Come and Taste Me Now (18+)

Фем! Минхо / Немного дом|саб / Петтинг / Анальный секс

— Раздвинь ноги для меня, малыш, — приказала Минхи, коснувшись внутренней стороны бедра Чана. Слова словно пронеслись в мозгу Чана на мгновение, прежде чем он полностью их осознал, а затем он послушно раздвинул бёдра. Она улыбнулась ему и, наклонившись над его телом, прикоснулась к его щеке. — Хороший мальчик. Всегда так хорошо меня слушаешься. Чан вздрогнул от похвалы и прикусил нижнюю губу, которая уже покраснела и распухла от того, сколько раз он её прикусывал. Минхи хихикнула и провела руками по его торсу до самых бёдер. Она размяла упругие мышцы и слегка нахмурилась, заметив, как они напряжены. — Расслабься, милый, тебе так хорошо. Я сделаю так, чтобы тебе было хорошо, да? Чан кивнул, облизывая губы. — Я знаю, я стараюсь, просто я хочу… — Ш-ш-ш, — прошептала Минхи, наклоняясь, чтобы прижаться мягким поцелуем к его бедру. — Я знаю. Мой бедный малыш немного перегружен, да? Чан глубоко вздохнул и кивнул. Минхи ворковала, поглаживая гладкую кожу его бёдер. — Мой милый Чанни. Она провела ладонями по его бокам, и его глаза закрылись. Он таял под её прикосновениями, тело медленно расслаблялось, когда она ласкала его. — Вот и всё, — хмыкнула она. Она нависла над ним, чтобы поцеловать, и он застонал, когда она соединила их губы. В этом поцелуе не было особой изысканности, Чан всё ещё был слишком далеко, чтобы сделать что-то большее, чем просто лизнуть её рот. Он вслепую потянулся вверх, чтобы обхватить её голую талию, и его хватка была почти до синяков, а пальцы с наслаждением впивались в мягкую кожу её боков и живота. Иногда, когда он был таким податливым и стонал под ней, она забывала, насколько он силён на самом деле, но не возражала против такого напоминания. Когда она отстранилась, Чан надулся. Его щёки окрасились в пунцовый красный цвет, а зрачки раздулись. — Как чертовски великолепен, мой Чанни, — похвалила она. — Какой у тебя цвет, милый? Ты всё ещё хочешь продолжить? Если на этот раз ты слишком перегружен, мы можем… — Нет! — запротестовал Чан, едва не пошевелившись, чтобы сесть — так сильно ему не нравилась эта идея. — Я зелёный, такой зелёный, что хочу продолжать. Просто… ты такая… — он развёл руками, — ты такая классная, и мне так приятно, когда ты ко мне прикасаешься. Пожалуйста, продолжай. Я могу это вынести. От его слов у Минхи заныло в животе, и она прикусила нижнюю губу. — Хорошо, малыш, мы продолжим. Она откинулась назад и наклонилась, чтобы поскрести зубами внутреннюю поверхность бедра Чана, и он задыхался, его член дёргался. Она хихикнула, одарив его кошачьей ухмылкой. — Всегда такой отзывчивый. Она взяла флакончик со смазкой, который поставила на место вскоре после того, как они с Чаном официально начали встречаться, и щелчком большого пальца открутила крышку. Чан вздрогнул под ней от этого звука. Она намазала пальцы смазкой и немного потерла их друг о друга, чтобы согреть. Чан терпеть не мог, когда смазка была холодной, всегда предпочитая тепло её пальцев у своего входа. Она просунула руку между его всё ещё раздвинутыми бёдрами и прижала кончики пальцев к его входу. Когда она прижалась к его дырочке и просунула внутрь кончик пальца, мышцы Чана напряглись, и он выгнул спину дугой. Когда она провела пальцем по его мышцам до самой костяшки, в её сердце вспыхнул жар. — Ты чертовски сексуален, малыш, — вздохнула она. Чан облизнул губы. — Спасибо, ты тоже. Ты такая красивая. Сердце Минхи сделало маленькое сальто в груди, и улыбка расплылась по её лицу. — Спасибо. Как бы она ни старалась казаться невозмутимой, комплименты Чана всегда заставляли её внутренности превращаться в тёплую кашицу и до крайности дразнили её. Она продолжала вводить в него пальцы, сначала медленно, одним пальцем, но вскоре Чан начал извиваться, умоляя ввести ещё один. Она убрала палец и провела им по его ободку, просто чтобы подразнить его на мгновение и посмотреть, как он извивается под её прикосновениями. Но долго мучить его она не стала, вскоре добавив второй палец. Чан издал вздох и сжал её пальцы. Ей пришлось сдержать стон от того, как сильно на него подействовали