Каникулы по-деревенски

«Прощай, приют родной, где я с мечтой ленивой Без горя проводил задумчивые дни. Благодарю за мир, за твой покой счастливый, За вдохновения твои!..» (А.Н. Апухтин «Прощание с деревней»)

***

— Быстрей, быстрей, быстрей! – Феликс подгонял Чана и Минхо, – каждая минута на счету! — Фел, успокойся, – Ли остановил брата, – до нашего отъезда ещё день, куда так торопиться, – он сонно зевнул, – тем более в восемь утра. — Я спал всего лишь четыре часа, – Бан разомкнул слипшиеся глаза, – зачем нам так рано собираться? — А нечего было общаться с Чанбином до трёх ночи, – хмыкнул Феликс. — А ты вчера в час ночи пришёл после прогулки с Хёнджином, – теперь вмешался Минхо. — А ты вообще к Джисону ушёл, – уже смеялся и Чан. На пути троим встретились Хёнджин и Джисон: — Вы зачем нас так рано нас собрали? – сонный Хан подошёл к ним и, сладко зевая, упал всем телом на Минхо, – не против, если я на тебе так полежу? — Какое лежать, Джисон, – Феликс оттолкнул друга от брата, – мы завтра уезжаем. — В смысле уезжаете? – до этого мирно стоящий Хёнджин недалеко от ребят, который наверняка спросонья ещё ничего не понимал, резко повернул голову к друзьям, – июнь же на дворе. — Уже тридцатое августа, – вздохнул Минхо. — Ой, – по лицу Хвана можно было понять, что он охуел в небольшом замешательстве. Его эмоции, что происходили на тот момент, не описать словами, – а я и список литературы даже не начинал читать... — Как мы похожи, – Джисон, переваливаясь с ноги на ногу, подошёл к другу. — Какое 30 августа?! – всё равно не унимался Хван. Почему они просрали все лето?! Данная тема всё не может отпустить его. — Обычное, – пробубнил Чан себе под нос, – и где все остальные? Хоть кто-то знает? — Спят, наверное, в кроватке, видят яркие и волшебные сны, – мечтательно протянул Хан, – мне бы сейчас такое счастье... На горизонте появились три знакомые фигуры, сонно покачивающиеся из стороны в сторону: — Вы зачем так рано разбудили? – злился Сынмин. — Вот именно! Я толком поспать не успел, – на плечах Чанбина была дорожная подушка. — А ты зачем подушку принёс? – прыснул Джи. — Я ещё в пижаме, если ты не заметил, – он указал на свои розовые пижамные штаны, которые даже на Со смотрелись очень коротко, и какую-то футболку, на которой были разводы от синей краски, – и ещё в шлёпках, – он показал ноги, на которых висели кроксы на размер больше. — Мужчина нарасхват, – ткнул его в плечо Чонин, – понял, Чан. Цени его. Вот, видишь, его уже хотят увести, – он указал на какую-то бабушку в конце улицы, косо смотрящую в их сторону. — Это фанаты мои. Нет прохода от них. — Точно, после коллаба с нашим дедом у тебя прибавилось 100 подписчиков, – Минхо закатил глаза. — Вообще-то 104! — А это не твоя бабушка? – Джисон пытался рассмотреть лицо женщины, которую заметил Чонин. — Да?! – удивился Со и прищурил глаза. Бабушка направилась в их сторону, – ой, и вправду... — Чанбин, – всё же это была она, – ты почему в пижаме? – она схватила того за воротник футболки и потащила в сторону дома, – переоденься, не позорь меня! За ними последовали и остальные. Погода на улице была поистине осенней: на деревьях уже видны красно-жёлтые листья, солнце не так сильно греет, как в июне, а закат начинается гораздо раньше. Хоть и не было сегодня каких-либо туч, даже наоборот, без единого облачка, на душе всё равно было паршиво: нет больше тех теплых летних дней, как прежде. Чтобы не так резко ощущать перемены в погоде, друзья, дождавшись Чанбина, решили пойти в дом к братьям Ли и собрать вещи: — Хо, забери меня с собой, я много места не займу, – Хан забрался в чемодан Ли и накрыл себя крышкой. Пока тот дурачился Хёнджин и Чанбин подкрались сзади и застегнули молнию на чемодане. Затем поставили его и начали катить в коридор, в сторону лестницы: — Эй! Вы куда меня тащите?! – Джисон начал биться об корпус чемодана. — На остановку, – усмехнулся Хван. — Минхо! Помоги мне! – завопил Хан. — Господа, я заберу у вас мой груз, пожалуйста, – Ли интеллигентно поклонился парням. — Конечно, конечно, синьор, – Со отпустил ручку чемодана и, смеясь, отошёл. — Благодарю вас, этот груз слишком ценен и важен мне. Я сам его отвезу. — А куда? – послышалось из чемодана. — В своё сердце, – посмеялся Ли и всё же открыл сумку. Из чемодана выглянул скорченный Джисон. Он аккуратно вылез, разминая спину и шею. Всё лицо его было красное, а волосы слегка мокрые. — Там очень тесно и душно, – отдышался Хан. — Душно должно быть от людей, а не от чемодана! – крикнул из комнаты Сынмин. Ну всё, с вещами было покончено. Все устали. Поэтому бабушка Ли их накормила и отправила на улицу.

