кофе, розы и хозяин

У Феликса спокойная и тихая жизнь, в которой его периодически поёбывают неожиданности. Квартира в ипотеку недалеко от центра, которую он потихоньку обустраивает и живёт с маленьким шотландским котом. Любимая работа, которая приносит ему приличный доход, да и в целом Феликс не жалуется, ему комфортно и ничто не доставляет неудобство. За исключением небольшого большого недоразумения. Бариста Феликс устроился год назад в очень приличную кофейню. Коллектив хороший, обстановка душевная, но вот начальство… Нет, хозяин кофейни очень хороший человек, и Феликсу приятно на него работать, потому что тот делает всё для удобства своих сотрудников, но у Феликса есть свой пункт, в котором говорится не иметь никаких отношений с коллегами, но Хёнджин — владелец кофейни — считает, что Феликсу следует пересмотреть свой пункт. Хёнджин не проявляет никаких левых движений в сторону Ли, наоборот, он очень вежлив и аккуратен в своих действиях. Любой другой на месте Феликса давно бы сдался и принял ебаное приглашение на свидание, но Феликсу совсем не до этого. А Хёнджину Ли симпатичен. Приятный молодой человек, ответственный сотрудник, красивый внешне, но непреступный, как дурацкая скала. Знаки внимания со стороны хозяина Феликса никак не напрягают, наоборот, ему очень интересно наблюдать за Хёнджином и его симпатией. Забавляет видеть, как взрослый человек обижается на очередное «нет». — Феликс, подойдёшь на минутку? Хёнджин сидит за дальним столиком. Перед ним открытый ноутбук, пара папок с документами и чашка капучино, который он пьёт каждый раз, как приходит поработать. Феликс кивает. Он протирает машинку, вставляя холдеры в группу. Феликс с дуру покрасил волосы в зелёный, который постепенно стал смываться, но ему такой цвет очень нравится, а Хвану тем более. Ему вообще нравится всё, что связано с Феликсом. Ли поправляет футболку, что сползает с тощего плеча, и выходит из-за стойки, подходит к столику Хёнджина. Тот поднимает голову и улыбается, а у Феликса складывается впечатление того, что ему начинает нравиться эта улыбка. Да весь Хёнджин — это синоним слову «красота», в которой Феликсу совсем не хочется тонуть. — Чем занят после работы? — Хёнджин закрывает ноутбук и складывает руки на столе, переплетая свои пальцы. Феликс бросает свой взгляд на чужие кисти с крупными венами, дергает бровью. В его глазах Хёнджин совсем обычный человек, которому свойственно влюбляться, и Ли принимает эту влюблённость без возможности ответить на неё. — Иду кормить котенка, а потом отдыхать, — Феликс смотрит Хвану в глаза и хмыкает, когда тот щурится, растягивая губы с усмешке. — А что такое? А то ты сам, блять, не догадываешься? — Пойдём в ресторан? — Хёнджин отпивает кофе, облизывает полные губы. — Нет желания, — отвечает Феликс и пожимает плечами. Каждый раз один и тот же ответ, который даёт Хвану Ли, но тому, видимо, похуй. — Да брось, Феликс, я хочу устроить тебе приятный вечер, — Хёнджин заламывает брови. Феликс улыбается. Хван настырный и очень целеустремлённый. Феликс ценит последнее, но не приветствует первое. От таких людей очень душно, но для Феликса это не повод говорить Хёнджину конкретное «нет», потому что какой-никакой, но интерес есть. Хёнджин Феликсу симпатизирует, его небольшие подарки и легкая романтика в конце рабочей смены. Ли давно бы сдался. — Я в этом мало заинтересован, извините, — выдыхает. Хёнджин опускает голову. Его темные волосы падают на лицо, и Феликсу его совсем немного, но жаль. — Ты такой, — говорит Хван и резко заглядывает в глаза с серьёзным лицом, смущая Феликса, — холодный. Безумно нравишься, — честно признаётся Хёнджин, прикрыв рот рукой. Феликс сглатывает. Он поджимает губы, ощущая, как предательски громко бьётся идиотское сердце. Хёнджин делает совсем не то, что должен. Он лепит из Ли комок обоженных нервов и довольствуется тем, что получается в итоге. Каждый ебаный раз. И каждый раз Феликс практически сдаётся. — Можно я пойду? Ли ощущает себя совсем беспомощным и слабым. Он постоянно сбегает, но по итогу возвращается к начальной точке, где его уже ждёт Хёнджин и просит провести с ним время. — Да, конечно, иди, — отвечает Хёнджин. Феликс разворачивается и отходит к стойке. Спиной он чувствует прожигающий взгляд темных глаз, морщится, словно от удара, и поправляет идиотскую футболку, которая, блять, опять сползла с плеча. Вечером Феликс приходит домой, а с порога его встречает котёнок Сажик. Маленький черный комочек, мурча, трётся об ноги хозяина. Феликс опускается на корточки