Be my problem

Нил скучающе выдохнул, отпивая немного виски в своём стакане. Взглядом скользнул по помещению клуба, уже довольно привычным действием выискивая своих Лисов. Ники весело двигался на танцполе, казалось, вовсе забывая про окружающих людей и любые правила приличия на пьяную голову. Аарон и Кевин что-то обсуждали неподалёку, опёршись спинами о барную стойку скраю. Возможно, ждали момента, когда Роланд организует им новые напитки. Остальная часть команды ехать праздновать очередную выигрышную игру отказалась. Элисон, Мэтт, Рене и Дэн благополучно выпустились из университета Пальметто, так что на некоторое привыкание к новому составу команды требовалось время. Нил был уже на третьем курсе, а всё ещё жутко скучал по этим ребятам, хотя они и поддерживали связь. И он бессменно болел за них в каждом турнире. Ехать сюда для ответственного капитана без другой части коллектива, может, было и не совсем профессионально, но ему хотелось банально отдохнуть в старой доброй компании и вспомнить прошедшие времена. В конце концов, именно в «Райских сумерках» Нил некогда узнал довольно важную для их взаимоотношений с Эндрю информацию. К слову, об этом. — Вы не видели, куда делся Эндрю? — Нил, ловко огибая толпу, переметнулся к Аарону и Кевину. Кевин бросил на него короткий затуманенный взгляд, рассеянно пожимая плечами. В местонахождении Эндрю сейчас интереса для него никакого не существовало. Не удивительно. Дэй был достаточно недоволен недавней игрой, пускай та и завершилась их победой, поэтому сейчас позволял себе благополучно запивать упадническое настроение спиртным, дабы потом в понедельник благополучно извергнуть своё недовольство на всю команду и загонять на тренировках. Нил доверял Кевину в эффективности его методов и зачастую не вмешивался, пока тот не переходил определённую черту. — Говорил, что пойдёт перекурить. Вроде как. — Аарон сделал ещё один глоток какого-то своего напитка, скрестив руки на груди. Он стоял близко до такой степени, чтобы иметь возможность прижиматься к плечу Кевина своим. Скорее всего, незаметно старался придерживать на всякий случай. Неизвестно, насколько окажутся функционирующими способности Дэя контролировать собственное тело после выпитого. — Вроде как... — задумчиво повторил Нил и резко оглянулся. Практически моментально получилось поймать пристальный взгляд тёмных карих глаз на себе. Этот взгляд Нил узнал бы из тысячи. Даже если бы Эндрю Миньярд был среди сотни людей в одинаковых оранжевых футболках, Джостен выцепил бы его из толпы, непременно. Почти что сразу же, без каких-либо промедлений. На уровне чистой интуиции и необъяснимой тяги. Глупая мысль, но всё же. — Всё в порядке. Я уже нашёл. — Нил подавил в себе желание улыбнуться и потянуть момент ещё немного, потому что ему действительно нравилось просто смотреть на Эндрю. — Ты что-то сказал? — Аарон, похоже, не вдавался в суть разговора, больше сконцентрировавшись на состоянии Кевина рядом, который представлял собой вполне реальную угрозу свалиться на него. Аарон фыркнул, слегка грубо толкнув локтем Кевина под рёбра. Тот поморщился, нахмурившись от секундных дискомфортных ощущений. Нил махнул рукой, отставил стакан с недопитым виски на какой-то ближайший стол и двинулся к своему не совсем парню. Ему нравилось называть Миньярда своим парнем, однако никогда подобное вслух не произносил. Исключительно в мыслях. Они оба всё понимали и оба решительно не собирались растрачивать время на лишние ненужные уточняющие слова. Время было друг для друга, именно на это и тратилось. Их «ты мой» в ненавязчивых, аккуратных прикосновениях. В молчаливом физическом присутствии в сложные моменты и до боли привычной тяжести чужого тела на одной кровати. В их «я хочу, чтобы ты остался» и абсолютно неискреннем «я тебя ненавижу». Да, они правда друг друга ненавидят больше, чем кто-либо. Никто не был способен испытывать чувства к Эндрю сильнее, чем это делал Нил. Никто не был способен испытывать чувства к Нилу сильнее, чем это делал Эндрю. — Ты же собирался перекурить, нет? — Нил любопытно прислонился спиной к стене рядом с Миньярдом, повернув голову в его сторону. — Перехотел. — коротко ответил он, мазнув взглядом по Аарону, Ники и Кевину, найдя каждого за считанные секунды. Парни больше не нуждались в защите, но Эндрю по-прежнему за ними присматривал на всякий случай. Забота от него порой жестокая, грубая и радикальная. Её нужно уметь видеть и уметь принимать. Нил научился. У них мало по-настоящему важных разговоров. Чаще всего они не находили необходимость в различных словах и пояснениях. Иногда хватало одного взгляда на лицо Эндрю, чтобы понять, что что-то не так. Бывало, хватало одного прикосновения к Джостену, чтобы понять, как он чертовски устал и хочет просто наконец-то отпустить себя и расслабиться. Миньярд никогда не скажет в голос, каким ужасно сладостным ядом под его кожей каждый раз растекалось необъяснимое удовлетворение безграничным доверием от Нила. Раньше тянуло вырезать подобные чувства, избавиться от остатков эмоций и сделать вид, что ничего не происходило. Со временем подобное желание исчезло окончательно. Когда Эндрю на ранних стадиях встретился с Нилом, в голове в тот момент проскользнула чёткая мысль: «Это может стать проблемой». Что же, стоило признать, что Эндрю ни на секунду не ошибался. Нил одна сплошная ходячая проблема и головная боль. Ещё где-то год назад происходили разные метания. От жажды, чтобы всё это оказалось глупой галлюцинацией от таблеток, до рвения сжать в руках блядского Джостена так