Ангельское солнце

"Она меня благодарит?" - практически мигом пронислось в голове Люмин, прежде чем прохладная, чужая рука отстранилась от подбородка оставляя после себя слабое покалывание на коже сошедшей. Тихий огонь продолжал потрескивать в камине, создавая слабый комфорт в помещении, прогревая стены изнутри. Обе девы смотрели друг на друга несколько секунд, что удивительно, без какой либо вражды или страха, которые обычно проявлялись ранее друг перед другом. – Иди в комнату, - наконец выдохнула Субретка прикрывая веки и приподнимая свои руки, дабы застегнуть накидку, которую ранее растегивала для того, что-бы спрятать златовласку. Сама же Люмин, несколько мнгновенний молчала, но вскоре, таки двинулась вперёд по коридору, хотя особо не желала об этом, ведь ощущала какую-то неизвестность внутри себя и странное, холодное чувство, что разливалось по телу, при удалении от Колумбины. Предвестница повернула голову к уходящей путешевеннице, пальцы замерли на пуговицах накидки, а брови медленно нахмурились. В груди, в точности так-же, как и у Люмин, снова проявилось это неопределенное чувство, которое Субретка не могла понять. – Сошедшая, - в след произнесла Колумбина и на мнгновенние замолкла. Путешевенница в свою очередь остановилась, сразу же поворачиваясь к третьей, явно не осознавая зачем её остановили, хотя это наоборот её немного, но порадовало. Дамслетта же и сама не понимала почему её так тянет к Люмин, почему ей вдруг захотелось остановить её. Комната наполнилась словно электричеством, пока обе дамы молчали, но долго это не длилось, Дамслетта отвернулась и покачала головой. – Нет-нет, ничего. Иди дальше. Как только шаги Люмин продолжились, а вскоре и было слышно в тишине дома закрытую дверь, Колумбина коснулась лбом двери, уперевшись таким образом в неё. Зубы дамы заскрипели, а кулак на правой руке сжался, её обычно пассивная агрессия, сейчас медленно переходила в активную, но в этот раз злилась она скорее на себя, за то что не могла осознать происходящего. За то что снова начала проявлять.. слабость. ~•~•~•~ – Твоя доброта - не более чем слабость. Неприятная боль разрослась на щеке юного ангела, ангела, которого никто не хотел принимать, ангела, что отличался от других. У всех существ Селестии были белоснежные волосы, золотые глаза, с одинаковым мировозрение, что мир должен быть в гармонии, а не в справедливости, как считала Дамслетта. – Ты не должна помогать смертным, ты должна лишь следить за тем, что-бы никто не нарушал равновесие, – раздался холодный голос учителя. Мужчина, что был одним из жителей Селестии, прорычал эту фразу. Его густые, белые волосы были собраны в пучок, а такое же белое одеяние разлеталось под силой ветра. Наблюдая как ангел с тёмными волосами медленно поднималась, держась за левую щёку, его гнев усилился. Он не понимал как это слабое, отличающаяся от всех, существо, смогло вообще заиметь место в этом божественном месте. – Ты с самого детства была обузой для Селестии и баланса. Твоё невежество к работе омерзительно, Дамслетта. У ангелов не должно быть чувств, ты должна быть благодарна, что ты всё ещё не была испепелена волей богов. ~•~•~• Приоткрыв глаза, губы дамы поджались. У ангелов не должно быть чувств, она знала это, но не хотела принимать. Чувства - это слабость и не более того, это то, что мешает вершить правосудие. Каждый раз, когда она помогала слабым, наказывая обидчиков, она корила себя за эту эмпатию. Она не смертная, она не должна что либо чувствовать. Во всяком случае, её так заставили думать.. В конце концов, отстранившись от двери, бледная рука вытащила из-за пазухи связку ключей, дабы закрыть дверь, когда она выйдет. Последний раз оглянувшись на комнату, где сейчас находилась сошедшая, Субретка наконец покинула здание, заперев снаружи свой дом. ~•~•~• – Как проходят поиски чужеземки? - провозгласил голос взрослой дамы, смотря на пожилого мужчину. В тронном зале с каждым днём всё было более холоднее из-за нетерпения, а так-же негодования архонта. Пьеро находился на одном колене, склонив голову к полу, стоя пред Царицей, которая уже давно была осведомлена о "подвигах" Люмин. Ей