***

— Скоро закат, – Чан посмотрел на часы, – а мы гуляем в каком-то поле. — Не видишь что-ли? Хёнджин и Феликс нашли место для фотосессии, – он указал за свою спину, где Хван и Ли позировали на камеру. Точнее, это они так думали, потому что Минхо фотографирует себя на фронтальную камеру телефона. — Поэтому они плели свои венки минут сорок? Ради каких-то фоток? — Поэтому Минхо и мстит им. Рядом с Ли стоял Чонин и тоже фотографировал. Вы думаете Хёнджина и Феликса? Ничего подобного, он фоткал Сынмина и Чанбина, находящиеся от Хвана и Ли буквально в пяти метрах и кривляющиеся за их спинами. Но Минхо и Чонин сжалились над этими двумя (ну, или чтобы их аферу не спалили сразу же) и всё же сделали пару их снимков. Вскоре друзья наконец-то пошли к дому братьев Ли. — Давайте сегодня на звёзды посмотрим, а то август – месяц падающих звёзд, а мы ни разу не наблюдали за ними, – неожиданно сказал Чонин. — Что же ты раньше молчал, пойдёмте скорее! — Хёнджин, ещё и заката не было, какая спешка? – Джисон потянул друга за капюшон худи. — Закат закатом, а чай нужно налить, – Феликс отцепил Хана от Хёнджина, взял Хвана за руку и повел в дом. — И одеяла взять! – дополнил тот.

***

На часах семь вечера. Солнце потихоньку уходит за горизонт, оставляя лишь теплые краски на небе, которые вскоре перекроет темное небо, а вместе с ним и звезды. Звёзды, далёкие звёзды, которые мы можем видеть лишь маленькими точками на нашем небосводе. А среди этих маленьких точек ярко светит луна. Все вещи в домике друзей не поместились, поэтому парни решили расположиться прямо на траве в саду, лёжа на одеялах. — Получается это последний закат, который мы видим этим летом? – с грустной улыбкой сказал Хёнджин. Все остальные печально вздохнули. Скоро солнце и вовсе скрылось из вида, а за ним и красные полосы, плавно переходящие в оранжевые. Но и это перекрыло темное небо. Стали появляться первые звёзды, а из облаков показалась луна. Теперь друзья смотрели в небо, иногда что-то комментируя, а Чан рассказывал какие созвездия он знает: — Видите большую медведицу? – он ткнул пальцем прямо над собой. — А ниже Процион, – указал Джисон. — А выше медведицы – полярная звезда, из которой идет и малая медведица. — Нашлись здесь два астронома, – цокнул Минхо. — Имеешь что-то против, – повернул голову Хан. — Против тебя нет, а вот Чан... — Минхоша, – к нему с хитрой улыбкой придвинулся Бан, – помни, это уже десятый год нашего общения. Такое говорить мне опасно. — Прям опасно? – посмеялся Ли. — Мне всем рассказать? — Что именно? — Ну, к примеру... – он шепнул ему что-то на ухо. В тот же миг глаза Ли расширились. — Ладно, претензий нет. Они дальше начали рассматривать звёздное небо, в поиске других созвездий: — Звезда упала! – воскликнул Ликс, – загадываем желание! Так они просидели достаточно долго, наблюдая за небесными телами, иногда перебрасываясь фразами или вспоминая очередную историю, произошедшая с компанией этим летом. Ну, или же рассказать уже всеми известный анекдот про тигра (да, Хан Джисон?). Ким посмотрел на время: — Вот и остались сутки до конца лета, – шмыгнул носом Сынмин. 31 августа. Полночь. — Хэй, всё нормально? – спросил Феликс, положив руку на плечо друга. — Мы ведь не потеряем общение после? – он слёзно осмотрел всех. — Конечно нет, ты чего вздумал? — Мы теперь тебя просто так не отпустим, – улыбнулся Со, подошёл к тому и заключил его в объятия. Все остальные последовали его примеру. — Это было лучшее лето в жизни, – Ким закрыл лицо ладонями, чтобы скрыть поступающие слёзы. Голос предательски дрожал, а слова застряли комом в горле. — Это истинное лицо Ким Сынмина, – шепнул Ян, пока тот не слышит, – цените это. — Спасибо вам, всем! Можно мы будем общаться до конца наших дней. Я ни к кому не привязывался так же сильно, как к вам...