крепко, чтобы удостовериться окончательно, что это не мираж. Блядского Джостена, пробравшегося ему под кожу с удивительной скоростью и успехом. Нил всегда был падок на ебучие достижения. — Пойдём на свежий воздух? — предложил Нил, прикусив нижнюю губу, и Эндрю просто кивнул после длительной паузы. Его руки всегда сводили Нила с ума. Язык, проскальзывающий в рот с оттеночным привкусом напористости, тоже. Нил запустил пальцы в растрёпанные светлые локоны, откинувшись на заднее сиденье дорогой Мазерати. Слабо сжал жёсткие пряди, издав тихий приглушённый стон от того, как Эндрю запустил горячие, чуть мозолистые ладони ему под футболку. Нил чувствовал, как оглаживали спину, обводили подушечками пальцев потёртости шрамов и слегка царапали нежную кожу короткими ногтями, будучи готовыми стянуть к чёрту верхнюю одежду прямо в этой машине. Эндрю целовал именно так, как им всегда нравилось. Грубо, с нескрываемым рвением, настойчиво. Проталкивал язык в чужой податливо приоткрытый рот, сплетался с другим и мажущими движениями проходился по нёбу и ровному ряду зубов. Буквально подначивал выгибаться ближе, навстречу обжигающим прикосновениям, потому что у Нила всегда отсутствовал инстинкт самосохранения. Его всегда тянуло получить множество невидимых желанных ожогов от прикосновений Миньярда. Просто по причине того, что это делал именно Эндрю. — Дрю... — выдохнул Джостен, прижимаясь губами к изгибу бледной шеи, опаляя её жаром собственного сбитого дыхания. — Пошёл нахуй. — выдавил негромко Эндрю, не в силах нормально продемонстрировать холодное недовольство от озвученного прозвища, ибо шея всегда была той слабостью, которой он позволял Нилу пользоваться. Нил не смог сдержаться от улыбки, проводя кончиком языка по красноватому следу на шее Эндрю, оставленному собственноручно мгновение назад. Мягко, чтобы не сделать дискомфортно, прикусил кожу зубами, после чего принялся неспешно зацеловывать то же место, свободно скользя губами по горлу. Миньярд что-то неразборчиво ворчал, однако поддавался ласке, позволяя Нилу немного своевольничества. Это было бесценно. Джостен делал только то, что ему позволяли делать. Наслаждался абсолютно каждой подобной возможностью. Он слабо надавил пальцами на затылок Эндрю, вжимаясь очередным влажным поцелуем в шею, вырывая из уст партнёра сдавленный вдох. Смешок благополучно заглушили поцелуем. По торсу пробежался холодок — футболку задрали до груди. Нил провёл подушечкой большого пальца по загривку Эндрю, опустив вторую руку на крепкие плечи. Изо рта вылетел тихий стон прямо в губы Миньярда. Возможно, с течением времени Джостен ловил себя на мысли, что каждый раз становился ещё чувствительнее. Остро желал ощутить эти руки на собственном теле и довольствовался любой предоставленной близостью, даже в тех ситуациях, когда дальше поцелуев не заходило. Ему не был необходим какой-либо сексуальный контакт или разрядка тела. Ему был необходим сам Эндрю. Его поцелуи и касания выбивали из головы все ненужные мысли, оставляя лишь лёгкую сладковатую дымку, растекающуюся по венам прямиком в горячо бьющееся сердце. — Нам нужно их... Мхм... Нам нужно их забрать. Кевин и Ники совсем в стельку. Подозреваю, Аарон не далеко ушёл. — Нил облизнул покрасневшие губы, смотря голубыми глазами на Эндрю, на лице которого не дрогнул ни единый мускул. Нил заметил, как пальцы на собственной талии сжались чуть крепче на несколько секунд. Этого стало вполне достаточно, чтобы почувствовать ускорившийся пульс. Нил понимал, что Эндрю не хотел отпускать его настолько же сильно, как и он сам. Кожаное сиденье автомобиля тихо скрипнуло и зашуршало, когда парни начали перемещаться поудобнее и пытаться спокойно выбраться наружу. В сознании всё ещё не появлялось никакой нормальной и рациональной мысли. Полная приятная пустота. Ноги стали слегка ватными и еле справлялись с задачей держать тушу обладателя. Нил пригладил ладонью растрёпанные рыжие волосы, вдыхая полной грудью свежий ночной воздух. Эндрю пару раз хрустнул пальцами, сверля взглядом здание клуба. Словно прикидывал в уме, насколько самостоятельные их мальчики. Доберутся ли домой без посторонней помощи. Разумеется, очень вряд ли. Особенно в откровенно бухом состоянии. — В квартиру в Колумбии? — спросил Нил, заходя в клуб в поисках Лисов. Эндрю промолчал и без лишних комментариев двинулся забирать Ники с барной стойки, что уже вполне могло сойти за положительный ответ. Хэммик был почему-то топлес, залпом опрокидывая в себя коктейль. Аарон стоял рядом и записывал видео, умудряясь надёжно стоять на своих двух, хотя периодически заметно покачивался. Видимо, собирался показать кузену его приключения на следующее утро. Чтобы сверху с похмельем добить. Нил уверен, что тут успели застать немало занимательного материала, пока они с Эндрю отлучались. Затолкать компанию пьяных парней оказалось не такой сложной задачей, если достать нож и приставить к горлу. Какой-никакой, а инстинкт выживания срабатывал. Ники в один момент попросил открыть окно, перевалился через него и блеванул прямо в дороге. Аарон поморщился, предпочитая прислониться к Кевину, который, пускай и вонял перегаром за километр, хотя бы не опровергал содержимое желудка. Нил поглядывал назад, стараясь контролировать ситуацию. Эндрю спокойно вёл машину, иногда специально надавливая на гудок, чтобы приободрить Лисов на пассажирских сиденьях. Нил и сам от неожиданности пару раз вздрогнул, однако ничего против не произнёс. Припарковавшись поудобнее, всей разношёрстной компанией потребовалось подняться в