Персики зимой

Кладбище Аояма. Токио. Место захоронения иностранных граждан, а также первое место в списке посещения туристов из-за обильного цветения сакуры в начале мая. Начало марта ознаменовала поистенне прохладная погода Токио в сравнении с южной Окинавой, а вместе с тем и ясное, но щадящее солнце. Ветер шелестел листвой и осторожно сбрасывал распустившиеся цветы персика. Рыжий парнишка стоял под одним из таких персиков, поднимая свой взор к кроне дерева. Могло даже показаться, будто он наслаждался дивным пейзажем и улыбался. Однако то была вовсе не улыбка. — Ты просил меня просто подождать до весны. Стоило ли оно того? — начал тот удрученно, а слёзы продолжали течь по его щекам вот уже битый час. — Ты же канадец и наверняка не знал, что у нас персик значит бессмертие и единство, а потому во время свадьбы невесту украшают именно персиковыми цветами, — Рэки сорвал пышный бутон и заправил его в свои красные расущенные волосы. — Но если ты знал, ты только что сделал мне предложение сейчас? Он стоял один. Нанако так и не смогла заставить себя прийти на могилу к сыну. Фотография, сделанная в его последнюю новогоднюю ночь, стояла на её столе рядом с фотографией Оливера, как того и хотел Ланга, однако рядом с ними теперь стояли две лампадки от одинокой женщины, зажигающей их каждое утро. В отличие от неё, за последние два месяца Рэки ездил в Токио довольно часто. После смерти Ланги он бросил скейт, так что все заработанные деньги он тратил на поездки к нему. Рэки привозил ягоды и орехи в знак подношения, но в этот день он привёз совершенно иной подарок. Сидя на толстой ветви, когда даже слезы кончились, Рэки всё продолжал говорить: — Ланга, ты даже не дал мне времени полюбить тебя, — он обвязал ветвь толстой веревкой, нежно приглаживая неприхотливое растение, после чего закинул петлю на свою шею. — А теперь даже не даёшь времени обдумать твоё предложение. Насколько же ты эгоистичен, Ланга? — Рэки улыбнулся и фанатично произнёс: Что ж, я согласен быть твоим мужем. Один лишь прыжок — и жизнь покинула его. Осталось висеть лишь поникшее тело на молодом персиковом дереве, выросшем прямиком из-под могильного холма с табличкой «Ланга Хасегава». Ветер всё так же нежно сорвал бутон персика из за уха Рэки и опустил его на землю, провожая влюблённых в последний путь и глубоко скорбя.

Может хоть там они будут счастливы?