9.
26 июня 2024 г., 16:29
Утро выдалось тёплым и солнечным. Миша специально завёл будильник и убрал часы под подушку, чтобы не разбудить маму и бабушку. Что касается сестры, Настя всё равно бы услышала пронзающий звук. Но в эту ночь, Тилькина спала плохо: постоянно ворочалась, думала о «деле», на которое вчера всех позвал Вова.
Ералаш быстро выключил будильник, не вынимая его из-под подушки. Осев на кровати, мальчик почесал затылок, придавая светлым волосам ещё более взъерошенный вид. Он сонно посмотрел на девушку, которая задумчивым взглядом смотрела в потолок, держа руки под головой.
— Настька, ты чё не спишь? — взглянув на дверь, Мишка прислушивался к каждому шороху, проверяя не идет ли к ним в комнату бабушка или мама. Пусть он и говорил шепотом, но лишний раз попадаться родителям на глаза и, тем более, объяснить такой внезапный, ранний уход из дома, не входило в его планы.
— Не спиться… Ты как?
— Спать хочется, но в целом всё путём, а чё?
— Да нечё, Миш! — строго шикнула она на брата: — ты понимаешь, куда ты вписался? Вова прямым текстом вам всем вчера сказал, что вы будете бомбить водителей!
— Во-первых: не бомбить, а брать оплату за нашу дорогу, а во-вторых: чё в этом такого? Не тебе же одной батрачить… — грустно оборвал он фразу, но тут же продолжил: — новый утюг бабушке куплю зато! — разочарованно отводя взгляд в сторону, Настя нехотя, но приняла позицию Миши. Он всегда был таким, что в детстве, что сейчас: если что-то наверняка решил, то ни за что не отступится. Как папа…
— И что ты скажешь? В лотереи выиграл?! — не отступала старшая.
— Слушай, Настюх, а неплохая идея! Спасибо! — Тилькина только махнула на него рукой. Подходя к двери на цыпочках, девушка приоткрыла дверь, проверяя проснулась ли бабушка или Инга. Никак она не могла привыкнуть, что с ними теперь живёт мать. В мыслях проскакивало это заветное, родное слово мама, по которой она очень скучала за все эти годы, но вслух девчонка произносила лишь только её имя.
Настя тихо прошла в ванную, за ней так же по пятам младший брат.
— В общем, чтобы тебя не спалили, принесу тебе одежду, ты пока возьми куртку, шапку и ботинки. Дверь откроем как обычно, я же сегодня тоже на смену ухожу. Всё понял?
— Настён, ты лучшая… — Миша поцеловал сестру в щеку и как можно сильно обнял, предугадывая как она отреагирует. И правда, девушка начала вырываться из объятий, ворча себе под нос, чтобы брат её отпустил, на что малец заулыбался сонной улыбкой. Настя скорее себя винила в том, что помогает брату сбежать рано утром из дома, подписываясь на очередную его авантюру.
Еле слышно, старшая Тилькина пробежала обратно в комнату через зал, где на диване спала бабушка, которая частенько любит допоздна смотреть разные передачи, в особенности это была «Кинопанорама»; и мимо комнаты Инги, где раньше ночевала бабушка, но редко, из-за того, что долго засиживалась у экрана, а потом и вовсе засыпала под тихие киношные беседы.
Юная девушка собрала на голове пучок, дабы её русые, полурастрепанные волосы не падали на лицо и не отвлекали от спешных сборов. Настя как можно быстрее надела на себя колготки, джинсовую юбку и теплый разноцветный свитер, успевая при этом оглядеть себя в зеркало. Зацепив глазами стул, на котором небрежно располагались черный свитер и штаны брата, она на ходу хватает его вещи, так же неслышно направляясь через гостиную, на цыпочках, в ванную. Оглядев бабушку, которая мило посапывала на диване, Настя тепло улыбнулась, скрываясь за дверным проёмом. Не доходя до прихожей, блондинка приоткрыла белую дверь в ванную, протягивая одной рукой одежду Мише. Мальчишка кое-как впопыхах начинает одеваться, пока старшая сестра неторопливо собиралась в прихожей.
