Restart

      Зима началась слишком внезапно. За сутки снега выпало больше, чем за весь декабрь. Грянули большие морозы. И вроде бы, надо бы радоваться, что Новый Год будет со снегом, по всем канонам, но некоторые жители Санкт-Петербурга довольны не были. Они, в общем-то, всегда недовольны: будь то снег, жара или проливные дожди. Даже если на землю к ним спустятся Боги, они найдут причину для недовольства.       Эва стояла на Университетской набережной уже три часа, пританцовывая от холода, но уходить совершенно не собиралась. Сегодня ей особенно повезло. Большого мороза не было, ветра тоже (ей безумно надоело получать в лицо «лёгкий бриз» из снега), было всего лишь два часа дня — разгар предпраздничного дня.       Все куда-то торопятся, суетятся, тащат огромные пакеты с подарками и едой. Время от времени на набережной появляются бесстрашные туристы, умело пробираются к сфинксам сквозь толпу на тротуаре.       Эва стоит в стороне, без интереса смотрит на новую порцию туристов. Экскурсионная группа с восторгом рассматривает величественные статуи, фотографируют с разных ракурсов, громко восхищаются. Эвтида грустно вздыхает, прячет озябшие руки в карманах оранжевого пуховика. Воспоминание о её собственной первой поездке в Петербург навевает на девушку грусть.       « Я, наверное, точно так же на всё реагировала» — думает Эва, на лице тут же расцветает улыбка.       Уже третья жизнь идёт с тех пор, как она впервые здесь была. Город меняется, не стоит на месте, а что-то остаётся вечным, неподвластным времени.       Сфинксы стоят на страже города.       Туристы всё так же раздражают местных жителей.       Эвтида каждый год встречает Рождество и Новый Год здесь. — Это для тебя. — кто-то на ломаном английском обратился к Эвтиде. Девушка из экскурсионной группы настойчиво предлагала стакан из кофейни. Бывшая шезму с благодарностью приняла согревающий напиток. Подарок подвернулся очень кстати, Эвтиде уже становилось холодно.       С этого момента Эве жить стало ещё веселее: к ней то и дело стали подходить люди, вручать стаканы с кофейными напитками и уходить, ничего не объясняя. Лишь уходили жутко довольными, будто им доставляло огромное удовольствие одаривать Эву, словно та была каким-то божеством. — Ты теперь достопримечательность Питера. — за спиной раздался довольный голос Мары. Эвтида от неожиданности подпрыгнула, чуть не роняя очередной стакан с кофе. Не выпитые напитки стояли на тротуаре, заставляя прохожих обходить стихийную инсталляцию, чтобы случайно не задеть. Мара выбрала самый большой стакан из стоящих на тротуаре у ног Эвы, открыла крышку. Сделала большой глоток, довольно улыбнулась. Карамельный латте. Интуиция не подвела, выбрала самый вкусный. — Один милый экскурсовод наплел туристам, что если тебя угостить кофе или чем-нибудь ещё, то в любовных делах будет успех. — Иронично. Ждущая третью жизнь подряд свою любовь должна даровать другим счастье в личной жизни. — Эва хмыкнула, отворачиваясь от Мары. На глаза навернулись слезы от обиды. Девушка быстро смахнула непрошенные слезинки. — Что, если мы никогда с ним не встретимся?       Мара ничего не ответила. Ей было жаль Эву, которая, наверняка, каждый раз плакала из-за неудавшихся новогодних каникул прошедших в полном одиночестве.       Никакие слова утешения здесь не помогут. Да и в целом, будут лишними. Эвтида слишком зациклилась на этой идее встретить Амена именно здесь. И даже если всё верно, место время встречи предопределено, Мара считала, что переживать каждый раз неудачу так горько точно не стоит. А Эва по-другому уже и не могла: в последние годы практически потеряла надежду на чудо, но несмотря на болезненный опыт прошлых лет, всё равно приезжала сюда, уверяя себя: в этот раз всё будет по другому. — Я к тебе тоже не с пустыми руками пришла, Эва. — Мара протягивает Эвтиде конверт. Эва с интересом рассматривает расписной конверт с сургучной печатью. — Билеты в театр. Мастер и Маргарита. Тебе нужно отвлечься. — Сильным ведьмам нужна помощь других в любовных делах? — Эва бросила на ведьму хитрый взгляд, ломая печать на конверте. — Почему билета два, а не один? — Не помешает и мне заручиться чьей-то поддержкой. — хохотнула зеленоглазая. — Важно верить. Даже такая глупость, как шутка экскурсовода может стать чем-то большим. Уверена, что кто-то благодаря тебе уже обрёл истинную любовь или на пути к ней... И, в общем-то, не важно, правда это или выдумка.... Боги, Эва, гляди! — Мара указала пальцем куда-то в толпу.       Эва вгляделась, сначала не понимая, что она должна увидеть. Стакан с остывшим кофе упал на тротуар, Эвтида потёрла рукой глаза, не веря собственному зрению.       Высокий мужчина в классическом пальто пробирался к сфинксам, расталкивая неторопливых прохожих локтями. В одной руке он сжимал небольшой букет синих роз в бумажной упаковке.       Эва застыла на месте, не в силах сделать шаг. Стоять девушка тоже не могла, ноги совершенно не держали от нахлынувших эмоций. Мара, что имела возможность подхватить под руку бывшую шезму, внезапно куда-то исчезла. Эвтида готова была свалиться наземь, но была подхвачена сильными руками за талию.       Букет синих роз упал к её ногам, Эва всхлипнула, не сдерживая слёзы. Амен улыбнулся, прижимая возлюбленную ближе. Поцеловал в обе щеки, убирая большими пальцами солёные дорожки. Осыпал нежными поцелуями всё лицо своей драгоценной любимой, пока та отчаянно цеплялась за его одежду руками, словно боялась, что он исчезнет. — Давно меня ждёшь? — не разрывая объятий прошептал на ухо Амен. — Всю жизнь. — Эвтида оставила поцелуй на скуле альбиноса. — Всю жизнь, Амен.