Сборник: #СасаМия_week

— Очередное дело о попытке передачи крупной поставки наркотиков из Японии в Америку было успешно раскрыто инспектором Сасаки Шумэем, который ранее за прошедшие пять месяцев нашёл и обезвредил около пяти точек наркоторговли по всей Японии…       Экран телемонитора тут же погас. Сидевшие перед экраном мужчины тряслись от страха ещё до того, как прийти сюда, а когда монитор погас, гнетущая тишина начала давить на них ещё сильнее. — Что вы на это скажете?       Мияно был довольно терпелив в таких вопросах. Он знал, что для того, чтобы у кого-то рано или поздно сдали нервы – нужно создать определённую атмосферу. Человек настолько предсказуем, что порой становилось смешно, насколько же примитивные методы запугивания работают на тех, кто по определению должен быть опытнее и умнее, чем сын главы якудза, только недавно вступивший на должность. — Босс, поймите, у нас не было выбора! — Всё он врёт! Он первый сдал Эдо, а вместе с ним и все наши филиалы в Хоккайдо! — Ах ты, ублюдок!       Все тут же потянулись к своим пушкам, и только Йошикадзу оставался на месте. Мужчины направили оружие друг на друга. Устраивать разборку при своём же боссе, как опрометчиво. Мияно знал, что ни у одного из них не хватит на это духа. — Кокуда-сан, Момидзи-сан, — его голос раздался эхом, отскочил от железных стен и вернулся каждому, словно их уже поразила пуля, — думаю, нам ни к чему сейчас проливать кровь. Мы все оказались в таком затруднительном положении не из-за вашей некомпетентности.       Конечно же, это была ложь, но сейчас нужно было потуже затянуть поводок, пока два цербера не сцепились и не устроили резню. — Было слишком много независящих от нас факторов. Конечно, ошибки не исключены, как и нарушение договора о конфиденциальности. Но до выяснения обстоятельств, попрошу не вершить самосуд. Начнём воевать друг против друга – потеряем ещё больше и людей, и денежных средств. Так что оставьте свои претензии и давайте поговорим о главной проблеме. Инспектор Сасаки создаёт много проблем не только нам, но и нашим коллегам.       При упоминании этого имени у всех резко скривились лица. Как бы сильны ни были разногласия, есть то, в чём сходятся все люди, причастные к одному и тому же делу. Ненависть. — Есть опасения, что такими темпами он может легко выйти на вас, а затем и на меня. Несмотря на то, что японская полиция находится полностью под нашим контролем, каким-то образом он умудряется найти лазейки и оказывается на шаг впереди. Он ставит ситуацию ребром, где и у полиции и у нас полностью связаны руки, и в случае вмешательства мы все рискуем себя выдать и понести убытки.       Как бы Сасаки не мешался и не создавал проблем, Мияно не мог не признать, что он был довольно хорош в том, что делал. Как бы не были сильны моральные принципы людей, они всё равно бояться за себя и свои семьи. Они слишком трусливы для того, чтобы противостоять мафии открыто. Но он… Этот человек словно ничего не боится. — Всё просто! Нужно его устранить! — Нет, — тут же отрезал Мияно.       Все смерили босса ошарашенным взглядом. — Убить мы его всегда успеем. Сперва попробуем с ним встретиться и попробовать переманить на свою сторону, а если он откажется – убьём. Инсценируем его смерть и обставим таким образом, чтобы на нас не упало подозрение. Сасаки Шумэй умрёт случайно, быстро и болезненно. — Зачем нам тратить на него столько времени?       Больше всего Мияно раздражала недалёкость его коллег. И когда те задавали глупые вопросы, ответ на которые столь очевиден, что даже смешон, в нём тут же вспыхивала ярость, хоть по нему этого и нельзя было сказать. — Будь это обычный коп или федерал с кучей амбиций и отсутствием мозгов, я бы не потратил на него ни секунды времени. Такие, как он уникальны. Иметь на своей стороне человека со столь выдающимися способностями крайне полезно, а быть его врагом опасно.       Пять месяцев слежки показали, что инспектору Сасаки плевать на то, кто перед ним. Он апеллирует фактами, предугадывает события наперёд и порой рискует. И чаще всего этот риск оправдан, но Мияно следовало признать, до этого ни один человек так открыто не бросал ему вызов. Это раздражало, но вместе с тем интриговало.       Хотелось его испытать. Посмотреть, как он отреагирует, если столкнётся с угрозой лицом к лицу. Нужно было выяснить, что же он за человек, этот Сасаки Шумэй.