— Ералаш, ты там скоро? — тихонько постучала девушка, ожидая брата будучи одетой в верхнюю одежду.
— Да иду-иду я, — дверь полностью открылась, Миша прошёл в прихожую, доставая шапку с верхней полки. Настя его остановила, обматывая на его шее шарф. Младший негодовал, пытаясь сорвать его, но старшая настаивала на своём. Эта немая перепалка между ними длилась около минуты и приняв своё поражение, Миша застегнул куртку и тихо-тихо повернул ключ в замочной скважине, чтобы бабушка, которая крепко спала в гостиной, не услышала.
Наконец-то оба оказались за дверью, облегченно выдыхая, что всё прошло быстро и никто в квартире не проснулся. Выходя уже из подъезда, Настя причитала о том, чтобы Миша не лез нарожон, в ответ на это, Ералаш успокаивал сестру, пытаясь как-то развеселить и переключиться на другую тему. И ничего другого не нашёл, как кинуть снежок ей в спину. Девушка тут же поймала азарт игры, пытаясь забросать снегом брата. И оба даже не подозревали, что за ними в раннее, морозное утро, из окна наблюдала Инга утирая слёзы, чтобы не разбудить всё так же, мило спящую, свою пожилую маму.
***
Место встречи было шоссе, по которому машины въезжают в город. Миша решил сначала проводить сестру до больницы, потому что оттуда можно через дворы как-то срезать и быстро дойти до пункта назначения. Настя не вдавалась в такие подробности. Подходя к зданию, девушка достала из кармана чуть потрёпанную сигарету, припасённую неизвестно когда. — Не смотри на меня так, — первая ответила Тилькина, ища в кармане спички, чтобы поджечь папиросу: — я тебя не в садик провожаю. Имею право и прикурить разок! — Ну ты меня и не провожаешь так-то, — сухо произнёс Миша. Услышав позади пронзительный свист, Тилькины одновременно обернулись. Светало, но фонари ещё тускло горели, придавая хоть какую-то освещённость тусклой улице. К ним направлялся Турбо. Настя сразу его узнала, но в объятья к нему не спешила падать. Рано ещё такие шаги делать, да и при брате как-то неудобно было. — Чё кислые такие? — улыбнулся Валера. Турбо посмотрел в эти ему уже родные голубые глаза, но быстро перевел взгляд на сигарету, которую Настя зажала у себя во рту и старательно шарила по карманам ища в них спички. Улыбка у него тут же увяла. Он пожал руку Ералашу, тот поджал губы и еле заметно кивнул старшему. По выражению лица мальчишки, Валера понял, что старшая переживала. Причем сильно. — Прикурить? — Турбо достал из кармана штанов коробок. Наконец, Тилькина снова посмотрела на него. Она была уставшая, совершенно не выспавшаяся, но очень красивая… — Было бы кстати, — коротко бросила девушка, помогая закрывать руками огонёк от ветра. Вдохнув никотин, Настя сморщилась, быстро выдыхая его в сторону. Так же, как это всегда делал Валера. — Ты до скольки сегодня? — привычно засунув руки в карманы, Турбо наблюдал за её неудачными попытками курения папиросы, но в этот раз, она кашляла меньше. Привыкла. — Как получится. А вы надолго? — Тилькина переводила взгляд то на Турбо, то на Ералаша, который в свою очередь пытался справиться с некоторой неловкостью, возникшая непонятно откуда. — Так же… — разговор не клеился от слова совсем. Миша решил отойти к крыльцу, чтобы не подслушивать их личные разговоры, хотя жутко было интересно послушать. Провожая Ералаша взглядом, Турбо сократил расстояние между Настей, забирая из её рта сигарету, которая будто специально давилась ей. — Насть, вот нахера курить, если не умеешь? — взяв пальцами папиросу, он не подумал выкидывать, а продолжил курить как ни в чем не бывало. Этот жест