Запах свежескошенной травы

Мужчина, словно услышав знакомый голос, резко развернулся и направился прямиком в мою сторону. Топ, топ, топ…. Меня будто пригвоздило к месту. Странное чувство. Красавец приближался, и с каждым его шагом мое сердце начинало биться быстрее. Нет. Я не испытывал страха или ужаса. Скорее наоборот. Меня притягивало к незнакомцу, как к магниту, и само осознание того, что буду поглощен им полностью, без остатка, заставляло тело дрожать в предвкушении «собственного истребления». Топ, топ, топ…. Почему я так отчетливо слышал каждый его шаг? Почему я чувствовал, каким горячим и прерывистым становилось его дыхание? Почему мог так ясно видеть, как наливаются вены на его шее, как меняется цвет глаз, как тяжело поднимается и опускается при каждом вдохе мощная грудная клетка? Почему? Кто ты такой, черт возьми? Не знаю, что бы произошло, подойди он ко мне, но на полпути мужчину перехватила какая-то гостья. Как только красавец оторвался от своей пары, сразу же стал мишенью мамочек, имеющих дочерей-омежек на выданье. И та, что перекрыла собой дорогу, была как раз одной из таких мамаш. Это стало для меня своеобразным спасением. Оцепенение спало. Не знаю, как незнакомец смог на расстоянии завладеть моим телом и разумом, и, честно говоря, не хотел знать. Поэтому я, собрав все силы в кулак, как только появилась возможность, дал деру. Да только далеко сбежать так и не получилось, так как, услышав женский крик в стороне и ощутив некую тревогу, ноги сами меня понесли в нужном направлении. Я увидел собравшихся людей вокруг лежавшего на полу паренька, того самого, которого я застукал недавно в туалете со шприцом в руках — диабетика. Какая-то молодая особа удерживала ласково его обмякшую голову и горько рыдая, молила очнуться. Не знаю, что мной руководило в этот момент, но я, протиснувшись среди столпившихся зевак, оказался рядом с упавшим на пол человеком. Сам я не осознавал, что делаю. Однако руки, подчинявшись инструкциям другого моего я, творили что-то далекое от понимания для моего текущего я. У меня не было времени выяснять, кто из моих двух «я» больше пришелся по душе. Паренька внезапно затрясло …всего. Невнятное мычание в сопровождении истеричных содроганий недавно ослабленного тела выглядело пугающе, с особым дополнением в виде каждой натянутой до максимума мышцы, от намертво сдавленной челюсти до вытянутых в струнку пальцев ног, напоминая своим обликом жертву какого-то нелепого ужастика. Голова сама по себе выдавала информацию и тут же ее анализировала. Парень постоянно бегал в туалет для того, чтобы сделать инъекцию инсулина. Сделал укол — нужно поесть. Так уж заведено у диабетиков. Поэтому единственное, что могло в этот момент довести этого человека до такого состояния — непринятие пищи после сделанного укола. Скорее всего, бедолагу отвлекли, что и привело к таким печальным последствиям. Нащупав на талии паренька небольшую сумочку, я высунул из нее содержимое. Найдя нужную коробочку, быстро раскрыл ее. Там лежал шприц с прозрачной жидкостью и бутылек с порошком. Объединив эти две субстанции, я снова набрал шприц и, крепко прижав трясущееся тело своим, вколол его в живот парнишки. Все происходило слишком быстро, однако мои действия были настолько уверенными и четкими, что это даже как-то пугало. Может, в том, далеком прошлом я был доктором и спасал чужие жизни? Скорее всего! А иначе, как объяснить все происходившее сейчас. Вскоре паренек перестал судорожно дрыгаться и задышал спокойнее. Девушка, удерживающая на коленках его голову, тоже успокоилась, но гладить с нежностью его лицо не перестала. Мгновение…. И парень открыл глаза. Помутневший взгляд постепенно стал приобретать ясность и, в конечном счете, очнувшийся