квартиру. Кевин едва не запутался в собственных ногах и не покатился вниз. Нил вовремя схватил его под руки, наблюдая, как Эндрю впереди совершенно спокойно тащил Аарона и Ники. Причём второй ещё в таком состоянии умудрялся шутить нечленораздельные шутки и посмеиваться, попутно икая. Представить страшно, с каким успехом на утро у этих горе-победителей будет раскалываться черепная коробка. Ники сбросили спать на диван, свесив руку вниз. Его сумка осталась валяться у подножия, падая на пол. Аарона и Кевина швырнули на кровать, довольно небрежно, что не помешало им продолжать дрыхнуть, не потрудившись даже как минимум стянуть обувь. На следующее утро всем коллективно нужно будет принять душ и желательно переодеться в новую чистую одежду по приезде в Пальметто. Нил покачал головой, со скрещенными на груди руками смотря за тем, как Эндрю по каким-то своим причинам взялся рыться в сумке спящего кузена. Ловкие пальцы вытащили из внутреннего небольшого кармана несколько розовых квадратиков презервативов и тюбик смазки с клубничным вкусом. Миньярд скептически приподнял бровь, оглядывая в наглую сворованный ассортимент, а Нил еле сдержался, чтобы не выдать парочку комментариев на грани смеха в голос, так как не хотелось будить товарищей по команде. Эндрю тихо вздохнул, решив, что и так вполне сойдёт, после чего двинулся в другую комнату, не удосужившись обернуться. Не было необходимости. Прекрасно ведь знал, что Джостен тут же без каких-либо промедлений последует за ним, выбросив из головы возможные будущие последствия сегодняшней пьянки. Так иногда случалось. Стоило ему переключить внимание на Эндрю — автоматически становилось спокойнее и появлялось призрачное ощущение безопасности. Дверь закрылась на замок. Карие глаза, переливающиеся оттенками тёмного горького шоколада в полумраке комнаты, переместились на выражение лица Нила, который поглядывал назад, о чём-то размышляя. Периодически буквально остро требовалось заткнуть рот того поцелуем или чем-нибудь ещё, чтобы перестал слишком много мыслей прокручивать в своей бесполезной головушке. Бесполезной, думал Эндрю, потому что в конечном итоге всё равно умудрялась влезать в дерьмо. — Надеюсь, мы их не разбудим. — Нил хмыкнул, присаживаясь на край двуспальной кровати с тёмным постельным бельём. За окном выглянула луна, заливая серебристым оттенком мебель в комнате. И заодно блондинистые волосы Миньярда. Серебро сверкало там, где по ассоциациям и виду должно быть золото. Мягкие золотистые блики всегда мелькали в карих, словно густой сладкий кофе, глазах, в светлых, капельку вьющихся на концах локонах. А сейчас выигрывал другой вид ценной руды. Нил понятия не имел, почему вообще вдруг переключился на подобные рассуждения, но Эндрю Миньярд всегда влиял на него удивительным образом. — Прекрати. — спокойно сказал он, подходя ближе. Колено плавно упёрлось в кровать между ног Нила. Пожалуй, данное положение в некотором роде компенсировало разницу в росте. — Я ничего не делаю. — ответил ровным тоном, несмотря на рвущуюся на лицо усмешку. — Ты пялишься. — Разве? Джостен немного приподнял голову, когда пальцы Эндрю коснулись его щеки, на которой остались посветлевшие участки в виде полосок шрамов. Определённое время ему было невероятно сложно смотреть на себя в зеркало и видеть более молодую копию отца, к тому же с дополнительными отвратительными повреждениями. Люди, не привыкшие тогда к такому зрелищу, часто оглядывались. Бывало, летели не совсем корректные вопросы от тех, кто не в курсе ситуации или кто не интересовался спортом, а просто возомнил себя хорошим человеком, имеющим право совать нос в дела посторонних. Даже члены команды поначалу не сразу привыкли и смогли обыденно реагировать на новый внешний вид Нила. Точнее, на то, что с ним сделала Лола. Не изменился только взгляд Эндрю. Он продолжал смотреть с тем же успокаивающим напускным безразличием. Невозмутимо помогал накладывать повязки и практически никак не комментировал. Рядом с ним Нил ярче всего ощущал себя именно Нилом Джостеном. Тем, кем он безоговорочно являлся сейчас. И будет до последнего своего вздоха. — Ты правда настолько тупой или прикидываешься? — Миньярд не отрывал взгляд от лица своего парня, скользнув кончиками пальцев вдоль скулы. Затем перехватил за подбородок, заставляя выстроить плотный зрительный контакт. Большим слегка надавил на нижнюю губу. Нилу потребовалось где-то полминуты, чтобы вернуть себе возможность более-менее адекватно функционировать и вести беседы. Ему нравилось, когда Эндрю так на него смотрел. Казалось, что спокойно и безэмоционально, а на деле не мог отвлечься на что-нибудь другое, пожирал глазами каждую частичку, пускай уже и давно выученную наизусть, — серьёзно, Нил мог поспорить, что Эндрю знал точное количество всех шрамов и родинок на его теле — прижимался пальцами к коже и старался не выдавать напряжения в незаметно чуть сжатой челюсти. — А ты правда хочешь, чтобы я прекратил? — Нил выгнул бровь с долей вызова. У него отсутствовал инстинкт самосохранения всегда. В эту секунду тем более. Эндрю наклонился, вгрызаясь в припухлые, покрасневшие губы поцелуем, выдохнув предварительно нечто неразборчивое и раздражённое. Мелочь, а Нил уже рад становиться причиной хотя бы мизерного проявления его эмоций. Руки ненавязчиво коснулись плеч и, не получив никакого сопротивления, переместились к лопаткам, притягивая ближе, однако оставляя между телами маленькую необходимую дистанцию. Они давно прошли этап с изучением друг друга, иногда у Эндрю появлялось настроение позволить