и гладит маленького по голове, широко улыбается, а потом идёт на кухню. Ли его квартира очень нравится. Небольшая, в светлых тонах и минималистическом стиле, всегда теплые стены и пол. За все время, что Феликс живёт в этой квартире, а это ровно год, парень сдружился с соседями, и каждый раз, когда заканчивается соль, он идёт к хорошей девушке с полугодовалым ребёнком или же к музыканту по имени Джисон, что живёт через стену. И поздним вечером, сидя перед телевизором, Феликс думает о том, что Хёнджин точно не отстанет, пока сам Ли не согласится на это ебаное свидание, за которым последует гораздо пущая активность Хвана к его скромной персоне. Сажик мурчит под боком, свернувшись комочком. Феликс аккуратно поглаживает его. В голове тысяча и одна мысль, и все они принадлежат Хёнджину. Красивый, высокий, крепкий, с приятными манерами. От него всегда вкусно пахнет, да и выглядит он, в целом, ебабельно. Феликса то и дело мучают гадкие противоречия. Он очень хочет отношений, чтобы рядом был человек, который его понимает и принимает, но не хочет их со своим начальником, потому что думает, что из этого могут быть не очень хорошие последствия. Хёнджин добрый. У него есть собака, которую зовут Камми. Он трудолюбивый, внимательный, с чувством юмора и амбициями. Феликс выдыхает. Все эти мысли о Хване утомляют. На следующий день у Ли портится настроение с самого утра. Он опаздывает на автобус, попадает в пробку и приходит на работу позже обычного. С рук всё валится, молоко не хочет правильно взбиваться, эспрессо хуёвый, день хуёвый, настроение хуёвое. Феликс не курит, но именно в этот день очень хочет. Хёнджин заваливается в кофейню ближе под закрытие. Феликс оборачивается на вошедшего хозяина и бросает тихое: — Здравствуйте. Хёнджин подходит к стойке и облокачивается на неё локтями, смотрит на Феликса. Тот чувствует, как загривок пылает. — Ты опоздал сегодня, — говорит Хёнджин. Феликс вздрагивает и сжимается. В его голове возникает мысль, что, да, это конец. Хван наругает его и оставит без премии, а дома ведь ждёт голодный Сажик. Ли оборачивается. Он складывает руки спереди и смотрит на хозяина с виноватым выражением лица. У Хёнджина глаза совсем тёмные. Он кривит губы в усмешке, хмыкает и щёлкает Феликса по носу, выпрямляясь в спине. — Не нервничай, всё хорошо, я не злюсь. У Феликса от вида хёнджиновой улыбки на душе становится легче. Ли расслабляется, приглаживая волосы на затылке. — Но за твое сегодняшнее опоздание ты пойдёшь со мной на свидание, — Хёнджин подмигивает и широко улыбается, обнажая ровный ряд зубов. Феликс понимал, что будут последствия, и сейчас никак не может отвертеться. Хёнджин загнал его в тупик. — Хорошо. Когда? — Ли кусает губы. — Сегодня, — отвечает будничным тоном, рассматривая веснушки на феликсовом лице. — Мне нужно покормить котёнка, если только после этого, — Феликс рвёт пальцами салфетку под стойкой и бросает кусочки на пол. Хёнджин усмехается. — Окей, поедем кормить котенка, — Хёнджин пожимает плечами и разворачивается. Феликс хочет возразить что-то по типу «поедем? вместе?», но Хван бросает через плечо. — Жду тебя на парковке. И уходит. А Феликс остаётся стоять с мыслями о том, что Хёнджина придётся пригласить за порог квартиры, иначе будет не вежливо. — Пиздец, — говорит на выдохе и трёт лицо руками. Феликс заканчивает с работой, накидывает на плечи зипку, берёт рюкзак и выходит из кофейни, закрыв на ключ. Он шагает к парковке, ежась от прохладного ветра. Феликс замечает Хёнджина, что стоит возле машины и курит, облокотившись бёдрами о капот. Ли подвисает от такой картины, потому что с сигаретой между губ Хван кажется каким-то донельзя сексуальным. — О, ты закончил! — Хёнджин машет рукой. Он докуривает сигарету и бросает окурок в урну у бардюра. Феликс подходит, кивая. Хван обходит машину и открывает дверь пассажирского сиденья, жестом приглашая Феликса сесть. Ли второй раз подвисает, но присаживается, оказываясь в тёплом и вкусно пахнущем салоне. Через минуту Хёнджин оказывается рядом. — Ну, поехали? — Хван улыбается этой своей улыбкой, которая ну уж очень сильно нравится Феликсу. Вся дорога прошла в полной тишине. Феликс смотрел в окно, а Хёнджин переодически на Ли, не пытаясь надоедать ему разговорами, потому что у Феликса и без того пиздец как забита голова, и он думает, что всё происходящее просто дурацкий сон. Лишь изредка он поглядывает на Хёнджина и его пальцы, которые держат руль, на кисти, крепкие предплечья. — Здесь направо, — Феликс морщится, когда машина плавно