До конца

Наваливаясь всем телом, Накахара прижимает парня под собой к кровати, не давая и шанса приподняться. Горячие губы тут же впиваются в шею, начиная посасывать и покусывать участки, слыша возле уха тихие вздохи. Руки сразу же пробираются под одежду, а точнее под рубашку, начиная поглаживать теплую грудь, сжимая соски между пальцев. На плечах уже красуются чужие ладони, что крепко сжимают кожу, нарочно впиваясь ногтями. Ноги Осаму расставлены в стороны, пока между ними уже несколько секунд красуется фигура с широкими плечами и просто сногсшибательными руками, что в любой момент могут как и придушить, выпороть, так и приласкать, мягко вбиваясь в простату. От одной только мысли об этом, по телу пробегались мурашки, а слюни так и текли со рта. Ерзая бедрами, изредка сталкиваясь с чужим пахом, он времени не терял, и уже вскоре его руки переместились с плеч, на рубашку возлюбленного, расстёгивая пуговицы и открывая вид на мощную грудь. Правда из-за положения и того, что в его шею в очередной раз впиваются зубами, разглядеть одну из любимых частей чужого тела Дазай не мог. - Чу-уя... Такими темпами ты мне горло перегрызешь. — Издавая смешок, Осаму снова врезался своими бедрами о стоячий член напротив, потираясь, а после с измученным вздохом опуская нижнюю часть тела обратно на кровать. - Не волнуйся, ничего с тобой не случится. — Отстраняясь от измученной кожи, немного жмурясь от чужих поддразниваний, Накахара сжал грудь партнера сильнее, наблюдая за еще более открытым ртом и ресницами, что трепыхали от наслаждения. – К тому же, ты ведь был создан для того, чтобы тебя покрывали метками и трахали. Тихий смешок вырвался из теплых уст, убирая ладони от горячего тела под собой и переводя одну из рук на горло, сжимая. Они слишком долго терпели. Целый день не могли прикоснуться друг к другу. Но теперь, когда за окном уже во всю светит луна, а ночное небо еще чище, чем вчера, Накахара по-настоящему может оттрахать своего инкуба. При этом утихомирить и свои потребности демона. - Как жестоко, Чуя... А как же романтика? — Приподнимая уголки губ и тихо вздыхая, Дазай прикрыл глаза от очередного давления на горло, на секунду дёргая ногами. Его очень легко возбудить. Точнее, Чуе очень легко возбудить его. Член уже во всю упирался о ткань брюк, пока в заднице выделялась слизь, что поможет при скольжении члена внутри. - Будто ты сам не хочешь, чтобы я поставил тебя на колени и поимел сзади, хлестая по заднице. — Целенаправленно вжимаясь своими бедрами о стояк, Накахара довольно облизнулся, наблюдая, как тело под ним начинает дрожать. Всего несколько прикосновений уже заставляют этого инкуба закатить глаза от наслаждения. Оно и не удивительно, ведь для этого он и появился на свет. Для того чтобы принимать в себя сперму и сжиматься на толстых членах. Нет, сжиматься лишь на толстом члене Чуи. Создан для того, чтобы хныкать и выпячивать зад для того, чтобы его наполнили толстой длинной, а после и горячим семенем, что придаст еще больше сил и энергии. На чужое замечание парень лишь активнее заерзал бедрами, уже чувствуя, как горячая и жилистая ладонь расстегивает его ремень на брюках, желая освободить пенис и открыть вид на аппетитную задницу и не менее притягательную дырочку. Справиться с ремнем и ширинкой было не проблемой. Дело всего нескольких секунд, а потому уже вскоре Накахара вцепился пальцами о края одежды, срывая ее с длинных ног, а после откидывая куда-то в сторону. - Только если это будет делать Чуя. — Только сейчас соизволил ответить Осаму, приопуская взгляд и устремляя его на своем же члене, что уже достают из нижнего белья, обхватывая сильной ладонью и заставляя заскулить, опрокидывая голову назад. Приятная волна возбуждения