Олег. Без спирта. Без сигарет

      — Сколько лет, сколько зим, а? — добавил Стас, увлекая захваченного Олега к машине неподалеку вместе с подельником. — Не ждал тебя уже встретить, а ты — вот она! Ты, конечно, не жена, но зачем заставлять беременных нервничать, а, Оленька? Поехали!       Это он уже договаривал на заднем сидении бордовой иномарки. Олег сидел по центру, недобрым словом вспоминая Марию Леонидовну. «Все-таки связалась с ОПГ», — усмехнулся не по теме парень. Как будто криминальной матери с раздвоением личности и деда с сексуальным расстройством было мало.       — Стас, ты бы… — начал Перечинский.       Упомянутый схватил его за нижнюю челюсть и сжал щеки так, что выпятились губы.       — Потерпи, родная, мы из тебя такую конфетку сделаем — сама себя трахнешь.       — Регулярно этим занимаюсь, чего и тебе советую, — прогундосил Олег.       Стас резко разжал пятерню.       — Гнида белобрысая, — добавил. — Восемь лет от звонка до звонка… Если бы твой мент не вмешался, могли бы дать условку.       — И ты решил, что «маловато будет»? — заявил Перечинский.       — Тебе после сорок пятого хуя уже не будет это волновать, детка, — Стас взлохматил прическу Олега, но тот его остановил и присосался к губам похитителя.       — Зачем сорок пять, когда нужен только один? — громко прошептал.       Стас облизал губы.       — Я постараюсь быть в первой тройке, Оленька.       — Это так ты скрываешь свою гейскую натуру? — подначил захваченный. — Ради кого стараешься?       — Ради тебя, Оленька, — улыбнулся Кистенев. — Открытие новой для тебя дырки не за горами, а?       — Погоди, — замахал рукой Олег. — Ты реально видишь во мне девушку? Это абсурд.       — Абсурдом было все, что творилось вокруг тебя. А сейчас мы едем открывать тебе третий глаз. Раз в прошлый раз не получилось, — он обратил взгляд в окно.       Олег уставился на свои руки. Ему хотелось верить, что и в этот раз его спасут. Но время шло, машина сделала с десяток поворотов, сбрасывая хвост, в салоне стояла напряженная тишина.       — Здесь сверни.       Олега втолкнули в гараж, он едва не споткнулся.       — Тут подождешь, — сказал Кистенев, закрывая дверь и лишая этим Олега единственного источника света.       — Кистень, у нас же был другой план, — прозвучало из-за двери.       — Завали, а?       Оторванный от света и звуков, Олег стал мерить гараж шагами, напевая U2, пока не остановился и не присел в углу, даже не зная в каком. Мысли зависли на том дне, когда Стас привел его на заклание.       В тот раз вместо лучшего друга его встретил новый знакомый.       — А он только сказал, что у него срочные дела. И чтоб я подождал тебя.       — Сейчас я ему… — Олег достал сотовый, но Стас придержал его руку.       — Срочное дело — это потеря сотового, — уточнил Кистенев.- Или у вас все серьезно и вы сладкая парочка «Твикс»? Отчеты по звонкам, кто, кому, с кем?       Договаривал он уже на ходу, едва поспевая за Перечинским. Тот остановился.       — Ты че за мной таскаешься?       — Я же вижу: ты не в настроении, — пожал плечами спутник. — Давай сегодня я побуду твоим лучшим другом, твоим попугаем-неразлучником, а?       — Тебе-то че? — продолжил хмуриться Олег.       — Чем дальше, тем страшнее, — Стас ударил его по плечу. — Расслабься. Пошли в игровые автоматы. Я давно не играл в кораблики. Пошли, а? Мне мать пятихатку дала за «отлично» по матеше.       — Где эти автоматы? Их разве не запретили?       — Хуйни не говори, это казино запретили. А это — детский лепет. Но если тебе по душе взрослые игры… а? — он толкнул в плечо Олега, старательно идя с ним в ногу.       — Ага, и попасть в облаву. «Спасибо» мне дядя не скажет, — Перечинский потер шею.       — Детские так детские. Перед кем нам тут выебываться, а? Иди за мной.       Они доехали до конечной остановки автобуса и нашли в торговом центре зал, полный игровых автоматов.       — Жетоны на все! — положив купюру на стойку кассира, Стас посмотрел на Олега. — Добавишь, а?       Перечинский молча достал свою пятихатку из рюкзака.       — Вот! Другой разговор. Весь вечер — наш!       Они выбирали парные игры: баскетбольную сетку, мини-футбол, аэрохоккей, стрелялки, даже на машинки залезли, за что получили нагоняй от администраторши зала.       — Вот стремная карга, а? Мы же аккуратно, — цыкнул Стас.       — Пошли на танцпол?       — Спорю, я тебя опережу по очкам, — тут же загорелся Кистенев, двумя пальцами «пальнув» в спутника.       — Посмотрим, — улыбнулся Олег. После трех туров он смиренно опустил голову.       — А надо было верить на слово, — развел руками Стас.       — Новичкам не всегда везет, — философски заметил Олег, усаживаясь на лавку из кожзама.       — Значит будем чаще заходить, — подмигнул знакомый. — Как насчет перекусить, а?       — У меня диета. Гастрит, — Олег прикоснулся кулаком к солнечному сплетению. — Такую еду подают либо в больницах, либо в кафе «У Олега».       — Давай так. Я приглашаю тебя на вечеринку, которую организовывает мой друг на съемной хате. Потусишь с нами. Если не понравится — уйдешь, даже останавливать не буду. Если понравится — в следующий раз приглашу. Давай, а?       — Чет не. Мне и алкоголь нельзя, — пожал плечами Перечинский, глядя в лицо Стаса.       — Да какой алкоголь, мы все несовершеннолетние! — возмутился тот. — Дискач на всю улицу и секс во все горло!       Он прикрыл по завершению фразы рот ладонью.       — Кстати, ты девственник? Там будут такие девочки… у тебя не будет и шанса уйти оттуда необсосанным.       Стас продолжал улыбаться, только взгляд посерьезнел.       — Быть зацикленным на сексе в нашем возрасте — норма, — по-своему расценил это Олег. — Тебе повезет. Но не со мной.       Кистенев потер переносицу.       — Что ж, мне дали от ворот поворот. Вот досада, а? — Он горько улыбнулся. — Я понял, два раза повторять не надо. Но может, хотя бы компанию составишь, а?       — Пошли, — поднялся Олег, закинув на плечо лямку рюкзака. — В какую сторону?       — За мной.       Когда двое парней вышли на остановке, близкой к дому Олега, тот обрадовался. Когда Стас повел его к нужному двору, Перечинский удивился. А рядом с домом, где проходила тусовка, Олег взволновался. Рядом с квартирой, откуда доносилась музыка, он словил ступор. Вот она — квартира дяди. Напротив — та, где жил сам Олег с матерью. Это словно параллельные линии, которые все-таки пересеклись. Поразительно, но факт. Он сам не заметил, как вошел в ту самую прихожую, которую недавно убирал. Сам снял обувь, оставил рюкзак на свободном месте, вслед за Стасом прошел в зал.       — О-о! А вот и главное блюдо пожаловало! — воскликнул заросший волосами мужчина в одних штанах.       Олег дернулся и едва не уронил женщину, несшую блюдо с бешбармаком. Не ожидав руки на плече, дернулся второй раз.       — Да че ты дергаешься, дорогуша? — мужчина в белой рубашке сжал плечо сильнее, чем следовало при первой встрече. — Думаешь, мы про тебя?       Мужчины засмеялись. Олег осмотрелся. Куча пустых бутылок, белые дорожки на полках шкафа, полураздетые девушки… Это все чудом уместилось в знакомом зале. Заходить в спальню категорически не хотелось.       — Как тебя зовут, прелесть? — дыхнули справа в ухо алкогольным перегаром.       — Это Олег, — встрял Стас, кладя в рот мясо с листьями теста. — Прямо как по заказу.       — Олег?! — расхохотались окружающие. — Это что-то новенькое, — мимо проходившая девица оценивающе осмотрела новичка вечеринки. — Если это Олег, то я Владимир Ильич Ленин.       — Присоединяйся, Олег, — добродушно пригласил к блюду волосатый брюнет. — Голодным не отпустим. Уваж хозяйку.       Парень сел на диван под давлением второго мужчины. Дрожащей рукой взял тесто и разжевал, не чувствуя вкуса.       — Примерь-ка! — волосатый мужик набросил веревку на поднятые другим руки Олега. — Так повеселее будет.       В голове Перечинского никак не укладывалось, что это все происходит с ним.       — Отпустите, — прошептал он, дрожа от страха.       — Сопротивляйся, детка. Стас на тебе заработает больше, если ты покажешь свой характер, — волосач приподнял футболку Олега и приступил к ширинке его джинсов. — Люблю ломать таких лапочек. А может, тебе того и надо? Детка, ты выглядишь так, словно жаждешь, чтоб тебя съели. Кто там еще?       Это был звонок в дверь. Оперативникам СОПРа был оказан прием и кошмар наяву завершился. Но только для Олега. И то — временно.       И вот история повторилась.       — Почему все так зациклены на сексе? — для заполнения тишины произнес Перечинский. — Чуть что — сразу. Какие-то секс-маньяки на виагре, думающие не головой, а головкой.       Он рассмеялся. Это был очень одинокий звук.       — Реально как кит. Никто не слышит. Спертый воздух — как вода. Тут я и задохнусь в конце концов.

