Каникулы по-деревенски

Друзья наконец дошли до дома Чанбина. — Ты нас покормишь, да? – Джисон и Хёнджин жалобно посмотрели на него. — Покормлю, покормлю, успокойтесь только, – бурчал Со. — Вот и правильно, но только я устал, – Хан сел на траву. — Заболеть решил? – Минхо склонился над парнем. — Скоро сентябрь, как раз и заболею, – он скрестил руки на груди. Уж никто иной как Джисон презирал школу всем сердцем. С первого дня в ней он понял, что просто так отсюда не выберется: душные (не считая Хёнджина, Чанбина, Сынмина) одноклассники, скучные учителя, противная еда в школьной столовой. Кстати о еде. Этим вопросом Хан задаётся уже второй год. Почему в столовой перестали продавать эту божественную пиццу, которая только и скрашивала серые будни учеников?! Но из мыслей Джисона вернёмся к их занимательно у диалогу: — Нет уж, – Ли подхватил Хана на руки. — Я и сам могу дойти, – смутился Джи и слегка толкнул парня в плечо. — Ты же устал, – улыбнулся Минхо и чмокнул Хана в нос. — Фу, почему это выглядит слишком приторно, – поморщился Ким. — Меня сейчас стошнит в ближайший куст, – скривился Чонин. — Ты таким же был, – Чан ткнул локтем Чанбина. Тот лишь цокнул.

***

— Бабуль, мы пришли, – крикнул Чанбин, заходя с крыльца домой. — Что-то вы долго, – из кухни вышла бабушка, – волки по дороге руки вам не отгрызли? — Нет, только медведи, – усмехнулся Сынмин. — Сынминка, сколько лет прошло, а твой юмор всё такой же, – посмеялась бабушка Со, – до сих пор лежат ваши альбомы с первого класса. Конечно, кто же забудет Сынмина, когда тот чуть ли не довел до истерического то ли смеха, то ли плача учителя в первый же день учебы. И когда тот только пришёл в первый класс и «случайно» сломал одному мальчику очки со словами: «как ты смеешь что-то говорить в сторону моей персоны». И кто же, как ни бабушка Со увековечила это на старенькой пленке фотоаппарата. — Эх, былые времена, – наигранно вздохнул Ким, – моё темное прошлое. Всё же друзья сели за стол, а Чанбин пошёл помогать бабушке зажигать свечки на торте. И когда тот нёс уже сам торт, подростки пели поздравительную песню: — Загадывай желание! – выкрикнул Феликс. Чанбин зажмурился, а затем задул свечи. — Теперь ты на год старше, – откинулся на спинку стула Джисон, – старик. — Сам-то не лучше! — Спорите как реальные старикашки, – усмехнулся Чонин, – и вообще меня окружают одни пенсионеры... — Молокососам слово не давали! – крикнули оба в один голос. — Что кричите на ребёнка! – встрепенулся Хван, – это может ему нанести тяжёлую психологическую травму, – он потрепал младшего по голове. — Нашелся здесь семейный психолог... – ворчал Хан. — Ешь уже, – Минхо запихнул в Джисона кусочек торта.

