Таньжелика

      В обед приехали из Праги Кира и Роман. Что странно — они вышли из лифта под ручку. Как парочка. Жесть вообще. У меня уже всё в голове перемешалось! Я ещё раз одёрнула себя: не вмешиваться! А то отлетит! А парочки сами между собой разберутся.       Ну я и не вмешивалась. В общем-то сидела тихо и спокойно на своем месте, выполняла непосредственные обязанности. Но мне не могло везти слишком долго. В четыре меня вызвала Кира. — С возвращением, Кира Юрьевна. — Спасибо, Таня. — Как съездили? — Отлично, успели всё! А я хотела с вами поговорить о Вике. Я так поняла, вы поссорились? — Да не то что бы… Просто мне не понравилось, что она собирается у Кати отбить ее жениха, Николая Зорькина, — сочиняла я на ходу, конечно. Но откуда я знаю, Кира в курсе похождений своего брата или нет? — Да, это не хорошо, — согласилась Воропаева, — чужих женихов отбивать…       Это она сейчас на Катю и Жданова намекает? — Вика говорит, что вы суете нос не в свое дело. — Ну с ее точки зрения всё так. Но ведь Катя — моя подруга… — А Вика? — А Вика, видимо, нет. Она сказала, что у меня неформатная не только внешность, но и мозги, так что ничего общего. Ну в общем я никому не навязываюсь. Кира Юрьевна, да всё в порядке, не переживайте за Вику! — Я не только за Вику. Я за вас тоже переживаю. Как у вас вообще дела? — Все отлично, достигла плато, но продолжаю правильно питаться и ходить в спортзал. У меня есть цель, я ей следую. — Вы молодец. А с личной жизнью как? — Пока никак. Но я сейчас просто не готова к новым отношениям, Кира Юрьевна. Наверное, должно пройти больше времени… — Да. Скорее всего так. Ну ладно. Теперь скажите мне, что с Катей? Она на больничном? — Сегодня звонила, завтра выйдет. Гипотонический криз. Я ее папе звонила, он сказал, что такое и раньше было. Не бережет себя совсем, она ведь прямо у себя в каморке в обморок упала! — Кошмар! Кто-то навещал ее? — Нет, нам ее мама сказала, что она не хочет никого видеть, отдыхает, — я развела руками. — Но уже завтра Катя выйдет, так что и смысла наверное нет. — Да, действительно. Но у нее точно всё нормально? — Судя по голосу — да, — уверенно сказала я. Нет, говорить о найденном письме я не буду. Ну нафиг, подальше надо держаться от таких тайн!       Я ушла домой вовремя, отправилась даже прогуляться. Мимо меня продефилировали Кира с Викой. И если Кира мне улыбнулась и попрощалась, то Клочкова даже взглядом не удостоила. Да, рано я решила, что Вика изменилась. Ну и пусть! Мне и без нее неплохо!       Вторник принес очень, очень большие перемены. Начать с того, что подходя к Башне, я увидела, как около вертушки останавливается черный воропаевский джип, и оттуда вылезает он сам, а затем помогает вылезти с пассажирского сидения… Кате!       Воропаев!!! Подвез Катю!!! Офигеть!!!       Но зато у Киры не будет жениха отбивать теперь… Да, я во всем ищу позитив. А теперь, Ликуся, успокоиться, сделать морду кирпичом и, ничему не удивляясь, чапать дальше!       Воропаев крутился перед Пушкаревой как павлин, распушивший перья. Даже ручку ей целовал, а она ему улыбалась и на прощание тоже поцеловала в щеку. Ну, что ж… Ладно, если это их выбор. Нет, мне совсем не интересно, как они сошлись! Ни капельки!..       Да какого черта?! Что случилось?! У кого бы спросить…       Женсовет тоже всё видели. Клочкова всё видела — и ее, похоже, это задело. Жаль Вику, все-таки, точно она его любит…       Я прошла мимо миловавшихся голубков, поприветствовав их нейтральным «здравствуйте». Рассказывать никому и ничего я не собиралась. И вообще я работать собираюсь, и только!       