На грани

Вечерело. Солнце уже окрасило небеса в золотистые оттенки с ржавым отливом, пока облака размашисто застилали и скрывали его последние яркие лучи.(Естественно сегодня, не конец света же). Ветер сдувал белый пух с голых деревьев. Только одни ели, оставшиеся в своем одеянии, укрывались зеленой шубкой и белым шарфиком. Запоздало поужинав, Андрей сопроводил своего друга в зал, а сам ушел прихорашиваться в комнату. Прихорашиваться. Для чего? Для чего он одел свежую, столь аккуратную и поглаженную одежду? Для чего он напшикался дорогими духами, которые мама подарила ему когда-то на день рождение? Для чего он сейчас смотрится в зеркало, кружится вокруг него и показывает свою элегантность в этом костюме? Костюм, кстати, как у официантов в элитных ресторанах, куда они и пойдут. Белая школьная рубашечка, черный пиджак отца и не менее черные брюки..тоже отца. Он его не носил. Точнее, не успел его одеть. И вы, наверное, сейчас подумаете, что «О, неужели свидание Васильева будет проходить с Маратом??». К сожалению - нет. Ира Сергеевна, которая является якобы его пассией, будет проводить сегодняшний вечером с самим универсамовским. Ментовка и пацан. Смешнее анекдота, наверное, никто не видел. Но всё же это не шутки. В кино они уже сходили, вальс потанцевали, в щёчку целовались и за руку он её тоже подержать успел. Прям как девушку, но она то уже взрослый человек. Это не похоже на обычную дружбу. Так же как и дружба двух лучших друзей. Пальто думает, что они с Маратом просто друзья и в крайнем случае просто секс-партнеры. А Марату все по другому. Он старательно отгоняет все мысли, злиться на себя за то, что он такой. Он корит себя за то, что вопреки всему он не идёт целовать в уста Айгуль, а идёт домой к Андрею. Идёт к нему просто чтобы находится с ним рядом, ощущать его тепло, терзать сладкие губы и слушать его певчий, как у соловья, голос. И ему больше ничего не надо. Но почему? Почему с ним это происходит? Он не пидр, он не гей и в конце концов не петушара. Марат просто морально не может испытывать неравнодушие к парням. Только, может, ненависть, крепкую дружбу, уважение и любовь к старшему брату. Но к Андрею ничего из этого списка он.. не ощущает. Ни братства, ни дружбы, ни ненависти. Что-то намного крепче, намного важнее и намного..неправильнее. Неправильно не потому, что элюбовь в 16 лет – мимолетная симпатия. Нет. И не потому, что пидорство. Любовь попросту терзает внутри, рвёт, режет и никогда не щадит. Безответная любовь не даст тебе вернуться живым. Однако любить – это так тепло, так приятно, что аж дыхание замирает. Это не описать словами. Это надо чувствовать. И марату, походу, просто нравится его любить. Но так нельзя. Кто его примет таким? Мама? Нет. Может она ничего и не скажет, но заплачет. Разочаруется. Папа? Тут просто без слов. Брат? брат будет молчать. Ничего не скажет. Однако после братом он перестанет быть ему братом. Полное разочарование в глазах семьи, пока в глазах Андрея – лучший друг. И об этом всем Марат думал буквально 10 минут, сидя у телевизора в кромешной темноте и втыкая в светлый экран, а поморщиться и думать про себя, что это все полный пиздец и не может здоровый пацан о таком думать, только секунд 30. Сидел он как раз таки у объекта его странных мыслей. Он оставил его в зале, включил телевизор и ушёл в свою комнату. Суворов на время почувствовал себя маленьким, когда ему включили детскую сказку и оставили ждать. Из комнаты время от времени доносилась тихая ругань и шуршание. Андрей копошился, пытался что-то сделать, что по его скверным словам понятно - ничего не получается. Особенно в спешке. Особенно в волнительный день. Особенно на свидание с дамой. – Эу, Андрей!– в соседнем помещении кто-то громко промычал – ты че там делаешь? Не получается что-то? – Да нет, все нормально. С этими словами дверь открылась с пронзительным скрипом и показался такой Андрей, какого Марат никогда не видел. Кажется, он влюбился еще больше. Он разглядывал его с ног до головы оценивающим взглядом, покачивая головой. Ему явно идёт. Такой весь важный, деловой. Бедный Суворов был ослеплен его красотой и любовался до тех пор, пока в голову не пришла мысль, что просто так люди парадную одежду не одевают. Резко поменявшись в лице, Марат выпрямиться и прищурился, оглядев Андрея в последний раз. Свёл брови к переносице и озадачено посмотрел в глаза товарища. – Нда..Выглядишь отпадно, не поспоришь. Только вот куда такой горе жених, как ты, собрался в такой поздний вечер в таком важном виде?