ударила что в сам пенис, что вниз живота, приятной волной окутывая все тело. Их секс всегда начинался довольно быстро, а продолжался до нескольких часов. Это не удивительно, ведь они являются инкубами. Заниматься сексом это их работа, если можно так сказать, и что это за работа, что длится всего несколько минут? Они совсем не как люди, у которых выносливости хватает от силы на три оргазма. К тому же длительное время занятия сексом объясняется крепкими чувствами, что так же играют огромную роль в их отношениях. Чуя может брать Дазая столько, сколько ему захочется, и пока его задница полностью не заполнится его спермой. Они могли бы спокойно совращать обычных смертных. В принципе, парни этим и занимались длительное время. Но совсем недавно, конечно же не по человеческим меркам, их взгляды кардинально поменялись. Как и Накахара, Осаму никогда до этого не пробовал совращать, либо спать с другими инкубами. В его рацион входила лишь человеческая сперма, которую он добывал уж очень легко. Совратить какого-то извращенца в баре легче легкого. Но после встречи со своим будущим возлюбленным, он просто не мог выбросить из своей головы этот образ низкого, но такого сексуального и накачанного тела. Дазай не будет врать и с легкостью скажет о том, что изначально двигала им обычная похоть. Просто желание попрыгать на члене, еще и такого симпатичного демона. Мысли были заполнены лишь вопросами и фантазиями о том, как ведет себя этот инкуб в постели. И однажды попробовав, Осаму не смог остановиться. Его ноги расставлены шире некуда, но на одно из согнутых колен Накахара продолжает давить так же, как и на его член, сжимая в кулаке. Он всегда любит подразнить своего Осаму перед тем, как начать их марафон. Вид изнывающего парня, что дёргает бедрами, чтобы толкнуться в кулак, заставляют его пенис стать настоящим колом. Никакой дополнительной растяжки не требуется, ведь Дазай является принимающим инкубом. Его задница в любой момент готова принять в себя член, перед этим выделив нужное количество смазки. И, несмотря на это, Чуя все равно любит разрабатывать его отверстие своими длинными пальцами, перед этим намазав их смазкой. Четыре пальца с легкостью и сразу могут поместиться внутрь и начать трахать простату, но вместо этого он лишь вводит один палец. До боли нежно лаская отверстие. - Чуя ужасный! — Знакомые возмущения, что тут же раздались под ним. В такие моменты Осаму становится настоящей лужей, что распластавшись по кровати недовольно бурчит и пытается насадиться на пальцы сильнее. Чувствовать их в самой глубине. Но конечно же, ничто не заставит его так извиваться, как член Накахары. Хватая запястья возлюбленного, Чуя прижал их над чужой головой, придавливая их к кровати и с особой силой вжимая уже два пальца в простату, медленно толкаясь в бугорок. - Что такое, Осаму? Неужели тебе не хватает моих пальцев? — Чуть ли не мурлыкая, он проводил кончиком носа по уже давно влажной шее, поддразнивая и опаляя кожу горячим дыханием. Стенки ануса были полностью покрыты смазкой и с легкостью поддавались под движения пальцев, принимая в себя все, что им дают. Член возлюбленного так же продолжал подрагивать уже без его хватки, будто в любой момент готовясь кончить. Но оба они знают, что в ближайшие полчаса этого не произойдет. — Неужели тебе нужен только член, чтобы удовлетворить себя? - Мне... Хах, мне нужен не просто член. — Все конечности уже давно напряглись, совсем не желая расслабляться, ноги висели в воздухе в одном положении, пока руки невольно упирались, будто желая вырваться из хватки, что продолжает нещадно вжимать его запястья в кровать, не давая и шанса приподняться. — Мне нужен исключительно член Чуи. — Прогибаясь в спине, он залился громким