останавливается на светофоре. Хёнджин смотрит на Ли и, улыбаясь, говорит: — Я помню. Ну да, конечно помнит, сколько раз он подвозил Феликса до дома, прежде настояв на этом. Хёнджин припарковывает автомобиль у дома, глушит двигатель и выходит, хлопнув дверцей. Феликс не ждёт, когда тот откроет ему, выходит сам и просит Хвана идти за ним. И опять эта тишина, которая давит на головной мозг. Феликс прижимается спиной к стене лифта, кусая губы до кровоточащих болячек. Хёнджин от чего-то хмурится, наверно, от своих мыслей, и Феликс с облегчением выдыхает, когда лифт останавливается на этаже. Ли достаёт ключи, открывает дверь и пропускает Хвана внутрь. На пороге их встречает Сажик, неведомо шипящий на нового и незванного гостя. — Какой хорошенький, — Хёнджин присаживается на корточки и протягивает руку котёнку. Тот осторожничает, обнюхивая незнакомца. — Как его зовут? — Сажик. — Чем-то на тебя похож, — говорит Хёнджин и смотрит на Ли снизу вверх, щуря глаза. Феликс хмыкает. Он гладит котёнка по голове, снимая обувь. — Да, и чем же? — но, кажется, он уже предчувствует ответ. Хёнджин, удостоверившись тем, что Сажик его принял за родного, берёт на руки и прижимает к груди, облизывая губы. Вот опять. Феликс в который раз за день подвисает, стараясь увести взгляд в сторону, потому что Хёнджин заставляет смущаться. — Ты такой же шипящий, но очень милый, — и пальцами чешет котёнку за ухом. У Феликса краснеют уши. Он бурчит невнятное: «Боже, заткнись» и идёт на кухню, а следом Хёнджин, рассматривая квартиру. Конечно, в разы меньше его собственной, но куда уютнее. Потому что Феликс здесь живёт. Ли насыпает в миску Сажика корма, наливает новую воду, но котёнок до последнего не хочет слазить с Хёнджина, цепляется за него и мурчит, отказываясь есть то, что ему дали. Феликс хмурится. Он хочет наругать Хвана за то, что сделал с его Сажиком (влюбил в себя), но в последний момент кусает себя за язык. Хёнджин не виноват в этом. В том, что все вокруг влюбляются в него. Феликс присаживается на стул. Ему грустно и приятно видеть, как аккуратно Хёнджин обращается с котенком, улыбается и гладит его, говорит всякие приятности, целует в розовый носик, а Феликс практически плачет, вцепившись зубами в губу. Его начинает трясти, потому что картина перед ним до невозможности сладкая. Он хочет так же. — Может, чаю? — спрашивает Феликс, когда Хёнджин отпускает Сажика и тот идёт есть свою еду. Хван переводит взгляд на рядом сидящего Феликса. Его глаза глубокие, а лицо очень спокойное, с красивой улыбкой на губах. Хёнджин наклоняет голову и касается кончиками пальцев тыльной стороны ладони Феликса. Тот переводит взгляд на их руки, не понимая того, что сейчас происходит. — Вот видишь, как всё хорошо сложилось, — Хёнджин зачесывает свои волосы пальцами, аккуратно убирая руку. Феликс выгибает бровь, шепча: — Что именно? — словно его голос совсем пропал. Хван переводит взгляд на Сажика, который хрустит кормом, а потом на Ли, сидящего, словно тёмная туча. — Ты уделил мне время. Я рад этому. У Хенджина темные блестящие глаза с густыми ресницами. Он улыбается, а Феликсу дурно от всего, что происходит вокруг. Не хочет влюбляться, ему сложно принять свои чувства. Ли не сможет дать Хёнджину того же, что Хван даст ему. Любить Феликс будет очень сильно, и это может причинить неприятную неполноценность, в которой Ли всегда будет только получать и не отдавать взамен. Феликсу хочется плакать. — Как Вы это делаете? — едва ли всхлипывая, Ли трёт глаза ладонями. Хёнджин настораживается. Он ощущает изменение в чужом настроении и хмурится, внимательно смотрит на Феликса. — О чем ты? — Хёнджин подвигается ближе. Феликс скукоживается и выглядит гораздо меньше, чем есть на самом деле. Хёнджин кладёт ладонь на сгорбившуюся спину, аккуратно поглаживая. Феликс всхлипывает. Он поднимает слезящиеся глаза на Хёнджина. Под ногами мурчит Сажик. Хван удивляется чужой реакции, выдыхает, и не знает причины феликсовых слёз. Очень хочет узнать, но Ли молчит, сжимая губы. У самого на душе как-то совсем противно и творится всякая дичь. Ему больно от того, в каком беспорядке находится Феликс. Хочется прижать к себе и успокоить, чтобы почувствовать, как тот медленно приходит в себя. — Феликс, — тихо зовёт Хёнджин. Ли выдыхает, цепляясь пальцами за свою футболку. — Влюбляете в себя. Как Вы это делаете? Хёнджин подвисает. Он смотрит в карие глаза Феликса, на ресницах которых застыли хрустальные слезинки, и понимает, что сам не знает ответ на этот вопрос. Хёнджин такой, какой