он не колебался ни секунды после того, как Намджун поймал его у подножия лестницы. Джин снова осмотрел наручники, задаваясь вопросом, где Намджун их взял. Он видел в фильмах, как люди ломают себе руки, чтобы освободиться от наручников, и задавался вопросом, хватит ли у него когда-нибудь смелости попробовать это. Может быть, когда-нибудь, но не сегодня. Это было ужасно, но Джину пришлось столкнуться с суровой реальностью, в которой он не мог спасти себя. Ему придется подождать Чонгука. Или, может быть, кого-то еще, но Джин думал, что если кто и сможет его спасти, то это будет Чонгук. Еще одна волна сожаления охватила его, когда Намджун упомянул, что планирует забрать его из дома. Если бы только Джин мог подождать еще немного. Он всхлипнул, пытаясь дать слезам высохнуть, прежде чем Намджун вернется. Он знал, что вид его таким принесет только удовлетворение похитителю.

***

6 января 2021 — Посмотри на это, — хихикнул Чимин, — Я снял это после того, как он попытался подстричь себе челку, посмотри, какие они неровные. Не могу поверить, что он ее сохранил. Чонгук посмотрел на фотографию и улыбнулся. В любом случае, с таким лицом Сокджину не нужно было беспокоиться о своей прическе. Он мог заставить что угодно выглядеть хорошо. — Это очень интересно, но мы здесь не для этого, — отметил Чонгук. Наконец они решили, что пришло время просмотреть все предметы в комнате Сокджина, пытаясь найти что-нибудь, что могло бы дать им подсказки. Это было серьезное вторжение в частную жизнь, но, к сожалению, дело дошло именно до этого. — Ой, да ладно, — закатил глаза Чимин, — Думаешь, я не заметил, как ты оживляешься, когда я рассказываю тебе истории о Джине? Чонгук выглядел озадаченным. — Ну… я… я просто пытаюсь узнать его получше. Знаешь, это может помочь мне найти его. Или, может быть, это может иметь отношение к делу. — Ну если ты так думаешь, — легкомысленно сказал Чимин, прежде чем оставить эту тему и вернуться к осмотру шкафа Сокджина. — Эй, что это должно значить? — Ничего, — Чимин сделал невинное выражение лица, — Давай вернемся к работе. Чонгук наблюдал за Чимином, который нежно улыбался, глядя на одну из маленьких фигурок Сокджина. Чонгук восхищался тем, как Чимин оставался сильным, даже когда его лучший друг пропал на несколько недель. Он все еще твердо верил, что Джин жив, им просто нужно было его найти, и ни о чем другом даже думать не хотел. И снова Чонгук остался разочарован. Обыск комнаты Сокджина зашел в тупик. В этот момент Чонгук был уверен, что все, что произошло, не было запланировано. Джин не убежал, с ним что-то случилось. Ему хотелось бы быть таким же оптимистом, как Чимин, по поводу того, что он все еще жив.