бедолага возмущенно осмотрел окруживших его испуганных людей. Парнишка всем своим видом говорил, мол, какого лешего здесь происходит. «Крами, — ласково заговорила девушка, — наконец-то ты очнулся! Как же ты нас напугал!» «Доктор!.. Доктор пришел!» — зашептали радостно в толпе, и в мгновение ока мое бедное плечико хрустнуло под напором чужой тяжелой горячей ладони. Признаюсь, я уже догадывался, что за человек так яростно намекает мне о своем присутствии. И даже когда я обернулся и посмотрел на Дэдэ, смог с точностью расшифровать скрытый в его натянутой улыбке весь нелегкий тернистый путь меж двух половинок нижней части человеческого тела, куда он меня посылал. Но особо неприятное чувство от вставших в ужасе волос на моем юном теле, я ощутил, когда за фигурой Дэдэ внезапно появилась знакомая седая голова мужчины, в глазах которого почему-то мне виделись красочные картинки порки моей невинной беззащитной попки. Я понимал, почему эти двое меня так сильно опекали. Господин Сандал был тем еще придурком! В удовлетворении своих сексуальных утех он не гнушался никого и ничего. Стоило лишь привлечь внимание мужчины, и человек моментально оказывался в его цепких лапах. Дядюшка Рыжик объяснял такое поведение побочкой запечатленных доминантов. Господин Робин тоже являлся доминантным альфой, но, в отличие от своего брата, у него не было помеченной пары. Конечно, я до конца не понимал подобной разницы, и Дэдэ объяснил мне, можно сказать, на пальцах. Госпожа Тоития была помечена господином Сандалом. Поэтому и удовлетворить его в сексуальном плане могла только она. Да вот неприятность. Женщина больше не подпускала мужа к себе, поэтому-то этот самодур старался утихомирить нескончаемый жар собственного отростка любыми всевозможными способами. Слушая истории о госпоже Тоитии, я действительно восхищался. В свою течку бедняжка укрывалась в четырех стенах сооруженной темницы, которую не покидала до самого конца, никого не подпуская к себе. Да, феромоны пары облегчили бы ее страдания. Однако женщине было приятней пережить адские муки, чем ощутить прикосновения ненавистного человека. Даже от его феромонов отказалась. Кстати, эта комнатка была также и ее убежищем, когда у муженька начинался гон. Скорее всего, от этого места меня должен был утащить кто-нибудь из моих «телохранителей». Однако такого не произошло. Я просто увидел, как у них изменился цвет лица в тот момент, когда чьи-то сильные руки подхватили мое бренное тело и потащили куда-то. Перед глазами мелькали полоски паркета и двигающиеся ноги человека, под подмышкой которого я находился. Был ли смысл сопротивляться? Вряд ли. Но эти красивые ягодицы соблазняюще игриво двигающиеся перед моим носом…. Нет, я честно пытался несколько раз отводить взгляд от них. Но эти мышцеватые симпапульки прямо шептали своим сексуальным голосом: «Ну же, потрогай нас!» И, конечно же, я потрогал. Ну как потрогал…. С размаху впился всей пятерней в ту, что была ближе ко мне, и наслаждался в своем висячем положении жмяканием этой твердой выпуклости, ощущая в собственном нутре ненавязчивые нотки микрооргазма. Однако больше всего поразило то, что человек, державший меня, на нелепое действие лишь цокнул языком, словно такое я вытворял с ним уже ни один раз, и… продолжил свой путь. Вывело меня из экстазного состояния осознания того, что мы оказались в довольно знакомом месте, а именно, в туалете. Блин, и почему сегодня это помещение стало «местом особого назначения»? Меня ловко поставили на ноги и запихнули в одну из свободных кабинок. Незнакомец закрыл за собой дверь на замок и грозно уставился на меня. Когда я увидел человека, творящего все эти бесчинства, даже икнул непроизвольно. Епт! Это же тот рыжеволосый красавец! Но