Грани страсти

      Книга мягко захлопывается в его руке, пока Куроро рассеянно смотрит на убегающего в темноту парка мальчишку. Звонкий хруст веток и крики испуганных птиц разрывают нависшую ночную тишину. Охотник несется между деревьями так шустро, словно за ним по пятам гонится сама смерть или еще что похуже. Губы трогает холодная ухмылка. Мальчонка пока не догадывается, что самое страшное с ним уже случилось.       Куроро опускает ладонь, позволяя книге с новым умением раствориться в воздухе, и прячет руки в карманы брюк. С каждым открытым фактом вырисовываются все новые белые пятна. Гарет делится с союзниками необходимыми сведениями, но весьма дозированно. Любопытно, как же он прознал, что после смерти носителя способность навсегда исчезает со страниц книги. Ведь, судя по убегающему в ужасе охотнику, тот и не догадывается об этом условии.       Если задуматься, вопрос осведомленности Гарета о делах Куроро, в частности о «Похитителе способностей», в последние дни встает особенно остро. А еще важнее, как много этот жук успел растрепать своим последователям. Такой посредственный охотник, как этот мелкий мальчишка, явно не из числа будущей армии заместителя. Его способность хоть и пригодится в бою, рассматривать ее как атакующую единицу просто глупо. Но даже такая мелкая сошка знает то, чего ему знать явно не следует.       Куроро поднимает взгляд к ясному звездному небу, думая, не сходить ли ему в бар. До утра его дома явно не ждут. А значит, можно спокойно посвятить время долгожданному отдыху. Развернувшись на пятках, Люцифер снимает повязку со лба и запускает пятерню в волосы, на миг прикрыв глаза. Охота выдалась легкой, но накопившаяся за день усталость дает о себе знать. Давненько Куроро не проводил вечера в обществе алкоголя.       Любые охотники после успешного завершения экзамена и получения лицензии проходят дополнительный этап для раскрытия своих Нэн-способностей, после чего они вольны устроиться почти на любую должность и зарабатывать огромные деньги. Лишь некоторые становятся убийцами или наемниками, остальные же предпочитают работать исследователями, собирателями, телохранителями, ищейками и далее по списку. Иногда лицензия котируется в определенных кругах выше, чем любой диплом.       Сегодняшний молодой охотник как раз был из числа тех, кто работал над древними манускриптами наряду с многими другими исследователями. Занимался он в первую очередь экспедициями за древностями в команде с опытными охотниками и последнюю неделю отдыхал после очередной поездки. Не рассчитывая встретить опасность в столице и сердце его родной страны, он регулярно гулял по городу, а по выходным заглядывал к родным в гости. Если бы он не связался с Гаретом, жизнь его протекала бы так же беззаботно, как и до встречи с Куроро Люцифером.       Умиротворяющая тишина ночного парка притупляет чувства и дарит ощущение мнимой безопасности. Куроро чутко прислушивается и на всякий случай раскидывает следящую сеть Нэн, однако та ничего не обнаруживает. Гарет наверняка уже знает о намерениях Куроро и вовсю готовится отразить удар. И, наверное, гулять так запросто по столице для наемника Люцифера не лучшая идея, если сторонники заместителя считают его «ходячей неприятностью». Гарет обычно не действует так дерзко, но, загнанный в угол, он может совершить ошибку. Впрочем, Нэн совсем не ощущала чужеродной ауры, да и самого Куроро мало беспокоила возможная опасность. Потому как самый опасный для него человек сейчас уютно пригрелся под боком и помогает каждую ночь согревать просторную постель.       Тихий шелест позади заставляет внезапно остановиться. За спиной слышится короткий свист воздуха и приглушенный удар каблуков о землю. Куроро задерживает дыхание и тут же улавливает вокруг себя нотки до боли знакомой ауры. Предполагая подобный исход, Люцифер медленно разворачивается на пятках и первое мгновение думает, что перед ним видение. Яркое и до невозможности красочное видение.       — Всего на секунду я поверил, что ты не появишься, — со вздохом произносит Куроро ровным голосом.       