классный руководитель.

Пятифан как обычно сидит в школьном туалете вместе со своим лучшим другом, покуривая дешёвые сигареты. Они как обычно обсуждают давно нахлынувшею между ними тему. — Ромыч, ну как так-то, на?— безмятежно говорит Будаев, выдыхая смрадный дым из лёгких. — не знаю, Бяш. Он просто такой ахуенный.— с ноткой влюблённости в глазах, произносит Рома. Бурят искренне не понимает, как главный хулиган школы мог влюбиться в учителя по рисованию, по совместительству классного руководителя. — бля, я конечно ничего не имею против педиков, но мне как-то не по себе, на.— брюнет опускает свой тёмно-карий взгляд, стряхивая пепел с почти докуренной сигареты. — Бях, ну ты чё? я же не буду к тебе приставать, раз уж я педик.— шатен говорит с лёгким возмущением, но его голос, всё-же, звучит спокойно. По-началу, старшему было сложно принять свою ориентацию, которую он осознал в 14 лет. Пол года истерик и ненависти к себе. К счастью, сейчас Пятифан может спокойно общаться со своим другом о своей любви к парням. — а как давно ты влюбился в него, на?— интересуется Игорь, отбрасывая все плохие мысли в сторону. Он готов поддержать друга в любом его выборе. — ну, бля.. я влюблён в него уже около трёх месяцев.— хулиган пожимает плечами, размеренно бегая взглядом по потолку. — пиздец. Ты столько в Полинку влюблён не был. Помнишь, сколько твоя любовь к ней длилась, на?— бурят выкидывает окурок в окно, сунув руки в карманы мятых штанов. — не более месяца. И то, это было, когда мне ещё лет 12 стукнуло.— с отчаянием вздохнул старший. — и, вообще, не напоминай мне об этой суке.— в голосе шатена прозвучала какая-то томная вспыльчивость. Но, какой-бы лёгкой она не была, беззубый всё-равно прочувствует её. — ладно-ладно, Ромыч. Не сердись, на.— повисло неловкое молчание. Подростки находились в лёгких раздумьях. Роман думал о своём возлюбленном, а мысли Бяши были заполнены булочками с корицей. Прозвенел звонок на урок. Роман встал с корточек и быстрым шагом пошёл к кабинету рисования. Да, последний урок он проведет вместе со своим любимым. Но жаль, что звонок немного опоздал и урок начался еще две минуты назад. Хулиганы открыли дверь в кабинет. Ученики уже сидели за партами, а учитель по рисоваю сидел за учительским столом. — здравствуйте, Антон Борисович... извините за опоздание.— слегка дрожащим голосом произнёс Рома, скрестив ладони опущенных вниз рук. — так... Будаев, Пятифанов, садитесь на свои места.— Петров окутал старшего своим светло-голубым взглядом. По телу ученика пробежали мурашки, щёки обрели розоватый окрас, а сердце забилось в бешеном темпе. — спасибо, на.— кратко выбросил бурят, прихватив своего друга за локоть и потянув к парте. Хулиган, в свою очередь, поддался, хоть и не желал отводить взгляд от Антона. Парни сели на свои места, что, как обычно, были на последней парте. — так, дети.— начала говорить блондин, подойдя к доске и взяв мел в руки. — сегодня будем рисовать простыми карандашами.— весь класс одобрительно загудел. Почти никто из них не любил рисовать красками, а у половины из учеников красок в принципе не было. — а чё рисовать будем, на?— воскликнул бурят с последней парты. — Игорь. Во первых, проявляй уважение и поднимай руку, когда хочешь что-то спросить. Во вторых, у нас сегодня свободная тема.— спокойным голосом проговорил учитель. Брюнет лишь закатил глаза и взял карандаш из пенала. Младший раздал всем по листку А4, а сам сел за свой стол и начал разглядывать какие-то бумаги. Весь класс перешёптывался, а кто-то даже говорил в пол голоса. В принципе, ничего интересного. — что рисовать будешь, на?— полушепотом спросил Игорь, немного подвинувшись к другу. — Антона.— кратко выбросил старший, уже начиная отводить нужные линии кончиком простого карандаша. — серьёзно? ты уверен, что у тебя получится, на?— брюнет удивлённо глянул на Пятифана, вскинув свои тонкие брови. — думаю, что да. Я не пропускал ни одного занятия. У меня по рисоваю только пять и четыре.— и вправду. Шатен не лукавил. На данном уроке он всегда старался и получал хорошие оценки. Наверное, это был единственный урок, по которому парень был отличником. — ну, да.— подростки принялись рисовать. На протяжении всего урока, старший поглядывал в сторону своего объекта любви. Ему всегда нравилось наблюдать за классным руководителем. За его суровым выражением лица. За тем, как он поправляет свои круглые очки с тонкой, дивной оправой. Его пушистые, светлые волосы казались такими мягкими. А его запах сладкого одеколона просто сводил Рому с ума. И повседневная одежда младшего была очень красивой: чёрная водолазка, поверх которой был накинут такой-же чёрный пиджак с вечно закатанными рукавами. Чёрные брюки, что очень гормонично смотрелись с тёмными, мужскими лоферами. Ну а, в голубые, бездонные глаза учителя, хотелось смотреть вечно. Рома выводил ровные и красивые черты на белом листе. Портрет получался и вправду шикарным. Пятифану было невтерпёж показать этот рисунок классному руководителю. Он хотел, чтобы парень оценил его старания. Хотелось увидеть лёгкий румянец на щеках Антона Борисовича. — Антон Борисович!— послышался женский голос с первой парты. Это была Полина. — да?— с холодностью говорит блондин, подняв свой взгляд на Морозову. — а если кто-то не успеет дорисовать, то он остаётся у вас после уроков?— брюнетка явно флиртует. Накручивает локон на палец, нежно улыбается и строит глазки. — шлюха ебаная.— проносится в голове раздражённого Пятифана. Его подташнивало от одного лишь звука, слетаюшего с уст Морозовой. — нет. Что успеете, то успеете.— в голосе Петрова было слышно лишь холод и безразличие. Полина закатила глаза, понимая, что Антон вряд-ли светит ей. Роман еле-заметно ухмыльнулся, увидев, как обложалась Морозова. И вот, урок подходит к концу. Наконец-то, время показывать свои рисунки. Шатен гордо встаёт со стула и, взяв рисунок в руки, идёт у учительскому столу. Он ложит рисунок перед младшим, застенчиво улыбаясь и ликуя. — аа..— если честно, Антон очень сильно удивился. Его никогда никто не рисовал, тем более из учеников. Портрет был красивым. Даже очень. Петров покрылся лёгким румянцем. — э-это очень красиво, Ром...— заикаясь, произнёс блондин, после чего дрожащими руками взял красную ручку и поставил старшему «5» в журнале. — Вам нравится?— на лице подростка появилась счастливая улыбка. — да. Очень.— более уверенно заявил Антон Борисович. — можно я оставлю этот рисунок себе?— младший оборачивается на ученика, окутав его своим дивным взором. — да, конечно!— радостно воскликнул шатен, оголяя свои белоснежные, крепкие зубы. — спасибо, Рома.— губы Антона растянулись в изящной улыбке. Кожа Пятифана вновь покрылась лёгкой дрожью и мурашками. Он раскраснелся, словно помидор. В это время, Будаев глядел на своего товарища с ухмылкой. Он был рад за Ромку и представлял, насколько тот был счастлив в этот момент.