***

— Сасаки-сенсей, а вы не боитесь? — О чём ты, Кагиура-кун? — Ваше последнее дело. Ходят слухи, что к нему причастен клан якудз. — Я это предвидел. Даже если это и так, — хотя, он ни на секунду не сомневался, что так оно и есть, — они ничего не смогут сделать. А даже если и попытаются, то рискуют потерпеть большие убытки. Никто из них не пойдёт на такие риски ради какого-то там инспектора полиции.       Его непринуждённый смех и лёгкая улыбка никогда не выдавали его страх, неуверенность или тревогу. Он улыбался от всего сердца, не пытаясь скрыться за счастливой маской. Сасаки не думал, он знал, что с ним всё будет в порядке, потому что делал для этого всё возможное. Он даже скрыл информацию о своей семье в полицейской базе, пообещав, что если их имена скроют, то он раскроет больше дел меньше, чем за полгода. В отделе над ним все посмеялись, но в итоге Сасаки был тем, кто смеётся последним. Его просьбу выполнили, и он стал первым и единственным сотрудником полиции, информацию о котором было невозможно найти в общей базе. Конечно, это полностью не избавляет его и родных от опасности быть вычисленными мафией, но это хотя бы отсрочит мгновенное обнаружение и даст ему время придумать что-нибудь. А пока он жил словно в прострации. У него не было ни дома, ни семьи, ни прошлого. Сасаки Шумэй – тёмная лошадка полиции, которая скрывается в тени и раскрывает самые крупные дела о наркокартелях, которые пылились в архивах почти пять лет. — Учитывая, сколько вреда вы принесли своими действиями, не думаю, что для них вы теперь всего лишь инспектор полиции. Они видят в вас реальную угрозу.       Сасаки нравилась эта черта Кагиуры. Он все свои мысли выражал открыто и искреннее беспокойство за шефа читалось во всём.       Хоть у мафии сейчас и связаны руки, Сасаки не исключал вероятность, что рано или поздно они нагрянут к нему лично. Под прикрытием, но тем не менее, без угроз не обойдётся или, скорее всего, они просто попытаются его убить. Сасаки не стал делиться этим с напарником, а просто улыбнулся и потрепав того по голове, сказал: — Не говори ерунды, я вовсе не опасен.