***

      Сергей нашел его лежащим на полу. Олегу показалось, что при свете дня он увидел ангела. Не ожидал от себя такой религиозности, с трудом отвлекся от созерцания своего спасителя. Егоров что-то спрашивал, Перечинский что-то бормотал, идя с рукой, перекинутой через плечо Сергея.       Его привезли в больницу. Олег оперся о плечо следователя, который то успокаивал, то костерил, то курил, то молчал. Из всего этого Олег понял, что все было запланировано, но никто не ожидал, что его запрут в гараже без вентиляции. И кстати, вот твой телефон, Олежа.       — Вы обещали мне рыбалку, — вздохнул парень. — И не соврали.       — Спи давай, — Сергей повернулся на заднее сидение своей иномарки, где полулежал Олег после врачебных манипуляций.       — Мария Леонидовна тоже в больнице.       — И правильно, пусть соседи по палате ее теперь выслушивают.       Проснулся Олег на стоянке полицейского участка. Стемнело. Нащупав в кармане сотовый, парень решил позвонить дяде и узнать свою дальнейшую судьбу: показания там, ночевка где…       Сергей ответил не сразу. У него был сонный голос.       — Да-да, сейчас поедем.       И не соврал — на стоянке появился через час. Олег уже поговорил с Анастасией и Артемом. Мать сообщил, что прибудет ближайшим рейсом, Друг как заведующий терапией обещал следить за Марией Леонидовной.       — Ну что, — Сергей стукнул по перчаткам, висевшим на зеркале заднего вида, — домой, что ли?       — Вы мою квартиру сдали Харону.       — Деньги на дороге не валяются.       — Мама скоро приедет, — Олег растер лицо ладонями, чтобы окончательно проснуться. — Как будете выпутываться?       — Выпутываться — это моя стихия, — выворачивая руль, ответил Сергей. — У меня дом большой, места всем хватит.       Перечинский некоторое время устало следил за машинами и подсвеченной рекламой за окном.       — И как тебе Харон? В твоем вкусе? — усмехнулся водитель.       — Вкус тут не при чем. Мужик как мужик. Таких полно. — Медленно размышлял Олег. — Раз мужик, то — мясо, мотоцикл, брутальная щетина. От него тестостероном так и прет. Не то, что от меня. Чувствую себя подделкой, да и то некудышной.       Он зевнул. Сергей своими мыслями не спешил делиться до самого металлического забора синего цвета.       — Олежа. За столько лет я многое передумал, переоценил, остепенился, — он остановил машину и заглушил мотор. — Я был не прав.       — Это не ваша вина. — Через силу пожал плечами Олег. — Бабушка мне рассказала про ваше прошлое.       Достав сигарету и зажигалку, Егоров затянулся.       — О чем речь?       — Я про кассеты.       — Что бы эта старая грымза ни думала, отец ничего со мной не делал. Кассеты я видел еще в детстве. Любопытный был. И мне стало интересно. А ты и рад был бензина подлить в мой интерес. Но теперь, — он вдохнул дым и выдохнул его остатки, — когда у меня самого дети, я готов вешать всех, кто посмотрит в сторону ребенка. Вот только сам себя осудить не могу.       — Вам не понравилось, — Олег сидел с полуоткрытыми глазами.       Сергей хмыкнул.       — Это не оправдание.       — И мне не понравилось.       — Поэтому ты решил устроить романтический ужин, — очередной затяг.       — Это все в прошлом, — Олег уронил голову на грудь и сжал руками колени.       — Пошли, — Егоров вышел из машины и открыл пассажирскую дверь.       Перечинский вылез на ватных ногах, держась за дверь. Отпустив ее, согнулся, чтобы упереться руками о колени. Машинная сигнализация послушно пискнула, когда Сергей хлопнул дверью и нажал на пульт.       Отворив дверь в заборе, Егоров зашел первый и попал в плен объятий кавказской овчарки. Пес решил его судьбу — быть облизанным.       — Герцог, место, — обтирая лицо рукой, дядя похлопал по спине собаку и та, не дождавшись нежностей от гостя хозяина, вернулась в добротную будку.       Во дворе помимо нее был газон, беседка, стоял мангал и скамья-качели. Внутреннюю сторону забора оплетал виноград, уже без плодов.       Сергей взошел на террасу, начал искать ключ в кармане.       — А где ваши…?       — У тещи, — Сергей открыл входную дверь. — Заходи. И не злись на своих родственников. Нас не выбирают.