Но поработать мне не дали, разумеется. Позвонила Машка с ресепшна и оповестила об общем сборе. Пришла я уже когда обсуждение началось. — …и вы прикиньте, так милуются! Прямо на глазах у всех! — возмущалась Тропинкина. — Ну а что? — сказала Света. — Катя сейчас очень интересно выглядит, почему бы и нет? — Ну вообще да, конечно, но Воропаев… — Амура поморщилась. — Слушайте, мне кажется, тут что-то не то, — покачала головой Ольга Вячеславовна. — Чтобы вот так, сразу, и встречаться… — А почему нет? — пожала плечами Шура. — Хотя Колю, конечно, жалко. — Да, Колю жалко. — И главное, у Катьки ведь не спросишь — всё равно ничего не скажет! — Девочки, да пусть с кем хочет встречается, лишь бы здорова была, — я махнула рукой. — А вот ты, Тань, кстати, нас сегодня вообще удивила! С таким равнодушным видом мимо прошла, словно уже в курсе, что они вместе! Ну-ка, признавайся, ты знала? — Нет, ни сном ни духом! — я помотала головой. — Честно, девочки! — Ну ладно, поверим на этот раз, — ухмыльнулась Амура. — Мне знаете, как сложно было себя в руках держать? Но я же все равно силу воли уже натренировала, худею же! Вот и смогла практически промолчать… — А, точно! Вот в чем причина! — Шура аж ликом просветлела. — Теперь понятно! Ты у нас закаленная! В общем, ты так и продолжай. Вдруг еще что увидишь интересное?       Постепенно разговор свернулся. Было решено пригласить Катю в «Ромашку». — Ой, девочки, я не думаю, что она теперь с нами будет туда ходить, — покачала головой Света. — Ее, наверное, Воропаев будет в рестораны возить… — Да, вот и посмотрим, какая она подруга! — почему-то со злобой в голосе сказала Тропинкина. Вероятно, это зависть. Нет, такое надо пресекать на корню! — Нормальная она подруга, — не выдержала я. Вот достала! — Если бы тебя, Маша, один из твоих кавалеров, в ресторан пригласил, ты бы вспомнила, какая ты подруга?       Девушки замолчали, размышляя. — Если Катя и Александр Юрьевич встречаются, значит, это их выбор, понимаете? — продолжала я. — И конечно, им хочется провести больше времени друг с другом. Да радоваться надо за них! — А вдруг он Катю заставил? — пискнула Амура. — Вот именно! это же Воропаев! — поддержала мнение Шура. — Она не похожа на жертву принуждения или шантажа, — возразила Света. — Да, это верно. Давайте просто подождём, пока сама всё расскажет, да? — резюмировала я. — Да, подождём, — согласилась Амура. — А я еще раскину на Катю. Что там у нее с Воропаевым…       Мы покинули туалет, и я вернулась на место. В обед мы снова наблюдали, как Воропаев прикатил на джипе, и Пушкарева выпорхнула к нему. — Девочки, а я заходила к Кате, — горячо зашептала нам Тропинкина, когда мы все наблюдали эту сцену, — но так и не зашла. Андрей Павлович так на нее кричал! «Как вы могли? С этим!..» Ну и все такое. Как будто муж ревнивый! — А Катя что? — затаив дыхание, спросил кто-то из нас. — А Катя — молчит. Он снова орать! «Вы меня подставить решили?! Неужели вы не понимаете…» Ну и что-то там еще. И в конце уже — тут Клочкова пришла, и мне надо было уходить, Катя ему ответила: «Андрей Павлович, не стоит так переживать. Одно ваше слово — и я…» А больше я не слышала ничего… — Наверное, она хотела сказать — уволюсь? — предположила я. И вспомнила. — А она, кстати, заявление так и не забрала… — Нет, вы поглядите на это! — воскликнула Амура. Катя замерла в объятиях Воропаева, а он нежно поглаживал ее по спине. — Вот это любовь!       Но я очень сильно сомневалась, что это любовь. Вероятнее, Катя затаила зло на Жданова и хочет заставить его страдать, а что для этой цели подходит лучше, чем стать парой врагу? Правильно, ничего. А Воропаев, конечно, вызвался помогать. Не удивлюсь, если в итоге именно Александр Юрьевич станет следующим президентом, ведь от этой «Никамоды» теперь всё зависит…       Вика тоже видела милую сцену обнимашек, но лишь сузила глаза, промчавшись мимо. Не удостоила приветствием ни Воропаева, ни Пушкареву. Ну и с нами, понятное дело, тоже не заговорила. Эх, нехорошо, что все так рассорились! Очень неприятно…       Вторая половина дня прошла в постоянном напряжении. Начальство ходило хмурое и дёрганное, Катя вообще не показывалась из каморки… до четырех часов дня. А потом Георгия вызвал Жданов, и нам было велено подготовить кабинет финдиректора к переезду туда Екатерины Валерьевны. Ну всё, окончательно рассорились.       