– Андрей на секунду замолчал. У Марата даже тон голоса стал другим. Впервые за долгое время Васильев видит его таким: спокойным, но венка на шее пульсирует. Адидас младший сказал это сухо, холодно, давяще, но тем не менее это было без какого либо наезда. – А? колись давай. – Да я Иру в ресторан позвать решил. Мы давно с ней никуда не ходили– пожал плечами Андрей, и, не видя в этом ничего плохого, смутился от заданого. А Марат видел. Пальто на секунду показалось, что на него сейчас набросятся, загрызут, убьют, изобьют или чего хуже. Взгляд Марата вонзился в его сердце как острый нож. Холод проникал под кожу, сдавливал все изнутри и терзал душу. Его глаза неистово сверкали в освещении старого экранчика. Острый взгляд товарища угнетал Андрея. Сказка в этот момент оборвалась, что оказалось очень некстати. Наверное что-то с кассетой. Повисла кромешная тишина. – Андрей.– Марат говорит чётко и коротко, словно отдаёт приказ. А у Андрея встал ком в горле. Такая атмосфера и напряженная обстановка нагнетает очень сильно. Наверное боится. Хотя нет, ему не страшно. Он не понимает почему Марат так отреагировал. Выражение лица и голос Марат изменились как только он сказал про Иру. Наверное его раздражение сопутствует тому, что она ментовка. Он же их не любит. Хотя раньше Васильев не замечал такой реакции при упоминании её имени. Друг даже был рад, что на личном фронте у Андрея всё налаживается. И тут его осенило. Его прошило током и пальцы на руках непроизвольно дёрнулись. Марат..ревнует? Они же действовали по принципу «не влюблены, это просто похоть». От шока он даже невольно попятился назад, а потом ухмыльнулся и судорожно выдохнул. Внутри ощущение, что раскрыл преступление. Марат и сам вздрагивает от звуков Андрея. Теперь во взгляде читается еще и непонимание. – Марат.– Теперь Андрей говорит твёрдо и настойчиво – ты ревнуешь меня.– И он даже не спрашивает, а ставит перед фактом. Суворов не дышит, не слышит и в ушах звенит. Сердце бьётся с новой силой и теперь он смотрит уже не так уверенно и грозно. Он не то что в шоке, он изумлен. И изумлен не от того, что Андрей посмел такое сказать, а от того, что он попал прямо в яблочко. Даже сам Марат не догадывался, что вся его нервность, злость, резкий прилив раздражения и желания рвать и резать, оказалась обычной ревностью, которая появилась настолько спонтанно и неожиданно. Его же ловушка, которая первоначально была построена для Андрея, повернулась против его. Марат растерянно рассмеялся, будучи в тупике. –Ха.. я..ревную? И это не смешно. Ему даже теперь стыдно. Но самое главное, что он теперь точно понимает, что он влип. Он понимает, что теперь по другому не будет. Он любит его. И теперь он точно не сможет это отрицать. Думал пройдёт и думал это из-за частого секса, а вообще это просто привязанность. И буквально последнее доказательство, оказавшееся ревностью, добило его. –Да Ирина твоя ментовка поганая, ты же зн- Марат резко замолкает и громко сглатывает, когда Андрей оказывается прямо перед ним. Пока тот качал головой и отмахивался от слов, Андрея успел переместиться поближе. – Ты ревнуешь меня. Он медленно, как львица, которая вот вот набросится,подкрадывается еще ближе. Нежные ладони пианиста оказываются по бокам от марата, прямо на подлокотниках кресла. Васильев слегка наклоняется вперед, сжимает пальцами кресло и смотрит прямо в чужие, бегающие по по полу, глубокие глаза. Нависает над ним и вновь смеет открыть рот в его сторону. Повторяет эту тройку слов снова и снова. Радостно шепчет и дразнит. Марату хочется въехать ему в челюсть, чтобы он заткнулся. Хочется закрыть как в детстве уши, прижимая к ним ладони. Пара слов уже звучат как что-то привычное, заедает в голове и просто ужасно злит Марата. Потому что Андрей абсолютно прав. Суворов громко рявкает и одним рывком кидает Андрея на кресло, меняясь с ним местами и не выдержав, впечатывается ему в губы. Это не такой поцелуй, какой они они привыкли использовать при сексе. Там бури эмоций и страсти. И кучи слюней. А в этот поцелуй Марат вкладывает всю свою любовь, что не может сказать словами. Он ласково мнёт губы Андрея и целует так тепло, что Андрея аж начинает подбрасывать. С нажимом водит языком по губам, давит на парня всем весом и вжимает в кресло. А Васильев, отставив все попытки противится, поддается ощущения и чувствам. Его руки обвивают чужую шею и он пытается взять с поцелуя еще больше любви Марата и передать всю свою, что он так долго не показывал. Это буквально слияние двух душ и воссоединение двух противоположностей. И уже плевать на чужое мнение. Плевать на Айгуль, На Ирину и на вечно орущего отца. Они вверяют друг другу свои чувства, ощущая как бабочки в животе устраивают бойню и нехватку кислорода. Они, готовые задохнуться в искреннем поцелуе ,не хотят заканчивать. Отстранились и зачарованно смотрят друг другу в глаза ,и, не давая лёгким вновь обрести желанную дружу воздуха, вновь скрепляют свои уста. Этот момент, кажется, был самый долгожданный в сознании обоих парней.