Гарри Поттер в Стране чудес

При виде Долохова либо становятся на колени и молят о милости, либо бегут со всех ног. В гостиной Слизерина можно услышать у камина множество разных сплетен и баек от старшекурсников, и Антонин часто фигурирует в этих историях. Кому только не обсасывали косточки, но многие старшекурсницы — и некоторые старшекурсники — признали, что Долохов горяч, по крайней мере по фотографиям до ареста и не смотря на возраст. Тем же вечером появился список топ-горячих мужиков и женщин по версии Слизерина. Некоторую информацию Гарри хотел бы не знать, например, какой жаркий секс был бы у семикурсницы Селены Деверье с Сириусом. И бесстыжие гады специально доводили Поттера, наслаждаясь его мученическим видом. Сейчас же, видя Долохова в виде истребителя нечисти, карты с копьями и огромного пса, все бросились врассыпную — Поттер не был исключением. Уже запыхавшись от длительного бега, Гарри проклял стадный инстинкт, ведь зачем бежать от того, кто сам приведёт тебя в нужное место. Из-за того, что Поттер резко остановился милый пёсик бежавший за ним и не понимающий, что творится в голове Гарри, полоснул его когтями по спине. Спину обдало огнём настолько сильно, что хотелось умереть на месте и не мучиться, боль ослепила глаза и понимание происходящего. Когда шок прошёл, оказалось, что плешивый волк, взявшийся из ниоткуда, тащит его на себе. Отбившись от волка и даже что-то ему проблеяв в горячке, Гарри попал прямо в руки Антонина. — Разве ты не понял правила игры? — Насмешливый голос был последним, что услышал Поттер перед тем, как его вырубил Долохов. Долохов закинул его на пёсика, благо спиной кверху, и они отправились на поклон к Его Величеству. «Они сидели в Большом зале всей дружной межфакультетской компанией смеялись, делились новостями и ждали Грейнджер, которая тайно присутствовала на собрании после того, как дала показания Попечительскому совету. Спасибо, мантии-невидимке. — Вы представляете, Дамблдор не исключил двух идиотов! — Многие стали прислушиваться к Гермионе, заметив это она понизила голос и села за стол. — Он перевёл их в Дурмстранг! После стольких нарушений школьных правил, издевательств над другими детьми и домогательств! — В взлохмаченных волосах Гермионы виднелись искорки магии, в глазах горел огонь, щеки раскраснелись. — В их случае лучше исключение, чем Дурмстранг. — Нотт сказал это с ленцой и не оторвав взгляд от книги по совмещению чар, рун и зельев. — С чего такая уверенность? Седрик не дал ответить Нотту и сам пояснил, какое строгое обучение в той школе и как там воспитывают солдат, а не учеников. — Гриндевальду не мешало творить всё, что вздумается. — Подметил Поттер. — Как раз после него правила и отношение к таким «оторвам» ужесточилось. Сами ученики проучат их вдоль и поперёк, что уж говорить о профессорах.» Следующее что Гарри вспомнил, — это разговор с Филчем. Поттер решил поинтересоваться, какие у старика и Снейпа отношения, ведь когда Гарри сидел возле Чёрного озера и чах, пришёл Северус, выглядя будто профессор получил пинок под зад от завхоза, который маячил на заднем фоне, с наставлением помириться. И вот тут вылезла история времён учёбы Мародёров, Лили и Снейпа. Именно завхоз узнал о триаде и именно он настоял, чтобы они держали язык за зубами, очень красочно поведав о том, что с ними будет, если кто-то узнает о них. Но при этом старик продолжал ненавидеть Джеймса и компанию, что логично и принимаемо, зная, какими они были придурками; опасался Гарри, да и в целом лезть в эту историю не хотел. Поттер и сам хотел бы не лезть в это всё, но не судьба, как и не судьба Филча избежать всего этого. Следующее воспоминание было занимательным и настораживающим. Дамблдор вызвал его к себе на чай и без каких-либо разглагольствований перешёл сразу к главному, что было звоночком, к которому следует прислушаться и быть бдительным — что-то намечается интересное. — Ты, возможно, заметил, что с замком что-то не так. Не как на первом курсе. — Констатация факта, не требующая от Гарри какого-то подтверждения. Да и это правда, они с ребятами стали замечать больше «непослушных» комнат, закольцованных пустых коридоров. — Из-за некоторых… обстоятельств щиты школы были подточены, а некоторые потоки разрушены. Как вода точит камень, так и некоторые… действия подтачивают, истощают щиты, которые не успевают набрать магии и восстановиться. Людям сложно признавать свои ошибки, и я не исключение. — Альбус выглядел уставшим и явно был не в восторге от разговора. Сказать, что Гарри сидел