Кира Юрьевна зато горячо поддержала это решение. Она лично сопроводила Катю в новый кабинет и приглашала к себе на чашечку чая. Видно, она воспринимает отношение брата к Пушкаревой как серьезные и с перспективой. А если учесть, что Кира почти все рассказывает Вике… Бедная Вика! Каково ей сейчас…       Перед тем, как уйти, я словила дежа-вю. Забежала в туалет, а там опять плачущая Клочкова. Тут даже не надо объяснять, почему она плачет… — Блин! Опять ты! — бурчала она сквозь слезы. — Я думала, все свалили уже… — Ну, Пушкарева с Воропаевым — точно свалили, — поведала я. — Это я знаю… — Может, тоже пойдем? — Ага, в таком виде… — У тебя три минуты, чтобы привести себя в порядок. Потом поедем в спа-салон. — Правда? — Правда!       У меня накопилось бонусов на два сеанса, в моем фитнес-клубе. Ну или один сеанс для двоих. Так что я «угощала». А спа здорово поднимает настроение! Мне тоже нужно, а то вокруг что-то стало мрачновато… — А я машину продала… — вздохнула Вика, уже успокоившись. — Ты вот говорила подумать, что я получила полезного из всей этой фигни. Так вот — я закрыла текущие долги по кредиту на машину с Сашкиных денег, которые он мне давал! А теперь без всякой спешки ее продала, за гораздо большие деньги. А так ее у меня все равно за долги просто по суду бы забрали, потому что кредит еще полгода выплачивать, я с зарплаты бы все равно не потянула! — Класс! Выходит у тебя больше нет долгов? — Не-а, если новых не наделаю! — гордо произнесла Вика. — А не наделаешь? — Нет! Я же теперь знаю, как планировать свои расходы! — Вот, еще один бонус! — улыбнулась я. — Насчет спа — это правда, или так, для поддержания духа? — немного помолчав и уже совсем успокоившись, спросила Вика. — Правда! У меня бонусы накопились в моем клубе, на два сеанса. Ну или на двоих один. А я бы может и вообще не собралась, а чего пропадать добру, правильно? — Так-то правильно, — усмехнулась Клочкова и снова подозрительно нахмурилась.- А чего мне предложила, а не своим курицам? Пожалела меня, что ли? — Во-первых, они не курицы, Вика, — я вздохнула и присела к ней на пуфик, — а во-вторых, тебе нужнее, я же вижу. — Логично, и не поспоришь! — она улыбнулась. — Ладно, такси возьмем? Учти, в метро у меня паническая атака может наступить! — А как ты на работу собираешься добираться? — На такси! — И все уроки Воропаева насмарку… — ухмыльнулась я. — Ну а что мне делать-то? Не хочу в метро! — Так купи подержанную иномарку, раз на колесах привыкла! — Подержанную? — Вика скривилась. — Поехали пока на маршрутке. Тут недалеко! — рассмеялась я. — Обсудим по дороге!       Вика, при всех ее недостатках, владеет одним совершенно замечательным качеством: приводить себя в порядок очень быстро. Вот и сейчас она, на мой взгляд, просто взяла пудреницу и спонжик, раз-раз, и готово! Снова красотка. Магия какая-то прямо! — Маршрутка, говоришь? — спросила она, подозрительно глядя на меня, когда мы вышли из Башни. — Ну да, остановка недалеко от стоянки…       К счастью, машина оказалась не битком, мы даже сидели, а не стояли. Две остановки всего! — Ну вот он, мой клуб! — сказала я. — Фига себе, Панкратова! Он же элитный! — удивилась Вика, разглядев название. — Так я же говорила, мне половину стоимости скостили за неудачную операцию. То есть за несостоявшуюся. Потому и потянула абонемент на год. — А, вот оно что… так, а у тебя какие там процедуры прописаны? — деловая Вика в действии! Приятно было наблюдать, как она изучает список услуг — он висел на входе. Вот и отвлеклась от своих переживания — уже хорошо! — А вот сейчас и спросим! — улыбнулась я. И мы вошли в клуб. Вике выдали карту гостя — бесплатно. Одного в месяц можно было привести.       