Часовой механизм: ход времени

Слушая девушку на протяжении нескольких минут, Лиза переживала самые разные эмоции, которые, в последствии, привели ее к странному смеху, последовавшему сразу после того, как Вероника предложила ей следить за одноклассником. - И зачем же мне следить за принцем? - каверзно спросила Елизавета, поправляя пилочкой сломанную пластину ногтя. Лизе было на это все равно, даже на обещанную сладкую награду за проделанную работу. Она просто не видела смысла в том, чтобы следить за одноклассником, от которого опасность можно ожидать только в сторону учителей, и то, из-за того, что юноша мог просто даже не дать им закончить лекцию постоянными вопросами и поправками. И Вероника это прекрасно понимала, поэтому решила действовать безотлагательно и сразу же рассказала о своей догадке, на которую девушка только хмыкнула, но, благодаря которой, все же согласилась на авантюру. Так спокойно начался первый урок. Елизавета, как и всегда, весело разговаривала с одноклассниками, как вдруг почувствовала неудобство, стоило одному из них, а точнее принцу, сесть сзади ее парты. Такого раньше не случалось, поэтому девушка перевела это ощущение на отзвук от слов Вероники и продолжила дальше говорить. Правда, уже с меньшим доверием к соседу. Ей почему-то казалось, что сзади веет прохладный ветер, хоть все окна в тот момент в кабинете были закрыты.

——○◔◒◕●——

- А теперь объясните мне, пожалуйста, почему Лиза думает, что Милан является вампиром? - А что случилось то? Он в летучую мышь превратился? – спросила Вероника, пытаясь этим немного облегчить сложившееся напряжение, но, к сожалению, шутку оценила только она сама. - Она на него с вилкой в столовой накинулась, просто потому что он прошел рядом! Что ты ей там с утра наговорила?! Пока девушки выясняли в своей складывающейся ссоре правду, Артем осматривал коридор в поиске Милана, но так и не смог его найти. - Это долгая история и не думаю, что тебе понравится ее содержание. - Скворцова… - недовольно процедила Амина и схватила Веронику за плечо, - Если это опять твои шутки, клянусь… - Это не они. – заявила девушка и сбросила руку одноклассницы, - И я не просила кидаться на него с вилкой, а просто присмотреть. - А как бы ты поступила на моем месте? – вытирая слезы рукавом кофты, спросила Лиза. – Ах, забыла, ты ж у нас великая Вероника, которая ничего не боится, да? А знаешь, что? Не пойти ли тебе куда подальше? Обняв себя за плечи, она еще недолго постояла на месте, рассматривая, поникающее с каждой секундой, лицо Вероники, и ушла наверх. Наверное, Лиза в какой-то степени жалела о сделанном и сказанном, и больше жалела о том, что не отказалась от затеи со слежкой еще когда начала подозревать неладное, но в тот момент ее больше вели чувства обиды, страха и злости на одноклассницу подруги, ведь, если бы Вероника ничего не сказала, она бы не начала замечать все то, что раньше ее глаза просто пропускали мимо – странный говор Милана, бледную, словно небо в облачный день, кожу, отсутствие аппетита и многое другое, что, вкупе с услышанной информацией, породили в девушке сомнения, а далее и сподвигло ее тело дернутся самостоятельно, занося обеденную вилку рядом с проходящим одноклассником. Дойдя до женского туалета, Елизавета незамедлительно вошла в него, подошла к окну, открыла его и вдохнула побольше прохладного воздуха с улицы. Это немного успокоило ее шалящие нервы и она, облокотившись на поверхность подоконника, устало прикрыла глаза. - Лиза, ты в порядке? – ворвавшись к подруге, Амина начала осматривать девушку на наличие повреждений и, убедившись в их отсутствии, сильно обняла, – Она пошутила, слышишь? Это всего лишь очередная тупая шутка! - Я знаю, но… как же Милан? – дрожащим голосом спрашивала девушка, - Я же могла его убить! - Думаю, он уже знает, что ты это сделала не со зла. - А если не знает? А если он думает, что я просто шизанутая? - Лиз… - ласково обратилась Амина к подруге и попыталась вывести ее на улыбку глупой шуткой, - Уже все в школе знают, что мы шизанутые. Вымученно улыбнувшись, Лиза сильнее прижалась к подруге, будто пытаясь напитаться ее хорошей энергией и заменить ей всю плохую в своем теле.