Нилу большее, чем просто путаться в светлых волосах и получать удовольствие, но вначале с таким лучше вести себя поосторожнее. Нил никогда не пускал ситуацию на самотёк и старался не нарушать границы комфорта Миньярда, пока ему самостоятельно не позволяли. Невозможно игнорировать тот факт, что Эндрю нравилась в нём эта черта. Джостен не слышал подобного напрямую, просто чувствовал на тонком подсознательном уровне, побуждая в грудной клетке разливаться приятное тепло. Нил опустился спиной на кровать, приоткрывая рот, чтобы язык Эндрю скользнул внутрь, тут же столкнувшись с другим. От поцелуев с ним всегда перехватывало дыхание во всех существующих смыслах. Миньярд целовал так, словно мягко присваивал, скорее невольно подталкивая становиться податливым и абсолютно не функционирующим созданием. Конечности делались ватными, неуправляемыми. Нил шумно втянул воздух носом, выгнувшись в спине, когда чужая ладонь прижалась к обнажённой пояснице из-за задравшегося края футболки. Ресницы слабо подрагивали от нахлынувшего жара, отразившегося на щеках едва заметным покраснением. — Да или нет? — выдохнул Эндрю в губы. Его голос слышался слегка хрипло и ниже обычного. Нил понимал, почему тот это спрашивал. С течением времени вопросы такого характера всплывали несколько реже, ибо Нил явно дал понять, что не собирается отвечать отказом. Никогда. Сейчас ситуация другая. С намёком на продолжение. То, к чему они не могли дойти длительный период. Джостен никогда не настаивал и не подгонял, а Миньярд осваивался и привыкал к ощущению того, что ему не сделают неприятно и не пойдут против воли. Привыкал к тому, что он действительно безумно дорог и важен конкретному, не менее дорогому человеку. Что его эмоции, безуспешно скрываемые за маской полного безразличия, по-настоящему учитываются и важны. Эндрю не пустое место, не вещь, которой можно воспользоваться. Эндрю самый потрясающий человек для Нила. Именно это он каждый раз старательно демонстрирует. — С тобой всегда да. — Нил улыбнулся, мазнув губами прямо под челюстью Эндрю. Голубизна глаз переливалась лёгкой хитринкой. Влажные губы метнулись ниже, задели дёрнувшийся кадык от сглатывания скопившейся в горле слюны. Потом принялись слабо посасывать рядом, не образовывая никаких меток, но однозначно желая. Эндрю тяжело вздохнул, на мгновение прикрыв веки, потому что Нил неисправимый идиот. — Я уже говорил. Твой фетиш с шеей нихуя не сексуальный. — Миньярд фыркнул, вдавливая кулак в кровать, когда Джостен взялся за плечи немного надёжнее и совсем ласково прикусил зубами надплечье, мазнув кончиком языка полукруглый блеклый след. — Тебе нравится. А если нравится тебе, то нравится и мне. По-моему, всё честно. — Нил припал улыбающимся ртом к основанию горла, задевая чёткий росчерк ключиц. — Двести пятьдесят один процент. Почти двести пятьдесят два. — Ты так и не научился убедительно врать. Джостен, похоже, именно такой реакции и добивался, потому что вполне удовлетворённо мыкнул, заткнувшись от очередного грубого поцелуя. Ладонь неспешно скользнула под его футболку, выбивая короткий вздох из приоткрытых уст, который заглушился поцелуем. Нил форсированно притянул Эндрю к себе ближе, буквально впиваясь в излюбленные губы, и выгнулся в пояснице навстречу прикосновениям. Сразу давал понять Эндрю, что можно уверенно продолжать, покуда в его голове не появились новые мысли о прекращении. Боги, Нил не хотел останавливаться, совершенно нет. Любой контакт, подаренный Миньярдом, всегда казался безоговорочно желанным и востребованным. Нил шумно втянул воздух носом, податливо поднимая руки вверх и немного приподнимаясь, с целью помочь стянуть с себя верхнюю одежду. Сейчас уже не было той небольшой грани, когда обнажённые тела оставались неким триггером. Только с течением времени Джостен смог заслужить достаточно доверия Эндрю, чтобы тоже поизучать, поучаствовать в процессе и в конце концов увидеть рельефное тело с мышцами, от чего в первые разы с непривычки голова кружилась, а к щекам прилегала краска. Эндрю в свою очередь вполне хорошо заверил неизменным спокойным взглядом, что тело Нила не начало отталкивать или преобладать более отвратительные черты, учитывая прибавившееся количество повреждений. Ему нравилось ощущать себя таким же желанным и привлекательным под прицелом поглощающих целиком глаз Эндрю, родных ладоней на своей фигуре. Миньярд, на самом деле, всегда испытывал эмоции, просто прятал их, закрываясь каменной холодной стеной безразличия. И Нил искренне радовался и улыбался каждый раз, когда удавалось вдохновить Эндрю их приоткрыть, сдвинув баррикады в качестве исключения. Нил самая главная проблема и единственное исключение из любых правил. Эндрю спустился ниже, касаясь губами шрамов на плечах и груди. Взгляда от выражения лица не отрывал, тщательно отслеживая даже минимальную реакцию. Поцелуи скользили по бледной от заживших ранений коже, вызывая лёгкую дрожь в ногах. Языком обвёл затвердевший сосок, нарочито медленно перекатывая розоватую чувствительную плоть. Нил хрипло выдохнул, разводя ноги чуть шире. Рыжие вьющиеся локоны растрепались, спадая на глаза и лицо, также рассыпаясь по наволочке подушки. Пришлось закусить нижнюю губу, лишь бы не создавать слышных звуков уже в самом начале. Под влиянием Эндрю, особенно в подобных ситуациях, он постоянно становился расплывчатым существом на обмякших конечностях. Серьёзно, создавалось впечатление, что каждая частичка тела подстраивалась под ласки Эндрю. Идеально подходила под его руки, губы, взгляд. Нил не мог сопротивляться