Горячий шоколад и холодные ладони.

— Отец сообщил, что вас нужно везти не домой, а к другу, верно? — Да, спасибо большое, — подтверждает Чонвон, кивая водителю.  После последнего репетитора по английскому ему даже говорить не хочется, но лучше уж перебороть себя, чем потом выслушивать от родителей, какой он невежливый по отношению к другим. А особенно к мужчине, который возит его в день по несколько раз туда и обратно.  Это ведь его работа.  А я не грубил никогда.  — Я оставлю вещи у вас, хорошо?  — Да, я отнесу в дом.  — Спасибо.  В салоне играет какая-то песня, явно неподходящая ко вкусу шатена, хотя раньше он не обращал внимания на то, что включает водитель.  Пытаясь отключиться, чтобы не обращать ни на что внимания и не думать, он не замечает, как уже подъехал к нужному месту.  — Такой себе райончик, конечно, — оставляет комментарий перед тем, как парень выходит из машины, игнорируя сказанное.  Потому что ему всё равно. Это ведь Джей, и младшему этого достаточно.  *** Выйдя из здания в семь двадцать, Чонсон улыбается, каким бы сегодня ни был день. У него в голове лишь то, что совсем скоро они увидятся с Воном. И тогда всё точно станет хорошо.  В последнее время парни виделись редко в силу учёбы младшего и работы второго.  Поэтому, если признаться честно, соскучились друг по друге безумно сильно оба.  Вибрация исходит от телефона, что находится в кармане, и Джей достаёт его.  «Не выходи на улицу. Просто открой дверь, а то на улице холодно».  «Окей» – печатает и убирает сотовый обратно.  Дойдя до трейлера, он сразу же включает обогреватель, чтобы младшему было комфортно.  Пак себе включает его редко, ведь ему хватает пары тёплых одеял и одного пледа, но Чонвону он готов обеспечить тепло и физически тоже.  Снимает куртку и кидает её на привычное место, ставит пару стаканов горячих напитков на стол, что купил по пути, и тут же слышит звук подъезжающей машины. Смотрит в окно и ждёт, когда друг подойдёт достаточно близко, чтобы открыть ему дверь. Шатен ловит взгляд в окне и улыбается. Чонсон опускает ручку двери вниз, и та поддаётся, впуская холодный ветер, а затем тёплого-претёплого друга, что быстро заходит с той же улыбкой.  Дверь закрывается на ключ, и парень кладёт его на стол, недалеко от напитков, пока другой снимает верхнюю одежду, которую кидает сверху куртки Джея.  — Привет, — поворачивается ко старшему и тянется к нему за объятиями, на кои отвечают с охотой.  В последний месяц их объятия длятся дольше, чем раньше, но им так нравится… Тепло, которое не получишь другим способом, оно такое особенное, идёт от кончиков ушей до живота, где плавно распадется на крупинки.  Яну эта близость, словно разгрузка после тяжёлого дня. Хотя, на самом деле, не словно, а так и есть. Джей, в целом, после аншлага в кафе думает о том же.  Брюнет проводит несколько раз ладонью по спине вверх-вниз и отстраняется, заглядывает в блестящие глаза друга.  — Выглядишь уставшим, всё в порядке?  — Да, — улыбается от беспокойства Пака, — просто репетиторов было несколько сегодня, ещё и последний преподаёт английский. Поэтому я выжатый лимон сегодня.  Чонсон смеётся, а младший наигранно дуется.  — Ну правда же! — а улыбка всё же ползёт по лицу.  — Тогда ты был бы самым красивым лимоном на свете.  — А ты…самым изящным орлом.  Смех старшего вновь наполняет всё ещё прохладную комнату, и тут он осознаёт этот факт. Разрывает объятия окончательно и берёт плед, полностью его развернув, накидывает на плечи Чонвона, что садится за стол.  — Скоро будет тепло. Прости, что так вышло.  — Не беспокойся об этом, всё в порядке! — отвечает ему, но Джею всё равно жаль, что комната не успела прогреться.  Садится напротив, как делает это обычно, отодвинув верхнюю одежду, и тянет один из стаканчиков по столу от себя. Вон принимает напиток с улыбкой и убирает клапан, делает первый осторожный глоток. Немного обжигает язык, поэтому решает подождать чуть-чуть, прежде чем пить снова.  