простые пальцы. Она начала проникать в него пальцами и раздвигать их, чтобы открыть его ещё больше. Чан поднёс кулак ко рту, чтобы скрыть свои стоны, но она не собиралась этого делать. Она протянула свободную руку и отдёрнула его кулак. — Не делай этого, красавчик, я хочу услышать, как тебе хорошо, — выругалась она, просовывая пальцы глубже. Рот Чана приоткрылся, и он издал задыхающийся стон. Киска Минхи запульсировала, и она стиснула зубы. Может быть, позже, когда они оба немного отдохнут, она сможет скакать на члене Чана, пока он не заплачет. Она намеренно не трогала простату Чана, когда ласкала его пальцами, но в конце концов добавила третий палец. Она смотрела, как его дырочка поглощает её пальцы, с восторженным вниманием, словно не видела этого уже много раз. Это никогда не надоедало и наполняло её сильным жаром, когда она наблюдала, как тугое кольцо мышц сжимается вокруг её пальцев. Она немного задумалась, но хныканье Чана вернуло её внимание. Его руки вцепились в простыни, глаза были ошарашены, а по краям текли слёзы. — Пожалуйста, Минхи, — прохрипел он. — Я готов, пожалуйста. — Чёрт, — пробормотала она себе под нос. — Ты уверен, милый? Чан энергично кивнул головой. — Никогда не был так уверен, пожалуйста, трахни меня, — умолял он. Минхи усмехнулась. — Ну раз уж ты так мило попросил. Она убрала пальцы, не отрывая взгляда от его трепещущей дырочки. Она соскользнула с кровати и подошла к шкафу, покачивая бёдрами. Она чувствовала, как глаза Чана блуждают по её телу, и от этого по позвоночнику пробежали мурашки. Она наклонилась, чтобы взять с пола коробку, и попыталась подмигнуть Чану. Несмотря на то что она не умела подмигивать как следует, это произвело желаемый эффект: щёки и шея Чана покраснели. Она поднесла коробку к кровати и, поставив её на пол, открыла. — Какой ремешок ты хочешь, малыш? Или ты хочешь, чтобы я выбрала? — спросила она, наклонив голову. Она собрала довольно большую коллекцию страпонов, причём самых разных. — Ты… ты можешь выбрать, — ответил Чан. Минхи ухмыльнулась и провела рукой по своей коллекции. — Хорошо, давай посмотрим… Её взгляд остановился на фиолетовом страпоне — он был большим, не настолько огромным, чтобы быть слишком, но достаточным, чтобы Чан был полон и растянут. Достаточным, чтобы у него потекли слюнки. Кроме того, он был двусторонним, а это означало, что каждый раз, когда она трахает Чана, другой конец тоже двигался внутри неё. Это был лёгкий выбор. — Как насчёт этого? — спросила она, поднимая его, чтобы он увидел. — Чёрт, — простонал он, смачивая губы. — Вот этот, да. Тебя тоже будут… тебя тоже будут трахать. Минхи хихикнула. — Ммм, точно. Тогда вот этот. Она раздвинула бёдра и потянулась между ног. Она была настолько мокрой, что внутренняя поверхность бёдер была влажной, а вся вульва — мокрой. Пальцами она раздвинула половые губы и медленно ввела в вагину изогнутую сторону фаллоимитатора. Её брови нахмурились, и она закусила губу, когда ввела его до конца. Чан наблюдал за происходящим с открытым ртом, его дыхание вырывалось наружу. Закончив, она быстро закрепила ремешок на талии. — Подними ноги, — приказала она, и Чан быстро подчинился, схватившись за заднюю поверхность бёдер, чтобы подтянуть колени к груди. — Какая милая дырочка, — промурлыкала она, вызвав у Чана придушенный скулеж. Она прижала кончик члена к дырочке Чана, и он вздрогнул. Она медленно вошла, и Чан издал стон, когда член растянул его стенки. — Ах, блядь, Минхи… — простонал он, сжимая фаллоимитатор. Минхи задыхалась, когда другой конец проникал в неё всё глубже, а стоны Чана заставляли её практически течь. — Блять, пожалуйста, двигайся, трахни меня, — бормотал Чан, когда полностью насытился. — Я готов, мне нужно сейчас… ах! Минхи не теряла ни секунды, чтобы ответить на его просьбу: она быстро вышла из него и тут же снова вошла в него. Её бёдра шлёпали по его заднице, а рот наполнился слюной от толчков. Чан издавал громкие крики с каждым толчком, костяшки пальцев побелели, когда он вцепился в простыни. Стоны Минхи стали смешиваться со стонами Чана, когда она трахала его. Её руки обхватили его бёдра, вдавливаясь в податливую плоть. — Мне