есть, и перед Феликсом он не строит из себя другого человека. Хёнджин — это Хёнджин. Иногда неуклюжий и драматичный. Он любит животных, кофе, сигареты. Носит с собой в кармане пиджака несколько леденцов и по выходным (которые выпадают очень редко) ходит в бассейн. Перед сном Хёнджин смотрит мелодрамы и плачет из-за них, а утром просыпается с опухшими глазами. Любит свою собаку, котенка Феликса и… Самого Феликса он тоже любит. Хёнджин не пытается выглядеть перед людьми другим человеком. Ему достаточно того, какой он есть на самом деле, а большего и не нужно. — Даже Сажика влюбили в себя, чтоб Вас, — ругается Феликс и легонько пихает кулаком Хёнджина в бок. Хван тянет уголки губ вверх. Феликс шмыгает носом, вытирая слёзы со своих щёк. — Тебя это смущает? — Хёнджин касается пальцами волос Ли на затылке. Тот выдыхает. Сажик запрыгивает на колени своего хозяина и трется носом о живот. Феликс гладит котёнка, а потом смотрит на Хёнджина. Тот в растерянности, но старается этого не показывать. Ли смеётся с него. Хван удивляет его всё больше и больше. — Меня смущает только одно, — Феликс сводит колени, — что у меня получилось влюбиться в Вас. А я ведь не хотел этого. Хёнджин опускает ладонь на ладонь Феликса, слегка сжимая пальцами. Он заглядывает в лицо и опять улыбается. Ли кажется, что эта улыбка скоро перестанет пропадать с чужого лица. Хван большой и теплый. У него приятные прикосновения, блестящие глаза и успокаивает он очень трепетно, чтобы было хорошо обоим. Феликсу Хёнджин очень нравится. Он видит в нём надёжного человека, который всегда будет рядом, и от этого на душе приятно. Осознание, которое приходит к Феликсу его пугает, но бежать он не хочет. — Ты боялся своих чувств? — Хёнджин наклоняется, пальцами свободной руки заправляет за ухо прядь зеленых феликсовых волос. Ли чувствует его одеколон и плавится, ощущая себя в безопасности. — Да. Вы мне давно симпатичны, но вступать в отношения с начальством это странно. Я считаю, что могут быть нехорошие последсвия. Хёнджин по-теплому смеётся, и Феликс позволяет себе положить голову на чужое плечо. — Вы меня запутали, — он выдыхает горячими губами Хвану в шею, прикрывает глаза. Его клонит в сон. — Вам не кажется, что нашему свиданию не быть? Хёнджин гладит Феликса по плечу и наклоняет голову, утыкаясь носом в чужие волосы. Хван ощущает себя странно, но от этого его счастье не становится меньше. Феликс свернулся под его боком, как котёнок, который ищет тепло. — Ничего страшного, главное, чтобы ты сейчас пришёл в норму. — Спасибо, — сопит Феликс, ощущая себя полностью истощенным. Хёнджин помогает Ли встать. Феликс жмурится, прижимая к груди Сажика, который мирно посапывает, свернувшись калачиком. Хван говорит, что завтра приедет после закрытия и просит Феликса дождаться его. Тот кивает, благодарит и провожает до двери. Хёнджин надевает туфли, выпрямляется и смотрит на Феликса. У него от слёз покраснели глаза и опухли губы. Хёнджин вздыхает. — Можно обнять Вас? — Ли опускает котёнка на пол и подходит к Хёнджину. — Конечно, — Хван протягивает руки к Феликсу. Тот скромно топчется на месте, а потом льнёт к Хёнджину, обнимая того поперёк талии, уложив голову на грудь, слышит, как бьётся сердце. Хёнджин сильнее прижимает Феликса к себе, утыкаясь носом в волосы. Приятное теплое ощущение разливает по всему телу, и Хёнджин аккуратно перебирает пальцами волосы на затылке Феликса, чувствуя себя, наверно, самым счастливым человеком на земле. Ли успокаивается. Ему хорошо в этих объятиях, тепло и уютно, словно Хёнджин действительно его человек. Большой, за ним можно укрыться, ему можно довериться. Феликс влюблён, и это чувство позволяет улыбнуться, спрятав губы в изгибе шеи Хвана. — Тебе так не хочется меня отпускать? — смеётся Хёнджин. Феликс поднимает на него голову. Сажик трётся об ногу. — Извините, я совсем забыл. Уже поздно, — Феликс отлипает от чужого тела. Хван улыбается, и в который раз за вечер Ли тает от этой улыбки. — Можешь на «ты». Обращайся ко мне в неформальной форме. Мы не на работе, — и щёлкает Феликса по его курносому носу. У Ли краснеют уши. — А, да, хорошо, Хёнджин. Ему странно обращаться к начальнику по имени, но того это никак не смущает, наоборот, Хван щурит глаза от умиления, а потом смотрит на наручные часы. — Отлично. Я пойду, Феликс, увидимся завтра. Пока. На прощание Хёнджин гладит Сажика, машет Феликсу и выходит за дверь, оставляя его стоять в неведении с мыслями о том, что всё же это лишь идиотский сон, потому что в жизни не может быть всё