И ответная улыбка на губах ожидаемого гостя кажется откровенной насмешкой.       — Ах, не мог я пропустить столь чудную охоту, — сладко напевает Хисока и делает маленький шаг навстречу, касаясь грудью Куроро. — Моя прелесть — истинный профессионал в своем деле, — руки мягко ложатся на бедра и плавно скользят вверх на поясницу, — лучший в кражах.       — Мы с тобой не об этом договаривались, — с укором замечает Куроро, отклоняя голову от его лица, и в упор смотрит в светящиеся золотые глаза. — Зачем мне с тобой договариваться, если ты все равно делаешь по-своему?       — Я обещал тебе свободную прогулку, но не говорил, что не буду приглядывать за тобой, — улыбается Хисока и жадно касается губами татуировки креста на лбу Куроро, на секунду прикрывая глаза. — Жестокость и алчность моего Куроро, так дерзко обокравшего ребенка… Разве я мог не насладиться тобой?       Ладони все увереннее спускаются на ягодицы и грубо сжимают. Холодный блеск в глазах понемногу окрашивается алым, а золотая радужка уступает место угольному зрачку, превращаясь лишь в тонкий ободок. Куроро дергает уголком губ, явственно ощущая, как по рукам его ненасытного любовника пробегает мелкая дрожь и через ткань брюк впитывается в кожу. Словно дикий голодный зверь, вечность не видевший мяса, дорвался до сочной дичи и теперь не может утолить аппетит. Впрочем, и Люцифер всякий раз поддается его вожделению, не в силах контролировать странные желания тела.       Незаметно вплетая ладонь в рыжие пряди, Куроро притягивает его за голову и прижимается к приоткрытым губам. Густой аромат конфет тут же становится слаще, насыщеннее, словно какой-то удушающий феромон. Обжигающий язык бесцеремонно вторгается в рот, сплетаясь с собратом в неуемном танце. Куроро сжимает руку в волосах в кулак и до боли стискивает, чувствуя, как горячие ладони по-хозяйски забираются под жилетку. Манящий вкус головокружительной сладости оседает на кончике языка и растекается по нервам электрическими разрядами. Длинные ногти оставляют на коже болезненные царапины, и резкий контраст между болью и удовольствием превращает все тело в оголенный нерв. Судорожная дрожь возлюбленного будоражит рассудок, с ножом у глотки принуждая вновь отдаться непостижимому удовольствию. И с каждым настойчивым движением языка сила воли по кускам разбивается о скалы предвкушения.       — Нет, Хисока, — жестким тоном припечатывает Куроро и чуть отталкивает, упираясь ладонями в плечи, — до утра у меня выходной от твоего внимания. Ты можешь пойти со мной, но в этот раз твое мнение учитываться не будет.       Сбивчивое дыхание с трудом восстанавливается. Куроро вытирает губы тыльной стороной кисти и сужает глаза, не отрывая взгляда от возбужденного лица Хисоки. Дразнящие картинки, которые без остановки подкидывает сексуальная фантазия, туманят разум, и Куроро не сразу удается от них отмахнуться. В конце концов, он неспроста влюбился именно в Хисоку.       — Ах, следовать за моим сладким куда бы он ни пожелал… Звучит так сексуально.       Куроро грубо отталкивает его и разворачивается спиной, убирая руки в карманы. Хисока бесцеремонно пристраивается рядом и по-хозяйски обнимает за талию, однако послушно идет следом за Куроро и не пытается куда-то тянуть. Что ж, можно считать прогрессом. Хисока все еще таскается хвостиком за Люцифером, но сегодня хотя бы не навязывает направление. После всех его собственнических высказываний видеть Хисоку послушным — тот еще сюрприз. Впрочем, даже дрессировка собак занимает какое-то время. И если договариваться обычными словами не выходит, то разумнее пользоваться альтернативными путями.       Редкие звуки сверчков городского парка нарушаются шорохом шин и мягким гулом ночной столицы. Вечер пятницы частенько знаменует собой начало гуляний и отдыха, а потому тихие полуночные улицы на ближайшие выходные заполняются желающими покутить горожанами. Куроро рассеянно оглядывается по сторонам и раздумывает о том, что ходить в свой любимый бар после устроенной драки он не сможет еще ближайший месяц. Досадно. Ни в центре столицы, ни за ее пределами в этой стране нет другого бара, в котором настолько же уютно и приятно проводить вечера. А ехать сейчас в дальние дали ради бокала коньяка настроение не располагает.       — Так куда же мой Куроро нас поведет? — вдруг подает голос Хисока, словно почувствовав смятение своего спутника.       Люцифер поднимает взгляд на его довольное лицо и чуть улыбается уголками губ.       — Как раз размышлял о том, как ты уничтожил мой бар, — мягким голосом отвечает Куроро и поворачивает голову вперед, неторопливым шагом двигаясь в сторону центра. — Алкоголь приятен на вкус, если он качественный. Но стоит заметить, что и атмосфера заведения вносит свою лепту в получаемое наслаждение.       — Если тебе нужна атмосфера, мы можем взять бутылочку алкоголя и вернуться домой, — нараспев предлагает Хисока, притягивая любовника за талию. — А уж наслаждение я тебе обеспечу.       — Хисока, на сегодня ты уже получил достаточно, — безапелляционно заявляет Куроро и мягко отталкивает его рукой. Хисока с недовольством кривится, но молчит. — Думаю, есть другое место, куда бы мы с тобой могли пойти.       — И куда? — с любопытством спрашивает он. Куроро сощуривает глаза, замечая впереди интересующую его цель, и охотник по левую руку от Люцифера тоже устремляет взгляд в том направлении. — Ах, сладкий, даже на нашем свидании ты думаешь только о работе.       — Удивительно от тебя слышать о свидании, — с усмешкой отвечает Куроро, завязывая на лбу толстую ленту, закрывающую татуировку. — Прочитал об этом в книжках? Там ты набрался этих «милых прозвищ»?       — Сладкий, у тебя есть претензии ко мне? — Хисока опускает вопросительный взгляд на Куроро и хмурится. — Разве не ты желал «любви как в книгах»?       — Оказывается, не только в моей голове воздушные замки, — с прохладцей смеется Куроро и уверенно следует за своей новой целью. А та, словно не замечая его или погруженная в свои мысли, спокойно шла по своим делам в сопровождении четверых охранников. — Разве я говорил об этом?       — Ах, Куроро, твой чудный взгляд кричит громче любых слов, — игриво напевает Хисока и крепче обнимает, словно и правда пытается вплавить в свое тело. Куроро медленно вдыхает носом, на минутку подумав, что ему вот-вот проломят ребра. — Именно он привлек мое внимание на экзамене. И когда ты молчишь о своих желаниях, я всегда могу прочесть о них в твоих глазах.       — У тебя любопытные фетиши, — безразличным тоном замечает Куроро.       Хисока небрежно проводит пальцами по его щеке, вынудив повернуть голову к спутнику.       — Не тебе об этом говорить, Куроро.       Люцифер отводит его руку от лица и сосредотачивает внимание на цели. Как и говорилось в собранных Фейтаном документах, сегодня Гарет встречается с очередным охотником, которого намеревается переманить на свою сторону. В отличие от всех других, этот занимает одну из высоких должностей в Ассоциации, и потому заместителю крайне важно заручиться его поддержкой, чтобы иметь анонимный доступ к документам организации и необходимым возможностям. Фейтан даже умудрился подслушать их разговор о месте намечающейся встречи. И сейчас Куроро намеревался «сходить на свидание со своим возлюбленным» в тот же ресторан, где Гарет планирует провернуть очередную сделку.       Хисока больше не говорит ни слова, пока рядом с Куроро идет по пятам за Гаретом, однако в крепкой хватке на талии Люцифер чувствует его неприязнь. Тихий ночной ресторан недалеко от окраины города по выходным радушно принимал гостей до самого утра. Столица их небольшой страны оказалась плохо приспособленной к ночной жизни, и несколько заведений на отшибе города фактически были теми немногими вариантами, которыми пользовались любители полуночных гуляний. Возможно, причина как раз в том, что последних в столице водилось не так много.       