Горячий шоколад и холодные ладони.

Переработки Джей совсем не любил, хотя иногда они являлись спасательным кругом в виде дополнительной зарплаты.  Сегодня был не из самых хороших дней : коллега не вышла, пришлось вставать на замену; посетители буйные, а особенно под вечер; новая напарница разбила посуду с блюдом, и потребовалось налаживать всё именно ему. Говорить посетителю, который всё видел, что совсем скоро ему принесут заказанное и подарок от заведения в виде десерта на его выбор, а они у них действительно отменные и самые свежие даже в поздний час. Собирать осколки тарелки, потому что уборщица куда-то запропастилась снова. Также успокаивать девчонку, что испугалась и разнервничалась после случившегося.  — Всё в порядке, я всё уладил. Всякое же бывает, не расстраивайся. Я тоже в начале бывало, что бил посуду. И ничего же, живой и всё ещё тут.  — А с деньгами что делать? — шмыгает носом она, сидя на корточках и опираясь спиной о стену в комнате между кухней и залом. Парень тоже так присел, только напротив неё, чтобы видеть лицо девушки.  — Совсем нет? Миён мотает головой и вздыхает.  — Я же недавно устроилась. Конечно, у меня нет ничего.  — Можешь поговорить с директором, и он вычтет просто деньги из зарплаты – у меня так было. Но если выходить в смены не будешь, то придётся уж заплатить сразу из своего кошелька. Тут на многое управляющим всё равно, поэтому и идут на уступки, лишь бы работники были.  — Хорошо, я поняла, спасибо. Ходить буду, — активно кивает та, а старший ерошит волосы на её голове и поднимается.  — Давай, как оклемаешься – так сразу выходи, а пока постараюсь справиться сам.  Он выходит в зал к гостям и обслуживает столики с новоприбывшими посетителями. Кому-то что-то советует, смотря на самих посетителей и примерно оценивая их вкусы, сравнивая с желаемым. Кому-то объясняет находящееся в блюде, но поверхностно. Главное – сказать гостю то, что он хочет, только без глупостей. Отдать заказ кухне и принять следующий.  *** С работы Пак уходит хоть и замученный, зато с приличными чаевыми с последнего заказа.  Теперь точно смогу провести завтрашний вечер своего выходного с Чонвоном.  Правда, он совсем не ожидал, что из графика два на два у него выйдет четыре на ноль.  — Пожалуйста, выйди! Та девочка, которая была сегодня, оставила сообщение, что больше не будет работать, и заблокировала всех. А Минни заболела.  — А что с Соён? — недовольно задаёт вопрос брюнет и трёт переносицу замёрзшими пальцами.  Вокруг качаются ветви голых деревьев из стороны в сторону, бьются друг о друга из-за сильных порывов ветра, который касается всего вокруг, приводя и то в движение. Звук не из самых приятных, он даже тревожный, захватывает дух.  — А у неё кое-какие дела.  — Это какие? — Ну женские, какие ещё!  Чонсон уверен, что стой Юци напротив него в данный момент, то точно бы топнула ногой, говоря это слишком громко и активно жестикулируя.  — Месячные, что ли? — Какой ты догадливый.  — Так говори прямо, что ты намёками говоришь-то.  — Ну знаешь, всякие бывают, да и приличия соблюдать надо.  — Какие приличия после двух лет совместной работы? Я видел с тобой всё, что только можно и нельзя.  — Прямо-таки, — цокает девушка и улыбается. Не то, что бы она не могла сказать причину прямо, просто говорить это посреди переполненного автобуса было, скорей, неправильно. — Ну так что там, выйдешь?  — Юци… Ты знаешь… — Знаю, что ты работаешь четвёртый день, знаю! И сегодня ты должен был отдыхать – тоже знаю. Но я же перед Новым годом не вывезу одна весь рабочий день. Я понимаю, что это вообще не твои проблемы, но и не мои же. А разгребать дали мне, как обычно.  Это не первый раз, когда им двоим достаётся из-за маленького количества сотрудников, а новых постоянных всё никак не наберут, хотя пытаются. Скорей, пытаются трое – Юци, Джей и Соён, предлагая знакомым, приятелям со школы, родственникам, одногруппникам – да кому угодно – работу официантом в этом кафе. Но вечно у всех что-то случается, и они не могут продержаться и пару месяцев. Хорошо, что ночной смены нет, а то так бы пришлось разрабатывать план по тому, как не спать всю жизнь… — Хорошо, я выйду, но не на весь день, потому что у меня планы, которые менять я не хочу. Пусть выходит администратор, директор, владелец – мне уже всё равно. Я переработал сегодня, перерабатывать и завтра не имею желания.  — В восемь уйдёшь.  — В семь, — возражает Чонсон.  — В семь – так в семь. Хорошо, спасибо! Парень отключает вызов, нажав на красную кнопку разбитого экрана старенького телефона, который повидал в жизни кучу всего, но всё ещё работает, хоть иногда и глючит, и заходит в трейлер, плотно закрывая за собой двери, ведь ветер действительно поднялся сильный. Ледяной, он щиплет морозом нос и щёки, а руки, что погружены в карманы куртки, совсем не греются. Но внутри так называемого дома тепло. Ну или так кажется после улицы.  Закрыв дверь на ключ, Пак снимает верхнюю одежду, что летит на диванчик по одну сторону стола, на который он кинул звенящую связку. Стаскивает зимние истоптанные кроссовки, когда садится на кровать, и залазит под одеяло с головой, дабы согреться.  Когда пальцы уже не кажутся такими негнущимися из-за холода, он снова берёт телефон в руки и набирает Чонвона.  — Привет, — слышит сонное в трубку, но улыбку улавливает.  — Привет, у тебя есть планы на завтра? — Оу… — проходит не меньше полуминуты, прежде чем тот продолжает : — После школы у меня репетиторы, поэтому даже не знаю.  — Я предлагаю на вечер.  — А как домой?  Достаточно детский вопрос, но Джей всё равно отвечает на него.  — Такси могу тебе вызвать.  — О-о, точно, — спохватился младший. — Просто мы же никогда не гуляли вечером, поэтому как-то сразу не сообразил даже.  — Ничего. Так что? — Давай, а во сколько? — Полвосьмого устроит? После семи он как раз успеет искупаться в душе для сотрудников кафе, переодеться и дойти до дома.  Ян снова задумывается, молчит в трубку, но старший знает, что тот всё ещё на проводе, ведь слышит его дыхание даже через такой динамик ущербного гаджета.  Родители будут явно не в восторге, что сын уходит в то время, когда обычно возвращается, если гуляет. Поговорить с ними надо, а потом уже давать точный ответ Джею. Поэтому Чонвон оповещает друга о том, что перезвонит совсем скоро, сразу же после получения ответа, и сбрасывает.  Брюнет смущённо улыбается и убирает с лица одеяло, смотрит в потолок под свист ветра, что с силой врезается в стены домика.  Он почти уже отключается, как мелодия начинает звучать прямо у уха.  — Я приеду к тебе.  — Отлично. Всё в порядке ведь? — чувствует какую-то напряжённость в голосе парня.  — Да, всё супер, просто не думал, что они разрешат.  — А что ты им сказал? — Как есть. Они же знают о тебе.  Пак вечно ждёт подвоха от семьи Яна, ведь те живут в настоящих хоромах, в отличии от него, проводящего почти что только ночи лишь для сна в замученном трейлере на окраине города.  Разве подобные люди станут отпускать своего ребёнка в такие условия?