***

*Позже этой ночью* — Честно говоря, я удивлён, что ты согласился прийти, — сказал Хосок, сделав глоток напитка, — В последнее время ты был довольно отстраненным. Хосок неоднократно предлагал Чонгуку встретиться с ним неделями, но Чонгук всегда вежливо отказывался. Раньше они часто сидели вместе, но в последнее время Чонгуку просто не хотелось идти туда. Он не был уверен, что изменило его мнение сегодня, но он был здесь, сидел рядом с Хосоком за стойкой их обычного бара. Здесь было не слишком шумно и многолюдно, поэтому они с Хосоком любили это место. Они могли говорить, не крича. Чонгук нахмурился, чувствуя себя виноватым. — Мне очень жаль. Просто… в последнее время я неважно себя чувствую. Можешь не говорить мне об этом, это из-за дела, я знаю. Хосок согласно кивнул. — Я вижу, как это поглощает тебя, Чонгук. Даже капитан Мин это заметил. — Ребята, вы говорили обо мне? Ты поэтому пригласил меня сюда? — Нет, нет! Я имею в виду, он разговаривал со мной, но я пригласил тебя не по этой причине. Я сделал это, потому что хочу быть здесь для тебя как друг, а не просто коллега. Я знаю, что ты стараешься изо всех сил. Друг, которого ты видишь чаще, но все же я еще и детектив. Есть некоторые вещи, которые я мог бы понять лучше. Чонгук грустно улыбнулся. — Ты мой друг, Хоби. Действительно хороший друг. Мне жаль, что я заставил тебя почувствовать, что это не так. — Все хорошо, — сказал Хосок, похлопывая Чонгука по спине. Чонгук сделал большой глоток напитка. — Итак… что именно сказал обо мне капитан Мин? Хосок избегал взгляда Чонгука. — Я не знаю. Может, нам не стоит об этом говорить. Давай хоть раз отвлечемся от этого дела. — Пожалуйста, я действительно хочу знать! — взмолил Чонгук. Он боялся, что капитан Мин разочаровался в нем из-за того, что он еще не раскрыл дело. Однако его босс имел на это право, потому что Чонгук уже разочаровался в себе. Хосок посмотрел в большие обеспокоенные глаза Чонгука. — Хорошо. В любом случае, в этом не было ничего плохого. Он просто беспокоится за тебя. Он не хочет, чтобы ты работал так усердно, чтобы сгореть морально и физически, и я с ним согласен. Работа есть работа, но у тебя тоже есть жизнь. Тебе следует найти какое-нибудь хобби, ходить на свидания и тому подобное. Чонгук сморщил нос. Ничто из этого не казалось ему привлекательным. — Я остыну в этом деле, ладно? — сказал он, хотя и не знал, насколько хорошо он сможет выполнить это обещание. Хосок улыбнулся с облегчением. Уже немного подвыпивший из-за того, что долгое время не употреблял алкоголь, Чонгук протянул руку и ткнул одну из ямочек своего друга. — Итак… ты с кем-нибудь встречаешься? Щеки Хосока покраснели, а Чонгук ахнул. — Ты? — Нет! — сказал Хосок, но он никогда не был хорошим лжецом, — Я имею ввиду… может быть, есть кто-то, кто мне нравится, но мы определенно не встречаемся. Следующий час они смеялись, разговаривали и дразнили друг друга. Это было похоже на старые времена. Чонгук остановился на своем лимите в три напитка; он ненавидел похмелье. Когда прошло 23:00, они решили закончить. Они стояли рядом друг с другом на улице, ожидая своих такси. — Чонгук… — сказал Хосок, его поведение стало более серьезным. Чонгук посмотрел на него. — Да? — Я знаю, как тебе плохо из-за того, что ты еще не нашел Сокджина, но ты не можешь винить себя, ладно? Это не твоя вина. Мы все видим, что ты стараешься изо всех сил, и это все, что ты можешь сделать. Чонгук не знал почему, но когда Хосок говорил, его глаза начали слезиться. Он обвинил в этом алкоголь и быстро вытер слезы. Был ли Хосок прав? Но тогда как же это может быть не его вина? Ему было поручено найти Сокджина, но пока ему это не удалось.

***

Когда он наконец добрался до дома, Чонгук вздохнул и бросил ключи на стойку. В животе у него урчало, но еды в доме не было, поэтому он решил выпить бутылку воды. На выходных он должен пойти за продуктами. Еще не чувствуя усталости, он надел пижаму и плюхнулся на диван. Он включил телевизор, чтобы в доме не было так тихо, и включил лампу, чтобы было не слишком темно. Обычно такие вещи его не беспокоили, но сегодня вечером он не мог вынести молчаливой темноты. Он вытащил свой телефон. Его единственным уведомлением было сообщение от девушки из приложения для знакомств, которое он скачал несколько месяцев назад. Он забыл, что оно у него еще есть. Он нажал на сообщение и посмотрел профиль девушки. Она была великолепна, пришлось признать Чонгуку. Он был удивлен, что она написала именно ему. Тем не менее, он не мог заставить себя ответить ей. На самом деле он не мог представить, чтобы встречался с ней или с кем-то ещё. Она была красива, но она была ничем по сравнению с Сокджином… Чонгук ахнул и бросил телефон в сторону. Зачем ему сравнивать ее с Сокджином? Это было похоже на то, что мысль сформировалась против его воли, но теперь она застряла там, и внезапно стало понятно, почему Чонгук был так одержим этим делом. В Сокджине было что-то такое, что привлекло Чонгука. Дело было не только во внешности парня, дело было во всем. Все, что Чонгук узнал о Сокджине, было очень милым. Например, как он беззастенчиво любил героев мультфильмов, таких как Пикачу и Марио, или как он всегда провожал Шуру до ее машины, когда они вместе работали по ночам. Чонгук задавался вопросом, были ли это настоящие чувства или просто результат столь долгих поисков парня. Он вспомнил, как вчера был в комнате Джина. Когда Чимин рассказывал ему все эти истории, Чонгук действительно чувствовал, что знает Джина. Затем он нахмурился, потому что Джин, если бы он был еще жив, даже не знал бы о существовании Чонгука.