——○◔◒◕●——

- А теперь рассказывай – что это было? – остановив друга перед входом в кабинет, спросила Вероника. - Что именно? - Этот кровавый родник, что пробился в твоей носовой пещере. Скривившись то ли от этого ужасного сравнения, то ли от нежелания отвечать на вопрос, он провел кончиками пальцев по своему носу, в котором находилась покрасневшая вата. - Понятия не имею… и самое ужасное, что Милан это увидел… - Стоп. Ты же не хочешь мне сказать, что у тебя кровь из носа брызнула, потому что ты о Милашке вспомнил? - не дождавшись ответа, Вероника расплылась в странной улыбке и начала тихо выть, словно волк в полнолуние. - Что, это что-то должно значить? - растерянно спрашивал Артем, поддерживая вату в носу. - Ну… В общем-то то, что ты, походу, реально влюблен в нашего принца. А так… Смотри, как бы твой марш Мендельсона не превратился в марш Шопена. На этом девушка подняла руки перед собой, словно дирижер, и начала ими произвольно махать, вторя напеваемой музыке, сложенной из начал двух пьес. После чего по-злодейски захихикала и, открыв пред собой дверь, вошла в кабинет.

——○◔◒◕●——

Вдохнув побольше воздуха в ослабевшие легкие после грандиозного празднования, Юлиан открыл дверь в покои и вошел внутрь под приглашение своего друга. Как и ожидалось, все, забранные ранее, чемоданы были оставлены в этой комнате, рядом с широкой кроватью, постеленной словно для долгожданного короля. Легкая струящаяся ткань с золотыми оборками по бокам, мягко колыхалась под дуновением ветра, описывая на постеленном белом ковре чувственные движения вальса. Подойдя к постели, мужчина неуверенно провел по ней дрожащей ладонью, словно боясь повредить хрупкую структуру. - Надеюсь, ты еще не забыл про Далену? - улыбаясь, поинтересовался Роман и подошел к другу. Достав из-под множества подушек небольшую куклу, он ласково ее погладил и передал другу. - А я уж было думал, что эту бедную девочку настигла кара твоей дочери. - Ну... - взмутился хозяин дома, - Я старался оставить эту комнату нетронутой. Все ожидал твоего прибытия... Из-за слов друга Юлиан невольно огляделся по сторонам. И в правду, все оказалось на своих местах, как было десять лет назад: маленький китайский столик в углу, так неудобно зажатый между книжным шкафом и диваном, большое зеркало близ разноцветной ширмы в обрамлении из резного дерева, яркие картины, посвященные золотому осеннему пейзажу, и целая колонна из солдат, марширующих в чудо-городе, построенном Юлианом еще во времена своей кадетской юности. - Кто бы мог подумать, что этот “чудо-город” окажется тем местом, где я буду жить? - с нежной улыбкой на устах прошептал Юлиан, осматривая былое творение своих рук. - Ты сам, мой друг... - будто в сон ответил Роман и сжал плечо друга, - Я знаю, что много раз уже благодарил тебя, но позволь сделать это еще раз. - сказав это, он, со всей оставшейся силой в плечах, сжал Юлиана в собственных объятиях, давая выход тому, что так долго сдерживал в своем сердце. Не зная, как на это реагировать, Юлиан просто сидел на полу, легко постукивая друга по спине в успокаивающем жесте. - Так, что это я? Совсем, дурак, расчувствовался... - шмыгнув носом, мужчина вытер остаточные слезы с глаз и начал подниматься, - Ты ж спать хотел, а я тут... да... спокойной ночи. - Спокойной. - доброжелательным тоном ответил Юлиан и закрыл за другом дверь. Этот вечер был одновременно тяжелым и самым прекрасным для него за последние несколько лет. Он даже не помнил, когда в последний раз приходил на чей-либо прием по приглашению и не для того, чтобы обговорить дела в государстве, а просто так - поговорить, посмеяться, выпить и провести ночь в теплой постели под мирное потрескивание снежинок за окном. Так была ночь и так стало утро. Укутавшись под плотными