заставил девушку, наконец-то, улыбнуться. — А ты в курсе, что так вообще-то бактерии передаются? — она хитро прищурила свои голубые глаза, не сдерживая ухмылку. — И чё? Мне по боку, ты же мне не чужая, — парень затянулся в этот раз с таким наслаждением, что это вызвало у Насти какое-то смущение, и девушка шутливо ткнула того в плечо, вызывая у Валеры улыбку. — Переживаешь? — А сам-то как думаешь, Валер? — Тилькина обняла себя руками, посмотрев в сторону брата. Мальчик нашел какую-то ржавую банку, играясь сам с собой, чтобы лишний раз не пялиться в сторону сестры и просто элементарно не замерзнуть. Девушка грустно улыбнулась. — Всё путём будет. Слово пацана даю! — Валера положил руки ей на плечи, акцентируя внимание на себе, выводя свою ненаглядную из мрачных мыслей. — Вообще-то я не только за Мишу переживаю… — тихо произнесла Настька, смущаясь от такой близости ещё сильнее. Она полночи надумывала самые страшные сценарии у себя в голове, что с ними может случиться: изобьют, покалечат или ещё что похуже, но стоя рядом с Валерой, сейчас эти мысли рассеивались, как туман. — Вечером на дискач пойдёшь со мной? — парень решил координально сменить диалог в другое русло. И у него это получилось. — Сегодня? — девушка задумалась, успеет ли она переодеться после работы, накраситься и подобрать себе наряд. — Сегодня. Я встречу тебя с работы и мы пойдём в ДК! Как тебе такой расклад? — Турбо был совершенно доволен собой, а Насте очень польстило то, что его даже и не надо просить встретить её вечером или наоборот проводить до дома, как это было с прошлым её кавалером. Хулиган с правильными манерами — редкость. И эта редкость сейчас стоит прямо перед ней, искренне улыбаясь в ответ. — Такой расклад меня устраивает! Но! — Валера немного напрягся, чего мимо Насти не прошло: — да ты чего, расслабься! Мне нужно накраситься будет. — Да ты и так у меня красота! Куда ещё то лучше? — девчушка засмеялась, вызывая тем самым улыбку и у Турбо. — Ну всё, уговор тогда. Ералаш! — мальчишка подбежал к ним: — погнали на шоссе, — Настя обняла Мишку, щелкнув его по носу, затем подмигнула Валере и убежала. — Турбо, а о чём вы говорили? — наблюдая, как сестра зашла в двери больницы, оба друга направились быстрым шагом к месту встречи. — О тебе и говорили, любопытный! Пошли уже! — положив руку на маленькое плечо, Турбо потащил за собой Ералаша, тем самым его подгоняя. Ведь неуважительное опоздание, по правилам улиц, больно каралось.***
Группа ребят, во главе Вовы Адидаса подошли к заправке на въезде в город. На улице веяло морозным свежим воздухом, утренние сумерки быстро перетекали в раннее зимнее утро. Вова ускорил шаг к белой машине, которая стояла неподалёку от заправки, а стальные Универсамовские замедлили шаг, окружая машину со всех сторон, как хищники окружали свою добычу. Турбо и Зима шли за Вовой, Ералаш подошёл к правой задней двери, Пальто слева, Марат остановился у багажника. — За рожку заплатить бы! — Адидас старший ударил несколько раз по стеклу кулаком, ожидая реакции от спящего водителя. Мужчина испуганно дёрнулся, переспрашивая, что от него хотят, нервно оглядывая этих непонятно откуда появившихся пацанов. — Три рубля легковушка, так-то наша дорога, — холодно продолжал Вова. Водитель занервничал ещё больше. — Ваша? Нахуй пошли! — потянулся за ключами, чтобы завести мотор и уехать от греха подальше. Он сразу понял, что это были не просто мимо проходящие пацаны, а группировщики. Адидас не раздумывая ударил локтём по стеклу, разбивая его вдребезги. Зима подхватил рвение