В обнимку с Хисокой Куроро заходит в уютный ресторан и сразу замечает Гарета, устроившегося в самом углу вместе со своим компаньоном. Увлеченный разговором, он не обращает внимания на прибывающих гостей, а сидящие за соседним столиком охранники не придают значения появившимся охотникам. Никто из них не знает Куроро Люцифера как наемника организации, а потому ни у кого и не возникает интереса к его персоне. Странно, ведь тот паренек определенно узнал Куроро и даже знал об их с заместителем натянутых отношениях. Насколько дозированно Гарет делится информацией? И что именно он рассказывает своим союзникам?       — Вы бронировали столик?       Симпатичная молодая девушка приветливо улыбается, будто и не замечает липкого взгляда Хисоки, в упор смотрящего на Куроро. С тех самых пор, как они вдвоем начали выходить в люди, Люцифер подметил удивительную театральность своего любовника. Яркий макияж, броская одежда, вызывающее поведение, — это были лишь скудные проявления его настоящей личности. А откровеннее всего его показушная натура раскрывается именно с Куроро. Хисока ни разу не упустил случая продемонстрировать всем и каждому, что наемник Люцифер — его вожделенный возлюбленный, с которого он ни на секунду глаз не спустит. Порой профессионализм некоторых работников вызывает уважение у Куроро.       — Нет, — размеренным голосом отвечает он, ненавязчиво пытаясь отцепить руку от своей талии, однако хватка только усиливается. — Есть у вас свободные места?       — Конечно, проходите.       Темноволосая девушка в строгом синем костюме выходит из-за стойки и любезно приглашает пройти за ней в центр зала. Куроро мило улыбается в ответ, а сам приковывается взглядом к спине увлеченно обсуждающего что-то Гарета. Похоже, тема разговора заботит его даже сильнее, чем возможные свидетели. Куроро позволяет Хисоке тянуть себя следом за администратором к столику, пока сам чутко прислушивается к словам заместителя. Размеренный светский разговор, ничего интересного. Быть может, Гарет понимает, что место обсуждения переворота он выбрал неудачное?       Маленький уютный ресторан в утонченном минималистском стиле с живой фортепианной музыкой навевал на Куроро такое необходимое спокойствие, позволяя сосредоточиться на работе. Мягкий свет десятка крохотных ламп под потолком не бил по глазам и приятно освещал небольшие круглые столики, располагающиеся вдоль арочных окон. Куроро присматривается к широкой барной стойке, возле которой сидит Гарет, и подмечает, что выбор спиртного здесь не лучший. Известные марки на темных бутылях, в ряд стоящих на зеркальной полке позади бармена, не были в числе фаворитов Люцифера. Жаль, ресторан действительно уютный.       — Прошу, присаживайтесь. — Девушка раскладывает на столе две папки с меню и, вежливо поклонившись, уходит.       Приглушенное освещение ресторана создает приятную интимную обстановку, и Куроро действительно чувствует себя словно на настоящем свидании. Наконец отлипнув от своего спутника, Хисока садится рядом с ним за стол и крепко сжимает его левую руку в своей, не переставая загадочно улыбаться. Легкая дрожь длинных пальцев выдает в нем хорошо скрываемый азарт. Куроро поворачивает голову в сторону заместителя, и на губах сама собой возникает легкая полуулыбка. Пожалуй, именно на такую реакцию он и рассчитывал.       Мимолетом повернувшись вполоборота, Гарет застывает соляным столбом и в упор смотрит на Куроро. Краска постепенно сползает с его лица, превращая заместителя в бледного призрака. И без того круглые глаза в один миг расширяются до невообразимых размеров, а мелкая точка зрачка, напротив, сужается, уступая место голубой радужке. Как интересно. Куроро ожидал встретить удивление и даже злость, но о страхе он и подумать не мог. Не Хисока ли причина такой реакции?       Задумавшись над этим, Куроро разворачивает ладонь и мягко сплетает пальцы с ладонью Хисоки, обратив внимание на молчаливого любовника. О чем бы тот ни думал, приличными эти мысли точно не назовешь. А вот Гарет его совсем не интересует. Забавно, у них же был некий договор в прошлом.       — Сегодня без алкоголя, — будничным тоном заговаривает Куроро и открывает меню, просматривая предлагаемые блюда. — Гарет явно удивлен. Не поделишься вашим договором?       Хисока роняет на заместителя мимолетный взгляд и пожимает плечами. Делает вид, будто ни при чем. Куроро склоняется чуть ближе к его лицу и касается указательным пальцем подбородка, заставляя смотреть в глаза. Золотая радужка тут же заполняется чернотой, уступая место расширяющемуся зрачку. Хисока с наслаждением облизывает губы и широко улыбается, а острые ногти болезненно впиваются в тыльную сторону ладони.       — Не думаешь, что удивлен он из-за того, что видит своего наемника на свидании с целью? — увильнув от ответа, спрашивает Хисока, чуть склонив голову вбок.       Куроро отклоняется и опускает руку, с сомнением хмурясь.       — Он побледнел явно не от злости, — парирует Люцифер, искоса поглядывая за заместителем. За мягко льющейся музыкой ресторана становится не слышно его голоса, но в напряженной спине и скованных движениях угадывается настороженность. — И вряд ли он так испугался меня. Так что рассказывай, в обмен на что ты получил допуск к его базе данных.       Хисока отводит взгляд и продолжает загадочно улыбаться, опираясь локтем на край стола. Нет ни капли сомнений, что этих двоих связывает отнюдь не простой договор. Гарет самолично распорядился убить его и привлек для этого Куроро. Пусть он хоть сто раз недооценивает мощь «Похитителя способностей», куда безопасней было бы отправить за ним охотника со вспомогательным навыком. Куроро и Фейтан — одни из лучших наемников Ассоциации, и Гарет прекрасно осведомлен об этом.       — Наши отношения весьма запутанны, — с придыханием отвечает Хисока и прижимает их сцепленные руки к губам, оставляя на тыльной стороне запястья влажный поцелуй. — Ты получил заказ на меня не по счастливой случайности, и все-таки Гарет оказал мне великую услугу, когда из всех наемников выбрал именно тебя.       — Так расскажи, почему в твоей памяти сохранилось то, что было стерто из моей, — с нажимом произносит Куроро.       Хисока кладет руки на стол и роняет подозрительный взгляд на Гарета. Тонкие губы теряют улыбку, и мрачная тень ложится на украшенное ярким гримом лицо. Совсем как в тот день на пляже острова. Куроро с подозрением сужает глаза и провожает взглядом направление, в котором смотрит Хисока. Гарет на секунду оборачивается в их сторону, видимо почувствовав прикованные к нему взоры, и губы его сжимаются в тонкую линию. Похоже, встретить Хисоку в сопровождении Люцифера он никак не ожидал.       — Сколько, по-твоему, я должен был искать информацию о стирателе? — понизив голос почти до шепота, спрашивает Куроро, и Хисока поворачивает голову к нему, хмуря брови. — Единственное, что остается загадкой, — это каким образом ты связан со всем этим? При каких обстоятельствах ты встретил брата Гарета?       — Как ты об этом узнал? — мрачным тоном заговаривает Хисока. — В моем доступе нет подобных сведений.       В переливчатом голосе проскальзывает явный гнев. Куроро вскидывает голову, и губы его трогает надменная улыбка. Нечто подобное он уже чувствовал в тот день, когда Хисока впервые встретил Фейтана в баре. Та же всепоглощающая злость с желанием обрести недоступное. Будто ему мало того, что уже находится в его руках, Хисока жаждет все больше, и в этой слепой жажде он все сильнее задыхается.       — Ты забываешь, что твой доступ не единственный, — усмехается Куроро и опирается на локти, в упор смотря в сузившиеся золотые глаза своего недовольного возлюбленного. Поначалу эта жадность ужасно давила на Люцифера, но теперь он знает, как повернуть ее в свою пользу. — Ты появляешься в моей жизни с моим же крестом наперевес и считаешь, что я буду послушно вымаливать у тебя информацию?       — Я рассчитывал, что ты сам все вспомнишь, сладкий, — с улыбкой отвечает Хисока, только от его животного оскала веет отнюдь не радостью.       — Вы уже определились с заказом?       