Impossible

Несколько дней назад Джин сидел, прислушиваясь к движениям Намджуна наверху. По словам Намджуна, это был их последний день в этом доме, и, как ни странно, Джин не хотел уезжать. Если он и собирался быть с Намджуном, то только здесь, в этом доме, куда периодически наведывался Чонгук. Где еще оставался хоть какой-то шанс на свободу. Он всегда думал, что устал смотреть на одни и те же серые стены несколько дней подряд. И все же, когда приходило время, он боялся покинуть это место. Он каким-то образом продержался здесь так долго. Находясь в другом месте, в голове Джина проносились ужасные мысли о том, что может произойти. Джин был настолько погружен в свои мысли, что не услышал, как Намджун открыл дверь в подвал. Он заметил, что перед ним мелькнула тень. Он поднял голову и попытался смахнуть слезы. Он не хотел, чтобы Намджун знал о его чувствах. Он услышал, как Намджун глубоко вздохнул. — Почему ты сейчас плачешь? Джин знал, что это раздражает Намджуна, но все равно промолчал. Его мозг не работал должным образом, и он не мог придумать убедительную ложь. Руки Намджуна то сжимались, то разжимались в кулаки — признак того, что он начинает злиться. Может быть, если Джин скажет ему правду, Намджун не будет злиться. Он всегда попадал в неприятности, когда лгал. Может быть, Намджун будет рад, что Джин поделился своими чувствами. — Я боюсь переезжать, — признался Джин. —Ты… боишься? Джин кивнул, но тут же вспомнил, что Намджун предпочитает, чтобы он говорил своими словами. — Да, боюсь. Намджун недоверчиво покачал головой. — Я так много работал. Я отдаю все силы, чтобы мы были вместе, а ты плачешь из-за этого… Джин знал, что сейчас будет пощечина. Его щеку пронзила боль, когда Намджун ударил его ногой в живот. Всего один раз, но сила была огромной, и резкая боль возникла мгновенно. — Боже, какой же ты неблагодарный, — с отвращением сказал Намджун. Джин от стыда опустил глаза. О чем он только думал? Он должен был догадаться, что все будет именно так. — Прости, — выдохнул он, но, видимо, слишком тихо, чтобы Намджун, который уже наполовину ушел, мог его услышать. У него сильно болел живот. Он не мог даже сесть, вынужденный лежать. Что-то было не так. Джин понял это с того момента, как Намджун пнул его. У него болела голова, а тело слегка покалывало. Когда зрение стало расплываться, он обрадовался, что это избавление от боли.

***

Джин не знал, как долго он пролежал в отключке. Очнулся он в том же положении — лежа, прижавшись одной щекой к холодному бетонному полу. Он услышал чей-то разговор. Сначала он едва расслышал его из-за звона в ушах. Он решил, что это просто Намджун разговаривает сам с собой. Но по мере того как звон постепенно стихал, голоса становились все отчетливее. Один из них принадлежал Чонгуку. Они снова спорили. Они не кричали, но их голоса были повышены. Джин не придал этому значения. Он был рад услышать голос Чонгука в последний раз перед тем, как они уйдут. А потом раздался громкий выстрел, и Джин пожалел, что не обратил на него внимания. Он никогда раньше не слышал выстрелов в реальной жизни, но Джин был почти уверен, что это именно они. Последовавшая за этим тишина была пугающей. Джин не знал, в кого стреляли, если вообще стреляли. Его сердце все еще колотилось от испуга, вызванного громким звуком, а теперь еще и напряжение не помогало. Джин услышал шаги, но не мог определить, чьи они. После всего, что произошло, что-то внутри Джина все еще не хотело, чтобы Намджун пострадал. Он попытался взять дыхание под контроль, когда услышал, как отпирается дверь. Но как бы он ни старался, боль в животе не давала ему сидеть. Что-то в глубине сознания Джина подсказывало ему, что этот человек — не Намджун. Его обувь звучала по-другому, словно это были тяжелые ботинки, а не обычные кроссовки Намджуна. Это был Чонгук. Чонгук шел, чтобы забрать его. Мысль о том, что ему придется столкнуться с внешним миром, пугала Джина. Он не хотел, чтобы кто-то видел его таким. Зажегся свет, и перед ним предстал человек, которого он никогда не видел, но который, тем не менее, был ему знаком. Даже если бы Джин не услышал мужской голос наверху, он бы понял, что это Чонгук. Он выглядел как утешение, как надежда, за которую он цеплялся все это время. А еще он выглядел очень красивым, и Джин подумал, не снится ли ему все это. Не прошло и секунды, как Джин уже мысленно мчался к нему. Он услышал, как его зовут, и, хотя его разум был относительно ясен, рот не поддавался, когда он пытался ответить.