так хорошо, — задыхалась Минхи. — Такой хороший мальчик. Мой хороший мальчик. Так хорошо. Чан застонал от её слов и задвигал бёдрами навстречу её толчкам. — Ты так хорошо меня трахаешь, — заикался он. Его руки тряслись от напряжения, но он не отпускал их, наслаждаясь тем, как фаллоимитатор погружается в него ещё глубже. Минхи зажала губу между зубами и положила руки поверх рук Чана на заднюю поверхность его бёдер, прижимая его ноги к груди. — Минхи, — простонал он. Она наклонила бёдра так, что кончик члена при каждом толчке ударялся о его простату. Слёзы, блестевшие в уголках глаз Чана, наконец-то скатились по его щекам. — Ещё, ещё, ещё… — Ты такой горячий, Чанни, — задыхалась Минхи. Каждый толчок члена выбивал из Чана вздохи и стоны, и его звуки становились только громче от её похвалы. Он выглядел совершенно развратным — рот открыт, из него льётся нескончаемый поток стонов и хныканья, по щекам текут слёзы, колени подтянуты к груди, каждый сантиметр медовой кожи блестит. Его твёрдый член упирался в живот, размазывая сперму по прессу. Минхи захотелось слизать её. — М-а-а-а — скоро к-коо-нн, — заикался Чан, прерываясь на полуслове громким стоном. Минхи ответила особенно сильным толчком, от которого его спина выгнулась, а по щекам потекли новые слёзы. — Я тоже, малыш, — сказала она. Её киска сжималась вокруг другого конца страпона каждый раз, когда она глубже входила в Чана. Под определенным углом он тёрся о её клитор, и каждый раз, когда это происходило, её рот раскрывался в придыхании. Ощущение собственной ебли в сочетании с реакцией Чана на то, что его трахают, вызывало жар в глубине живота. Её решимость рассыпалась, и скоро она не выдержит. Однако ей нужны были силы, чтобы трахать Чана до его оргазма, поэтому пришлось сдерживаться, как бы ни ныла её киска. Ещё один резкий толчок в простату Чана заставил его застонать. Он затрясся и застонал, руки безвольно упали с бёдер. — Поцелуй меня, — прохрипел он, протягивая к ней шатающуюся руку. Минхи улыбнулась и раздвинула его бёдра так, чтобы оказаться между ними. Она схватила его за шею и потянула вперёд, чтобы прильнуть губами к его ждущему рту. — Спасибо, спасибо, — воскликнул он. Он застонал, когда она лизнула его рот, и она не могла не улыбнуться ему в ответ. — Ты очень желанный, — пролепетала она между поцелуями. Она чувствовала, как пот стекает по её лицу и шее. Она устала, но знала, что Чан ещё долго не разгадает её. На секунду она дала им обоим отдышаться, а затем снова погрузилась в поцелуй, более глубокий и небрежный. Когда она зажала его нижнюю губу между зубами, тело Чана напряглось, и он застонал ей в рот. Из его члена хлынули потоки спермы, покрывая его живот и часть тела Минхи. Она содрогалась, трахая его до оргазма, и от этого вида и звуков Чан кончил сам. Её голова опустилась на его грудь, и она задыхалась, когда её живот напрягся, и оргазм настиг её. Она готова была поклясться, что видит звёзды. Даже кончики её конечностей покалывали, когда она кончила. Она рухнула на Чана с дрожащим выдохом и услышала, как он тихонько хихикает над ней. — Это было потрясающе, — сказал он, задыхаясь. — Ты всегда заставляешь меня чувствовать себя так хорошо. Минхи улыбнулась и поцеловала его голую грудь. — Я так рада, — тихо сказала она, прижимаясь к нему лицом. Она чувствовала себя мерзкой и липкой и знала, что Чан, вероятно, чувствует то же самое. Фальшивый член внутри неё тоже немного раздражал, но ей нужна была минута, чтобы собраться с мыслями, прежде чем она всё уберет. — Тебе тоже было приятно? — спросил Чан, в его глазах светилось столько заботы и внимания, что сердце Минхи чуть не превратилось в суп. — Я чувствовала себя замечательно, — ответила она. — Я, наверное, могла бы кончить от одних только твоих стонов. Щёки Чана покраснели, и он застонал. — Минхи, ты не можешь так говорить! Она хихикнула, слегка приподнявшись. — Только что сказала. — Она чмокнула его в губы, а затем в обе ямочки. — Ладно, мне нужно вытащить эту штуку из себя. Примешь со мной душ, когда я закончу? Чан с готовностью кивнул, на его лице появилась тёплая, сытая улыбка. — Конечно. Душ с тобой — моё любимое занятие.