таким порывам, и, если честно, определённо ни капли не хотел. — Придурки так напились, что их ничего не разбудит сегодняшней ночью. Можешь не париться. — как бы невзначай бросил Миньярд, посасывая участок ближе к рёбрам, перекрывая какую-то маленькую царапину красноватым засосом. Джостен улыбнулся, подумав, что Эндрю специально пытался успокоить, чтобы слышать всё полноценно. Тот часто говорил не открывать рот, не создавать проблем, не раздражать и не лезть, куда не просят. Но Нил знал, прекрасно знал, что Эндрю буквально упивался его голосом и разговорчиками. Миньярд вообще довольно противоречивый человек. Шептать слова о ненависти и так трепетно касаться — вещи такие парадоксальные, что крышу сносило до сих пор. Штаны небрежно отлетели куда-то на пол. Никто из них, честно, не отслеживал, куда именно девается одежда и в какой момент. Им просто нравилось ощущать контакт кожи с кожей, как жар дыхания смешивался между собой, языки скользящими ласками проходились по губам. Нил вплёл пальцы в растрёпанные золотистые локоны, залитые серебром и полумраком, после чего подтянулся поудобнее. — Можно тебе отсосать? — выдохнул в самое ухо, лукаво улыбнувшись и ненавязчиво коснувшись кончиками пальцев края чужих боксёр. Нил услышал, как Эндрю судорожно втянул воздух носом, пока аккуратно прижался губами к плечу, покрывая лёгкими поцелуями. Он всегда позволял Эндрю касаться себя всяческими способами, однако сам свои хотелки по отношению к нему исполнял исключительно осторожно и с разрешения. Не хотел принести дискомфорт и хоть немного напомнить прошлый опыт. — Да. Джостен был готов кончить от этого чёртового одного слова. И тона, которым Миньярд произнёс разрешение. Хриплый, низкий, слегка дрожащий, ибо очередной поцелуй пришёлся на шею. Нил не сдержался, уткнувшись носом в запятнанную кожу, глубоко вдохнув её аромат полной грудью. Всё в Эндрю сводило с ума. Начиная голосом, заканчивая запахом. Нил терпеливо подождал, пока Эндрю переместится к подушкам, опёршись на них спиной в расслабленной, больше сидячей позе. Также неспешно стянул нижнее бельё, наткнувшись взглядом на возбуждённый орган, истекающий природной смазкой и прижимающийся к животу. Головка налилась красноватым цветом, поблёскивая от выделений. Нил тихо сглотнул, облизнув пересохшие губы. Не сказать, что ему нравился вкус или ощущение члена во рту. Но ему нравилось осознание, что Миньярд так завёлся из-за него. Нравилось чувствовать и наблюдать, что самому близкому человеку приятно. Нравилось доставлять ему наслаждение и вызывать сиплые стоны. — У тебя самого такой между ног болтается. Харе пялиться, будто впервые видишь. — Эндрю практически был готов закатить глаза. Нил не хватался за его ноги. Просто наклонился ближе, медленно проводя широким движением языка вдоль ствола и оставив несколько влажных поцелуев. Голубые глаза переливались от нескрываемого обожания и безграничного доверия. Эндрю почти осязаемо ощущал это и чуть ли не задыхался. Во всяком случае, сердце в груди забилось с бешеной скоростью. — Ты потрясающий. Везде. Включая член. — Нил пропустил негромкий смешок, обжигая чувствительную плоть у своего рта пылким дыханием. Он приоткрыл губы, посасывая верхнюю кожицу на кончике, слизывая обильные капли предэякулята. Ему нравилось совсем чуточку подразнить, смотря за тем, как Эндрю потихоньку терял самообладание и терпение. Как челюсть стискивалась, кожа покрывалась красными пятнами, а дыхание учащалось. Нил не мог оторваться, чтобы что-то сказать, но в мыслях крутилось только то, насколько Эндрю действительно поразителен. И не соврал ведь, что везде. Вкус смазки не самый приятный, зато очень даже можно привыкнуть. Втянуться, так сказать. Ну или втянуть губами головку, перекатывая языком. Нил, похоже, выбрал именно эту тактику. Скользнул ртом ниже, захватывая больше. Взгляд от лица своего парня отрывать не желал, довольствуясь любыми намёками на эмоции. Судя по сжатым на простыне пальцам, справлялся он вполне неплохо. В таких условиях невозможно не продолжать. Джостен прикрыл пушистые ресницы, издав приглушённый гортанный стон, и обхватил губами напряжённый член, доходя уже до середины. Языком скользил по набухшим венам, вылизывая достаточно тщательно, дабы доставить удовольствие. Эндрю хмыкнул непонимающе, уловив ушами звук, по сути, без причины, но думать про это забыл, когда Нил принялся посасывать, стараясь оставаться в здравом рассудке. Нужно иметь возможность остановиться, если его об этом попросят. Эндрю настолько (не)искренне ненавидел эту очаровательную заботливую черту, что едва сдерживался от желания толкнуться тазом навстречу, прижать к себе ближе и исцеловать до алых, опухших губ. До головокружения и слабости в теле. Нил немного остановился, уткнувшись носом в низ живота. Не занимался ведь подобным каждый день, поэтому требовалось влиться и подавить слабый рвотный рефлекс, когда верхушка эрекции упёрлась в стенки горла. Он приподнял голову, скользнув горячими губами вдоль пульсирующей плоти, и опустился обратно, набирая определённый темп. Старался не трогать зубами, всячески подключая к общим ласкам язык. Двигался относительно уверенно, периодически набирая обороты, а периодически наоборот сбавляя, не давая привыкнуть к одному конкретному алгоритму движений. Вызывал постоянно исключительно острые впечатления. Ему часто доводилось наблюдать, как это делал для него Эндрю, так что в их первый подобный раз с ответной лаской Джостен примерно догадывался, как нужно делать. Схватывал всегда на лету. — Хватит... — процедил