Ну что сказать? Обслужили нас по полной программе. Даже такая требовательная клиентка как Вика осталась довольна. Когда мы, уже посвежевшие и разморенные, сидели в шезлонгах в зоне отдыха и потягивали… ну, я воду с лимоном, а Вика — безалкогольный фирменный коктейль, возобновили тему транспорта до работы. — Говоришь, подержанную иномарку? — лениво сказала Вика, играясь с соломинкой. — Конечно. Как правило можно же выбрать ту, что имеет относительно новый вид. Можешь сказать, что отец купил и тебе сразу подарил, потому что ему там цвет не понравился… — Да ты гений! — Вика солнечно улыбнулась. — А я бы не догадалась… Вообще у меня деньги есть, но на новую, конечно, не хватит. — Ну а я о чем? А всем остальным не обязательно знать о том, что ты просто купила подешевле. — Верно мыслишь, — кивнула Вика. — А потом без перехода спросила. — Это ты по своей инициативе или опять Воропаев попросил? — А он меня и в тот раз просил уже после того, как я с тобой дружить начала. Я как бы и без него с удовольствием с тобой общалась. Так что пусть катится к черту Воропаев! — Я тоже так подозревала, — сникла Вика, — вот после того, как я позвонила ему и сказала, что мы расстаемся, он сам перезвонил и сказал, что теперь у меня и подруги не будет, потому что он сказал тебе, что ты больше не должна меня опекать. И что я настолько плоха как друг, что со мной можно дружить только по чьей-то просьбе или за деньги. — Вот гад! — возмутилась я. — Да, он просил присмотреть за тобой, но уже после того, как мы подружились. Нормальная ты подруга, с тобой интересно и весело. А сам он, между прочим, мне тоже звонил. И я считаю, он просто очень обиделся, что ты с ним порвала. И правда сказал мне, чтобы я прекращала присматривать за тобой, а стала бы передавать ему информацию о происходящем в компании. — А ты что? — Отказалась, конечно! Ты прикинь, как он мотивировал: я за тобой недоглядела, вот ты и бортанула его. То есть в его понимании глупость сделала. Так что у него я получилась виноватая в том, что вы расстались, а потому теперь должна стучать ему сама. Но я его конечно отшила, пусть в другом месте информацию ищет! — А он? — Обещал уволить, но пока больше ничего. Я если что увольнения-то не боюсь. — Да уж… ладно, ты прости меня за то, что я… . — Всё нормально, Вик! Я так-то не обиделась и тебя понимаю. Не парься! — Уже не парюсь! — хихикнула она. — Обе напарились! — Точно! — и мы заржали.       По домам мы все-таки добирались на такси. Имели право, да и устали.       Утром мы с Викой договорились, что я ее разбужу пораньше, чтобы она успела на маршрутку без толкучки. В пять тридцать я позвонила ей, потом в шесть тридцать она села на первую маршрутку. В семь двадцать — пересела на вторую. Отзвонилась, что в Башню зашла в половине девятого! — Ты представь! — взахлеб делилась она радостью, в то время как я уже сама ехала в маршрутке. — А потратила всего семьдесят рублей! А на такси бы все триста, а то и больше! — Ну вот! Хорошо же! — поддержала я ее. — Но машину я все-таки куплю! Вот на выходных съезжу к папе в Питер, там и куплю. Даже еще и лучше получится!       Хорошо вчера прошел вечер, душевно. Мне очень понравился, я прямо взбодрилась. И как показали утренние весы — даже еще немного похудела!       Как заходила в Башню Катя, мы с Викой не видели. Лично я бежала после фитнеса, немного опаздывая, а Вика, наоборот, приехала пораньше. Катя зашла в наш коридор в девять пятнадцать. — Доброе утро, девочки, — сказала она. — Доброе утро, Кать, — сказала я. — Доброе утро! — приветствовала Света. — Кофе тебе принести? — Нет, спасибо. А вот распечатать кое-что — очень нужно. — Не вопрос, — кивнула Локтева, — присылай, приноси, всё сделаю!       Она зашла в кабинет, мы со Светой переглянулись. — Ну вот, с новым начальством тебя! — сказала я шепотом. — Спасибо! — так же шепотом произнесла Света. И тут же испуганно добавила. — Это что, теперь Воропаев к ней сюда будет часто ходить, да? — Так а кто ему запретит-то? — я вздохнула. — Ну пусть ходит, мы подслушивать не будем, кабинет отдельный, звукоизоляция какая-никакая есть… — Угу, скорее никакая, — хмыкнула Света. Похихикали и продолжили работать. Может, всё и успокоится? Мне очень хотелось в это верить…