***

— Смотри куда прёшь, малолетка! — Простите… — Глаза разуй сперва, чтобы не пришлось извиняться! — Мне правда очень жаль… — За каждый упавший на землю фрукт будешь платить! — С-сэр, но у меня нет с собой… — Эй, отвянь от него!       Внезапно чья-то большая рука приобняла и мягкая тень укрыла собой будто от всего мира. — Чего?! — Я сказал, отстань от него. Он ни в чём не виноват. — Не виноват, как же! Этот паршивец опрокинул весь мой прилавок! — И помог собрать. — Не имеет значения! — А по мне, то тебе лучше убраться отсюда вместе со своим товаром, пока я не запросил твои документы на легальную торговлю. — Ты что, коп, что ли? — Даже если и так, что тогда? — Ха! Так я тебе и пов…       Не прошло и секунды, как в нос мужчине уткнулся подлинный полицейский значок. На что продавец мгновенно переменился в лице. — А… О… А… П-прошу п-прощения, и-инспектор Шумэй! Извините, я обознался! Спасибо вам, что всегда стоите на страже порядка, — пока этот человек рассыпался в любезностях, он спешил поскорее свернуть свою лавочку. — Ещё раз прошу прощения, удачи вам и вашему другу! — Э-эй! Стой!       Сасаки одёрнул парнишку за плечо, сказав: — Чёрт с ним, пусть уходит. Ты как? Цел? — Да. Вроде бы.       Завидев его издалека, Сасаки был готов поклясться, что сперва увидел миниатюрную девушку, но подойдя ближе в фигуре начали отчётливо проявляться черты парня. Это озадачило, но не мог же продолжать спокойно смотреть на то, как обвиняют невиновного. Тот продавец явно тот ещё плут. — Разве вы не должны задержать его? — удивился потерпевший, глядя на Сасаки. — Успеется. Сейчас мне просто нужно удостовериться, что с тобой всё хорошо.       Выглядел он явно младше, однако, держался вполне уверенно, прям как взрослый. — Благодарю за помощь, инспектор! Правду говорят, что благодаря вам полиция не дремлет. — Это всего лишь моя работа.       Они ещё перекинулись парой любезностей прежде чем откуда ни возьмись до них донёсся пронзительный голос: — Мияно, вот ты где! Я тебя уже обыскался! Просил же, никогда не отходи от меня на рынке, потеряешься, проблем потом не оберёмся! А это ещё кто?       Такой же вопрос был у Сасаки к этому внезапно нарисовавшемуся блондину. Зато он теперь узнал, как зовут его милого собеседника. — Хирано, это инспектор Сасаки. — А, тот самый из новостей. Очень приятно. Я тебя спрашиваю, ты где шлялся, Мияно?!       Его так метало между полным безразличием к личности Сасаки и ажиотажем, связанным с Мияно, что со стороны это выглядело крайне забавно. Этому парню явно трудно контролировать свои эмоции. На контрасте с ним Сасаки внезапно вспомнил своего напарника Кагиуру, от которого буквально веяло спокойствием. — Я уже всё взял. Можем идти. Ещё раз спасибо за помощь, офицер! — прежде чем Хирано потащил Мияно к выходу с рынка, тот успел напоследок ещё раз поблагодарить стража порядка.       После чего оба парня исчезли в толпе, оставив Сасаки одного с одной единственной мыслью: "Нормально, что я хочу увидеться с ним ещё раз?".

***

— Значит, это он и есть? Офигеть, не думал, что увижу его так близко. Вблизи он ещё менее грозный, чем по телеку. И этого они боятся? Я в шоке, честно сказать.       На обратном пути Хирано пребывал в явном разочаровании. Кто же знал, что гроза всех преступников, тот самый блюститель порядка – Сасаки Шумэй, окажется простым парнем, да к тому же ещё и его ровесником. — Не недооценивай его. Иначе я решу, что ты такой же, как и те болваны, которые сперва стреляют, а потом думают. — И всё-таки я не понимаю, что тебя в нём привлекло. Как по мне, он обычный деревенский простачок, ничего интересного. — Ты, как и многие, не видишь всей картины. — А ты, значит, за пятнадцать минут успел понять о нём всё из одного простого диалога? — Я этого не говорил. Чтобы по-настоящему узнать человека, одной встречи мало. — О, боже, не говори мне только, что… — Нам нужно встретиться снова. — Ради всего святого, Мияно, порой я совсем не понимаю, что творится у тебя в голове. — Порой, я и сам не понимаю.