сквозь зубы Миньярд, отводя голову в бок. Всё же вырвался довольно шумный стон. Нил приподнялся обратно, послушно выпустив член. Эндрю оставалось немного, чтобы прийти к разрядке. Он не хотел кончать прямо в рот, поэтому попросил остановиться. Не сказать, что Нил сильно хотел отвлекаться, но пожелание без препинаний исполнил, обхватив возбуждённый орган рукой. Парочки рывков стало достаточно. Нил воспользовался влажными салфетками, оставив на торсе партнёра несколько мягких поцелуев. В целом, ему настолько понравилась перспектива довести до пика Эндрю, что как-то не получилось обратить должное внимание на собственное тело. Поэтому удивлённо вздохнул, когда заметил, что у самого стояк просто каменный, явно требующий к себе внимания. Джостен стыдливо закусил нижнюю губу. — Иди ко мне. — Эндрю перестроился поудобнее, похлопав по своим коленям. Нил кивнул и стянул с себя боксёры, аккуратно ретируясь на любезно предоставленные колени. Правда старался сильно не обхватывать шею Эндрю и не дёргать за волоски, но руки того прижались к его бёдрам, размашисто оглаживая, подначивая прогнуться в спине, прислонившись грудью к груди. Нил непроизвольно хнычаще выдохнул, подстраиваясь под приятные прикосновения, пока сам пытался не обвиваться крепко руками на плечах Миньярда. Лицом зарылся в шею, жарко дыша в неё, из-за чего вызвал очередную порцию мурашек. — Эндрю, боже, сделай... — Нил прервался стоном, почувствовав мимолётное прикосновение пальцев к своей изнывающей плоти. — Не преувеличивай. Богом меня называть уже перебор. Ещё и язвить умудрился. Нил тут разваливался на кусочки, подталкивая бёдра под руки Эндрю, а этот чертяка издевался в добавок. Ему бы даже хотелось приподнять голову и взглянуть на возможную появившуюся на привлекательном лице однобокую ухмылку, но в этот момент кулак сжался на эрекции, вынудив невольно толкнуться бёдрами в мучительно дразнящую ладонь. Нил несдержанно простонал, зажмурившись до ярких пятен на тёмной завесе перед глазами. Эндрю сдвинулся с места, проводя широким движением вдоль всего стояка, размазывая вытекающий предэякулят. — Эй? Ты как? — Миньярд слегка изогнул бровь, потому что Нил внезапно замер на его коленях, не подавая признаков прежней активности. Тело пробила внезапная дрожь. С уст вырывался шумный всхлип. Эндрю уже собрался было остановиться и выяснить, в чём дело, ибо потихоньку нарастала внутренняя тревога, заполняя сомнениями черепную коробку, как неожиданно почувствовал стекающие вязкие дорожки по собственной руке. Джостен кончил буквально от пары прикосновений. Нил опустил голову на плечо Эндрю, тяжело выдыхая, растекаясь, словно неконтролируемая лужица. Первоначально не удавалось обратить внимание на произошедший казус. Только потом всё же приходило постепенно осознание, из-за чего щёки покрылись румянцем. Кончил, будто подросток в разгаре пубертата, серьёзно. — Я не знаю, как это получилось. И определённо не хочу услышать комментарии по этому поводу. — выдавил Нил, стыдливо наблюдая, как Миньярд вытирал ладонь от выделений. — Ладно. — Правда? — Конечно, Мистер-Скорострел-Джостен — невозмутимо бросил Эндрю. Нил протяжно вздохнул, закрывая лицо рукой. — Ты невыносим. — Ага. Я никогда и не говорил обратного. И нет ничего удивительного в том, что ты кончил в процессе секса, так что прекрати закрывать лицо. Раздражаешь пиздецки. Эндрю тихо фыркнул, забирая заранее украденный из сумки Ники лубрикант. С грёбаным клубничным вкусом. Стоило открутить крышку, как химозный ягодный запах разлился по комнате, заседая в носу и забивая естественные рецепторы, отвечающие за нюх. На секунду захотелось какое-нибудь ведёрко клубничного мороженого. Желательно ещё с приторным сиропом сверху. — Оу, так тебе нравится смотреть на моё лицо? — Нил устроился поудобнее, чуть выпятив задницу, когда по пальцам Эндрю потекла полупрозрачная смазка, которую растёрли немного, делая более тёплой. — Двести пятьдесят три. — Только недавно ведь было всего двести пятьдесят один. — У тебя талант выводить людей из себя. Эндрю фыркнул. Один палец плавно проскользнул по ложбинке между ягодиц, мягко потираясь подушечкой круговыми движениями о сжатое колечко мышц, распределяя вязкие капли, однако больше ничего не делал, позволяя полноценно расслабиться. Несмотря на пренебрежительный тон, он заботился, чтобы не сделать неприятно. — Я ещё неплохо играю в экси и, как выяснилось, делаю минет. — ответил легко Нил, втянув воздух носом и тихо проскулив от появившегося давления. У них уже был подобный этап, так что никаких проблем возникнуть не должно. Не доходило именно до проникновения напрямую, полного слияния. Пальцы вот достаточно изученная территория. — Со вторым я бы поспорил. — Эндрю насмешливо улыбнулся самим уголком рта, аккуратно толкнувшись внутрь пальцем по первую фалангу, чуть вдавливаясь в узкие стенки. Нилу потребовалось где-то секунд тридцать на ответ, ибо давление становилось потихоньку усиленнее и ощутимее. Тем не менее, ничего не помешало выгнуться ближе навстречу, показывая, что всё замечательно. Что Миньярд может не беспокоиться и продолжать, растягивая проход увереннее, проникая глубже. — Значит, с первым всё же нет? Эндрю тяжело выдохнул. — Иди нахуй. — Как раз собираюсь. — Тогда заткни наконец свой болтливый рот. — У тебя это получается лучше. — Нил усмехнулся, вздрагивая всем телом, стоило Эндрю выгнуться внутри в идеальном направлении, задевая нечто абсолютно чувствительное, приятное, невообразимо требующее больше касаний и стимуляции. Джостен не успел проконтролировать