так хорошо. Ли присаживается на корточки, смотрит на котенка, который сидит возле двери и вздыхает. — Влюбились мы с тобой, да? Сажик мяукает, и Феликс почти что тоже, уткнувшись лицом в колени. Ли дошёл до той точки, из которой не вернуться к первоначальному этапу. Но он совсем не против, потому что чувствует себя счастливым. На следующий день Феликс приходит на работу в хорошем настроении. Он поспал всего семь часов, но этого ему хватило, чтобы ощутить себя бодрым. Даже самые ёбнутые посетители не смогли испортить позитивный настрой. В конце смены Феликс приводит рабочее место в порядок, прощается с коллегами, которые работают на кухне, и закрывает кофейню. Хёнджин подъезжает через пять минут, как и обещал. — У тебя ведь завтра выходной? Хван подходит к Феликсу, который стоит возле двери. — Да, к счастью, — кивает Ли. Хёнджин улыбается. Феликс рассматривает начальника с ног до головы, поражаясь его изысканному вкусу в одежде, и почти падает от приятного аромата чужого парфюма. — Устал? — Хёнджин пихает руки в карманы пальто, нащупывая в них шелестящую обертку от конфеты. — Ну, есть немного, — отвечает, наблюдая за тем, как Хёнджин выбрасывает фантик, который достал из кармана. — А что Вы, ой, то есть ты хотел предложить? Хёнджин выпрямляется, загораживая собой проходящих мимо людей. — Поехали со мной к реке, Феликс, — Хёнджин тянет уголки губ вверх. Ли смотрит на Хвана и склоняется к тому, чтобы по-привычке отказать. Но предательское сердце настаивает на согласии, и Феликс кивает, улыбаясь. — Отлично, — Хёнджин приобнимает за плечо и ведёт к машине. — Тебе не нужно покормить Сажика? — Хван останавливается возле авто и смотрит на Феликса. — Нет, я ему насыпал чуть больше корма, чем обычно. Он не останется голодным, — Феликс отрицательно машет головой. Хёнджин кивает, а потом открывает дверь заднего сиденья. Феликс хмурит брови, когда тот наклоняется и что-то достаёт, удивившись. Хёнджин протягивает ему букет красных роз в белой шелестящей обёртке с чёрной лентой снизу. — Это тебе, — у Хвана блестят глаза. Даже в тусклом свете парковочных фонарей Феликс видит его смущённое выражение лица. Ли кусает губы, теряется, потому что раньше никто не дарил ему цветы. А эти… Они восхитительны. Алые и пахнут очень приятно. У Феликса тянет живот от волнительного чувства, которое он пытается унять, и принимает букет. — Спасибо большое, — шепчет. Он утыкается лицом в цветы, чтобы спрятать свои горящие щёки, вдыхает аромат и тает. Они точно совсем свежие, прохладные, а помимо цветочного запаха он чувствует и запах парфюма Хвана. Феликс поднимает взгляд на Хёнджина. Тот выглядит довольным, расслабленным, и у Ли возникает желание поцеловать его. Подойдя чуть ближе, Феликс приподнимается на носочки и оставляет лёгкий, едва ощутимый поцелуй на чужих полных губах. Хёнджин опускает руку на феликсову талию, второй рукой придерживая за подбородок, заглядывает в глаза. Их тела разделяет лишь букет цветов. — Неожиданно, Феликс, — шепчет и оглаживает большим пальцем контур нижней губы Ли. — И очень смело. — Не говори, что тебе не понравилось, — Феликс щурит глаза и ухмыляется, что заставляет Хёнджина обомлеть в томительном ожидании. Хван точно сгорает изнутри от жгучего желания ещё раз прикоснуться к губам Феликса. Хёнджина ближе прижимает Феликса к себе. — Очень понравилось, — шепотом выдыхает в чужие губы и отстраняется. — Поехали? Феликс хмыкает. Он чувствует как трескается изнутри, точно фарфоровая ваза. Немного тошнит от противного волнения. — Да, поехали. Хёнджин отпускает Феликса и открывает тому дверь пассажирского сиденья. Ли присаживается, кладёт букет на колени, а рюкзак на заднее сиденье. Хёнджин садится за руль и поворачивает ключ, заводя автомобиль. Ли расслабляется под тихую музыку, пока Хёнджин выезжает на главную дорогу. В салоне как всегда тепло и вкусно пахнет. Феликс смотрит на чужой профиль, замечая сосредоточенное выражение лица. У Хёнджина очень красивые пальцы, он аккуратно держит ими руль, и Феликс кусает губы, ощущая дикое эстетическое удовольствие. — Я начинаю смущаться, когда ты так пристально смотришь. Из мыслей Феликса вырывает голос Хёнджина. Вздрогнув, Ли сглатывает, а кончики ушей становятся красными. — Извини, не хотел отвлекать, просто, — Феликс куксится, пытаясь понять то, что хотел сказать. — Просто, что? — ухмыляясь, Хёнджин поворачивает голову в сторону Ли, когда на светофоре горит красный. Феликс уверен, что если сейчас не скажет, то потом побоится сказать. — Просто ты очень