работа над ошибками

прошла целая неделя с того самого злополучного дня. обычно друзья стабильно переписывались почти каждый день, скидывая друг другу хотя бы пару мемов, так что гробовое молчание в их чате держало Эзреаля в отвратительном напряжении всё это время. он должен ему написать, он четко это осознавал, но идиотский страх сковывал его каждый раз, когда он открывал диалог с Афелием. что ему стоит написать? что если он теперь ни видеть, ни слышать его не хочет? он надеялся на то, что это не так. он обязательно напишет ему завтра, если каким-то чудом всё само собой не сдвинется с мёртвой точки. так он говорил себе каждый новый день. он всегда такой активный и инициативный, когда дело касается какой-то новой идеи, но, встречая серьезную проблему, он тут же забивался в угол. его телефон отозвался новым уведомлением и он разблокировал его, ожидая, что это будет очередная отметка его аккаунта в твиттере в чьём-то посте, но сердце пропустило удар, когда он посмотрел на экран.                   « Я думаю, нам стоит поговорить » он не знал, что Афелий хочет ему сказать, но, раз уж он первым нашел в себе силы разобраться в том, что между ними происходит, парень решил, что должен сразу же начать вымаливать прощения. помявшись, он начал набирать текст. А : Я думаю, нам стоит поговорить Э : да       но…       …..       слушай я не знаю что это было, я просто жестко набухалсч тогда       я обещаю что больше такого не повторится       прости меня пожалуйста Фэл…….       я повел себя как настоящий кретин       прости       у меня нет слов чтобы выразить насколько я виноват       не молчи       умоляю А : Нуу       Учитывая, сколько ты мне не писал, думаю, я могу позволить себе немного поиздеваться над тобой)) у него сразу камень с души упал. если он шутит, значит не всё потеряно. Э : так что………       все нормально?       ты не хочешь убить меня? А : Я подумаю над этим       Предложение очень заманчивое Э : ЭТО НЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ А : Тогда жду лтчных извинений сегодня при встрече       Личных* сегодня? чёрт! Эзреаль взглянул на цифровые часы, висящие напротив него, а затем посмотрел в телефоне текущую дату. от этих переживаний он совсем забыл, что сегодня был день репетиции. и он имел все шансы сильно на неё опоздать. наспех скинув домашнюю одежду, он побежал в душ, а в это время на телефон пришло новое уведомление, но само сообщение вокалист заметил лишь когда уже собирался выходить из квартиры.                   « Ты уже что-нибудь рисовал? » когда парень спустя пару дней после концерта всё-таки открыл подаренный ему скетчбук, рисовать не хотелось от слова совсем. это было его не серьезное хобби, он никогда не ходил в художественную школу или на персональные занятия с преподавателем, так что считал, что рисует он так себе. но иногда выходило даже симпатично, что не могло его не радовать. и тогда, проведя пальцем по вклеенной фотографии, он решил, что обязан посвятить первый скетч Афелию, и взялся за карандаш. А : Ты уже что-нибудь рисовал? Э : да…… А : Тогда возьми его с собой       Покажешь Э : да там ничего такого       просто разрисовывался по фигне А : Если не принесешь, я буду думать, что ты его выкинул. Э : что!!!!       это возмутительнр!!!!!!!! А : Я всё сказал Эзреаль нервно прикусил губу, думая, что же ему делать, но, ничего не придумав, стал разуваться, чтобы взять блокнот с собой. а на единственных нескольких разрисованных страницах не было ничего, кроме сомнительных портретов Афелия, и мысль о том, что тот увидит именно это, смущала его. он обещал, что больше не выкинет ничего странного. вокалист и раньше рисовал его, но никогда не показывал никому эти наброски, хотя иногда даже умудрялся это делать, когда тот сидел напротив и позировал ему, сам того не зная. в голову закралась идея вырвать эти скетчи и по-быстрому набросать что-то отстраненное, но он ненавидел вырывать страницы, так что он только обречённо вздохнул, выходя из такси. всё было именно так, как и должно было случиться - он действительно опоздал. даже гадать не нужно: коридор, ведущий в студийный павильон был заполнен громкой ритмичной музыкой и пением, парни уже работали вовсю. зеленоволосый с грохотом распахнул дверь, так что все сразу же остановились. – явился не запылился! – Ёнэ ходил рядом с музыкальными установками и подкручивал некоторые слайдеры, настраивая звучание. – даже не буду спрашивать. быстро за работу! Эзреаль отстегнул свою поясную сумку и, бросив её куда-то в сторону, без лишних разговоров двинулся на сцену, хватаясь за свой микрофон. не успело пройти и получаса, как всем стало понятно, что что-то идёт не так. как бы он ни старался настроиться на нужный лад, его голос постоянно паршивил, выкидывая что-то совершенно не то. его и самого это уже неимоверно раздражало, он чувствовал, что своей несобранностью подводит остальных, но Ёнэ решил остановить эти мучения. – так, Эз, это никуда не годится. тебе нужно хорошенько распеться, потому что ты