Подошедший официант в темно-синем костюме вежливо кланяется и выжидательно смотрит на гостей, готовый записывать выбранные блюда. Куроро откидывается на спинку стула и вскользь называет несколько позиций, за которые успел зацепиться взгляд, пока он просматривал меню. Цель их странного «свидания» не в наслаждении пищей, впрочем кухня здесь не так и плоха. В любом случае Хисока не встревает, а потому официант кивает и обещает принести заказ как можно быстрее. Тихая музыка полностью заглушает голос заместителя, и Куроро решает посвятить этот вечер долгожданному разговору.       — Несложно догадаться, что части моих воспоминаний не хватает, — вновь заговаривает Люцифер, когда официант уходит. Хисока с подозрением провожает его краем зрения, а затем обращает внимание на Куроро. — А единственная нить вела к брату Гарета, о котором я ни разу ничего не слышал. Человек с личной жизнью почти как на ладони и вдруг имеет брата, которого скрывает. Согласись, тут есть за что зацепиться.       Хисока дергает уголком губ и склоняется над столом, сжимая кисть Куроро обеими руками. По коже пробегают мурашки, ощущая на себе давление чужого вожделения. Но поддаваться ему пока не время.       — Гарет осторожен, а вот его брат — совсем другое дело. Я ведь говорил, что разборчив в противниках? — зловещим голосом заговаривает Хисока, с наслаждением проводя языком по нижней губе, а затем резко выпускает сжатую руку и отклоняется на спинку стула, откуда-то выудив игральные карты. — Сила или слабость определяются только в бою. Но если способность не боевая, я нахожу другие способы развлечься. Так или иначе, бой между нами вышел красочный.       — И раз ты сидишь передо мной, значит, твой противник в могиле? — решает уточнить Куроро, хотя и так догадывается об ответе. Хисока шире улыбается, а карты в его руках чарующе перетекают от одной ладони к другой. — И как же тогда ты получил доступ того, чьего брата убил?       — Ах, сладкий, разве сражение не всегда лотерея? — игриво жонглирует словами Хисока, и в голове Куроро начинает потихоньку складываться окончательная картина. — Я не лгал, когда заключал сделку, но о непредвиденных обстоятельствах Гарет должен был догадаться сам.       — Ты случайно убил его?       Куроро в раздумьях сцепляет ладони на столе и рассеянно смотрит перед собой, анализируя каждое слово. Получается, основой договора была жизнь брата, и потому Гарет без вопросов предоставил ему доступ и полную базу на всех охотников Ассоциации. Едва ли Хисока не выпытал из стирателя каждую мелочь перед смертью. А лицензия ему понадобилась для поездок по тем странам, куда путь обычным людям закрыт. Ведь самые сильные охотники никогда не сидят на одном месте.       — Его убила самоуверенность, — произносит Хисока именно те слова, которые так часто говорил ему Куроро, привлекая его внимание. — Но как же мой сладкий смог разузнать об охотнике, который скрывается на другом континенте и давным-давно разорвал все связи с родственниками?       — Разорвал? У тебя ложная информация, — со смешком отвечает Куроро. — Гарет связывался с ним каждый год. Частные рейсы, незарегистрированная недвижимость, ночные встречи, — он думал, что стер все возможные зацепки. Однако новый бар в окрестностях их тайной квартиры вдруг подключил скрытые камеры. У меня нет сведений, как часто они виделись раньше, но последние четыре года они пересекались регулярно.       — И неужели за все это время в твоей памяти ничего не колыхнулось? — с азартом спрашивает Хисока, сжимая карты в ладонях. — Ну же, сладкий, ты встретил Гарета и его брата на своем экзамене, ты сражался против них. В твоей памяти должно было остаться хоть что-то о том дне.       Куроро отводит взгляд и прижимает сжатый кулак к подбородку, пытаясь в деталях вспомнить свой финальный этап. Гарет действительно был на нем, как и Нетеро. Должность председателя Ассоциации охотников обязывает его присутствовать на каждом экзамене и следить, чтобы лицензию получали только достойные. И, конечно же, его заместитель также посещает некоторые экзамены. Но кажется, что и десять лет назад, и сейчас они проходят абсолютно одинаково. Почему же именно в тот год Нетеро принял решение создать подпольную организацию наемников для защиты от распоясавшихся охотников?       