***

— "Осторожно, двери закрываются". — Успел! Спасибо, что придержал дверь… А? — Вот так совпадение.       Сасаки не ожидал, что Токио настолько маленький город, но был очень рад тому, что встретился с Мияно снова. — Опять я доставляю вам проблемы, инспектор. — Ничего подобного.       Вагон был переполнен, как и всегда в час пик. Сасаки и Мияно пришлось встать друг с другом, чуть ли не в обнимку. При этом Шумэй будто старался создать достаточное пространство вокруг Йошикадзу, чтобы тому было комфортно. Однако Мияно всё равно пришлось прижаться прямо к дверям вагона, чтобы не создавать неудобств Сасаки и другим пассажирам.       Конечно, встречаться с ним снова в метро было не лучшей затеей, но сегодня это и впрямь стало обычным совпадением, что Мияно заметил инспектора, спускающегося в общественное метро и был вынужден прервать встречу с главой банд этого района, чтобы сигануть в метрополитен следом за Сасаки.       И вот он здесь, прижат им буквально к стенке, неспособный выдавить и слова. Правильно говорил Хирано: "Импульсивные поступки до добра не доведут". Мияно ни раз признавали достаточно спокойным и рассудительным, каким и должен быть глава мафии, однако, когда дело касалось инспектора Сасаки, у Йошикадзу будто срывало голову. Хоть он и оправдывался перед всеми, говоря, что это лишь профессиональный интерес, большинство видело в этом несколько иной интерес, ни разу не профессиональный. — Вы часто ездите по этой ветке? — решился-таки завязать диалог Мияно. — Вообще я привык передвигаться пешком, но сегодня буквально всё против меня, в том числе и время. Пришлось воспользоваться метро. — Понятно. — А вы, судя по всему, часто им пользуетесь. — Если честно, то да.       Не скажет же он ему, что его возит целый кортеж личных телохранителей. — Славно, а то мы так часто сталкиваемся, что я начну подозревать, будто бы вы за мной следите, Мяуно, — Сасаки посмеялся, а вот у Мияно по спине прошёлся холодок.       Или это слишком удачное попадание, либо Сасаки Шумэй настолько проницателен.       Йошикадзу настолько распереживался, что сперва даже не расслышал то, как инспектор оговорился, но прокрутив его слова у себя в голове несколько раз, переспросил: — Что, простите? — Ой, случайно вырвалось.       Странно, но это не привело Мияно в бешенство, а наоборот. Ещё никому не прощал оговорок или малейших ошибок, но слышать подобное от Сасаки оказалось на удивление, забавно.       Так много было связано с этим парнем, включая тех чувств, что возникали сами по себе в груди и отдавались теплом по всему телу.