Адидаса, ударяя по лобовому стеклу железной трубой, оставляя огромный отпечаток. — Вы что, сука, творите?! — успел выкрикнуть мужик, как чужие руки вытряхнули его из собственной машины наружу, грубо толкая к машине. Парни в шаг окружили Адидаса и этого бедного, испуганного водителя. — Ты кого нахуй послал?! — Вова церемониться не стал и сразу ударил удивлённого мужчину по лицу. Тот сразу всё понял, начал лихорадочно искать кошелёк и деньги. Найдя во внутреннем кармане тулупа свой лопатник, он отдал все свои сбережения что были. Суворов старший взял купюры, по-честному отсчитал три рубля, а оставшиеся кинул мужику в лицо. — Лишнего не надо. Добро пожаловать в Казань! — пацаны направились в сторону огромных шин, планируя перекрывать дорогу. Испуганный мужчина поспешил поднять свои деньги, сел в свой автомобиль и быстро уехал прочь. Через некоторое время, на горизонте показался грузовик. Старшие парни помогали скорлупе выкатывать шины, на проезжую часть, тем самым перекрывая путь. Вова, как главарь шёл навстречу остановившейся машине. Шагнув на ступень со стороны водителя, молодой человек заглянул в салон грузовика. — Шесть рублей проезд, — сонный водитель хлебного грузовика, который, по-видимому, долго откуда-то ехал, без лишних вопросов отдал деньги. — Проезжай! — Адидас старший пересчитал купюры, чтобы было всё честно, захлопнул дверь спрыгивая на асфальт, давая понять своим, что можно освободить путь. Парни быстро сработались между собой, помогая друг другу. Ералаш забрался наверх по маленькой лестнице, на трубы, высматривая другие машины или милицию, чтобы если вдруг что, сразу же предупредить. Следующий пассажир так же отказывался отдавать деньги, не открывая при этом ни двери и даже стекла не опустил. В таких случаях, Вова разбивал стёкла кастетом, и переспрашивал уже жёстче обычного, и только после таких разговоров появлялись сразу деньги, которые нехотя ему отдавали и быстро уезжали своей дорогой. Около часа не было ни одной машины, ни из города никто не выезжал, так же никто и не приезжал. Старшие успели сделать два перекура. Адидас заметно начал нервничать, уставившись в одну точку, выглядывая машины. — Ещё одна едет! — вдруг крикнул сверху Ералаш. Темно-зеленая Лада ВАЗ мчалась в сторону пацанов. Турбо с Зимой быстро выкатили шину, кидая её чуть-ли не в саму машину, чтобы остановить оборзевшего лихача, а вторую шину Марат и Андрей не смогли выкатить, из-за тяжести. — Марат! Чё за дела блять?! — Вова подошёл к младшему брату, осматривая двух друзей, которые опустили головы, будто в чём-то провинились, глядя на эту здоровенную шину. — Оно неотэтовается… — буркнул Суворов младший, хмурясь от вышедшего солнца. — Зима, помоги им выкатить шину из сугроба! — Вахит подошёл к скорлупе, скомандовал взять запаску, помогая им вытащить её на дорогу. — Не убирайте вы так далеко! — нравоучал Вова: — такими темпами, мы нихера так не получим! — через пол часа Ералаш сообщил о приближающейся машине. Зима, Турбо, Марат и Андрей перекрыли дорогу, направляясь к машине, около которой уже стоял Вова. — Проезд платный, три рубля! Дорога наша! — на этот раз водитель никак не отреагировал, просто молчал. Парни уже начали долбить по ней, параллельно выкрикивая, чтобы тот выходил и платил, но мужчина оказался смелее двух первых, с которых Вова взял по три рубля. — Ну-ка отпускай, сейчас милицию вызову! — услышав эти слова, Адидас убрал руки от машины. Он достал из кармана свой кастет, уже готовясь разбивать стекло, но водила резко сдал назад, отъезжая от группировщиков. — Стой! — Турбо