Come and Taste Me Now (18+)

Феминизация (слова «принцессса», «малышка», «хорошая девочка») / Упоминание алкоголя / Фингеринг / Анал

Мало что в этом мире было прекраснее Хан Джисона. Точнее, Хан Джисона, когда он наряжался для Чана — надевал красивые заколки, размазывал по векам розовый блеск, подкрашивал ресницы тушью и подчеркивал пухлые губы красным липким блеском для губ. Когда он надевал свой любимый розовый корсетный топ и плиссированную мини-юбку, едва прикрывавшую его задницу, бёдра в чулках приводили к ногам, обутым в розовые туфли Барби, которые делали его выше Чана по крайней мере на пару сантиметров. Иногда он даже надевал парик. Чан хотел, чтобы этот макияж потёк. Он хотел размазать помаду по его лицу и посмотреть, как тушь стекает по его лицу. Джисон всегда выглядел так мило: крошечная талия, мягкие бёдра, обтянутые чулками, великолепный макияж в беспорядке. Он хныкал и говорил, что Чан портит его старания, но ему всё равно это нравилось. Когда Джисон вернулся домой после встречи с Феликсом, в его голове пронеслись миллион и один сценарий того, как Чан хочет его оттрахать. На нём был тот самый наряд, который он так любил, тот самый, который делал его особенно женственным и подчёркивал его крошечную талию и изогнутые бёдра. Его волосы в последнее время отросли, и он завил их так, что они красивыми волнами спадали вокруг лица. Чан наблюдал за ним как ястреб, пока тот вешал сумочку и наклонялся, чтобы снять туфли на каблуках. У Чана пересохло во рту, когда юбка задралась, обнажив нижнюю часть задницы Джисона. Хотя весь наряд был розовым, трусики на нём были небесно-голубыми. Этот цвет великолепно смотрелся на загорелой коже Джисона. Джисон выпрямился и направился к Чану с улыбкой на лице, ступая носками по полу. Чан раскрыл ему объятия, и он рухнул на него со звуком «уф!». — Как прошёл твой выходной? — спросил Чан, проводя рукой по волосам Джисона. И только тут он заметил, что у того появилось несколько блестящих нарощенных прядей. Мило. — Всё было очень хорошо. Я, конечно, съел слишком много еды, а Феликс заказал кучу сладких напитков, так что я, возможно, немного опьянел, но Чанбин отвёз нас обратно, чтобы мы не вызывали такси, и теперь я трезв, — сказал он на одном дыхании. Чан захихикал и заправил волосы за уши. — Да? Я рад, что ты хорошо провёл время, — мягко сказал он. Джисон хмыкнул и прижался к шее Чана. Старший задрожал, и его руки обхватили изящную талию Джисона. — Я тоже, — пробормотал он, прижимаясь к его коже. Чан отодвинулся, пытаясь сдержать возбуждение. — Я скучал по тебе. — Я тоже по тебе скучал, — согласился Чан. В каком смысле, он не сказал. Джисон нежно поцеловал его в шею, и у него перехватило дыхание. — Я очень скучал по тебе. И я видел, как ты смотрел на меня, когда я вошёл, хён. Я не слепой, — сказал он, снова прижимаясь мягкими губами к коже Чана. Старший почувствовал, как на губах осталось пятно от помады, и глубоко вздохнул. — Прости, — пробормотал он. — Просто ты такой… чертовски красивый в этом наряде. Джисон тихонько хихикнул. — Всё в порядке, хён. Ты можешь сказать, что хочешь трахнуть меня. Я знаю, тебе нравится, когда я одеваюсь как девушка, — поддразнил он. Чан почувствовал, как его кровь прилила на юг. — Надеюсь, ты знаешь, во что ввязываешься, Сони, — негромко сказал Чан. Он сжал талию Джисона в знак предупреждения, но Джисон лишь улыбнулся. — О, я прекрасно знаю, во что ввязываюсь. Иначе я бы ничего не сказал, — сладко проговорил он. Джисон присосался к коже под челюстью Чана, и тот глубоко вдохнул. — Обещаешь, что ты трезв? — Ммм. Просто приятное расслабление. Я хочу этого. Я думал о тебе, когда одевался сегодня утром. Может быть, я и в душе сегодня утром ласкал себя пальцами, а может, и нет. Чан провёл языком по щеке и сжал подбородок. — Чёрт. Ладно. Тогда пойдём в спальню, — сказал он. Джисон радостно захихикал и обхватил Чана, чтобы тот мог поднять его на руки. Чан просунул руки под бёдра Джисона и с практической лёгкостью понёс его в спальню. Он бросил