одеялами, Юлиан не сразу заметил, как в его комнату просочился первый солнечный луч рождественского утра. Ему поначалу даже не хотелось вставать и идти на завтрак, на котором, судя по доносящимся звукам, уже собрались все члены семьи, включая оставшихся гостей. - Господин, вам не кажется, что вы очень много спите? - вдруг послышался задорный голос юноши, и Юлиан, повернув голову к двери, заметил в ее проеме стоящего Милана. На этот раз он был без своей маски, но на его губах играла такая же наглая улыбка. На мгновение мужчину даже ослепил солнечный свет, что, казалось, исходил именно от младшего сына, играясь в мягких золотистых локонах мальчишки и на тонких струнах души Юлиана. - Я совершил непростительный проступок, прошу прощения. - Именно. - гордо вздернув подбородок, Милан достал из-за спины небольшой поднос и поднес его к кровати гостя. - Отец сказал, что вы очень устали, поэтому попросил принести вам все, что я смогу унести. На это Юлиан просиял мягкой улыбкой и пододвинул поднос к себе поближе, чем слегка озадачил юношу. Заметив это, мужчина поспешил поделиться с ним своей мыслью. - Прости. Я просто вспомнил, как твой отец также таскал для меня еду, когда мне запрещали являться к обеденному столу. - Неужели? Так это правда, что вы являетесь старыми друзьями? - Самая, что ни на есть, правда. - Тогда вы можете рассказать об отце еще что-нибудь? Позволив себе наглость сесть рядом на постели, Милан с интересом в глазах уставился на мужчину в ожидании новой истории. И только Юлиан сделал глоток сока, чтобы прочистить горло и начать говорить, как в комнату внезапно ворвалась Елена. Завидев брата на постели гостя, девушка покрылась злым румянцем и, подойдя к юноше, схватила его за ухо. - Негодник, ты где ходишь? Тебя мама уже обыскалась! А ну живо вниз! Уводя брата за собой, она также не забыла извиниться перед мужчиной. А Милан даже успел на прощания сесть в реверанс, как в прошлый вечер перед тем, как дверь за ним закрылась. Улыбнувшись юному озорству, Юлиан нежно погладил смятую ткань простыни подле себя и тут же изменился в лице, сжав в руке комок ткани. Почему-то еда далась в это утро через силу. Закончив трапезу, Юлиан отставил от себя поднос на край кровати и улегся обратно под внезапно повысившейся тяжестью головы. - Папа! - вдруг закричал мальчик, запрыгнув на кровать к отцу и протянув ему игрушку в виде поезда, - Смотри, смотри, что мне Дядо Коледа принес! - Нашему хорошему мальчику подарили настоящую железную дорогу. - произнесла подошедшая Илида. Присев рядом с мальчиком, она поцеловала его в макушку и посмотрела на мужа. - Честита Коледа, Болеслав. - прошептал Юлиан и приложился губами к щеке сына. - Папа, пойдем поиграем! - требовательно заголосил мальчик, потянув отца за рукав рубахи. - Если вы, господин, соизволите подождать, то я приду к вам сразу же, как приведу себя в порядок. Погладив мальчика по щеке, он отправил его на выход, чтобы остаться с женой наедине. На ее белых щеках пылал розовый цвет, а глаза смущенно опустились вниз и разглядывали вышитый рисунок на ткани простыни. - Роман позаботился? - тихо спросил Юлиан, указав в сторону только выбежавшего мальчика. - Милан... - мечтательно протянула женщина и томно вздохнула, - Этот мальчик оказался таким душкой... даже поухаживал за мной за завтраком... в отличие от моего мужа. - Может, тогда тебе за него замуж выйти? - Не неси чушь! - вдруг вспылила Илида и дернула за собой одеяло с мужчины, - Мальчик, конечно, прелестный, но не забывай, что я уже замужем и у меня есть ребенок. С которым, между прочим, ты обещал поиграть. Так что вставай скорее. На этом женщина оставила мужа и ушла вслед за сыном. Недолго думая, Юлиан нехотя отправился за ними, не забыв убрать за собой следы