завидев лежачий камень, подобрал его, кидая в машину, но не попал. Марат и Андрей кинулись за отъезжающей машиной, но догнать не успели. — Сука… — разочарованно бросил Турбо, направляясь к Зиме помогать снова убирать тяжеленную шину с дороги. — Да остынь ты! Упырь он и есть упырь! — подбадривал Зима друга, расстёгивая параллельно куртку. Хоть на улице было прохладно, но от такой физической нагрузки становилось душно. То же самое повторил и Турбо, шутливо подталкивая Зиму в спину. Парни раззадорились, кидаясь друг в друга снегом. Марат и Андрей к ним присоединились, даже Вова дал слабину, не удержавшись от детской забавы. Всех больше снегом получили Марат и Андрей, потому что против троих старшиков было трудно уворачиваться. — Ладно хорош, пацаны! — крикнул Вова: — будьте на стрёме! А то вон какие попадаются, оборзевшие. Прошёл ещё через час, они остановили оранжевую машину, совершенно уставшие, выдохшиеся. — Проезжай, — убирая очередную добычу в карман, Вова отошёл от машины, высматривая в дали ещё легковушки. Пацаны в этот момент уже оттащили свои шины по местам. Пытаясь завести машину, движок окончательно заглох. — Подтолкнёте? — с надеждой в голосе спросил водитель глядя на самого старшего. — Поможем, пацаны! — все пятеро начали толкать машину, пока она окончательно не завелась. В следующей машине водитель решил долго не церемониться, когда Вова сказал про деньги, он тут же выскочил, скидывая с себя куртку, накидываясь на Адидаса. Парни напряжённо переглянулись. Зима резко подался вперёд, чтобы атаковать. — Назад! — крикнул Суворов, отвлёкшись, и получил удар по лицу. Из носа тут же брызнула кровь. Мужчина быстро снял с себя куртку, отбрасывая в сугроб, продолжая уворачиваться от ловких ударов оппонента. Марат напряжённо переминался с ноги на ногу, чтобы если вдруг что, кинуться на помощь. Уворачиваясь от очередных замахов, Вова смог отомстить и так же зарядил подготовленному мужчине в будку. Во время драки, Адидас вдруг понял, что мужик этот бывший служивый. Вова остановился не решаясь продолжать драку с бывшим военным. — Где служил? — улыбнулся ему Суворов, опуская кулаки. — Погранка. 71-я, — спешно ответил ему мужчина, но кулаки он и не думал опускать, ожидая от Адидаса новой атаки. — Уважаю! — Суворов дружески протянул ему руку. Бывший пограничник пожал в ответ, неуверенно отходя к машине, оглядывая всех парней, включая и самого Вову. — Езжай-езжай! — успокоил его Адидас и пи этом не потребовал с него никаких денег. Ошарашенный таким исходом событий пограничник сел в свой автомобиль, уезжая прочь. — Вов, чё это было? — спросил Турбо, провожая взглядом отдаляющуюся машину. — С ветерана западло брать деньги, — принимая от брата куртку, молодой человек надевал на вещь на себя: — видали, как ловко он меня уработал то, а?! — задорно спросил Адидас, вытирая пальцами кровь с носа. Марат заботливо дал ему снежок, чтобы старший брат приложил холод к больному месту. Когда Вова немного подлечился, они с Турбо и Зимой прикурили, молча высматривая с разных сторон машины. — Менты! — взволнованно крикнул Ералаш, завидя в дали жёлтый милицейский бобик. Пацаны все кинулись в одну сторону, быстрее покидая проезжую часть. — Ералаш, слезай! — крикнул ему Турбо, убегая за Маратом. В этот раз, Валера чувствовал особую ответственность за малого, ведь он был родным братом девушки, в которую, всё-таки влюбился, и сегодня он точно признается ей в своих чувствах! Миша ловко слез с лестницы, спрыгивая в сугроб. Прямо перед самым его носом бобик остановился, откуда выскочили два мента. — Куда?! — милиционер хватает мальчишку за воротник, чтобы задержать, но случайно оступается и падает в снег, неуклюже стараясь подняться. Миша ни на секунду не растерявшись бросается прочь от милиции, убегая от второго милиционера, который побежал за ним, с криками, но поймать Ералаша было не так то уж просто. Ловкий, как заяц!***