Джисона на кровать, но при этом был достаточно нежен, чтобы не причинить ему вреда. Когда Джисон потянулся вниз, чтобы снять с себя юбку, Чан решительно покачал головой и протянул руки к Джисону. — Нет. Не снимай. Я собираюсь трахнуть тебя в этом наряде, ок? Хочу посмотреть, как красиво выглядит моя принцесса в своём наряде, пока я её трахаю. — Джисон кивнул и пожевал нижнюю губу, чтобы сдержать хныканье. — Да, сэр, — тихо ответил он, позволяя своим рукам упасть на бок. — Хорошая девочка. — Хныканье Джисона было музыкой для его ушей. Чан быстро достал смазку и презерватив, а затем пролез между раздвинутыми бёдрами Джисона. Он провёл руками от коленей до края чулок и ущипнул мягкую плоть, выходящую за их край. Джисон задохнулся и слегка согнул колени, раздвигая ноги. В юбке, где ткань лежала на его члене, образовалась небольшая ямка, и от этого зрелища член Чана запульсировал. — Такая чертовски красивая, принцесса. Интересно, сколько людей пялились на тебя, когда ты выходил на улицу. Джисон заёрзал на кровати, пока Чан продолжал играть с его бёдрами, его хватка была до синяков, даже когда он просунул руки под юбку, чтобы схватить его внутренние части бёдер. — Я… я не знаю, — дрожащим голосом сказал он. — Я думал только о тебе. — Даже когда ты был со своими друзьями? — спросил Чан. Он задрал юбку Джисона, и у него перехватило дыхание при виде его твёрдого члена, зажатого в голубых кружевных трусиках. Джисон задрожал, когда прохладные волосы коснулись его члена, и хныкнул. — Да-да, — заикался он. — Я… я кончил в душе, чтобы не думать о тебе всё время, пока я буду в отключке. Чтобы не представить, что ты так отреагируешь на мой наряд. Но это не помогло, этого было недостаточно. Я хотел твой член. Чан практически зарычал в ответ, стон застрял у него в горле. — Блять, ты такой чертовски сексуальный, Джисони. Как мне так повезло? — спросил он, переместив руки на его бёдра. Он провёл большим пальцем по кончику члена Джисона, где он просочился в трусики, и тот застонал. — Хён, — прохрипел он, а потом вздохнул. — Я хочу тебя, пожалуйста. — Ты получишь меня, — сказал Чан. — Что, я не могу не торопиться с тобой? — Можешь, но не сейчас, — настаивал Джисон. — Я так красиво оделся, а ты не хочешь разобрать меня на части прямо сейчас? Чан тихонько захихикал и наклонился к Джисону, чтобы нежно поцеловать его. Но Джисон тут же обхватил Чана руками, чтобы поцеловать его глубже, и раздвинул губы, чтобы провести языком по его губам. Чан улыбнулся ему в ответ и зашипел, но позволил ему поцеловать себя. Он быстро стал страстным и грязным, потому что Чан никак не мог насытиться Джисоном, а его рот был сладким на вкус, как блеск для губ, приторный алкоголь и десерт, и так целиком принадлежал Джисону, что он никогда не хотел прекращать его целовать. Однако Джисону быстро надоело терпеть, и через минуту он отстранился, вздохнув. — Этого времени было достаточно. Теперь трахни меня, пожалуйста. Чан усмехнулся, глядя на него. Он уже выглядел растрёпанным, волнистые волосы разметались по подушке, а блеск для губ размазался по губам. Как он и любил. — Как пожелает моя принцесса, — сказал он. Глаза Джисона загорелись от восторга, и он улыбнулся, когда Чан откинулся на пятки. — Мне не нужно много подготовки, я ещё свободен, — сказал Джисон. По его щекам разлился слабый румянец, и сердце Чана заколотилось. Он был так прекрасен, что это было несправедливо. — Я буду судить об этом, — решил он. — Подними для меня ноги, малышка. Джисон поднял бёдра и подогнул колени к груди, чтобы Чан мог хорошо рассмотреть его. Он засунул палец в трусики и потянул их в сторону, открывая розовую, трепещущую дырочку Джисона. Она всё ещё была немного припухшей после того, как он трахал себя в начале дня, и в ней оставалось немного влаги от смазки. Чан прикусил губу. На всякий случай он открыл бутылочку со смазкой и смазал ею пальцы. Джисон не сводил с него глаз, его веки были тяжёлыми, а зрачки — выпученными. Чан ввёл в него сначала один палец, чтобы проверить, как