Fairy tale

      — Привет, меня зовут Рёмен Итадори. А тебя? — громкий голос короткостриженного мальчишки привлекает внимание Мегуми своей открытостью и всепоглощающей добротой.       Первый год средней школы, новых знакомых в новом классе, к сожалению, не избежать. Наверное, поэтому Фушигуро дёрнуло представиться в ответ. О чём он позже не пожалел, но головной боли отчего-то знатно прибавилось.       Итадори своими принципами странно напоминал Цумики. Активные альтруисты, умеющие постоять за то, что считают правильным. Мегуми редко таких встречал. Кто знает, может из-за этого они и подружились. Хотя это порой удивляет, особенно в моменты тупости. Коих неотразимым образом вместе с слиянием в их компанию Кугисаки Нобары стало больше. Чего стоит только момент с рубашкой Годжо. Это ж надо было испорченную кофе брендовую рубашку пытаться спрятать под пиджак Фушигуро. Лицо Сатору, когда он зашёл в комнату и лицезрел женскую грудь у сына, надо было видеть! Его шок можно было бы увековечить в самую забавную скульптуру этого столетия. Больше всего угарал, наверное, Тоджи, которому по обыкновению сдал их честную компанию Годжо. Парочка неизменно на своей волне. Конечно, их не наказали, даже ради приличия не отчитали, подумаешь, одна из многих рубашек, зато смеха было уйма. Мегуми за шестнадцать лет его жизни, кажется, вообще не наказывали. Даже за драки в школе. Фушигуро думает это из-за доверия в семье. Или какого-то само собой сложившегося понимания. Отцам вполне хватило его слов, что те парни первые начали и получили по заслугам. Сатору порадовался тому, что сын победил, а Тоджи максимум поворчал о полученных синяках. "Если дерёшься, то дерись без ущерба для себя." - как-то так он тогда сказал. Но старшая сестра, естественно, единственная была против насилия над другими, если это не связано с угрозой для твоей жизни или жизнями других людей. Так что, пусть Мегуми и остался при своём мнение на этот счёт, он был рад, что хулиганы их школы теперь шёлковыми ходят, и не придётся с Цумики больше спорить.       Как можно со всеми быть в хороших отношениях? Всем нравится? Каждого прощать? Разве это не глупо - давать себя в обиду, поощряя чужое низкое эго? Хорошие люди странные, Мегуми их не понимает, но всё равно хочет защищать. Это было бы правильно. Он вырос, наблюдая за родителями и дядей Гето, перенимая их принципы. Маги рискуют своими жизнями, чтобы защитить хороших людей от проклятий, которых сами же неосознанно создали. Иронично и жестоко.        Но, что оказалось более иронично, Итадори и Кугисаки тоже маги. Сатору был в восторге, когда узнал, что друзья сына после школы хотят попасть в магический колледж. Возможно новое поколение магов, не ограниченное предрассудками кланов, сможет придумать, как избавиться от проклятой энергии раз и на всегда. Время покажет. А пока они просто школьники. Лучшая пора юности.       Сакура отцвела, но её сладкий аромат нежным отголоском витает среди опавших лепестках по школьному двору. Каждое начало учебного года сопровождается этим приторным запахом. Мегуми к нему привык за девять лет, так что десятый чувство новизны не добавляет. Внимание от рассыпчатых пыльно-розовых кучек за окном переходит на классного руководителя, который будет курировать их оставшиеся три года старшей школы. Стандартные приветствия и наставления усердно учится длятся целую вечность, поэтому взгляд нехотя скользит по таким же скучающим лицам одноклассников.       