***

Всему приходит конец. И даже лету, теплым денькам и лёгкой, беззаботной подростковой жизни. Поэтому сейчас восьмеро парней стояли на остановке: — Вы правда вернётесь? – Хёнджин со слезами на глазах смотрел на Ли, – обещаешь? — Обещаю, – Ликс уложил голову на плечо парня. — Так не хочу, чтобы ты уезжал, – шептал Хван куда-то в макушку парня. — Так говоришь, будто это по моей воле. Недалеко то них стояли Минхо и Джисон: — Вам никак здесь не остаться? – по щекам Джисона непрерывно текли слезы. Минхо отрицательно мотнул головой: — Не переживай, – Ли положил ладонь на щёчку Хана и провёл большим пальцем, стирая дорожки слёз, – мы можем созваниваться хоть каждый час или можем даже раньше, когда соскучимся. — Я уже скучаю, – Джи обнял Хо, – мне так тебя будет не хватать. — Я люблю тебя, – шёпотом говорил Ли. С каждой последующей секундой сдерживать собственные слёзы становилось все сложнее и сложнее. Вместо ответа Джисон впился в губы Ли, отдавая последний поцелуй этим летом. Хоть он и не был таким продолжительным, как и другие, но останется в памяти парней надолго. А недалеко от них стояли два холостяка: — Всё равно это слишком приторно, – Сынмин скрестил руки. — Как выколоть глаза? Я завидую. Хотя... – протянул Чонин, – тот водитель автобуса ничего такой, – он взглядом указал в сторону автобуса, на кресле водителя которого сидел молодой парень, лет двадцати пяти, – да шучу я, – посмеялся Ян, услышав около уха цоканье старшего. — Нам уже пора! – крикнул Чан, смотря на время и параллельно отцепляя от себя Бина. — Ты мне будешь писать каждый час, а лучше каждые тридцать минут, – строго сказал Со, – каждые десять минут! — Ревнуешь? — Я просто не выживу здесь без тебя. — Ну чтож, присматривайте за нашими котами и навещайте бабушку и дедушку. По секрету, они вас любят больше, чем нас, – улыбнулся Минхо. — А вы нас навещать будете? – в один голос спросили все пятеро. — Только в каникулы. Но никто не запрещает приехать к нам в город. — Давайте обнимемся на прощание, – Чан расставил руки. К нему сразу же подлетели все остальные. — До встречи! Увидимся на следующий каникулах, а может и раньше! – улыбнулся Феликс. Братья Ли и Чан зашли в автобус. Они положили свои вещи под сиденья и выглянули в окно и помахали на прощание в последний раз. Автобус тронулся с места, а вместе с ним и друзья. На остановке остались только пятеро парней, смотрящих на уезжающий автобус, который вскоре скрылся среди густых деревьев. — Вот и конец лета...