он реагирует, а когда сопротивления не последовало, ввёл второй. Глаза Джисона затрепетали, ресницы разметались по щекам. — Сука, ты и вправду растянут. Сколько пальцев ты использовал? — В основном три, — ответил Джисон, с трудом сглотнув. — Но в конце я добавил четвёртый. — Вау, — пробормотал Чан. Он раздвинул пальцы, и тело Джисона выгнулось дугой, когда он застонал. — Хён! — воскликнул он. — Пожалуйста, ещё. Я могу взять ещё, пожалуйста, не заставляй меня ждать. Я ведь твоя хорошая девочка, правда? — спросил он, умоляюще глядя на Чана. Он стиснул челюсти, и его член дёрнулся в штанах. Ему нравилось, когда Джисон становился такой, вживаясь в роль девочки Чана так же легко, как он натягивает юбку. От этого волна возбуждения прокатывалась по его животу. — Да, ты такая, — сказал он. Чан вытащил оба пальца, чтобы ввести сразу три. Он ввёл их глубоко и пошарил вокруг, пока не нашёл маленький пучок нервов в дырочке Джисона. Он усмехнулся и стал теребить его кончиками пальцев, наблюдая, как Джисон извивается под его прикосновениями. — О, блять, хён, пожалуйста, — хныкал Джисон. Пальцы Чана продолжали двигаться, но на мгновение он поднял взгляд на Джисона. Святые угодники, он уже выглядел настолько охреневшим. Его щёки были огненно-красными, а в глазах почти не осталось цвета от того, насколько большими стали зрачки. — Да? Что, пожалуйста? — спросил Чан, наклонив голову. Он сжал пальцы, и спина Джисона выгнулась дугой. Он задвигал бёдрами, проталкивая пальцы Чана всё глубже, и, когда тот снова задел его простату, застонал. Завязки корсета натянулись на его груди, и он сделал глубокий, тяжёлый вдох, пытаясь успокоиться, но, похоже, это не помогло, так как Чан продолжал раздвигать пальцы и издеваться над его простатой с каждым толчком. — А-а-а-а-стоп, я сейчас кончу, — сказал Джисон. — Хочу кончить с твоим членом, я готов. Чан хмыкнул и погладил свободной рукой бедро Джисона. — Хорошо, я дам тебе то, что ты хочешь, — мягко сказал он. Чан наклонился и поцеловал кусочек кожи, видневшийся между корсетом и юбкой Джисона, и убрал пальцы. Заманчиво было побольше дразнить Джисона, заставлять его умолять и плакать, но Чан был слабым человеком. Джисону не нужно было прилагать много усилий, чтобы заставить его уступить, особенно когда он выглядел таким красивым и податливым, как сейчас. Розовый цвет его одежды гармонировал с румянцем на коже. Он выглядел съедобно. Чан быстро стянул с себя штаны, и его член выскочил на поверхность, став до боли твёрдым. Джисону не нужно было даже прикасаться к нему, чтобы довести его до такого состояния. Просто увидеть его в дверях было достаточно, чтобы он стал твёрдым, и теперь он пульсировал. Он потянулся за презервативом, но Джисон заскулил. — Нет, я хочу почувствовать тебя. — Ты уверен? А то будет беспорядок, — сказал Чан, но Джисон кивнул. — Да, я уверен. Неважно, что я испачкаю свою одежду. Я просто хочу, чтобы ты кончил в меня. Чан застонал и выругался под нос. — Ты нереальный. Блять. Такая идеальная, принцесса. — Он отбросил презерватив в сторону и вернулся между бёдер Джисона. Он перекинул его ноги через плечо и снова оттянул трусики в сторону, чтобы выровнять себя. — Я хорошо заполню тебя, да? Можешь не волноваться. Чан начал вводить свой член до конца, и Джисон откинул голову назад, под загорелой кожей запульсировали мышцы. — Ааа, да, да, да, да, — стонал он, чувствуя, как член Чана заполняет его. Он сжался вокруг него, и Чан стиснул зубы, резко вдыхая. — Ты должен расслабиться, я кончу слишком быстро, если ты будешь продолжать в том же духе, — предупредил он, и Джисон сделал пару глубоких вдохов. Чан успокаивающе провёл рукой по его бедру и провёл большим пальцем по шву чулок. — Да, вот так, вот так, моя хорошая девочка. Джисон захныкал, обмякнув на простынях. — Хён, пожалуйста, — хныкал он, сжимая пальцы на простынях. От возбуждения у Чана заныло в животе. Он никогда не забудет, как Джисон говорит «хён». Он не считал себя приверженцем официальности, но что-то в том, как Джисон