Вернувшись в город, Вова и вся его кодла сошли на первой же остановке, когда они только-только приехали в город. — Ну чё, по партнёрски делим? — победно лыбящийся, Адидас старший оглядел каждого, доставая из кармана приличную сумму, которую они сегодня настреляли. — Нормалды! — поддержал его Турбо, так же скалившийся от счастья. — А сколько утюг стоит, пацаны? — поинтересовался Миша, надеявшись, что ему хватит на подарок бабушке. — Ты заколебал, блин, Ералаш, со своим утюгом! — Зима разрядил обстановку, поддерживая смех своих товарищей: — иди домой! — каждый смотрел на деньги, которые Вова ловко пересчитывал, мечтая купить себе что-то, о чём долго мечтал, или добавить к тем деньгам, которые давно скопил, а на покупку не хватало. — Короче, пацану, за весь этот беспредел с шапкой, двадцать пять рублей, — Вова начал с Андрея, протягивая ему не совсем честную, но заработанную наличку: — но это маме пока, остальное поровну, — раздавая каждому свою долю; сначала Зиме, затем Турбо, Марату и в конце Ералашу. — На! — громко вручая мальчишке деньги: — а утюг тебе нахрена? — Бабушке. — Это правильно! Молодец! А Настьке чего купишь? — Миша как-то неуверенно замялся, пожав плечами. — А Настьке я куплю чё-нибудь! А Ералаш поможет, верно, малой? — сразу же продолжил Турбо. Парни переводя взгляд на друга сразу же заулюлюкали, вгоняя его тем самым в краску. — Ну чё, на дискач тогда? Сто лет на дискачах не был! Погнали, Марат? — предложил Вова, но предложение было не только к брату, а ко всем присутствующим. — Да! Вы идите, а я сейчас девчонку захвачу и подвалю! — пересчитывая деньги, мальчик прикинул стоимость какого-нибудь сувенирчика для своей Айгуль. — Я тоже! — поддержал Марата Турбо, обнимая друга за плечо. — Ой, давайте идите уже, кавалеры! — Вова пожал своим товарищам руки, направляясь в сторону дома, прихорошиться для вечера, всё-таки хочется покрасоваться перед девчонками в военной форме! Турбо попрощался с Маратиком, забирая у него последнюю сигарету, направляясь в магазин виниловых пластинок. Валера прекрасно знал, благодаря Ералашу разумеется, что Насте нравятся песни Виктора Цоя. Пластинки были разные: от двух до трёх с половиной рублей, ну а фирма стоила дороже: от пятидесяти до двухсот! На фирму у него денег не было от слова совсем, но Турбо знал, что и обычная пластинка с хитами Цоя девушке очень понравится. — Здрасьте! — прямо с порога парень громко поздоровался с продавщицей, приветливо той улыбаясь: — Уважаемая, подскажите, пластинки Цоя у вас есть? — девушка была примерно одного возраста с Валерой, может чуть-чуть помладше. Приветливая, темноволосая, зеленоглазая, которая уже стреляла своими глазками, пытаясь кокетничать с покупателем. — Привет-привет! А я тебя кажется знаю, ты из Универсамовских? — Турбо польстили её слова, быть узнаваемым приносило какое-то удовольствие. — Допустим, а ты откуда знаешь? — молодой человек сразу же заметил кокетство в глазах продавщицы, но отвечать вовсе не хотел. Не в его вкусе, да при всём при этом, его сердце уже было занято. — Да подруга встречалась там с каким-то, расстались, — она показушно изобразила сочувствие: — Лиза. — Лиза, мне пластинка