***

      Видит бог он не хотел, чтобы всё обернулось таким образом, но в этот раз Сасаки сам нарвался. Мияно не оставалось ничего, кроме как привести его к себе, чтобы переговорить с глазу на глаз. Больше никакого притворства и лжи. Настало время сбросить маски. — Какой же я дурак. И как я сразу не понял, кто ты на самом деле. Йошикадзу Мияно – с виду обычный и ничем не примечательный японский школьник, но по сути ты глава крупнейшей мафиозной семьи. Чёрт!  — Твоя вина, что утратил бдительность. — Ты лгал мне, но зачем? — А разве не очевидно? — Чтобы убить. Конечно же. Сделал бы это ещё раньше, чего было тянуть?       Сасаки не мог перестать корить и обвинять себя в неосторожности. В том, что так легко повёлся на столь очевидную и мерзкую уловку. Он ведь подозревал его с самого начала, но Мияно каким-то образом удалось обмануть его чутьё. Шумэй недооценил его. Якудза такого уровня и впрямь оказался на редкость изворотливым и лживым подонком, каким его и описывали подельники. А Сасаки просто глупец, попавшийся на крючок.  — Отчасти ты прав, с твоей смерти я избавлюсь разом от многих проблем, однако будь всё так просто – я бы не сохранял твою жизнь до этого момента.        Тоже верно, но Сасаки отказывался теперь верить любому слову, что произнесёт Йошикадзу.        "Несмотря ни на что, всё равно отказывается подчиняться", — за время, что они были вместе, Мияно думал, что успел полностью изучить и понять инспектора, но оказалось, с ним он ни на йоту не проявил себя настоящего. В чём-то Шумэй ничуть не меньше Йошикадзу. — В таком случае, можешь больше не тратить на меня своё время. Взяток я не беру и плясать под твою дудку не стану, чтобы ты мне не предложил. — Что, даже жизнью своей семьи побрезгуешь? — Ты блефуешь. Никому неизвестно, где находится моя семья, так что можешь даже не пыт…       Не успел Сасаки договорить, как на загоревшемся экране проявились лица его матери и сестры. Они не были связаны, на них никто не наставлял оружие, они просто сидели на диване и явно не испытывали никакого дискомфорта. Спустя минуту, как Мияно включил огромный настенный экран, в комнату вошёл пожилой мужчины, одетый во фрак, спросивший у него: — Господин, что подать нашим гостям? — Как они любят. Чай с лавандой для той, что помладше, и апельсиновой крошкой и щепоткой корицы для той, что постарше. Всё тщательно перемешать и не добавлять сахар, — сказав это, Мияно с ухмылкой посмотрел в сторону Сасаки, который больше не выглядел таким спокойным, как пару минут назад.       По нему было видно, что прямо сейчас он находился на грани между отчаянием и гневом, но изо всех сил сдерживался. — Как угодно, — ответил дворецкий.       Поклонившись, он удалился и через пять минут вошёл в ту комнату, где сидели дамы и предложил им по чашечке чая с серебряного подноса. Обе поблагодарили его, и мама Сасаки поинтересовалась: — Так зачем же нас всё-таки вызвал ваш босс? Это касается моего сына? — Терпение, мэм. Скоро господин приедет и всё вам расскажет.       На этом Мияно выключил монитор.       Сасаки ещё долго смотрел в черноту экрана, на котором отражалось лишь его покосившееся от страха и злости лицо. Его желание прямо сейчас разорвать верёвки и со всей силы врезать Мияно пересиливал только тот факт, что прямо сейчас именнов его руках находятся жизни его семьи и его собственная. Даже если Сасаки и удастся вырваться, ясно одно – долго ни он, ни его сестра с матерью не протянут, а это значит, что его переиграли и загнали в угол. Он был повержен. — Как видишь, известно мне достаточно. — Прошу, отпусти их. Они тут ни при чём.  — Естественно. Но они единственная причина, по которой ты меня выслушаешь сейчас очень внимательно. А также гарантия, что ты сделаешь всё, о чём я тебя попрошу.        "Чтоб ты сдох", — хотел бы в цвет ему ответить Сасаки, но не стал, ибо на кону сейчас стояла не только его жизнь. — Помоги мне, и я отпущу твою семью и тебя, но при одном условии – по завершению задания ты уйдёшь из полиции навсегда. — Почему ты просто не убьёшь меня?! К чему всё это?!       "Он меня вообще слушал?" — впервые Мияно засомневался в дедуктивных способностях инспектора. — Давай на чистоту. Ты ненавидишь меня, я ненавижу тебя, но кое-что общее у нас есть – мы оба ненавидим предательство. Ты без труда накроешь самые крупные наркокартели Токио, но что на счёт десятков мелких подпольных? Что делать с теми, кто старается оставаться в тени, хотя, их грехи не меньше, чем на тех, кто промышляет этим на более высоком уровне?  — И до них доберёмся, рано или поздно. — Предлагаю сделать это сейчас. Пока ты будешь давить крупных жуков, и глазом не моргнёшь, как те, что поменьше объединятся и построят гнездо ещё больше, ещё крепче. И тогда всей японской полиции придётся несладко. Я же предлагаю искоренить проблему сразу, пока она не пустила корни. — Хочешь отвлечь внимание от собственных подпольных дел? Крупная рыба прячется за теми, кто поменьше, как подло.       Как Мияно и предполагал, они там в своей полиции не удосуживаются сперва проверить факты, прежде чем предъявлять обвинения. — Если захочешь – можешь покопаться в моём деле получше. Я не рассчитываю на твою или чью-либо благосклонность. Всё, что интересует меня – это приструнить всякую мелочь, которая возомнила себя хозяевами на моей территории.        Едва ли он был старше Сасаки по виду и выше по росту, лицо обманчиво миловидное, да и сам он будто бы очень красивая кукла. Но сейчас при взгляде на этого парня, Сасаки ни на секунду не сомневался в том, что это глава мафии, человек с железной хваткой. Однако, при этом он явно что-то скрывал, там в глубине своей "тёмной" души. Сасаки ещё никогда не ошибался в людях и этот явно не был исключением, просто с Мияно было сложнее, чем с другими.       Вариантов у Сасаки было немного, собственно, как и времени на раздумья. Поймать и засадить за решётку он его всегда успеет. — Ладно. Я помогу. — Другого я не ожидал, — хихикнул Йошикадзу, чем явно позлил инспектора. — Только пообещай, что отпустишь их сразу же.  — Хоть прямо сейчас.        Мияно щёлкнул пальцами и из-за двери к нему вышел всё тот же дворецкий с сложенными за спиной руками. — Отпустите дам.  — И больше не преследуй их. Если что-то пойдёт не так, то всю ответственность я беру на себя. Только, прошу, не трогай их.       "Я и не собирался. Просто хотел припугнуть", — подумал Мияно, глядя на то, как Шумэй практически на коленях умоляет его.  — Хорошо. Можете развязать его. — Как прикажете, — сказал старый дворецкий, подойдя к Сасаки, и достав из-за спины нож, перерезал верёвку.       Тот устало потёр запястья и сказал: — Спасибо. — К вашим услугам, сэр.       Сасаки не понял, всерьёз ли он или нет.  — Я помогу чем смогу. Твоя задача сделать то же, что и с моими людьми: выследить и прикрыть их лавочки. — Если ты знаешь их местоположение, то это очень упростит мне задачу. — В том-то и дело. Я не знаю, где они будут, но мне известно, где они были.       Тон их с Мияно разговора явно переменился. Стал более лёгким, хотя, до этого Йошикадзу, как и положено мафиози, угрожал родным Сасаки. 