красивый, — отвечает Ли. Хёнджин улыбается. Очень приятно слышать комплимент от возлюбленного человека, который заставляет сердце биться в разы чаще. Феликс делает Хвана счастливым одним своим видом. Достаточно всего лишь слова, и Хёнджин будет доволен. — Я люблю тебя, — шепчет Хван. Феликсу эти слова от чего-то кажутся очень тяжёлыми. Он не уверен, что чувствует то же самое по отношению к Хёнджину, но точно может сказать, что в груди становится обжигающе горячо каждый раз, стоит только увидеть всего Хвана целиком и полностью. Одна улыбка вызывает внутри бурю положительных и тёплых чувств. К Хёнджину хочется тянуться, быть с ним рядом и греться под боком, чтобы он целовал и говорил много-много ласковых слов. Ли знаком с ним год, и этого времени хватило, чтобы понять, какой он есть на самом деле. Когда в кофейне вырубился свет, Хёнджин приехал быстрее электриков, повыше закатил рукава и сам починил проводку. Или когда девушка, работающая на кухне, сильно подвернула ногу, Хёнджин отвёз её в больницу, оплатил лечение и дал месяц на восстановление. Месяцем ранее в кофейне была запара, поставка опаздывала, многие были на нервах, Хёнджин приехал, привёз расходники на неопределённое время, встал с Феликсом за стойку и работал на равне. Он хороший не только, как начальник, но и как человек. Поэтому Феликс ни капли не жалеет, что сейчас сидит с Хёнджином в машине, на коленях букет цветов, а в душе восхитительная влюблённость, которая плавно перетекает в то, что называют любовь. — Я, кажется, тебя тоже. Люблю. Хёнджин улыбается. Он кусает нижнюю губу и выворачивает руль влево, въезжая на парковку у реки. Чистая вода отражает свет луны ночного неба, а тихая мелодия в машине добавляет пушистой романтики. — Хочешь выйти? — Хёнджин глушит двигатель и откидывается на спинку сиденья, смотрит на Ли. — Да, пойдём. Феликс открывает дверь, выходит и кладёт букет на сиденье. Хёнджин закрывает за ним дверь. Феликс думает, а стоит ли, но потом решает и берёт Хвана за руку, переплетая пальцы. У него теплые ладони, не такие, как у Ли. От воды тянет прохладой. Феликс ёжится и зарывается носом в воротник толстовки. Хёнджин смотрит на него сверху вниз, оглаживая пальцами чужие холодные костяшки, выдыхая пар. На дворе хоть и теплая поздняя весна, но по вечерам значительно холодает. — Замёрз? Ли кивает. Хёнджин вынимает свою руку из феликсовой, расстёгивает пальто и раскрывает его. — Иди сюда. Феликс подходит и прижимается к Хёнджину, укладывая свои ладони тому на лопатки. Хван укутывает его в пальто и по привычке утыкается носом в волосы. У Феликса они всегда мягкие и пахнут самым обычным мужским шампунем, но от этого не менее приятно. Ли становится тепло. Он выдыхает, поднимает голову и смотрит Хёнджину в темные глаза. В голове тысяча и одна мысль, и он приподнимается, оставляя легкий поцелуй на чужом подбородке. — Хочешь поцеловаться, Феликс? — Хёнджин тянет губы в ухмылке. Хван наклоняется к чужому лицу, а Феликс заместо того, чтобы ответить, берёт и целует, прикасаясь ладонью к лицу Хёнджина. Хван цепляется пальцами за его талию, прижимает ближе и углубляет поцелуй. Он проталкивает язык в рот Феликс, обводит нёбо и кусает за нижнюю губу. У Ли по спине бегут мурашки. Он царапает ногтями шею Хёнджина, запускает пальцы в его волосы и тихо скулит, от ощущения приятной тяжести в животе. Хёнджин потрясающе целуется. Феликс не успевает за ним, дышит через нос, чувствуя, как внутри растекается раскалённое стекло. Хван цепляет зубами верхнюю губу Феликса, мажет языком по ней и ухмыляется, снова целуя. Феликса начинает трясти от возбуждения. Руки Хёнджина на талии ощущаются очень правильно. Его язык во рту горячий и мокрый, губы мягкие, приятные. Феликсу дурно, он хочет Хёнджина целиком и полностью, чтобы отдать всего себя. Хван разрывает поцелуй и утыкается лбом в лоб Ли, дышит через рот, опустив взгляд на чужой веснушчатый нос. — Поехали ко мне? — спрашивает Хёнджин, перебирая пальцами складки на толстовке Феликса. — Да, поехали. Всю дорогу Феликса мучает тянущее чувство, засевшее в животе, а Хёнджин молчит. Он закрывает глаза, чтобы сосредоточиться, но под закрытыми веками картина с поцелуем и влажные хёнджиновы губы, которые он облизывал. И Феликсу совсем тяжело от воспоминай горячего языка Хвана у себя во рту. Хёнджин живёт в центре, а квартира находится на последнем этаже многоэтажного здания. Припарковав машину, Хван выходит. Он обходит автомобиль, открывает дверь пассажирского сиденья и протягивает руку Феликсу. Тот хватается за