произносит это слово, его обычно глубокий голос на несколько тонов выше обычного, одетый во всё розовое, заставляло Чана кружить голову от желания. Он вошёл до самого основания, прижавшись бёдрами к заднице Джисона. Он дал себе и Джисону секунду на адаптацию, прежде чем начать двигаться, но Джисон быстро потребовал: «Двигайся». Чан вынул член до конца, пока только кончик его не упёрся в ободок, а затем снова вошёл, и шлепок их кожи раздался по всей комнате. Джисон стонал от желания, с его губ срывались ахи, ахи, ахи, когда Чан набирал устойчивый ритм, с остервенением трахая его. Из-за его положения юбка задралась на живот, и чулки начали скатываться по бёдрам, скользя по плечам Чана. Старший почувствовал, как всё его тело затрепетало, когда он прижал колени к груди и наклонил бёдра так, чтобы попасть в простату. — Такая чертовски красивая, такая красивая вот так, — процедил он сквозь зубы. — Спасибо, — икнул Джисон. Его дырочка сжалась вокруг члена Чана, когда он вошёл в него, и он жалобно застонал. Чан почувствовал, как Джисон трепещет в животе от удовольствия, и глубоко вздохнул, чтобы успокоиться. Ему нужно было сделать так, чтобы Джисон кончил первым. — Вот так, принцесса, у тебя хорошо получается, — похвалил Чан, когда Джисон издал придушенный стон. Его глаза были расфокусированы, а рот приоткрыт, издавая довольно громкие стоны. Лёгкий блеск пота покрывал его кожу, и она переливалась под светом, подчёркивая напряжение мышц. — Хххх, е-еб-ать, ххххён, — стонал Джисон, извиваясь на кровати. — Сильнее. — Сильнее? Хочешь, чтобы я… м-м-м… блять, чтобы я разделил тебя пополам, принцесса? — задыхаясь, спросил Чан. Он сильнее задвигал бёдрами, и Джисон вскрикнул, закатив глаза. — Да, да, да, оххх, блять. — Джисон прикусил губу, его грудь вздымалась. — Я собираюсь… я собираюсь… ах, ах! Хён, вот так, да! Пот стекал по лицу Чана, когда он трахал Джисона, и он чувствовал, как приближается его собственный оргазм. Джисон был словно в тисках, сжимая его так сильно, что он едва мог думать. — Да, вот так, — сказал он, сжимая бёдра Джисона. — Давай, кончи для меня, дай мне увидеть, как красиво ты выглядишь, когда кончаешь. Джисон застонал, и его спина приподнялась с кровати. — Ч-чёрт, — икнул он. — Я кончаю, хён. Его член, выпирающий из голубых трусиков, дёрнулся и выплеснул сперму на нижнюю часть юбки. Он протяжно и громко застонал, и Чан стиснул челюсти от того, как туго сжимается его дырочка. Он выглядел чертовски великолепно, когда кончал. Удовольствие было написано на его ангельском лице, и одного этого зрелища было достаточно, чтобы довести Чана до предела. Всё его тело гудело, когда он сделал несколько последних толчков и, наконец, кончил внутрь Джисона, сделав из его дырочки целое месиво. Джисон застонал, когда его заполнили, и этот звук был единственным, что зафиксировал мозг Чана в течение следующих нескольких мгновений. Когда оргазм наконец закончился, он позволил ногам Джисона соскользнуть с его плеч и выдохнул. Он упал вперёд, навалившись на Джисона, и хмыкнул. — Хён, ты тяжёлый, — слабо пожаловался он. Его голос был таким тихим, что Чан едва мог его различить. — Это всё мышцы, — пробормотал он, прижимаясь к груди Джисона, а тот закатил глаза. — Как скажешь, — игриво сказал он. Джисон слегка покачивался под ним. Чан тихонько хмыкнул и обхватил руками его тонкую талию. — Давай ляжем здесь, я устал, — пробормотал он. — Нет, мою юбку нужно постирать! — Чан закрыл глаза и притворился, что храпит. — Хён! Я чувствую, как твоя сперма капает из моей задницы. — Ладно, ладно, — простонал в ответ Чан. — Знаешь, ты сейчас не очень хорошая девочка. — Он ткнул Джисона в щёку и рассмеялся, увидев, как покраснело его лицо. — Заткнись, мать твою! Чан гоготнул, вставая. — Ладно, хорошо. Иди сюда, позволь мне отнести тебя в ванную, как принцессу, которой ты являешься. Джисон надулся, но всё равно обнял Чана. Он кивнул, когда Чан обхватил его руками. Чан нежно улыбнулся и поцеловал Джисона в губы. Как же он любил этого мальчика!