вырвавшийся стон и сжавшиеся пальцы в светлых прядях. Эндрю никак не прокомментировал произошедшее, значит, был не против. Наоборот, даже послушал его слова, потому что в следующий момент заткнул поцелуем, сразу грубо проскальзывая языком в чужой рот и попутно толкаясь вторым пальцем в покрасневшее колечко мышц, потираясь о пульсирующие стенки. Нил обвился одной рукой вокруг шеи крепче, тут же подставляясь под излюбленные губы, впиваясь в них собственными. То, что творилось между ними, сложно назвать нежностью, какая обычно царит между парами влюблённых друг в друга людей. Это происходило внимательно, со скрытой заботой и достаточно напористо. Это нравилось обоим до последней клеточки. Эндрю плотно обхватил ладонями обнажённые гладкие бёдра, начиная постепенно двигать пальцами внутри, постоянно кончиками подразнивая самую эрогенную точку. Казалось, ему просто нравилось чувствовать, как Нил на нём вздрагивал от каждого такого действия. Чёртов выпендрёжник. Который протолкнул в рот Джостена язык, прекрасно зная, что это один из единственных способов заставить болтливого идиота заткнуться. Слишком мало силы воли, дабы оборвать поцелуй самостоятельно для какой-то там колкой реплики. — Кайфуешь, наркоман? Не меньше, чем на своём хуевом поле с клюшкой? — Эндрю насмешливо хмыкнул сквозь поцелуй, размашисто проводя языком по нижней губе Нила, зализывая собственноручно сделанные зубами потёртости. Параллельно чему неспешно добавил третий палец, резко согнувшись всеми в выученном направлении. Стало намного легче и удобнее, когда он теперь прекрасно знал, по какому маршруту продвигаться. Миньярд сначала только подразнивал кончиками пальцев то самое местечко, с внутренним упоением наблюдая, как Нил извивался от, очевидно, приятных ощущений, пытаясь связать хотя бы парочку слов в какое-то внятное для ответа предложение. Затем позволил себе выйти больше, чем наполовину, ненадолго оставляя растянутый проход пустовать, и толкнулся обратно, попадая одним чётким проникновением на клубок нервов. Теперь это уже не лёгкие дразнилки. Подушечки пальцев всячески ласкали, тёрлись и скользили между разгорячённых стенок, стимулируя чувственные мышцы. Джостен зарылся носом в блондинистую макушку, шумно дыша, из-за чего грудная клетка соответствующе вздымалась. Эндрю действительно серьёзно подошёл к этапу растяжки, поэтому проворачивал всё медленно. И нет, не в плане движений пальцев, те наоборот были рваные, чёткие, разрушительные, а в плане по количеству времени. Это продолжалось довольно долго. Ритмичные проникновения, беспрерывный поток трения и блядского удовольствия. Чужие губы бродили по шее, плечам, вызывали слабую судорогу в ногах, застывших в принятом положении на честном слове. Конечности становились буквально ватными, спина выгибалась чуть ли не до хруста позвоночника. Рыжие локоны прилипали к взмокшему лбу. Нил судорожно хватал воздух ртом, почти воочию отслеживая планку воздержания, значительно опускающуюся вниз. В животе туго завязывался узел, пуская по венам не кровь, а буквально раскалённую лаву. — Эндрю, я не могу... Я сейчас... — Нил прерывисто прошипел. Миньярд убрал руку, откатив приближающийся оргазм. — Пока рано. — коротко проинформировал он, словно это могло послужить оправданием. Нил решил хоть попытаться перевести дыхание в более-менее нормальное состояние, краем глаза поглядывая за ладонью Эндрю, раскатывающей презерватив по возбуждённому до предела органу и размазывающей лубрикант. Также отследил сжатую челюсть Эндрю от вынужденного прикосновения к стояку, что весь период оставался без должного внимания. Потом тот уловил просящий скулёж Нила прямо на самое ухо, из-за чего упёрся лбом в его плечо, в жалких попытках оставаться при холодном рассудке и не терять голову окончательно. Серьёзно, быть настолько соблазнительным просто незаконно. Крупицы здравого смысла очень даже успешно давали внушительную трещину. — Ты специально это делаешь? — Миньярд хрипло выдохнул и поднял недовольный взгляд на Нила с нотками раздражения, на что получил смазанный поцелуй в скулу и многозначительную улыбку. — Не задавай вопрос, ответ на который тебя не устроит, — Джостен приподнял бёдра, не отводя голубые глаза от выражения лица партнёра. — Да, Эндрю. — Что «да»? — Трахни меня. Я хочу этого также сильно, как и ты. Слышать подобные слова от главного девственника, ни разу до Эндрю не целовавшегося с языком, как бы... Херов перебор для нервной системы. В пизду самообладание. Миньярд пристроился поудобнее, сжав задницу Нила в ладонях, после чего толкнулся налившейся головкой члена в податливое колечко мышц. Пушистые золотистые веки на мгновение прикрылись, в лёгкие резко поступил щедрый глоток кислорода. Джостену нравилось смотреть на такого Эндрю. Не имеющего ни сил, ни желания прятаться за своей каменной стеной, скрывать любое проявление эмоций. Ему нравилось выводить на них, помогать процессу и показывать, что доверяет до крайне степени. Миньярд ассоциировался с чувством безопасности, комфортом и тем, кому всё это было приятно отдавать в ответ. Постепенно, нарочито медленно входил наполовину, давая прощупать на своей шкуре новый вид заполненности. Не сильно отличалось от пальцев, только... Намного, намного лучше. — О-о, блять, пиздец... — прошептал Нил, стараясь сдерживаться, чтобы не насадиться глубже. Эндрю хотел контролировать погружение, а Нил безоговорочно позволял делать так, как ему считалось нужным. Эрекция чувствовалась непривычно, но жутко хорошо. Горячее, больше и массивнее пальцев. Она словно