хотелось лично поговорить с этой, везде прославившейся путешевенницей, что так отчаянно пыталась найти брата, руша все планы фатуи, замедляя их работу. Её бледные пальцы постукивали по подлокотнику, не понимая как даже одни из самых сильных её подданных, были не способны найти златовласку. Тем-же временем, по морщинестому лбу основателя предвестников стекали капли пота, осознавая что с каждым днём, он всё больше теряет терпение и доверие сия архонта Снежной. – Ваше величество, - наконец произнёс басовый голос, не смея приподнять взгляды к той, кого он сейчас разочаровывал, - все фатуи направлены на её поиски. Мы уже узнали что Пайм.. – Меня не интересует её питомец! - ударив кулаком по подлокотнику, перебила Царица мужчину, - Я начинаю разочаровываться в методах тренировок новобранцев, вашими предвестниками. Как можно было упустить такое знаменитое лицо? – Я понимаю ваш гнев, но позвольте договорить, Ваше высочество, - быстро проговорил Пьеро и дождавшись одобрительного знака рукой, тот продолжил, - как я уже сказал, Паймон осталась в Натлане. Пара наших агентов внимательно следят издалека за домом, где в последний раз видели путешественницу в Натлане. За всё это время, к её компаньону никто не вернулся, а зная былую славу о их неразлучном характере, я подозреваю что Люмин всё ещё в Снежной. – И почему же тогда её до сих пор не нашли несмотря на столь щедрое вознаграждение? - потребовала продолжения архонт, хмурясь. Приподняв свои глаза к Царице, тот издал фразу, которую сам не хотел принимать, но в данном случае это был единственный, возможно верный вариант. – Боюсь что кто-то из вышестоящих.. скрывает её. Постукивания пальцами прекратились, а глаза Царицы сузились, изучая лицо пожилого основателя, прежде чем она издала тихое "хм", обдумывая слова того. – Тогда разберись с этим. ~•~•~• В доме раздался стук в дверь, пока за окном начиналась холодная, сильная метель, заставляя и так давно погнувшиеся деревья, сгинаться ещё ниже, ломая еле живые ветви. Глаза златовласку раскрылись услышав стук, а все её внутренние чувства обострились как только она услышала это. Быстрым движением она поднялась с кровати, собираясь в любой момент прятаться в любое место, лишь бы не раскрыть себя и Колумбину, что наказала ей сидеть смирно и не выдавать своего местонахождение. Стук тем временем повторился, но в этот раз чуть громче. Человек по ту сторону двери словно знал, что в это время предвестница обычно находится дома. Путешественница уже запреметила шкаф, в который готова была запрыгнуть при случае внезапного захода незванного гостя, но словно предугадав её мысли, дверь отворилась и в дом зашло двое людей, ведь шагов было явно больше, чем на одного человека. За дверью раздались голоса и они оба были знакомы, словно.. Точно, это были третья и четвёртая предвестницы! В этот момент Люмин засомневалась что делать, но решила всё же не медлить, раскрыв шкаф, заполкзла в него, скрывшись от чужих глаз. В ту же секунду как дверь шкафа закрылась, отворилась дверь в комнату, а после секундное молчание. – Сошедшая? - немного раздражённо и в тоже время напряжно раздался голос Колумбины, начиная чуть-чуть беспокоится. Но почему она так открыто сказала это? Разве она не хочет скрыть от всех предвестников правду? Хотя тон не давал и возможности на отказ, из-за чего дверца шкафа открылась и Люмин выглянула из-за неё, взглянув в знакомые, прикрытые глаза предвестницы. За спиной невысокого ангела стояла сама Арлекино, со сложенными руками на груди. – Дамсл.. – Что ты там делала? - отрезала Колумбина, приподнимая бровь. Прежде чем Люмин успела что либо ответить, пока полностью выходила из места наполненного одеждой, Арлекино издала недовольный звук помотав головой. – И вот с тобой мы сражались, Люмин? Где твоё желание жить и быть независимой? Я тебя не узнаю. – Арлекино! Не меняй темы разговора, она на пути высшего исправления. Сошедшая погубила стольких агентов, ради малых благ. – На пути исправления? Это ты про то исправление, из-за которого тебя выгнали из Селестии? - опустив крестообразные глаза, уточнила саркастично четвёртая, на что сама Люмин