Кугисаки оценивающе осматривает новую форму в привычном для себя амплуа модницы. А вот Итадори, по неизвестной причине, в классе не видать. Им повезло после распределения остаться в одном классе. Или же Годжо посодействовал в этом. Фушигуро склоняется ко второму варианту, когда практически не находит никого из прошлых знакомых, кроме своих друзей. Сатору тот самый подросток в теле взрослого, иначе по-другому не понять как тридцатилетний мужик так свободно может часами тусоваться и играть в компании детей любого возраста. Может из-за этой его диковинной особенности Мегуми редко вспоминал, что он не являлся ему отцом по крови. Эта такая незначительная деталь, которую легко забыть за совместными тренировками с проклятой энергией, или она терялась в привычных прикосновениях к макушке с поводом и без, или от принесённого в комнату без просьбы на это любимого чая; этих маленьких "или" было такое огромное множество, и они накладывались одно на другое, соперничая в простоте тихой заботы о ребёнке своего любимого человека, что уже всех не упомнишь. Годжо делал их не задумываясь. Зачем искать причину, когда тебе нравится делать обычные мелочи? Так что проявлять заботу о друзьях Фушигуро научился именно у повязочного.       — Не знаешь почему Итадори не пришёл? Он на сообщения не отвечает. — спрашивает Мегуми у Нобары на обеденном перерыве, когда вероятность, что друг просто проспал, отпала.       — Учитель сказал старосте, что Рёмен отсутствует по уважительной причине. Но на этом информация заканчивается. Этот дурак мне тоже не отвечает. Может телефон посеял? — ворчит рыжеволосая, ковыряясь в тарелке с карри.       — С его внимательностью вполне в его духе. Но не думаю, что это та уважительная причина, по которой он не явился на занятия. — логично рассуждает Мегуми. Конечно, Итадори тот ещё раздолбай, но раздолбай ответственный.       — И чего мы гадаем? Пошли после уроков к нему домой. Там лично и спросим. — возмущается Кугисаки, как обычно скрывая своё беспокойство за вредностью характера.       — Согласен.       Не хорошее предчувствие медленной лианой обвивает внутренности вместе с жаренной рыбой, съеденной ранее. Вот бы оставшиеся уроки прошли незаметно.       — Ой, ребятки. А вы чего под дверью топчетесь? — дверь квартиры Итадори открывает Камо Чосо, старший двоюродный брат близнецов Рёмен. Отрывает, и очень удачно, практически пришибает Кугисаки. Хорошо на рефлексах успела отскочить, а то свидание своего прекрасного носика с дверью она бы не пережила.       — Здравствуйте, господин Камо. — первая проявляет вежливость пред старшим Нобара, внутренне проклиная Мегуми. Прийти то друзьяшки пришли, но пред самым входом отчего-то заспорили, что неправильно так врываться, если тебя не ждали. Вот и топтались чёрт знает сколько, что уже на шум вышли.       — Здравствуйте. — вторит Фушигуро. — Мы к Итадори пришли. Он дома? Просто он весь день не отвечает..       — Да, мы недавно пришли. Он в своей комнате. Вкусняшки на кухне. Проходите давайте, и поддержите братишку, пожалуйста.       Чосо человек с которым комфортно в любой обстановке. Мегуми его уважает. Пусть они не часто встречались из-за того, что он живёт в другом городе, а не с Итадори, восторженных историй от младшего брата и своих личных наблюдений за поступками старшего вполне хватает, чтобы сделать выводы. Если бы Фушигуро попросили охарактеризовать Камо Чосо, это было бы одно простое предложение: "Лучший старший брат". Когда он рядом, чувствуешь себя в безопасности. Как за каменной стеной, хотя это выражение здесь не подходящие, ведь забота Чосо тёплая, ненавязчивая, явно никак не связанная с камнем, но другое на ум не приходит как-то.       — Эй! Прогульщик, хватит не отвечать на звонки. Это уже становится твоей вредной привычкой. — стыд под каблуком, совесть в сумочке - так бы Мегуми описал Кугисаки, которая без стука зашла в комнату их друга.       — А, привет. — Итадори натянуто смеётся. — Простите, я забыл телефон дома.       — Привет, не заставляй волноваться, чтобы потом не приходилось за это извиняться. — Фушигуро подходит ближе, игнорируя возмущённое пыхтение девушки за спиной, и пытается понять, что случилось. Итадори выглядит, будто потерянным что ли? На это намекал господин Камо? — Брат надолго останется в этот раз?       — Скорее всего. — обычно разговоры о старшем вызывали более радостную улыбку, и отсутствие предполагаемой заставляет друзей нахмурится. Нехорошо. — На него много забот свалилось со смертью дедушки.       