в шоке, — это ничего не сказать. Дамблдор не смотрел на него, потому и не видел выпученных глаз и приоткрытого рта — так бы его повеселило выражения лица Поттера. — А как же поглощение магических выбросов и магии из чар? — Директор посмотрел на Поттера и, не дожидаясь вопроса, ответил: — Профессор Квиррелл рассказывал на маговедении о поглощении выбросов магии, да и излишков магии в целом. — Численность детей мала, чтобы подпитать и восстановить щиты через их магию. А магические выбросы в таком возрасте не так уж распространены — это скорее неожиданный маленький подарок для замка. Встав и подойдя к окну, чтобы не видеть осуждающих и недовольных взглядов бывших директоров, Дамблдор собрался с мыслями и надеясь, что это будет ему и магическому миру на благо, стремительно подошёл к одной из книжных полок. Всё это время Гарри осматривал кабинет и наблюдал краем глаза за директором. Взяв нужную книгу — явно из Тайной библиотеки, так как выглядела она древнее Мерлина и с гербом школы на обложке, — Дамблдор, сев за стол, впервые за это чаепитие смотрел Гарри в глаза. Из тщательно продуманной речи директора выяснилось, что книга принадлежала Слизерину и вся, конечно же, на парселтанге. А кто ещё знает парселтанг? Конечно, Сейры, но они где-то в Америке или Австралии и Дамблдор им не слишком доверяет — точнее, вообще не доверяет — чтобы просить найти нужные связки рун для щитов замка и перевести текст. Слизерин при постройке замка как раз создавал щиты для школы, которые потом подкрепляли Гриффиндор, Рейвенкло и Хаффлпафф. Всё это он записал в книженцию, которая лежит на столе директора. И понять, какого дьявола Слизерин записывал всё о таком важном, как безопасность школы на парселтанге, было выше его понимания, но явным плюсом для Поттера, который неизвестно откуда владеет этим языком. Просто дать такую книгу в руки школьнику директор не решился, а потому Гарри будет каждый день после уроков приходить на пару часов переводить, а потом идти на все стороны. Гермиона от таких новостей была в экстазе, но немного опечалена тем, что не сможет помочь, ведь никто не должен знать о её умении писать и читать змеиные карлючки. «Неужели я здесь из-за того, что в книжке нашёл что-то и решил сунуть нос куда не нужно?» — Была последняя мысль Поттера перед тем, как всё затопило светом, и он почувствовал болезненный толчок в кровящую спину. Отличное пробуждение. Разлепив глаза, первое, что увидел Поттер — это кожаные чёрные туфли с кровавым отливом на свету, а уже потом зал в оттенках красного, трон, карты по периметру, Беллу, Антонина, парня в маске шута и самого Реддла, который схватил его за волосы и пронзительно смотрел в глаза. — В темницу. Пусть там ждёт своей казни. — Бросил Червовый Король и, отшвырнув Поттера от себя как бездомного щенка, отряхнул руки в красных кожаных перчатках и сел на трон со скучающим выражением лица. Карты схватили Поттера под руки и поволокли. Только он попытался встать, чтобы идти самостоятельно, как его ударяли ногой по спине. От боли потемнело в глазах и вылетали искры. — Я вам, суки, в прошлый раз помогал цветы красить, а вы мне так отплачиваете. — Сквозь зубы процедил Гарри. — Не нам. Те, кому ты помогал, уже не помогут, не надейся. — С презрением в голосе ответили карты. Пересчитав собой все ступени, которых немало, и мысленно прокляв того, кто строил замок, Гарри со вздохом облегчения оказался в темнице. Но долго спокойно полежать ему не дали. Темница была общей, а не по камерам, потому Шляпница сгребла его в свои объятия и начала ругать за то, что пришёл за ними. Кое-как отбившись, Поттер, не говоря ни слова схватил цилиндр Шляпницы и прикоснувшись к зеркалу перешёл в Зазеркалье. Зеркалис сидел на троне и с восторгом смотрел в зеркало в своих руках. На появление Гарри он никак не отреагировал. — Мне нужно в замок Червового Короля. — Разве ты только что не оттуда? — Всё же посмотрел на него Геллерт, но взгляд у него был такой, будто перед ним душевнобольной. — Я из темниц, а мне нужна комната, из которой я смогу выйти и осмотреть замок изнутри, а там и освободить пленных. Зеркалис повесил зеркало на стену и, встав за спиной Гарри, начал осматривать его спину. — О да, Баярд постарался. — С мрачными нотками удовольствия и садизма произнёс Зеркалис. В зеркале Гарри увидел, как мужчина тянет руку к его спине и резко повернувшись, заметил садистическое выражение лица Зеркалиса, который тут же состроил сострадание. — Знаешь, как вылечить спину? Рука, замершая на полпути к спине Поттера, теперь