заставляла слиться воедино, превратившись в совместный существующий организм. Это приходилось по душе Нилу. Миньярд был внимательным, терпеливым, так что не двигался, давая Джостену окончательно втянуться и привыкнуть. Стенки тут же плотно обхватили инородный объект внутри, сжимаясь вокруг до режущих мурашек. — Сука, чтоб тебя... — судорожно процедил сквозь сжатые зубы Эндрю, зарывшись лицом в шею Нила, втягивая запах его кожи без малейшего стеснения. — Тебе... Тебе хорошо? — Нил не мог узнать собственный голос. Срывающийся, пропитанный дрожью и целой вспышкой ранее неизведанных эмоций. Больше играл факт не самих физических ощущений, а то, как они сейчас были безумно открытые друг перед другом. Такая сумасшедшая близость с Эндрю вызывала внутри бурю восторга. — Эй? Ты... — Заткнись, — прорычал Миньярд, кусая плечо Нила острыми зубами, проводя по следу языком. Он осознавал, что Джостен проделывал всё это не специально, не контролировал сжатие стенок внутри и всеми силами пытался расслабиться, лишь бы привыкнуть максимально быстро и не принести проблем в их первый раз, не сбить настрой, но, Господи, это походило на какую-то невероятно сладкую пытку. — В кои-то веки завались нахуй, придурок... Эндрю тоже хорошо. Нил улавливал это в словах, движениях и интонациях. Особенно помогало то, как возобновилось сокрушительное цунами удовольствия. Поначалу, конечно, было непривычно и непонятно, но сейчас... Исключительно охуенно. То, как Эндрю хватался за его бёдра и насаживал на себя, периодически приподнимая и опуская в поисках нужного угла. Иногда пропускал низкие стоны, побуждая спину покрыться мурашками. Нил хватался пальцами за подставленные крепкие плечи, ощущая под ними напряжённые мышцы, и зажмуривал подрагивающие ресницы, немного помогая, следуя темпу. На пробу перекатил бёдрами, находясь на члене, и двинулся усерднее, создав восхитительный контакт. Миньярд бессвязно мыкнул, толкнувшись по той же схеме, врезаясь головкой в простату. Джостен распахнул глаза, запрокинув голову назад с громким стоном. Ноги на секунду пронзила мелкая судорога. Колени упёрлись в кровать, разводясь шире, комкая простынь куда успешнее. — Сделай... Мх, дьявол, сделай так ещё раз, ну же... — Нил провёл ладонью по шее Эндрю, надавил на затылок и притянул к себе, вгрызаясь в припухлые губы. Эндрю простонал вместо каких-либо слов, потянув задницу любовника вниз, насаживая на эрекцию по самое основание, вновь задевая чувствительную точку внутри. Нил тут же сжался вокруг ствола, вытягиваясь, словно натянутая струна. От происходящего кружило голову, нагло выбрасывая любые возможные мысли и оставляя дымку эйфории. Руки Миньярда ощущались на его теле совершенно, будто изначально каждый изгиб создавался под их прикосновения. Теперь размер члена, как бы это не звучало, не казался нервирующим, а буквально превосходным. Нил с позволения Эндрю разогнался, полностью включившись в обстановку. Он принялся откровенно трахать себя чужим возбуждённым органом, пытаясь насадиться как можно глубже, всхлипывая и поскуливая, прося поцелуев и касаний одним расфокусированным взглядом. Непослушные волосы растрепались, становясь более небрежными, губы распухли и блестели от слюны, кожа покрылась испариной и красными пятнами. От подобного зрелища дыхание сбивалось в конец, словно невидимые пальцы сдавливали горло. Эндрю никогда не признается в этом, но Нил самое соблазнительное и сексуальное, что ему только удавалось видеть. Боже, да у него больше никогда ни на кого другого ведь не встанет после такого. Можно сказать, добровольно угодил в ловушку. Джостен поразительно блядски прыгал на его коленях, достаточно свободно, благодаря дополнительной помощи рук Эндрю. Жар разливался по всему телу, разгоняя немыслимое количество возбуждения и желания. Жестоко отобранный ранее оргазм в данный момент подходил обратно, причём в намного больших масштабах. Нил не знал, почему, пока для него знания о сексе ограничивались размытой теорией и опытом с Эндрю, но присутствовало знание, что тому тоже недалеко до конечной остановки. Поэтому он привстал повыше, резко опустившись обратно, моментально сжимаясь изнутри. Стоны смешались друг с другом, прозвучав синхронно. Джостен кончил на секунду раньше, обессиленно упав на грудь своего парня. Выделилось всё-таки некоторое время на отдышку. Кто же знал, что первый секс так выматывает. Эндрю устроился на подушках, накинув на них плед по таз. Использованный презерватив валялся в небольшой мусорке рядом с тумбочкой. Стоило бы принять душ, однако это коллективно перенесли на следующее утро за неимением силы воли и энергии. Нил улёгся щекой на плечо Миньярда, расслабленно курящего сигарету, зажатую в пальцах. Запах никотина его ничуть не смущал. В конце концов, давно привык, да и сам взял за привычку курить с Эндрю одну на двоих. — Эй, — позвал негромко Нил, приподнимая голову с заинтересованным видом, и сделал затяжку с той же сигареты, обхватив её там, где мгновение назад были губы Эндрю. — Мы можем сделать это завтра ещё? Миньярд вперил в него долгий изучающий взгляд. — Ты псих. — заключил он. — И я тебе нравлюсь. — Джостен пожал плечами, лениво играясь с пальцами Эндрю на свободной руке. — Я тебя ненавижу. — Насколько сильно? Эндрю повернулся лицом к окну, словно обдумывая, стоит ли вообще озвучивать что-нибудь, или лучше сделать вид, что никого, кроме него, нет в этой комнате. — До последней клеточки. — Меня всё устраивает. — Нил ухмыльнулся ему в губы, повернув к себе за подбородок, и заглушил тихий смешок поцелуем.