С погрустневшим выражением лица напротив до Мегуми доходит произошедшее. Итадори и его брата-близнеца - Сукуну, с рождения ростил их дедушка. Жили они в деревушке тихо мирно, но когда близняшкам было по двенадцать, здоровье деда подкосилось. Тогда Чосо с Сукуной дружно отправили старика лечиться в Токио, и мелкого с ним заодно в столицу запихнули. Почему Сукуна не переехал вместе с семьёй, а остался в деревне, неизвестно. У Мегуми свои догадки на этот счёт, но судить человека ни разу не встретившись с ним лично - неправильно, так что пока не об этом. Фушигуро, не сговариваясь с Нобарой, одновременно с ней обнимает своего дорогого оболтуса. Естественно, всем нужна поддержка, когда теряешь родного человека. Даже если дед не слишком занимался воспитанием как таковым и имел дурной характер, всё равно ты будешь чувствовать потерю. Гаденькую, заметную где-то на периферии, ужасную потерю. Мегуми ощущал такую, когда тётушка Каэда ушла из жизни. Она тоже болела и была уже очень стара, но несмотря на ожидаемость исхода, без поддержки близких в тот момент было бы невыносим грустно.       — Что будешь делать дальше? — тихо спрашивает Фушигуро, переживая за дальнейшую жизнь друга. Закончить старшую школу и поступить в колледж без опекуна будет очень проблематично, не говоря уже про финансовую составляющую, а найти подростку работу с достойной заработной платой без образования в Японии вообще невозможная задачка.       — Будете чай с вкусняхами? Старший брат как всегда много привёз. Мне одному не съесть. — с улыбкой Рёмен несильно хлопает друзей по напряжённым спинам, отстраняясь. — За столом расскажу всё по порядку, что знаю, а там видно будет.       — Позволь поприветствовать тебя. — голос за спиной не то женский, не то мужской заставляет Сукуну обернуться на его обладателя, обратившегося к нему.       — А ты кто? — выпаливает он быстрее, чем успевает рассмотреть знакомый низкий силуэт с белой карэшкой.       — Господин Сукуна. — торжественно заканчивает андрогинный подросток с традиционным поклоном для большего фарса.       — Ураумэ, ты? — удивлённо-восторженно маг узнаёт свою древнюю подругу. Целых полгода не виделись, а будто тысяча лет прошла.       — Какая радость вновь встретить тебя. — расплывается в широкой лыбе названная от неожиданной встречи. — И как тебя в столицу занесло? Ещё и на такое нудное сборище? К Итадори что ли на секунду заскочил?       — К моему разочарованию, нет. Я насовсем перевёлся к вам. — Рёмен с вселенской обречённостью пробегается тёмно-алым взглядом по школьному двору, где проходит какой-то там очередной фестиваль. — Дед неделю назад концы отдал, вот и пришлось переехать, чтобы старшему брату было проще оформить опекунство.       — Сочувствую, скорее всего твоей семье сейчас тяжело. Но в школу в честь какого праздника явился то? Или учителя и в этой школе тоже начали досаждать Чосо какой ты плохой и ужасный ученик?       — Много болтаешь. Ты же это и так знаешь, зачем спрашивать? — фыркает раздражённо, отмахиваясь от подруги, как от прилипшейся ириски на зубах, которую хрен отковыряешь.       — Девочек бить нельзя. — пытаясь увернуться от тяжёлой руки, Ураумэ вспоминает наставления Камо. Их Сукуна всегда слушался, чтобы брата не разочаровывать.       — А ты побудь сегодня мальчиком? Тогда можно будет. — усмехается Рёмен, пока по привычке лохматит крашенные в белый с красным волосы во все стороны. Он уже и забыл как и когда они познакомились, по ощущениям кажется всю жизнь знали друг друга, но вряд ли это так, а жаль, это было бы весело.       — Ой, ты совсем не изменился в своих подколах. — наконец избегая бесящих прикосновений, портящих внешний вид, жалуется Ураумэ, хотя неизменная улыбка от встречи с другом не придаёт ситуации нужного недовольства. — Гляди, там вроде Итадори с друзьями.       — М? — Сукуна поворачивает голову в сторону куда указывает неоднозначная девушка, но заместо брата натыкается взглядом на привлекательного парня. Чёрные волосы колючками торчат во все стороны. Интересно, о них можно уколоться? Правильные черты красивого лица расслаблены. Перспектива заставить эти острые скулы налиться смущающим румянцем вызывает азартное предвкушение. Тонкие бледные губы двигаются плавно. Как быстро они покраснеют от поцелуев-укусов? Какой у него голос? Насколько беспомощно он будет срываться в моменты удовольствия? Изящная шея выглядывает из воротника до конца застёгнутой рубашки. На ней отлично бы смотрелись маленькие ярко-красные засосы. Стройное тело, скрытое строгой школьной одеждой, фривольно играет с воображением своей возможной гибкостью и силой. Хочется гулять руками по его изгибам, чувствуя желанную дрожь. Идеален.       — Эй! Сукуна, приём. — зовёт Ураумэ, пихая парня в бок. — Чего завис? Так соскучился по брату?       — А? Нет. — Рёмен с неохотой переводит внимание с привлекательного школьника на окружающих, чтобы оценить обстановку. — Хочу того парня, который слева от брата стоит.       — Вполне в твоём вкусе. — найдя глазами обсуждаемого, обыденно отвечает Ураумэ. — И в чём проблема? Иди и познакомься с ним.       — С тебя тонкацу, если он сейчас согласится переспать. По твоей еде я однозначно скучал. — закончив говорить, Рёмен уверенной походкой направляется к своей цели.       — Не сомневаюсь в этом, бедствие разварившихся макарон. Удачи. — что ж, это будет занятное зрелище.       — Сукуна! — первым приближающегося брата замечает Итадори и радостный машет ему рукой в знак приветствия.       — Привет, младшенький. — подходя ближе, парень с насмешливой улыбочкой приобнимет близнеца за плечи.       — Ты старше всего на одиннадцать минут. — кривится жертва шуток времени, но из полуобъятий выбираться не собирается. Всё таки привык за шестнадцать лет какая его брат язвочка.       — Я рад, что у тебя хорошая память. — довольно растягивает слова маг, споро оглядывая грубую на вид девчушку и большим вниманием останавливаясь на соблазнительном друге братишки, прежде чем протянуть ладонь, представляясь лично для него. — Рёмен Сукуна.       — Фушигуро Мегуми. — взаимной вежливостью отвечает на рукопожатье, но к сожалению Сукуны быстро отстраняется. Его длинные пальцы мягкой прохладой безупречно удобно лежали в руке, извлекая потребность повторить ненавязчивое прикосновение. Интригующий аффект.       — "Благословение" значит. Красиво. Пошли на свидание? — прямолинейно спрашивает розоволосый, игнорируя ошарашенные взгляды брата и девушки, чьё имя он не узнал.       — Нет. — спокойный приятный голос и равнодушие в глубоких тёмных глазах. Мда, ещё никто так грубо не отшивал Сукуну, даже случай с криками и рукоприкладством от возмущающей наглости парня не был столь жесток и несоизмерим разочарованием от полученного отказа Мегуми. — Итадори, Нобара, Савада-сенсей просил зайти к нему, встретимся позже.       Как ни в чём не бывало прощается с друзьями новообретённый краш Сукуны и красиво уходит в закат.       — Уу.. Да, ты влип, братец. — смеётся Итадори, когда Фушигуро пропал с поля зрения, смотря на изумлённое лицо, похожее на своё в отражении зеркала за важным исключением в виде чёрных линий-узоров, они у Сукуны с рождения были по всему телу, так что спутать их, несмотря на схожесть, было невозможно.       — Кто так на свидание вообще зовёт?! — возмущается Кугисаки, не специально перекрикивая заливистый смех. — Никакой романтики.       — А как надо было, чтобы он согласился? — оживает Рёмен. Фушигуро Мегуми оказался более интересным, чем предполагалось, чтобы вот так просто останавливаться на одном отказе. Если потребуется, Сукуна научится ухаживать. Будет послушно бегать за чужим холодным вниманием. Предложит всего себя. Покажет, что значит преданность, которая глубже океана. Не надо торопится, чтобы оставить после себя нужное послевкусие.       