ладонь, как за своё спасение, льнёт к Хёнджину под бок и часто дышит, когда тот приобнимает за талию. В лифте они едут молча, изредка перекидываясь фразами. Оказавшись на пороге чужой квартиры, Феликса встречает собака, недружелюбно тявкающая на незнакомца. Иронично до задницы, потому что Сажик принял Хёнджина с такой же недоброжелательностью. Феликс снимает обувь и выдыхает, прежде чем притянуть Хвана к себе. Он целует, привстав на носочки. Хёнджин чувствует чужое желание, углубляет поцелуй и забирается руками под феликсову толстовку, касаясь кожи, натянутой рёбрами. Он подхватывает Феликса под бёдра. Тот обнимает ногами за талию. Не разрывая поцелуй, Хёнджин проходит в спальню и опускается с Ли на кровать, припечатывая того к постели своим телом. Феликс чувствует, как местами горит кожа, к которой прикасался Хёнджин. Хван разрывает поцелуй, мажет языком по подбородку и кусает за шею, руками задирая серую толстовку Феликса. Тот тихо скулит от прохладного воздуха, что коснулся горячей кожи, выгибается в пояснице и прижимается пахом к чужому. Хёнджин хмыкает в шею, кусает в основании, зацеловывая красные пятна, оставленные на бледной коже. У Феликса мутный взгляд и дрожат колени. Вставший член в штанах болит, и Хёнджин опускает на него руку, поглаживая сквозь ткань. Ли стонет и запрокидывает голову назад, упираясь в подушку. У Хёнджин не менее болезненно стоит, но он игнорирует, поцелуями-бабочками касаясь груди Феликса. Телу в одежде душно. У Хёнджина кружится голова, и он стягивает через голову чёрную водолазку. Феликс смотрит на него и стонет второй раз от вида чужого тела. Хёнджин прекрасен, с татуировкой на рёбрах, которую Феликс не может разглядеть из-за ебливого возбуждения, что пеленой легло на глаза. — Раздень меня, — шепчет Феликс, укладывая ладони на плечи Хвана. Хёнджин стягивает с Феликса толстовку и джинсы вместе с бельём. Голый и открытый. У Хёнджина возникает проблема с самоконтролем, которую он старательно пихает в задницу, наблюдая раскрасневшегося и мокрого Феликса перед собой. Картина донельзя потрясающая, и Хван обхватывает член Ли пальцами, медленно водя рукой вверх-вниз. Феликс раскрывает рот, стонет, выгнувшись, дугой, подставляя всего себя, и двигает бёдрами в так чужим движения. С головки тянется капля, которую Хёнджин размазывает по члену, ухмыляясь. Феликс просит сделать больше, скулит, как пёс, мечется на подушках и втягивает живот, от чего рёбра сильно натягивают кожу. Хёнджин наклоняется и свободной рукой достаёт из-под подушки смазку. Феликс обязательно спросит с него, какого хрена она делает именно под подушкой, но на данный момент его грызёт жгучее чувство желания быть выебаным. — Перевернись на живот, — просит Хёнджин и убирает с члена Феликса руку. Ли делает это. Он утыкается лицом в подушку и становится на колени. Хёнджин дует на сжимающееся колечко мышц, а потом целует в ягодицу. Феликс покрывается мурашками, а его глаза начинают слезится. — Сейчас будет немного больно, прости, — говорит Хёнджин и проникает смазанным пальцем внутрь. Феликс сжимается от неприятных ощущений, но не просит остановиться. Он шире расставляет ноги, чувствуя, как пальцем Хёнджин растягивает его. — Всё в порядке? — обеспокоенный Хёнджин останавливается, когда слышит тихие всхлипы. Феликс оборачивается на него и очень хочет посмеяться, потому что Хван выглядит очень нелепо с встревоженным лицом и пальцем в заднице. — Да, продолжай. Хёнджин кивает. Он аккуратно щупает стенки изнутри, добавляет смазку и подставляет второй палец, осторожно проникая им. Феликс прячет лицо в подушке. Ему душно, а воздуха практически не хватает, чтобы нормально функционировать. Неприятных ощущений стало меньше, и Ли тает от того, как Хёнджин аккуратен в своих действиях. Его подбрасывает на постели в моменте, когда пальцем Хван задевает простату, и Феликс цепляется за свой член, чтобы не кончить, прижимая большой палец к головке. У Хёнджина болит член. Он расстёгивает брюки и вынимает его, чтобы было легче, целует Феликса в копчик и добавляет третий палец. Смазка стекает по бёдрам Ли. Хёнджин разводит пальцы, говорит всякие приятности и гладит Феликса по прогнутой пояснице. Хван переворачивает Феликса на спину. Тот всё ещё держится за свой член и медленно надрачивает. Хёнджин снимает с себя брюки и пристраивается между разведёнными ногами Ли. Разница в размере очевидна, и Феликсу плохохорошо от осознания, каким членом его будут драть. Хван капает на свой член много смазки, закидывает ноги Феликса себе на талию, чтобы