***

Когда все поели, друзья зашли в комнату к Бину: — А мы же у тебя останемся с ночёвкой? – спросил Джисон. — А у меня есть выбор? — Выбор есть всегда, – вмешался Сынмин, – либо мы остаёмся, либо ты спишь на улице. — Понял... Друзья поиграли во всевозможные настольные игры, которые были у Чанбина. Время давно переваливает за одиннадцать. И уже все собирались ложиться спать, как вдруг: — Кстати, какая же ночёвка без пиковой дамы, – глаза Минхо заблестели. — Чанбин! – заорал Джисон, – у тебя есть зеркало и красная помада? — У меня помада есть, – Ким поднял её вверх, – это Дахён забыла забрать у меня из рюкзака, – продолжил он, увидев удивлённые лица друзей. — Но вопрос с зеркалом остаётся актуальным, – Джисон повернул голову. — А свечи? – спросил Хван. — На полке и свеча и зеркало, – указал Со на полку около стола. Джисон еле достал всё и разложил всё на полу. Чанбин принес спички и поджёг свечу. Взяв небольшое ручное зеркало, Сынмин аккуратно нарисовал красной помадой ступеньки, а затем и дверь. Чонин же выключил свет. Вся комната погрузилась во мрак, где только единственная свечка пыталась осветить своим огненным язычком хоть что-то. — Все же помнят что говорить? – спросил Феликс. Друзья взялись за руки. И только они хотели открыть рот и сказать «заклинание», как вдруг из окна подул сильный порыв ветра. От этого чуть не загорелась занавеска на окне: — Ну нахер, – встал с пола Чанбин, – я в этом участвовать не собираюсь! – и вышел из комнаты. — Стой! – Чан направился за ним.

***

— Ты куда так бежишь? – Чан догнал Со у крыльца. — Не хочу я с ними духов вызывать, – пробормотал тот, – вызвал раз... Спасибо, больше не надо. Парни сели на ступеньку на крыльце и смотрели на дальние звезды: — Смотри, – Чан указал в небо, – это большая медведица, – он нарисовал очертания ковша в воздухе, – видишь? В ответ кивок: — А это малая? – он указал чуть выше. — Да... — Ну что, детишки, когда свадьба? – к ним подошла бабушка Со, от чего Чанбин дёрнулся, – или ты меня не позовешь? — Это уже вопрос к Чану, – улыбнулся Бин. — Если бросишь моего внука, – она прищурила глаза, – то я придумаю, что с тобой сделать, – а затем мило добавила, – живите счастливо! А я пойду спать, спокойной ночи. — Когда ты бабушке успел рассказать? – удивился Бан. — Когда впервые увидел тебя, – уголки губ Со поднялись ещё выше, – ну, не смог я не рассказать бабушке, что встретил парня своей мечты. — Почему это так смущает? – он уткнулся в ладони лицом. А уши горели от смущения. — Ты не похож на человека, кто три часа назад целовал меня в шкафу, а потом и на поляне, а потом... — Замолчи! – Чан ткнул локтем в плечо Чанбина. — И я люблю тебя! – Со обнял парня, – но всё же когда у нас свадьба?

***

— Пиковая Дама, приди! Пиковая Дама, приди! Пиковая Дама, приди! – повторяя раз за разом, шестеро парней сидели вокруг зеркальца, держась за руки. За окном хлынул дождь, а зеркало издало непонятный блеск. Вдруг всю комнату озарило светом молнии, а после и гром. Сильный порыв ветра из окна задул свечу в комнате. Всё погрузилось во мрак. Друзья вскрикнули. — Конечно, нам же не хватило вашего чудо-квеста, – Хёнджин вцепился в плечи Феликса, зарываясь носом тому в шею. — Джини, это была идея Сынмина и Чонина, – хоть Ли и смотрел на тех двоих злобно, но в глазах явно был только страх. — А что мы сразу? Дверь в комнату распахивается и на пороге друзья видят темный силуэт человека. И видимо это девушка. Ещё и с длинными волосами! — Пиковая дама! – вскрикнули шестеро, забиваясь в конец комнаты. А затем свет, ослепивший всех в этой комнате. — Вы почему без света сидите? – как из пиковой дамы получился Чанбин в свадебной фате? — А где пиковая дама? – Джисон открыл глаза. — Вы верите в этот бред? – усмехнулся Чан, – Чарли нужно вызывать. — Живу среди экстрасенсов, – выдохнул Со, перекрестив руки на груди, – в нашем же мире им не живётся, надо лезть в потусторонний... Он смотрел на друзей, которые уже расставили и зажгли свечи. Сынмин расчерчивает на листке бумаги ячейки на «да» и «нет». Но потом Со подключился к ним, говоря всем известную фразу: «Чарли-чарли, ты здесь?» Но призраки им так и не ответили. Поэтому: — Может ещё и в бане погадаете на суженного? – подколол их Чан. — Гадают в Святки, – вмешался Хёнджин. — И у всех же есть, как ты сказал, суженные, – Феликс откинул голову на плечо Хвана. — А они нам на что? – Со указал на Сынмина и Чонина. — Мы влипли...