нужна. Есть? — девушка поняла по серьезному выражению лица парня, что тот явно не был настроен на знакомство. Закатив глаза, Лиза ушла в подсобку проверить наличие товара. — Остались две: Группа крови и Звезда по имени солнце, — не выходя на кассу крикнула продавщица. — Второй неси. — Это же кому такая заветная пластинка достанется? Другу? — шатенка протерла упаковку пластинки тряпочкой, избавляя от пыли, отдавая в руки группировщику. — Девушке. Сколько? — Турбо хотел быстрее избавиться от общества этой назойливой девчонки, чтобы поскорее встретиться с Настей и обрадовать её подарком. — Три рубля, — принимая деньги, закладывая их в кассу, продавщица сверкнула зелеными глазами на парня: — повезло твоей девушке. Ну, удачи! Приходи ещё! — Благодарю! — забрав пластинку, Турбо вышел из магазина, прикуривая сигарету. Направляясь к больнице, Валера поймал себя на мысли, что он даже не знает, есть ли у Тилькиных дома проигрыватель или нет. Было около четырёх часов вечера, начало пятого. Валера уже стоял у входа в больницу, ожидая на улице свою ненаглядную. Он следил за каждым кто выходил из здания и кто входил. Вот наконец показалась знакомая фигурка, но не одна. За ней шёл какой-то лопух, по виду было ясно, что ей было неохотно с ним идти, но она приветливо ему улыбалась. — Настенька, так может тебя проводить? — придерживая дверь, паренёк пропустил сначала девушку, а следом вышел и он. — Нет, Антон, правда не нужно! — Настя начала оглядываться, в поисках Валеры: — меня уже ждут. — Ну кто? Где тот самый? — За спиной у тебя! — холодно произнёс Валера, поднимаясь по ступенькам. Парень обернулся через плечо на подходящего к нему высокого молодого человека. Настя облегченно выдохнула, обнимая своего спасителя и поцеловала в щеку. — Валер, знакомься это Антон. Интерн из мединститута, приехал на практику к нам! — девушка взяла Валеру за руку, пытаясь согреть его своей ладошкой. Интерн протянул руку Турбо, он долго смотрел в его глаза, затем перевёл взгляд на Настю, нехотя, но всё-таки Валера сдался и пожал руку врачёнышу. — У вас прекрасная и добрая девушка. Она меня сегодня буквально спасла! — от волнения, бедный студент начал тараторить слова. Турбо слушал молча, покуривая папиросу, перекладывая её с одной стороны рта в другую. — Не преувеличивай! Нам уже пора идти! Завтра без опозданий, понял? — девушка взяла Валеру под руку, на её жест, Туркин чуть улыбнулся, но в глазах у парнишки он оставался очень серьёзным, даже больше суровым. — Да-да, Анастасия Ренатовна! — Настя потащила Валеру за собой, чтобы поскорее дойти до дома. — Замёрз? — девочка наблюдала за своим кавалером, который всё ещё крепко держал зубами сигарету, которая даже перестала дымить и никотиновое наслаждение Турбо особо не получал. — Не очень, — отстранённо ответил молодой человек. — Ага, вон руки какие холодные! Почему внутрь не зашёл? — Не знаю. Чё это за прыщ был вообще? — не выдержал Турбо, сплёвывая давно остывшую папиросу. — Интерн, я же говорила, — Настя прижалась головой к парню, до плеча она не доставала, он был очень высоким. — А чё он к тебе клеиться то?! — раздражённо уточнил Валера. — Я ему сразу сказала, что я не свободна, еще на работе, когда его подослали мне помочь пробирки протереть, и на улице, сам же слышал. — Слышал-слышал, — парень сплюнул в сторону. — Ну и что за грусть тогда в лице? — девушка остановилась, пытаясь поймать взгляд Валеры: — послушай, я тебя ни на кого не променяю. Даю слово! — заметив перемену в лице Валеры, Настя улыбнулась и оба направилась домой к Тилькиным.