почему он преследует меня? Чего добивается? Я даже вжался в угол кабинки. А мужчина, недолго думая, протянул к моему лицу руку и сорвал маску. Дальше все происходило так нелепо и быстро, что у моего рта от удивления даже не было сил сомкнуться. Темные глаза потеплели, лицо обмякло и незнакомец, словно котенок, прижался ко мне своим телом, захватив в жаркие объятия. Он лащился, потираясь лицом о мою голову. Руки проскользили по спине и, добравшись до ягодиц, подняли мое тело вверх, раздвинув ноги в стороны. Как только наши лица оказались друг напротив друга, мужчина тут же жадно впился своими губами в мои. Я в тот же момент ощутил доводящий до дрожи исходивший от красавца аромат свежескошенной травы, и у меня помутнело в глазах. Мне даже показалось, что этот аромат ожил, потому что впивался в мою кожу, зацеловывая и покусывая каждую клеточку наравне со своим хозяином, не желая пропустить ни одного миллиметра. Поцелуй! Ощущал ли я что-то подобное когда-нибудь в своей жизни? Не знаю. Язык мужчины был настоящим агрессором и провокатором, потому что чем настойчивей он атаковал, тем податливей и послушней становилось мое тело. Я задыхался в таком поглощении меня, но при этом готов был умереть в объятиях этого человека. Однако это длилось недолго. Стены в кабинках оставляли желать лучшего, потому что та, к которой меня так сильно вжал мужчина, внезапно треснула, и мы как стояли с незнакомцем, так и рухнули вместе с оторванной тонюсенькой стенкой на пол соседней кабинки туалета. Можете себе представить, каково это, видеть перед самым носом волосатые обнаженные ноги пухленького человека, скукожившегося на унитазе от испуга. Этот бедолага оказался просто не в том месте не в то время. Я его понимаю. Увидеть такое! Сидел себе человек, попукивал в свое удовольствие, подстраиваясь под непонятные звуки из соседней кабинки. А потом вдруг, бац… стена падает прямо в ноги вместе с переплетёнными между собой мужчинами с подозрительно красными лицами, перепачканными слюной. Какое-то время мы удивленно смотрели на перепуганного мужчину, а он — на нас. А потом раздался характерный протяжный треск, который и разрядил, наконец, накалившуюся обстановку. И хочу отметить, этот звук мужчина, сидящий на унитазе, сделал, как бы это выразиться поприличней, …не ртом. Я перевел уничтожающий взгляд на незнакомца, удобно умостившегося на мне. Как долго он еще собирается прижимать меня к полу? И, скорее всего, тот понял смысл округленных глаз напротив. Дернулся, но снова рухнул на меня. Опять дернулся. Безрезультатно. И только когда он потянулся руками себе за спину, я понял причину его неотлипания от меня. Просто мои ноги, обхватившие тело незнакомца мертвой хваткой, переплелись между собой и никак не хотели отпускать того, кто попал в середину подобного ножного сплетения. Неохотно высвободившись из моих ног, мужчина все-таки поднялся и помог встать мне. Мы оба, натянув виноватую улыбку и вытянув по-аристократически спинки, сделали легкий поклон и, пожелав сидельцу на унитазе хорошего времяпровождения, покинули, наконец, кабинку туалета, захлопнув за собой дверь. Пока мы перемещались из кабинки в кабинку, пусть и таким нелепым способом, в этом помещении собралась уже толпа желающих побыстрее вылить скопившийся в теле алкоголь. Поэтому, когда очутились среди огромной кучи людей, дырявящих нас удивленными взглядами, красавец лишь слегка повернул ко мне голову и голосом, не дающим права на какие-либо возражения, приказал: «Иди за мной!» Странным оказалось другое. Я подчинился. Почему же мое тело послушно двигалось за незнакомцем? Неужели этот мужчина — дорогой мне человек из стертого прошлого, которое я до сих пор не мог вспомнить? Наверное, я бы и плелся