***

На часах два часа ночи. Друзья тихо выбрались на улицу и направились в баню. — На что нас подписали, – бурчит Сынмин. — Кто там болтает! – к нему повернулся Чанбин, – равняйсь! Смирно! – Ким и Ян остановились и лениво повернули головы, – дальше зеркало тащите! Левой! Левой! Раз, два, три! Сынмин подтянул к себе зеркало и с недовольным лицом пошёл дальше к бане. — Здесь написано, что суть гадания заключается в том, чтобы ночью в одиночестве подойти к открытой двери в парилку, – читал Феликс с первого попавшегося сайта, – кто первый? — Младшеньких вперёд, – Сынмин толкнул Чонина вперёд, – всё лучшее нужно отдавать молодежи. Ян фыркнул, но зеркало из рук старшего всё же забрал и зашёл в баню. Но буквально через несколько минут он вылетел обратно, крича что-то неразборчивое. — До тебя кто-то дотронулся? – спросил Феликс. Кивок, – это к свадьбе. — Прикосновение – это ещё ничего, – младший отдышался, – я в отражении девушку увидел. — А такой информации на сайте у меня не написано... Всё переглянулись и застыли, глядя на баню. — Ты не говорил, типа: «суженый, ряженый, приди ко мне наряженный»? – в ответ Чонин помотал головой. — Пошлите-ка лучше отсюда, – и все рванули обратно в дом.

***

— Ну всё, – Чанбин накрылся одеялом, – погадали, теперь можно и спать. Но, видимо, так думал только он. Всё же плохая была затея... Спустя 30 минут. Послышалось сопение Чанбина. — Я думаю надо отомстить ему за пиковую даму, – протянул Сынмин, повернув голову к Чонину, – и за баню. — И как же? – тихо спросил младший. На это Ким лишь коварно улыбнулся и достал из кармана штанов помаду. В его глазах блеснул огонёк азарта и Чонин понял почему. Через несколько секунд к лицу младшего приблизился Сынмин, удерживая того за подбородок. Старший начал аккуратно обводить контур губ Чонина помадой, оставляя за них красный след. — Красавец, – усмехнулся тот, когда закончил своё творение. Сынмин и сам намазал себе губы и теперь они пошли атаковать Чанбина. — Подожди, – остановил его Ян, – Бин сразу же на нас подумает. Старший задумался. А потом его взгляд приковала фигура, лежащая около Со. — Не попадёмся, – и с этими словами он приблизился к Чану. Немного проводил помадой по губам, – идеально. — А дальше что делать? – не понимал Ян. — Целуй, – и Ким оставил красный след на лбу Бина. Всё же каким-то волшебным образом Сынмин заставил Чонина повторить за ним. Теперь на лице Чанбина заметны два следа: на лбу и щеке. — Вы что делаете? – пробормотал Джисон, потирая глаза, а когда разомкнул их, то увидел увидел очень занимательную картину, – эй, я тоже хочу. Дальше и вторая щека была атакована. После к ним присоединился и Хван, которого растолкал Джисон. Потом присоединились и братья Ли. — Остались губы, – кивнул Сынмин, смотря на полностью красное лицо Со. — А это не слишком жестоко? – спросил Феликс, – а помада водостойкая? — Мне-то откуда знать. Ладно, сегодня без губ. Пошлите, нам нужно замести следы преступления, – он указал на свой рот. Утром. — Доброе утро! – воскликнул Чанбин, когда первые лучи солнца попали на закрытые веки Со, – а что вы смеётесь?..