потянулась к его волосам. Отчаянно хотелось отступить назад, но Гарри сдержался. С мягкой улыбкой Зеркалис начал перебирать его пряди и поглаживать голову. — Что-то придумаю. — Прошептал на ухо Геллерт. И поцеловав Поттера в лоб, толкнул его в одно из зеркал. — Хватит меня толкать! — Прошипел Гарри в зеркало, зная, что Зеркалис наблюдает и слышит. Осмотревшись в простой спальне, Гарри открыл шкаф и с разочарованием понял, что он пуст. Спустя две спальни и почти остановившееся сердце — из-за того, что чуть не попался охране в одном из коридоров, — он с замиранием смотрел на бальные платья. Выбрав самое скромное, закрытое и менее громоздкое, он с болью в спине начал натягивать его поверх своей одежды и если низ он мог оставить, то вот с рубашкой и галстуком-бантом пришлось попрощаться. Перейдя к туалетному столику, Поттер расчесал волосы и с трудом собрал их в кучу на затылке, закрепив всё шпилькой; вторую шпильку он прихватил с собой на всякий случай. Посмотрев на себя в зеркало и немного подумав, Гарри нашёл косметику и стал пытаться накраситься, и если с румянами и помадой проблем не было, то вот с тушью были. Здесь щёточкой для ресниц служили мохнатые гусеницы, принцип простой — берёшь гусеницу, самой мохнатой частью умокнуть её в чёрную тушь и красишь ресницы. По крайней мере, так делал Гарри, и правильно это или нет его не волновало. Навыки макияжа у Гарри были не всегда. Он любил наблюдать, как Петуния красится и собирается на мероприятие, и в один из таких вечеров, когда родители ушли, мисс Фигг уснула, присматривая за ними, а им с Дадли было по пять лет, они добрались до косметички Петунии. Им было интересно посмотреть и попробовать чем она мажется и как. С Верноном всё понятно, и «бриться» они уже умели, а тут что-то новое. Так Поттер и научился краситься, правда, старушка Фигг, когда их увидела чуть в обморок не упала от такой красоты. Ну не всё получается идеально с первого раза. Чтобы прикрыть шею, он отодрал из другого платья длинный кусок воздушной и лёгкой ткани, подходящий к его тёмно-красному платью, и обмотал несколько раз вокруг шеи. Образ был готов, и он надеялся, что сработает. Покрутившись возле зеркала и придирчиво всё осмотрев, Гарри остался доволен, показал зеркалу язык и захватив веер, вышел из комнаты чтобы тут же попасть в руки Антонина. — Откуда столь чудесный ребёнок взялся и куда идёт? — Я недавно в замке. Эм… Я троюродная кузина Чёрного Кролика. — Тихо, медленно и высоким голосом ответил Поттер, прикрываясь веером и отходя от Долохова, который пёр на него как танк. И если Долохов хотел что-то ещё спросить, то ему не дал Реддл. Присев в реверансе и стараясь не отсвечивать, Гарри проклинал этих двоих, взявшихся из воздуха. Спас обморок, как в самых мыльных операх, только Поттер не притворялся, красиво не падал и его, разумеется, никто не ловил на лету. «— Это что, действительно Чжоу Чанг? — Забини приземлился возле Гарри. В Большом зале во время ужина произошёл инцидент. Чжоу Чанг стремительно начала обрастать волосами по всему телу, а крику было столько, будто это не она была собранием разных существ в позапрошлом году, когда близнецы повеселились на славу после рождественских каникул. Теперь Чжоу стала реальным воплощением Чубакки из «Звёздных войн». Расплакавшись, Чанг выбежала со своими подругами из зала, а Гермиона, спокойно поужинав, подошла к Колину, который успел сделать фотографии обращения девочки в волосатое нечто, и перекинувшись с ним парой слов, ушла. Это была месть Гермионы за то, как в прошлом году Чанг «пошутила» при большом количестве людей о волосах на руках и ногах Грейнджер. Если бы Поттер в тот момент не был рядом, он бы в жизни не поверил, что Чжоу Чанг могла кого-то высмеять, тем более на такую тему. — И кто же решил «принцессе» Рейвенкло подсунуть такую свинью? — Играючи в детектива, Забини начал перечислять всех, с кем у Чанг был хоть малейший конфликт. Так как Забини появился в школе только сейчас, Поттер решил спросить его о самом актуальном, пока тот не добрался до случая с Грейнджер. — Итак, как свадьба? — Спросил Гарри, не обращая ни на кого внимания, а когда всё же обратил, то увидел внимательно наблюдавшего за Блейзом мрачного Нотта и Милисенту, обещавшую Гарри адские муки. Ещё бы понять, что он успел сделать не так, что Булстроуд решила его убить. Забини, прихватив пару яблок и нервно бросив пару шуток, встал из-за стола и, пробормотав об усталости, ушёл.» Очнулся Гарри в мягкой кровати под пристальным взглядом Червового Короля.