тот скрестил их сзади, и прижимает головку к анусу. Ли сглатывает, кивнув. Хёнджин медленно входит, ощущая сопротивление, наклоняется к Феликсу и касается его лица ладонями, зацеловывая опухшие губы. Ли перестаёт сжиматься, чувствуя, как растягиваются стенки. Хёнджин выдыхает, когда входит до основания. Всё его тело напряжено, вены на руках вздулись, а волосы на висках мокрые. Феликс цепляется пальцами за чужие плечи и прижимается ближе, чтобы почувствовать себя защищённым. Хван двигается медленно и наблюдает за эмоциями на лице Ли. Тот хмурится, кусается губы. У Феликса лицо красное, шея в алых пятнах, а сам он в полном беспорядке. Хёнджин добавляет смазки и входит по-увереннее, выпрямившись в спине. Он меняет угол проникновения, попадая крупной головкой по простате. Феликс громко стонет и ерзает на постели, уперевшись пятками в матрас и разведя ноги шире. Хёнджин держит за талию. Его толчки стали резкими, быстрыми. Комната наполняется хлюпающими звуками, громкими стонами и частым хёнджиновым дыханием. Он находит свои брюки, достаёт из кармана пачку сигарет и пихает её между губ, закурив. У Феликса от такой картины едет крыша. Хёнджин сигаретой в зубах, трахающий его так, что улететь можно в стратосферу, с мышцами, что напрягаются при каждом толчке. Феликсу дурнеет от запаха сигареты, парфюма Хёнджина и от того, что он, блять, видит, как через втянутый живот виднеется очертание крупного члена. Хёнджин выдыхает дым, сжав зубы. Феликс хорошо сжимается, а его влажный член то и дело бьётся о живот. Хван замедляется. Он полностью выходит и резко проникает обратно, наблюдая, как Феликс открывает рот, а из глотки вырывается стон, который разбивается о потолок. Хван делает затяжку, наклоняется к Ли и давит на подбородок. Феликс послушно открывает рот и Хёнджин целует его, выдыхая дым тому в глотку. Ли проглатывает его, ощущая, как никотин обжигает гортань. У него слезятся глаза от переизбытка ощущений. Хёнджин тушит сигарету в пепельнице, что стоит на тумбе рядом с кроватью, обнимает Феликса, ускоряется. Ли ловит звёзды перед глазами. Хёнджин цепляется за изголовье кровати, выцеловывая на шее Феликса непонятные узоры. Ли царапает ногтями чужую спину, лопатки и руки, хрустит позвоночником и громко стонет, кончив себе на живот от резкого и глубоко толчка. Хёнджин, сцепив зубы, изливается внутрь и, выйдя из Феликса, ложится с ним рядом, прижав к себе. У Феликса кружится голова и он долго не может придти в себя. Поясница болит, а задницу он совсем не чувствует. Хёнджин что-то говорит, но Ли его не слышит. Он нащупывает ладонь Хвана и переплетает пальцы, прикрыв глаза. Клонит в сон, сил нет подняться, и лишь приятное ощущение спокойствия, которое накрывает, словно покрывало. — Феликс, Феликс. Феликс, эй, радость, — Хёнджин приподнимается на локтях, нависнув над Ли. — Ты спишь? Феликс поворачивается к нему и открывает один глаз. — Нет, но очень хочется, — мурчит и пододвигается ближе к чужому боку. Хёнджин улыбается. Феликс, как котёнок. — Нужно в душ, — Хёнджин гладит по волосам, перебирая их пальцами. Ли отрицательно машет головой. Он почти засыпает, когда Хёнджин поднимается и берёт его на руки. — Ты что делаешь? — Искупаю тебя. Феликс ничего не говорит. Хёнджин входит в ванную, ставит Ли на ноги и даёт ему в руки полотенце, набирая в ванну воду. Феликс не наблюдает за ним. Прикрыв глаза, он расслабляется, а когда ванна оказывается набрана, Хёнджин помогает Феликсу забраться в неё. От тёплой воды Ли раскумарило. Он клюёт носом, пока Хван моет его, а после с трудом выбирается. Хёнджин оборачивает Феликса в полотенце, подхватывает на руки и несёт в спальню, кладёт на другую сторону кровати и укрывает одеялом. Феликс засыпает, а Хёнджин быстро ополаскивается и возвращается к Ли, прибрав беспорядок на соседней стороне постели. Хван ложится рядом, подвигается к Феликсу и обнимает его одной рукой, улыбается, когда Ли поворачивается во сне к нему, и засыпает. На утро Феликс с горящей задницей бегает по квартире и ищет свои вещи, будит Хёнджина, потому что дома Сажик за ночь съел свою еду и надо ехать его кормить. Хёнджин в панике не только за котёнка, но и за Камми, которая встречает его с недовольным и оскорбленным видом, гавкает на Феликса, а потом уходит к себе на лежанку в виде домика. У машины Феликс останавливает Хёнджина, спрашивая: — Мы теперь вместе? Хван подходит к нему и, улыбнувшись, говорит: — А ты хочешь? — Конечно! А Феликсу кажется, что иногда очень полезно пересматривать свои пункты в жизни.