опоздал на начало. всем остальным объявляю перерыв. – он подошёл к Сетту и похлопал того по плечу. – если я сейчас же не выпью кофе, я умру. пойдём. парни с удовольствием отложили свои микрофоны и потянулись к выходу, забирая с собой кошельки и пачки сигарет. всего один так и остался сидеть на своем месте, не дав Эзреалю остаться в полном одиночестве. – а тебе никуда не надо? – он не был уверен, что может вот так просто заговорить с Афелием, но и промолчать тоже не смог. – я всё ещё жду твоих извинений. – музыкант положил локти на синтезатор, который уже успел отключить, и смотрел на вокалиста, подпирая голову ладонями. – к тому же, кто будет играть для тебя музыку? Эзреаль упёр взволнованный взгляд в потолок, собираясь с силами, и, подхватив стоящий рядом стул, пошел, потянув шнур микрофона за собой. поставив стул перед синтезатором, он сел напротив парня в фиолетовой маске, подбирая, с чего бы ему начать. – я… я… – вёл себя, как мудак? – его взгляд был поразительно спокойным, даже уверенным, что только сильнее вводило в ступор. – да… да, я повёл себя как мудак. я сделал ошибку и испугался, Фэл. я испугался, что остальные что-то заметили, но ещё сильнее я испугался, что могу потерять тебя, хоть и дошло это до меня не сразу. – и поэтому ты решил благородно молчать, чтобы все точно само собой разрешилось? он не знал, что ему на это ответить, но понимал, в какую жопу сам себя загнал. если бы только он пересилил себя и поговорил с ним на следующий же день, скорее всего всё было бы намного проще. – что по-твоему я должен был думать? сначала поцеловал, потом игнорировал, будто меня и не существует вовсе. – я знаю! я осознал это уже после того, как сбежал. мне было страшно смотреть в твои глаза после того, как… я совершил глупость. – этот разговор понемногу выжимал из него все жизненные силы. ему было одновременно стыдно, нервно, грустно и просто плохо, хотелось закрыть лицо руками, прячась от чужого взгляда. – и что ты называешь глупостью? – я? э… – взгляд Эзреаля начал метаться по полу, а щёки покрылись лёгким румянцем от мысли о том, что ему придется сказать об этом чётко и конкретно, а не упомянуть вскользь, акцентируя внимание на чем-то другом. – то, что я… то, что я поцеловал тебя, потому что был пьяным. – а, вот оно что… я думал, у нас что-то серьёзное, а ты просто дурак. – Эзреаль с облегчением поднял на друга взгляд, понимая, что всё только что разрешилось, и наблюдая за тем, как тот стягивает свою маску вниз. – постарайся не совершить глупость дважды. он хотел было что-то ответить, но Афелий, приподнявшись со стула, перегнулся через синтезатор и поцеловал его, не желая ничего слушать. в этот момент время будто остановилось. он сидел, как вкопанный, не смея пошевелить даже пальцем, но когда до него наконец дошло, что происходит, шумно выдохнул и потянулся вперёд, сильнее прижимаясь к желанным губам. они были такими мягкими и ему стало жаль, что в тот раз он осмелился коснуться лишь самого их краешка, хотя это мог быть его первый и последний раз, а он совершил такую ошибку. сердце отчаянно билось в грудной клетке, когда Афелий отстранился и вернулся на прежнее место, по всему телу распространялись тёплые волны эйфории, а он будто до сих пор не верил в то, что это действительно произошло. – что ты… я ведь… – слова тяжело складывались в цельные мысли, с придыханием вылетая обрывками из его рта. не позорься хоть сейчас. – ты думал, сможешь скрывать? ты - открытая книга, Эз. я всегда сомневался, но сейчас ты выдал себя с потрохами. – он вытянул руку вперёд, желая ощутить его ладонь в своей, и Эзреаль не смог ему в этом отказать. большим пальцем музыкант стал нежно оглаживать его кожу, слегка сжимая кисть. – и я рад, что ты решился, потому что я бы вряд ли смог. – ты хотел?.. – а ты правда не замечал? – в голове зеленоволосого стали всплывать воспоминания о том, как часто они обнимались, близко шептались о всякой ерунде, постоянно невзначай касались друг друга "по-дружески" и засыпали друг у друга на плече в длительных поездках или во время просмотра фильмов. – я думал, это только потому что ты любишь меня, как друга. – в какой-то момент грань между лучшими друзьями и чем-то большим начинает очень легко стираться… – и Эзреаль хорошо понимал, о чем он говорил, потому что это именно то, что и произошло с ним. он долго отрицал это, пытался подавить, но их тесная связь и гармоничные взаимоотношения всё чаще становились причиной глупых мыслей о том, как они могли бы прожить всю жизнь вместе, что создавало ему крохотную иллюзию счастья. они слишком хорошо понимали друг друга, чтобы не задуматься хоть раз о том, как все могло бы быть, если… – нам стоило так напиться раньше. где-то сзади послышались гулкие раздающиеся эхом приближающиеся шаги, а затем открылась дверь, в которую ввалились веселые и отдохнувшие недостающие участники Хартстила. в этот момент Эзреаля вдруг осенило, что за всё прошедшее время он так и не начал то, ради чего Ёнэ на самом деле приостановил их репетицию.