резко подняла голову к Арлекино. В тот же момент в комнате словно похолодало. На мнгновенние казалось, что открывшиеся от немого гнева глаза Субертки прямо сейчас испепелят в буквальном и моральном смысле Арлекино, на которую старшая предвестница уставилась, но этого не случилось. Люмин же молча всё это время смотрела за спором двух.. подруг? Пока те обе умолкли, Люмин всё же решила на свой страх и риск, уточнить малую деталь их разговора. – Извините.. изгнали из Селестии? Зубы третьей слегка заскрипели и она не поворачиваясь к Люмин обратилась к младшей предвестнице, указав пальцем на Люмин. – Видишь до чего дошли твои слова? Я же просила ничего ей не рассказывать, Арлекино! Почему когда мы вдвоём, ты себя так не ведёшь? В ответ на протесты, крестоголазая дама лишь посмеялась, прикрыв свои губы, тёмной рукой, махая головой в стороны. Она мнгновенние молчала, прежде чем проигнорировать вопросы Колумбины, взглянув на Люмин. – Я удивлена что ты, вроде как божество из другого мира, не смогла справиться с нашей многоуважаемой Дамслеттой, я была большего о тебе мнения, путешевенница, - проговорила Арлекино вновь с лёгкой саркастичностью, пока Колумбина, впервые перед Люмин, не пыталась как-то огрызаться или запугнуть Арлекино, как обычно она поступала с златовлаской, - что-же касательно моего визита, я единственная кто знает о тебе, помимо Колумбины. И я бы хотела убедиться как в её, так и в твоей безопасности. Ангел молчала ещё несколько секунд, прежде чем наконец выдохнуть из лёгких накопившийся воздух. Закрыв свои глаза, Субретка приподняла руку в жесте повествования, слегка махая ладонью, стараясь объяснить. – Если-бы она не вступилась недавно на собрании за меня, возможно меня раскрыли раньше, чем Тарталья и Дотторе зашли к нам сегодня, - вскоре она словно о чем-то вспомнила и резко обернулась подняв бумажный, чуть-чуть промокший от снега пакет, протянув Люмин, - ах да, это твоя одежда. Я не стала брать парик, ведь эта новость сразу бы разлетелась по Снежной. Странно было бы то что предвестница ни с того, ни с сего решила его взять. Поэтому при заходе кого-то в мой дом, ты так и продолжаешь прятаться. Арлекино наблюдала за обменом со стороны, ещё несколько секунд смотря на них, когда вдруг её взгляд привлек огоньки в буре за окном. Отойдя от дворцы, она прищурила глаза, пытаясь сквозь метель разглядеть что происходит снаружи, но из-за расстояния это было почти невозможно, хотя в голове возникла идея что это. – Они увеличили патрули, - отозвалась между любезностями златовласки и третьей, Арлекино, - их стало в одном отряде по 8 человек, когда ранее было всего 4. Люмин держа перед собой новый свитер, резко повернула голову на голос, так-же как и Колумбина, но последняя сразу сорвалась с места, подходя к окну. Нахмурив брови, она показала какой-то знак рукой, Арлекино, словно прося к чему-то приготовиться, а после, четвёртая произнесла. – Укутайся, сейчас будет холодно, - отходя от окна, проговорила Арлекино. Сразу как последнее слово слетело с её губ, Дамслетта открыла окно и облакотилась на подоконник. Люмин пулей надела свитер, а после залезла под одеяло наблюдая за разворачивающися сценой. – Уж слишком близко потрули ходят.. - проговорила любительница одиночества, прежде чем приоткрыть рот, желая спеть свою любимую мелодию, набирая воздух, но.. Переживания не дали этого сделать, в душе она боялась за свою жизнь, за жизнь Арлекино и в конце концов, наверное, за жизнь Люмин. Пальцы вжались в подлокотник, а мысли не могли сосредоточиться на одной музыке, из-за чего мелодия звучала не так пугающе, а патруль, что ходил вокруг, да около, даже и не заметил страха, который обычно многие начинали испытывать после мелодий. У неё не было выбора. Люмин здесь опасно находится. Как-бы она не хотела её отпускать, ей придётся помочь покинуть Снежную и пригрозить что-бы она больше не связывалась с фатуи. – Бина? - увидев как ангел закрывает форточку, спросила Арлекино, подходя ближе, но прежде чем она успела что-то ещё сказать, Колумбин а произнеслая, игнорируя беспокойво Арлекино. – Люмин, тебе придётся уйти. Я проведу тебя до Натлана.