веселого утра. Спустившись вниз, он остановился возле одного из широких окон в гостиной. За ним было спокойно. Недавно выпавший снег украшал своим белым покрывалом землю и надевал снежные шапки на деревья, чтобы они могли спокойно отдохнуть до следующей весны, пока ветер своим легким дуновением осыпал на них маленькие серебряные звезды. Услышав задорный смех, Юлиан обратил внимание на двух юношей, что выбежали на площадку, чтобы поиграть. Это был его сын и Милан, одетые, казалось бы, в самую первую одежду, что смогли бы найти в своем гардеробе. Они вовсю резвились в снегу, закапывая друг друга под белыми комьями и вырисовывая на белоснежной простыне различные фигуры своим телом. - Дети такие дети! - негодующе взвизгнула Илида рядом с Юлианом. Она держала в руках сложенный полушубок и со злостью наблюдала за происходящим на улице, - Болечка даже не оделся подобающе! А вдруг он замерзнет? У Милана нет ни стыда ни совести! - Почему же это? - вдруг поинтересовался Юлиан, сдерживая в губах усмешку. - Я оставила их вдвоем на пару минут! Сказала, чтобы они подождали, они согласились. А сами подтихую слиняли на улицу! Я больше, чем уверена, что это проделки этого мальчишки! - Илида... - мягко позвал мужчина жену и приобнял за плечи, - У детей есть только один Бог - это юность. И слушаются они только его, как бы тебе этого ни хотелось. Недовольно фыркнув, женщина все же согласилась и прильнула к плечу мужа. Ее многозначительный вздох дошел до ушей Юлиана, стоило ему обратить внимание на ребят за окном. Неожиданно Милан остановился, сел на одно колено, чтобы быть с мальчиком одного роста, взял Болю за руку и помахал своим зрителям. Улыбнувшись, Юлиан ответил им тем же и похлопал жену по спине, чтобы она повторила за ним. Не сразу, но женщина это сделала, и мальчики, шепнув друг другу что-то на ухо, скрылись из поля зрения старших. Буквально через секунду ими было принесено в дом довольно большое количество мокрого снега на одежде и несколько пушистых еловых веток. Схватив все в охапку, даже забранные из рук Милана, Болеслав донес их до матери и, возложив к ее ногам, обнял ее со всей силы своих маленьких холодных ручек. После чего кивнул Милану, и они оба в унисон произнесли: - Простите нас, пожалуйста! Такое действие растопило холодное настроение Илиды, заставив женщину посмеяться от души и даже обнять юношу. - Так уж и быть, на этот раз прощаю... но в следующий раз одними ветками вы не отделаетесь! - Согласен. Я умру, но принесу вам в следующий раз остролист, обещаю! - торжественно произнес Милан, приложив руку к груди. - Ах ты, бестолковый мальчишка, да я твоей матери все расскажу! - воскликнула Илида, заставляя Милана неосознанно отступать под своим напором. - А вот матери не надо, у мамы сердце слабое, как и у меня... так что без лишних движений, спокойно... спокойно... - Что? Не успела Илида хоть что-то осознать, как Милан вдруг подался вперед и заключил ее в свои объятия. Женщина даже не смогла что-либо сделать, ей оставалось только стоять статуей, пока холодные щеки и руки юноши нежно охлаждали ее пылкий нрав. - Вы такая горячая, я даже согрелся! - радостно воскликнул Милан и взял за руку мальчика, - Пойдем, еще во что-нибудь поиграем. - Несносный мальчишка... - только и смогла выдавить из себя Илида, продолжая стоять на месте после такого шока, - Не верю, чтобы господин Подольский вел себя также в свою юность... - Тут ты права... - задумчиво протянул Юлиан, продолжая наблюдать за лестницей, по которой поднялись ребята, - Роман был очень сдержанным... возможно, ему это досталось от Анастасии. Сжав в руке одну из отданных веточек, он напряженно перебирал ее иголки между пальцев, вспоминая всплывающие картинки прошлого, связанные с его дружбой и юностью.