Однако ничего выдающегося на ум не приходит. Да, был небольшой казус, когда Фейтан использовал свою способность «Восходящее солнце» и чуть не зажарил всех участников и экзаменаторов. В остальном… Куроро прикрывает глаза, напрягая память. А ведь если задуматься, для Фейтана, искусного фехтовальщика и мастера ближнего боя, использование своего ультимативного навыка против кого-то вроде Куроро… не перебор?       — Ты присутствовал на моем экзамене? — с сомнением спрашивает Куроро и получает закономерный ответ:       — Нет.       Очень любопытно. Куроро открывает глаза и рассеянно замечает, как Хисока ловкими движениями пальцев тасует игральные карты и пристальным взглядом следит за Люцифером. Как обычно, выжидает, бросив ему лишь крупицу информации. Уголок губ неосознанно дергается. Куроро опускает руку на стол, касаясь кончиками пальцев запястья Хисоки, и вынуждает его спрятать карты в карман штанов. Прохладная светлая кожа вмиг отдает жаром, стоит лишь дотронуться, а пристальный золотой взгляд окрашивается нотками желания. Этот жук явно получает удовольствие от их игр. И пришло время разделить его на двоих.       — Ты встретил брата Гарета на другом континенте и от него узнал о Нетеро, потому прибыл сюда. Если ты прихватил мой крест, значит, я тоже заинтересовал тебя. Мои воспоминания полностью завязаны на этом кресте, иначе ты не скрывал бы их так тщательно. Получается, на экзамене произошло что-то, из-за чего я утратил воспоминания, а виновник похитил мой крест и сбежал с ним на другой континент?       — Почти верно, сладкий, — развратно растягивая каждое слово, произносит Хисока и склоняется ближе, не отрывая горящего взгляда от Куроро. — Охотник, которого я убил, заключил твои воспоминания в крест. И ты должен был вернуть их, когда коснулся своего украшения. Но ты не вспомнил ни мгновения из того дня.       — Клятва… — догадывается Куроро.       — Да… Он наложил клятву, — с придыханием продолжает Хисока, крепко сплетая пальцы с его рукой. — Перед смертью он обещал утащить ваши воспоминания с собой в могилу.       — И ты играл в секретность, чтобы проверить его клятву на прочность? — с сомнением спрашивает Куроро, а Хисока в ответ улыбается так широко, словно Люцифер наконец попал в самое яблочко.       Кто бы подумал, что маньяк Хисока додумается до подобных экспериментов. Любой пользователь Нэн знает, что наложенная на способность Клятва может резко ограничить ее применение и одновременно развить до невообразимых масштабов. Условие и клятва — один из эффективнейших способов сознательного усиления Нэн, благодаря которому аура будет автоматически приобретать необходимые свойства. Вероятно, перед смертью охотник успел наложить Клятву на свой навык.       — Ты знаешь, что случилось на экзамене?       Куроро отклоняется назад, только сейчас почувствовав опасную близость к взбудораженному любовнику. Хисока глухо сглатывает и на секунду прикрывает глаза, выдыхая.       — Из его рассказа, — лаконично отвечает Хисока, выпрямив спину. — Он не был красноречив.       Юркий официант всего на секунду появляется в поле зрения и оставляет заказ на столе. А быть может, так лишь показалось Куроро, полностью сосредоточенному на разговоре. Сладкие ароматы блюд пробуждают аппетит, а заодно и воспоминания, что нормально поесть им удалось лишь раз за весь день.       — В результате стирателем оказался брат Гарета. Не думал, что твой интерес и мои разногласия так тесно связаны.       Куроро опускает взгляд в тарелку и с удивлением понимает, что заказал молочный суп из морепродуктов. Давно его вкусы не переключались на морские дары. Мгновение помедлив, Куроро берет ложку и с недоверием пробует блюдо. Настороженный взгляд падает на сидящего неподалеку Гарета, всеми силами старающегося поддерживать светский разговор со своим союзником. А вот телохранители без стеснения следят за опасной парочкой, щебечущей в рискованной близости от их подопечного.       — Вернее будет сказать, что он запечатывает память в ценный для жертвы предмет, — поправляет его Хисока, тоже не брезгуя ужином.       Куроро в раздумьях наблюдает, как он умудряется с не меньшей сноровкой управлять столовыми приборами и левой рукой, любовно поглаживая правой запястье Люцифера. Надо же, а он и не замечал, что Хисока амбидекстр.       — Ты знаешь содержание воспоминаний, которые он похитил у меня? — решает уточнить Куроро. Хисока в ответ лишь качает головой. — И как ты планировал изучать клятву?       — Ты должен был вернуть воспоминания, едва коснулся креста, — просто отвечает он, не спеша пережевывая пищу. — Сладкий, разве тебе не хотелось проверить границы «Условия и клятвы»? В конечном итоге Клятва оказалась сильнее, раз ты догадался о потерянной памяти косвенным методом.       — Не думаешь, что мои воспоминания могут вернуться, если ты им поможешь? — ласковым голосом заговаривает Куроро, и Хисока тут же разгадывает его уловку.       — Если я расскажу, это будут не воспоминания, а новая информация, — поправляет он. Куроро отводит взгляд и усмехается. — В ней нет ничего полезного для тебя сейчас, Куроро.       — Что ж, я поверю тебе, Хисока, — приглушенным тоном заговаривает Люцифер и склоняется к любовнику, продолжая нашептывать едва слышным голосом: — Уверен, ты защитишь меня в любой ситуации. Но если хочешь увидеть красочный бой и полный потенциал моей способности, то тебе придется выложить мне каждую мелочь до последней капли.       На тонких губах расцветает самодовольная улыбка. Хисока разворачивает ладонь и ласково переплетает пальцы с его рукой, сжимая в крепкий замок. Наполненный вожделением взгляд облизывает Куроро, будто готов прямо здесь поглотить. До дрожи знакомый и почти родной. Хисока плавно наклоняется к Люциферу и небрежно касается губ нежным поцелуем. Провоцирует. Проверяет. И пристальный взор золотых глаз ни на миг не дает усомниться, что в его дерзкой манере таится тягостное ожидание.       Ласково коснувшись ладонью щеки с изображением розовой слезинки, Куроро приоткрывает рот и позволяет влажному языку скользнуть по губам. Веки закрываются сами собой, стоит ему ощутить до дрожи знакомую сладость детских конфет. По коже пробегают мурашки, замирая пленительным покалыванием в кончиках пальцев. Ответная провокация заражает самого Куроро томительным предвкушением, и все-таки желание поиграть на нервах Хисоки, а заодно и Гарета, подстегивает действовать решительнее.       Куроро всего на миг приоткрывает глаза и замечает обескураженный взгляд Гарета, который не может оторваться от бесстыдной сцены прямо перед его носом. Уголки губ трогает едкая ухмылка. Куроро скользит ладонью на рыжий затылок и с силой притягивает ближе, не давая отстраниться. Сердце молотом стучит по ребрам, и все тело будто плавится в окутывающем его жаре. И чем чаще кончик обжигающего языка касается верхнего неба, тем ярче вспышки в глазах Куроро, заставляющие его вздрагивать от каждого прикосновения.       — Как же я хочу тебя, Куроро… — чуть слышно нашептывает Хисока, не желая прерывать глубокий поцелуй. — Прямо здесь хочу…       — Если ты готов поддаться моим правилам, я позволю тебе получить наслаждение. — Тембр его вибрирует от вожделения, и все же Куроро справляется с голосом. — В этот раз я хочу изучить твое тело так подробно, как только смогу…       Хисока роняет косой взгляд на Гарета и отстраняется, а губы его расплываются в пленительной улыбке. Куроро вздрагивает, будто его поразила молния, и наверняка Хисока чувствует эту дрожь. В горле пересыхает, а каждая мышца в теле сладко напрягается и ноет в предвкушении. Одна лишь фантазия о строптивом возлюбленном в цепях пробуждает где-то глубоко внутри ядовитое желание истязать его до тех пор, пока он не начнет молить о свободе. И на самом пике его терпения, когда соленые слезы будут катиться по бледным щекам, смазывая яркий грим, Люцифер позволит ему ощутить долгожданное освобождение.