***

      Им удалось не без трудностей, но работая сообща, им удалось изловить так называемых "жуков", которые, как и предполагал Мияно, готовились нанести ему упреждающий удар. Но оперативная работа Сасаки предотвратила переправу одной из самых крупномасштабных партий наркотиков в истории. Они в самом деле готовились к чему-то грандиозному и у них почти получилось. — Как ты мог, Йошикадзу?! Мы бы поделили всё поровну! За что ты так с нами?! — орал один из тех, кто устроил этот бардак прямо под носом у Мияно.       Тот не удостоил неудавшегося наркоторговца даже взглядом, развернувшись и направившись к Сасаки, стоявшему неподалёку. Как удачно, что рядом с ним был шеф полиции, который не так давно хотел переговорить с главой якудз, но всё никак не выпадало случая. — Благодарю за содействие, Мияно-сан.  — Всегда пожалуйста. Надеюсь, теперь вам достаточно улик, чтобы снять с меня обвинения? — Разумеется. Я сегодня же сделаю всё необходимое для того, чтобы оправдать ваше честное имя.       На этом старый полицейский удалился, оставив Шумэя наедине с оправданным Йошикадзу. — Так значит, ты не солгал, когда сказал, что не виновен. — А ты не любишь копаться в бумагах и докапываться до истины. Признаться, на полпути я решил, что на самом деле крайне посредственный коп. Как хорошо порой ошибаться. — А вот я не сомневался в тебе ни на минуту. — Да неужели? — усмехнулся Мияно. — Я знал, что ты действительно не тот, кем хочешь казаться. Ты притворяешься главой мафии, и на деле не способен обидеть и муху. Ты кажешься суровым и обращаешься с подчинёнными, как с членами семьи. Ты удерживаешь заложников, но вместо пыток поишь их чаем.       С каждым его словом, румянец на лице Мияно расцветал всё больше. — Н-ну хватит!  — А ещё…       Мияно попытался закрыть его рот руками, но почувствовал лёгкий чмок на своей ладони и сам резко отпрянул. — Ч-что ты… — А ещё ты влюблён в меня, но никогда этого не признаешь первым, поэтому это скажу я. Я люблю тебя, Йошикадзу Мияно. И в этом нет сомнений. — Са… Саки… Ты… — Можешь не отвечать, я всё равно буду любить тебя, так что…       Не успел он договорить, как почувствовал две маленькие ладони на своём лице и силу, тянущую его вперёд. Затем темнота и лишь прикосновение мягких дрожащих губ. — И я. Тебя. Люблю. Сасаки Шумэй. Будь моим.       Сасаки явно не ожидал и был слегка ошарашен, но стоически принял удар и улыбнулся такой внезапной смелости любимого. — Ты хотел сказать "парнем"? — Нет. Просто будь моим и ничьим больше. — Звучишь прямо, как гангстер. — А я кто по-твоему? — обиженно спросил Мияно. — Ты милашка, Мяуно. — Опять оговорка?  — Нет, на этот раз я всё правильно сказал. — Сасаки!