Снег

Накрытый столик занимали разные люди, многие сильно отличались от всей остальной публики. Толстовки с мультяшными героями выдавали в них либо киношников, либо программистов. Для таких людей неведомы правила. Уимс перевела взгляд на Аддамс - девушка была сосредоточена, бледна и потягивала Колу из горла бутылки, отмахиваясь от официанта, другого, не Вальтера Скотта. Уимс успела внимательно разглядеть Вальтера Скотта, он был инфантилен, мягкотел и решителен одновременно, не самый плохой вид молодых парней. Он отличался от ее брата Фрэнсиса. Уимс перевела взгляд на жену архитектора, который как сказала Аддамс изображен в учебники и посмотрела за тем, как ее пышный парик приподнялся, губы скривились, придавая ее лицу, так тщательно скрывающему за дорогой пластикой возраст, глупо-удивленное выражение. По залу пронеслась волна шепота, удачно совпавшая с окончанием песни. Виновница этого всего гордо шла в центр зала, неся свою грудь, ноги и сексуальность. Известная брюнетка села на единственно свободный стул в центр большого стола. Мило улыбнулась официанту. - Даже гетеросексуальные женщины такую хотят оттрахать или убить, - произнесла Уимс. - Мисс Уимс? - Аддамс посмотрела на директора, уводя свой взгляд от яркой брюнетки в окружении разноцветных киношников. - Я сказала это вслух?! - Уимс побледнела, - Извини, Аддамс. Мартиша. Ее карьера к тридцати с небольшим впечатляет. Она сама… не могла подумать, что увижу ее так близко. Такой, как на экране, - закончила свою мысль Уимс, - прости, Аддамс, я не хотела сказать в слух то, что сказала. Жена архитектора поправила парик. На ее лице было выражения восторга и ненависти одновременно. Уимс сосредоточила взгляд на Аддамс. - Я подойду к ней, когда будет удобная минутка. - За автографом, Аддамс? Мы ехали за ним? - Некоторые фанаты, мисс Уимс, предполагают, что настоящее имя Мартиши - Марта Аддамс. В ее документах стоит Марта Аддамс, она снимается с восьми лет под псевдонимом. Точнее не псевдонимом, а под одним из удобных ей имен из ее настоящего имени. Понимаете меня? - Марта Аддамс. - Вальтер Скотт самый большой фанат Мартиши, он следует за ней и фиксирует ее жизнь, последние месяцы она в Нью-Йорке, снимает сериал, как режиссер. Живет в своих апартаментах здесь. Где ей еще ужинать? Я не могла упустить эту возможность… - Аддамс, ты предполагаешь, что она твоя… - Я спрошу у нее об этом с глазу на глаз. Мне хватит решительности! В моих документах стоит «Марта Аддамс» и место рождения «Лос-Анджелес». Когда ей было двадцать, а сейчас ей тридцать пять. В двадцать… у нее почему-то не было ни одного проекта! Это что-то да значит. Я понимаю, мисс Уимс, это слабая теория, но это надежда, глупая маленькая надежда, что я смогу ее обнять, как самого родного человека, а она меня… Уимс посмотрела на профиль женщины и перевела взгляд на Аддамс. Очень бледную Аддамс, которая превратиться через несколько лет в очень яркую брюнетку с очень выразительными глазами. Аддамс пила колу и нервничала. Уимс рассматривала актрису и Аддамс, крутящегося около актрисы официанта-Вальтера Скотта, скользила глазами по притихшим гостям ресторана, которые будь их воля ринулись к ней за автографом, если бы могли перешагнуть свои границы приличия и границы не вторжение в личное пространство, пусть даже на столько ошеломляюще красивой и знаменитой. Их внутренний такт и достоинство не позволит им ринутся за автографом. Аддамс не сдержит ничего. Уимс вздохнула - это могло выйти большим скандалом, в который попадет школа, но это же… это глупая надежда талантливой сироты. Уимс поморщилась, допила бокал до дна и ей моментально налил вино совершенно незаметный официант, она сделала несколько глотков и приняла решение, что она не будет останавливать Аддамс, пусть даже ценой собственного имиджа и любого скандала, который может разразиться. Сорок четыре побега к мечте этого стояли. Уимс грустно улыбнулась, она могла просчитать будущее. Мартиша встала со своего места. Прошла до сцены и обменялись дружескими поцелуями с музыкантом. Потом в гордом одиночестве под взглядами гостей ресторана села за бар. Аддамс двинулась к ней, Уимс не стала препятствовать, отговаривать, она рассматривала короткий диалог между ними. Она могла его прочитать по губам, она рассматривала движения женщины, ее оголенные плечи и наклоны головы. Ложную улыбку, такую привычную для актрис, широкий жест. Актриса забрала маркер у бармена и поставила свою подпись прямо на руке у Аддамс. Аддамс вернулась за столик: - Она не имеет ко мне отношения, - процедила девушка сквозь зубы, - ей было двадцать, а теперь только тридцать пять. Такое событие она бы запомнила, - договорила Аддамс и замолчала. Очень невовремя подскочил официант-Вальтер Скотт и предложил Аддамс после вечера купить у него фотографии ее разговора с Мартишей, который состоялся за баром. Аддамс отрицательно покачала головой. - Как знаешь, фанатка! - улыбнулся парень. Уимс задержала парня за руку: - Я куплю, - и назвала номер своих апартаментов. - Твоя мама что надо! - улыбнулся Вальтер Скотт и скрылся из поля зрения. - Зачем вы купите, мисс Уимс? Это же теперь бессмысленно! Прошу вас, пойдемте немедленно в номер! - Подожди меня тут, - Уимс принялась рыться в своей сумочке, что-то нашла в ней и пошла прямой походкой до бара вместе со своим бокалом. Опустилась на стул рядом с яркой брюнеткой. Поставила свой бокал рядом с ее. - Хорошие вина делали во Франции в 80-е, - сказала Уимс. - Вам автограф? - безразлично ответила ей актриса. - Замки в облаках, юношеские надежды… - Уимс улыбнулась, рассматривая со всей внимательностью лицо Мартиши, - тот проект, который вы снимаете в Нью-Йорке режиссерский, а это говорит о том, что вы обладаете умом, а не только безграничным актерским талантом. - Вы продюсер? Хотите предложить мне деньги? - заинтересованно кивнула головой Мартиша, ее голос полностью соответствовал голосу с экрана, будоражившему сознание и фантазию. Уимс протянула свою визитку, накрытую ладонью. - Если вы обладаете умом, то склонны к размышлениям и сожалением. И если вдруг случиться так, что вы соврали или по-актерски отшили талантливую Аддамс и вдруг вам есть о чем передумать, то… она пишет музыку, уверена, что ее музыка такая же глубокая и сильная, как сама Аддамс. Уимс допила до дна свой бокал вина, оставила его пустым на стойке перед Мартишей, позвала Аддамс и вышла прочь из ресторана.