послушно так за ним, следуя установленному приказу. Да вот только меня снова перехватили. Дядюшка Рыжик дернул за шиворот и, прикрыв своим телом, затянул в угол зала. «Быстро уходи через служебный вход, — процедил он сквозь зубы. — Тобой заинтересовался господин Сандал. Спрячешься до моего прихода в домике у причала. А сейчас руки в ноги и бегом отсюда!» И опять осечка. За дядюшкой уже стояли трое громил. Оттолкнув пытающегося хоть как-то защитить меня собой мужчину, мое тело тут же было обезоружено сильными руками телохранителей. Боялся ли я? Вообще ни капли! Меня больше беспокоило перепуганное лицо дядюшки. Единственное, что заинтересовало, кому он, как только его оттолкнули, нервно позвонил. Неужели Рыжик надеялся, что в этом мире есть, кроме него и Дэдэ, тот, кто мог бы встать на мою защиту в текущей ситуации? Глупец! Я догадывался, куда меня вели громилы. В глубине широкого коридора за основным залом, располагались VIP-комнаты, предназначенные для уединения особых гостей. И, к несчастью, в одну из них меня притащили силком. Комната освещалась приглушенным теплым светом, создавая своеобразную интимную обстановку. Полупрозрачные красные тюли слегка колыхались от дуновения ветерка через полуоткрытое окно, словно подтанцовывали под тихую ненавязчивую мелодию, звучащую из огромного телевизора, висящего на стене. Напротив стояла огромная кровать, укрытая красными шелковыми простынями, на которой были беспорядочно разбросаны чудаковатые подушечки овальной формы с окантовкой в виде рюшечек. А у самого окна стоял круглый столик с изогнутыми ножками и два широких кресла с высокой спинкой. На нем и сидели великолепно разодетые мужчины, пристально рассматривающие меня пожирающим взглядом. «Не думал, Сандал, — вдруг заговорил один из них, непристойно чмокнув языком, — что ты будешь прятать от меня такую прелесть. Неужто для себя оставил, засранец?» «Да я, в принципе, и сам не знал, — ответил второй мужчина. — Но думаю, сегодня мы сможем попробовать этот лакомый кусочек вдвоем. Как считаешь?» Честно говоря, я вообще не понимал, о чем говорят эти двое. Мои руки продолжал удерживать за спиной один из телохранителей, а остальные двое стояли рядом, расставив ноги на ширине плеч и склонив головы. Однако меня все же беспокоили наглые взгляды. Как-то становилось жутковато. Мужчина, которого его друг назвал Сандалом, внезапно поднялся с кресла и подошел ко мне. Не отрывая от меня своих прищуренных глаз, он спокойным голосом заговорил: «Приведите начальника охраны». Один из телохранителей вышел из комнаты, а затем вошел вместе с другим лысым мужчиной, одетым в такой же черный костюм. Рожа у него, хочу заметить, была еще та мерзость, словно все лицо было сделано богом на одной плоскости, только нос немного выделялся. Вот вроде пока и не сделал ничего плохого, а мои ладошки уже чесались, чтобы намылить ему личико, как следует. «Говори!» — скомандовал Сандал. «Господин, — хриплым голосом заговорил начальник охраны. — Этот человек ослушался вашего приказа: нагло при всем честном народе лапал вашу дочь Поял. Также когда один из гостей упал, он самовольно что-то вколол ему шприцом. Могу предположить, что это что-то было наркотическим веществом. В результате, гостя увезла скорая помощь. Также мне донесли, что он закрылся в кабинке туалета с одним из особых гостей, Ричардом Эллинстоном, в попытке его соблазнения, после чего тому пришлось сломать стенку, чтобы утихомирить назойливого прилипалу. Нарушитель действовал в маске, переодевшись в официанта. Я поднял все списки работников и выяснил, что нарушитель вообще в них не числится. Мы до сих пор так и не выяснили, кто он и по какой причине оказался в поместье». Сандал медленно достал сигарету, щелкнул