На следующий день Сукуна приходит в школу как презентабельный распиздяй. В мятой рубашке, расстёгнутой на две пуговицы, в форменных брюках, но нарочно забыв глупый пиджак. Сожалея, что не попал в тот же класс, в котором учатся брат и прекрасный Мегуми, прилежно сидит на уроках, чтобы на переменках существовать по близости со своим ненаглядным. Узнавать предпочтения и любимые вещи, говорить комплименты, дарить сладости с цветами и прочую чушь, которую считают романтичной. Нобара вчера прочитала лекцию по круче любых учителей на эту тему. Ну, а Рёмену терять нечего, стоит попробовать для начала романтику, если не получится, то попробует другое. У него в принципе в первые появилось такое сильное желание заполучить чьё-то конкретное внимание. Благодаря яркой внешности, невероятным физическим данным и дерзкому обаянию собирать влюблённые охи и ахи всегда было проще простого. А если и получался негативный отклик изредка, то быстро забывался. Мелочь, не стоящая переживаний. Но "нет" Фушигуро до сих пор крутится в голове грустно звучащей мелодией. Её хочется заглушить томным "да" или лучше требовательным "ещё". Наслаждаться притягательным спокойствием тёмно-синих глаз, желая добавить в них других эмоций. Как они выглядят радостными? А смущёнными? Или разозлёнными? В какой степени горят от азарта? Что их возбуждает? Бурный поток мыслей разбивает противный звонок с урока.       — Мегуми, можно я с тобой поем? — Сукуна находит названного одного на крыше с бэнто в руках. Хорошо питается, с искренней улыбкой подмечает про себя Рёмен. Чосо частенько говорил посматривать, чтобы Итадори ел не всякую гадость, вот это и вошло в привычку.       — Если я запрещу, что сделаешь? — холоден прекрасный принц, его сердце надобно растопить, но Рёмен в душе не ебёт, как это в жизнь воплотить.       — Сяду подальше, что б тебя не тревожить, и поем один. — пожимает плечами парень, если не ебёшь, веди себя как обычно. Пусть актёры в кино и театре вживаются в роли, самому заниматься этим делом занятие бездарное и скучное.       — Раз уходить не собираешься - оставайся. Итадори с Нобарой застряли с уборкой в классе, так что должны через некоторое время подойди. Мы всегда здесь собираемся.       — Звучит, как разрешение присоединятся к вам. — с тонкой надеждой замечет Сукуна, придерживаясь дистанции, присаживается рядом, а то совсем печально станет, когда от него отодвинуться и в прямом смысле тоже.       — Да, потому что ты брат Итадори. — но принц непреклонен и жесток, беспристрастно отвергает нежные чувства верноподданного.       — А у тебя есть братья? — не сдаётся боец, переходя на нейтральную тему.       — Нет.       — Сестрёнки?       — Только одна, старшая.       — Как её зовут?       — Чего ты добиваешься?       — Твоего номера телефона. Я просил у брата, но он отказался распространять конфиденциальную информацию без твоего разрешения.       — И правильно сделал.       — Так ты дашь номер?       — Нет.       — Почему?       — Не хочу.       — Совсем-совсем?       Ответить на эту наглость Мегуми, к его облегчению, не даёт шум вбежавших Итадори и Нобары. Вот ведь приставучий.       — О! И брат здесь! Слушайте, сегодня Савада-сенсей такие задачки по тригонометрии заставлял решать, у меня голова кругом идёт. Я сейчас слона съем вместе с жаренным синусом и сырой нарезкой косинуса из горькой заправки тангенса и жирной подливы котангенса сверху.       — Это у меня голова кругом пойдёт, если ты и дальше будешь нести несъедобный бред. Меньше думать про еду на уроках надо, тогда и задачи решить сможешь.       — Кугисаки! У меня просто магический склад ума. Отстань со своей математикой.       — Склад ума может быть только у человека с мозгами, а к тебя это не относится.       — Какая ты грубая, когда голодная. Давай кушать?       — Давай.       — А я уже думал вы никогда не прекратите препираться. — комментирует Сукуна, который спокойно ел вместе с Мегуми во время, кажется, спора (или что это было?) друзей.       — Кто бы говорил. — негромко вставляет Фушигуро, которому чужие вопросы тоже вообще-то есть мешали.       — Вы подружились? — любопытствует Итадори, жуя лепёшку окономияки.       — Нет. — одновременно отвечают Сукуна с грустью, а Мегуми безапелляционно.       А как известно, на нет и суда нет. Но всегда ли прав суд? И всегда ли он сам уверен в вынесённом приговоре?