Брюнет смотрит на пальцы, что обхватывают бумажный стаканчик, и ловит на мысли, что к ним хотелось бы прикоснуться своими.  — Джей? — М? — переводит взгляд на парня.  — Чем планируешь заняться завтра?  — Как и обычно, — отвечает с грустной улыбкой, а сердце щемит. — Буду работать, потом приду домой и спать. А ты? Ян думает о том, как же это грустно – справлять Новый год одному. Он-то всегда отмечал его с родными, хотя этот изменится : в предыдущие года в их компании была ещё бабушка, которую парень так любит, но той не стало в начале этого года.  — Тоже, как обычно. Сначала в ресторан с родителями, а потом домой встречать следующий год.  Для него праздник всегда был семейным, но, смотря на парня, он думает, как бы ему хотелось быть в присутствии и его тоже. Но родители вряд ли будут рады гостю на празднике в кругу семьи.  — Оу, ясно.  — Как ты сегодня?  — Хотелось изначально сидеть дома, а не идти на работу, конечно, но как вышло, — улыбается. — У нас не хватает работников, как всегда. Говори – не говори с начальством, а всё без толку.  — А ты не хочешь попробовать найти место получше? Если у тебя есть опыт, то можно попробовать поработать в месте получше. Была бы и зарплата больше и условия получше.  — Не знаю даже, — пожимает плечами Пак.  — Ты не думал об этом никогда? — Думал, но совсем чуть-чуть. Ничего страшного, я ведь выбил нам вечер, в конце концов. А завтра мне в любом случае нечего было бы делать. Не думаю, что я за сегодня не высплюсь, потому что был неполный рабочий день.  — Я думаю, тебе нужно больше отдыхать всё же.  — Не бери в голову, — улыбается и легонько пихает его носком кроссовка в его бок ботинка под столом.  — Просто хочу, чтобы ты отдыхал больше, — возвращает такую же улыбку. — Давай погуляем первого января? — предлагает, вспоминая свой подарок другу. — Только не вечером : хочу провести с тобой побольше времени.  — Надеюсь, получится… Джею хочется с ним погулять, очень, но его работа – это сплошной рандом. Хотя он может сказать девочкам, чтобы поработали они, завтра смена Соён и его, а послезавтра он может припомнить первой её пропуск, когда заменял сам.  — У меня начались каникулы, поэтому мне бы хотелось видеться с тобой почаще.  Точно. Каникулы до середины февраля. А позже поступление и куча-куча мороки.  Летом они также старались гулять как можно чаще, ведь свободное время младшего заполняли лишь подготовки к экзамену.  Сказанные слова греют сердце Чонсона, поэтому он, конечно, постарается гулять с ним часто.  Тут Пак вспоминает о конфетах в кармане куртки, которые достаёт и выкладывает из ладони на стол перед другом. Они шоколадные, а внутри орехи, где-то рубленные, где-то цельные, в разноцветных обёртках, похожие на фольгу. На его работе их используют для десертов, дабы те украсить, а также те лежат в прозрачной мисочке на столе, за которым сотрудники едят на перерыве.  Вон смущённо улыбается и открывает одну в упаковке цвета серебристой мяты, кладёт себе на язык и жуёт, пьёт горячий шоколад.  — Спасибо, — кивает шатен.  Они болтают до глубокой ночи, пересев уже на кровать. Там младший облокачивается о стену трейлера.  — Лучше не надо, холодно ведь. Джей обнимает друга за плечо, чуть потянув на себя, и тот укладывает голову на надплечье старшего. Последний улыбается и думает, делать ли то, что хочется. Он укрывает их обоих тёплым одеялом для большего уюта и комфорта и прижимается щекой к голове Чонвона, обнимая того уже двумя руками, как и сам младший.  В тишине слышится лишь ветер с улицы и крошечное дыхание парней.  Они не разговаривают. Отдыхают и наслаждаются временем вблизи друг друга. Для каждого из них это безумно драгоценно. Такие тёплые вечера проводишь не каждый день, поэтому уют поселяется в самое сердце и требует повтора, вызывает зависимость.  Но, конечно, будет то, что испортит момент рано или поздно. Мелодия, раздавшаяся на телефоне.