зажигалкой, глубоко затянулся, а потом выдохнул дым мне в лицо. Было неприятно, скажу я вам, но на моем лице даже ресничка не дрогнула. Если бы я хоть как-то отреагировал…. Пощечина…. Одна, вторая, третья…. Мои щеки запылали огнем. Не знаю, как долго Сандал собирался бить меня, но двери комнаты распахнулись, и внутрь вбежала госпожа Тоития. Женщина яростно бросилась к своему мужу и, схватив того за руку, запричитала: «Прошу, убавь свой гнев. Этот юноша спас нашу дочь. Твои сыновья нарочно скинули ее с детской комнаты, выпустив феромоны. Если бы не этот человек, Поял была бы уже мертва. Он спас девочку, даже не коснувшись ее пальцем. Поверь мне, прошу!» Сандал презрительно посмотрел на женщину, а потом яростно откинул ее в сторону. Госпожа Тоития была всего лишь слабой омегой, поэтому, не удержавшись на ногах, упала на пол. А мужчина, развернувшись к ней, стал медленно подходить. Я вдруг увидел, как из его тела стала извергаться темная аура. Эта полупрозрачная субстанция очень походила на ту, что некогда накинулась на маленькую Поял. Однако тогда ее хозяевами были дети. И что она смогла сотворить с девочкой, я видел собственными глазами. Тогда чего можно ожидать от подобной ауры взрослого человека? «Поверить? Кому? Тебе?» — заревел Сандал. — Да я могу поверить словам обычного слуги, чем такой мерзкой шлюхе, как ты!» Аура становилась все насыщенней и в какой-то момент набросилась на женщину, впиваясь в ее нежную кожу. Госпожа Тоития взвыла от боли. Она не кричала, вернее, не могла кричать, потому что темные частички сдавили ее горло, не давая громким звукам сливаться с воздухом. «Думаешь, твой любовничек придет к тебе на помощь? Черта с два! Робин повез нашего гостя на скорой в больничку. Стала смелой? Ну что ж, так тому и быть! Давай же покажем всем, наконец, что должны делать друг с другом истинные супруги». Сандал ухватил женщину за грудки и одним рывком разорвал ее платье. Белоснежная кожа настолько была восхитительна, что глаза мужчины моментально потемнели, и он набросился на бедняжку, накрыв своим телом прямо на ковре, никого не стесняясь. И тут ярость завладела уже мной. Я не знаю, как нужно драться, вернее, не помню. Однако тело действовало само по себе, абсолютно не прислушиваясь к ужасу, который я ощущал в этот момент. Мне даже не пришлось сильно напрягаться, чтобы обезвредить телохранителя, удерживающего меня за руки. Уложил всего лишь ударом ноги сначала одного, а потом двух остальных. Да только чуйка у господина Сандала оказалась на высоте. У меня ведь была цель, ради которой и сорвался с места, с легкостью избив троих огромных мужчин. Просто, когда увидел красивую беззащитную женщину-омегу, будто прошибло всего. Защитник униженных и оскорбленных, твою мать! Да вот если бы мог в этот момент действовать по велению разума, а не сердца…. «Еще один шаг, и я сверну ей шею», — рявкнул Сандал, и госпожа Тоития тут же ухватилась за шею. Из уголка ее рта потекла тоненькая кровяная струйка. Услышав эти слова, я замер на месте. «Хороший мальчик!» — со злорадной улыбкой на лице сказал господин Сандал. Поднявшись с полумертвой женщины, он ухватил ее за волосы, задрав побелевшее лицо к верху: «Смотрю, ты пользуешься у мужчин популярностью. Еще одного любовника захомутала? Отлично! Хочу, чтобы ты, сука бесстыжая, собственными глазами увидела, как твой защитничек будет визжать и плакать подо мной от удовольствия». Темные глаза переметнулись в мою сторону, и жуткий отблеск похоти промелькнул в них, отчего по моей коже пробежал неприятный холодок. «Ну, раз уж решился выступить против меня ради этой твари, неси ответственность до самого конца», — с улыбкой сказал он. А затем его улыбка преобразовалась в оскал и он добавил: «Раздевайся!»