***

Чонгук на секунду застыл в шоке, увидев лежащего на полу Сокджина. По всему телу были видны синяки и мазки крови. И то, как он лежал… Чонгук подумал бы, что парень мертв, если бы не его глаза, медленно моргающие на него. Но долго раздумывать над этим он не мог. Чонгук подбежал к Джину и стал осторожно трясти его за плечо. — Сокджин? — парень не ответил, только поднял глаза на Чонгука, — Сокджин, ты меня слышишь? Сокджин тихо застонал. Не сильно, но достаточно, чтобы Чонгук понял, что он в сознании. Может быть, ему показалось, но Чонгук услышал слабый звук сирен. Поначалу он обрадовался — они приедут арестовать Намджуна и отвезут Сокджин в больницу. Но потом он подумал о том, как капитан Мин так упорно защищает Намджуна, и задался вопросом, каковы шансы, что Намджун действительно понесет наказание. Может быть, капитан Мин даже найдет способ выставить Чонгука плохим парнем. Он не был уверен, что принимает правильное решение, но знал, что должен что-то предпринять. Он достал пистолет и посмотрел на Сокджина, который вдруг со страхом посмотрел на него. — Я не причиню тебе вреда, — сказал Чонгук, — Я офицер полиции. Я заберу тебя отсюда. Сокджин посмотрел ему в глаза и слабо кивнул. Тогда Чонгук тщательно прицелился в цепь, привязывающую Сокджина к стене. В глубине души он с отвращением думал о том, как Намджун может так обращаться с другими людьми. Сокджин вздрогнул, когда пистолет выстрелил, но Чонгук прицелился точно, и цепь порвалась. — Ты можешь встать? — спросил Чонгук. Сокджин уперся ладонями в пол и попытался подняться. Чонгук старался помочь, но ему было страшно прикасаться к парню. Он не знал, где у него травмы, и не хотел усугублять ситуацию. Джину удалось сесть, но Чонгук видел, как он схватился за живот, и на его лице отразилась боль. Он никак не мог подняться по лестнице. В доме по-прежнему было тихо, но Чонгук понял, что сирены звучат не только в его голове — они становились все громче. Чонгук попытался сдержать панику. — Сокджин, нам нужно выбраться отсюда до приезда полиции. Можно я понесу тебя? Сокджин выглядел смущенным. — Почему? — Это долгая история, — быстро сказал Чонгук, — Я объясню позже, но я не думаю, что мы можем им доверять. По крайней мере, не моему капитану. Сокджин кивнул в знак понимания, хотя Чонгук был уверен, что объяснил все неправильно. — Они уже почти здесь. — Да. Чонгук оглядел комнату. Заметив на полу гильзу, он подобрал ее, стараясь не оставлять следов своего пребывания. После этого он не стал терять времени. Засунув пистолет обратно за пояс, он наклонился, чтобы подхватить Сокджин на руки. Это было слишком легко, словно он почти ничего не весил. — А где Намджун? — спросил Сокджин, когда они поднялись наверх. Чонгук обрадовался, что теперь Сокджин может говорить более спокойно. — Он прямо над… — Чонгук замолчал, глядя на лужу крови, в которой только что лежал Намджун. Теперь от него не осталось и следа. Чонгук быстро огляделся по сторонам, пытаясь скрыть свой страх от Сокджина, — Хм… похоже, он ушел. — Это его кровь?! — воскликнул Сокджин, глядя на большое количество крови на полу. Неужели он действительно… беспокоится о Намджуне? — Да, но не волнуйся. Он не умер. — Хорошо… — сказал Сокджин, но в его глазах все еще стояли слезы, когда он смотрел на кровь. Чонгук посмотрел на входную дверь. Его машина была припаркована на улице, но, судя по звукам, сирены уже выли на улицу Намджуна. Почему он так глупо поступил, припарковавшись прямо у дома? Они никак не могли добраться до машины раньше, чем приедет полиция и, как предполагал Чонгук, капитан Мин. Чонгук глубоко вздохнул и заставил себя успокоиться. Он был офицером полиции, и его учили сохранять спокойствие в стрессовых ситуациях. Он не забыл забрать гильзу от пули, когда стрелял в Намджуна. Даже с Сокджином на руках это было легко сделать. Он еще раз осмотрел все вокруг, но Намджуна нигде не было видно. Не имея другого выхода, Чонгук выскочил через заднюю дверь. От заднего двора Намджуна вела небольшая тропинка, и Чонгук пошел по ней. — Как себя чувствуешь? — спросил он у Сокджина, когда они отошли на достаточное расстояние. Сокджин выглядел уставшим, и Чонгук его не винил. — Я… — начал он, но голос его дрожал. По его щекам потекли слезы, и Чонгук хотел их вытереть, но обе его руки уже были заняты тем, чтобы нести парня. В конце концов Чонгук перестал идти и на секунду задумался. Он не знал, куда идти. Он не решался отвезти Сокджина в больницу, в каком бы тяжелом состоянии тот ни находился. Чонгук знал, что капитану Мину будет слишком легко найти их, а он не доверял этому человеку. Он также не хотел брать Сокджина в их общую квартиру с Чимином. Мало того, что там теперь жил еще один парень. так еще Чонгук был уверен, что это будет одно из первых мест, где Намджун будет искать Сокджина. По его мнению, единственным безопасным местом была его собственная квартира. — Я отвезу нас к себе, хорошо? Я не могу отвезти тебя в больницу. Мне нужно многое объяснить… Обещаю, я… — Чонгук не мог найти нужных слов, чтобы объяснить свою сложную ситуацию. Чонгук почувствовал прикосновение чьей-то руки. — Все в порядке, Чонгук, — сказал ему Сокджин, — Я доверяю тебе.