и протяжным стоном, опрокидывая голову назад и распахивая глаза. Уже три пальца с новой силой вдавили его простату, заставляя ноги подрагивать. А возле уха уже раздался томный голос. - После этого тебя по-настоящему можно звать моей личной шлюхой. — Прикусывая мочку уха, парень все таки высунул пальцы с растянутого ануса, сразу же ударяя по одной из ягодиц. Яркий и звонкий шлепок тут же раздался по помещению, лаская его слух вперемешку с недовольным хмыканьем. Во время всего секса они множество раз меняют позы, но оба больше предпочитают начинать с классики. Миссионерская поза. Все таки освобождая чужие запястья, Накахара выровнял спину, покручивая ладонь и пробегаясь взглядом по открывающейся картине. Практический голый, в одной расстёгнутой рубашке, Осаму послушно раздвигает перед ним ноги, пока руки все еще остаются над головой, будто припечатаны к поверхности. Вдохи и выдохи уже более глубокие, что придавало еще больше разврата в эту картину. Как уже было понятно ранее, занимаются сексом они без презерватива. Чуе приносит особое удовольствие кончать в своего возлюбленного, а после с новой силой продолжать трахать, наблюдая, как из ануса вытекает семя, медленно стекая по внутренней стороне бедра. Так как Накахара является стороной, что дает, то у него есть свои привилегии и множество "плюшек", которые большинство, либо все людишки, не могут повторить. Просто потому, что они смертные. Парень с легкостью может подымать Осаму на руки и держать его несколько часов подряд, при этом имея его сзади, либо спереди, либо сбоку. Как карты лягут и под каким углом ему захочется ввести член. Это множество раз происходило в ванной, когда приходилось вдавливать Дазая в стенку, поднимая его ноги, чтобы вход был в более открытом доступе. Либо посреди зала, совершенно ни на что не упираясь, Чуя держал своего возлюбленного несколько часов, мучая костлявую задницу то быстрыми, то ужасающе медленными толчками. Правда сегодня эта способность им скорее всего не пригодится. Похоже, что сегодня ночью они будут практиковать все позы, что требуют мягкую и удобную кровать. Как инкуб, Накахара умеет менять размер члена. Этим он особенно любит дразнить парня в постели, в начале вбиваясь в него огромным пенисом, а после уменьшая его до среднестатистических размеров, что уже явно не подходили под раскрытый анус. Не создавали того трения и грубости, что желал Дазай. За этим было довольно забавно наблюдать. Мечущийся и нуждающийся Осаму ёрзает под ним, пытаясь насадиться на член и хныкал, чтобы его "мучитель" увеличил пенис. Головка уже давно пристроилась к хорошо растянутому анусу, лишь легонько толкаясь, даже не входя хоть чуть-чуть. Но при это, руки железной хваткой держали бедра, не давая и шанса на то, чтобы сдвинуться с места. Поцелуи рассыпались по всей коже, пока по-настоящему огромный член упирался в Дазая своей верхушкой. Парень знает этот трюк, этот момент, когда возлюбленный специально поддразнивает его перед тем, как с силой вогнать член внутрь, сразу же врезаясь в простату. Этот момент по-особенному вскруживает голову и заставляет забиться в судороге. Но самое ужасное, так это томительное ожидание. Головка то толкается, то жмется и потирается, а Осаму лишь остается жмуриться и дожидаться, когда его захотят насадить на пенис. Сердце стучит в бешеном ритме, а бабочки внизу живота так и разрывают его изнутри, желая уже поскорее почувствовать внутри тела пульсацию. Простынь шелестит и успевает он лишь еще крепче сжать чужие плечи, как все тело вдруг пронизывает настоящее наслаждение. Спина выгибается, рот тут же раскрывается в немом стоне, а под конец вырываются лишь тихие вздохи со скрежетом. С глаз уже текут слезы, ведь этого так много. Он чувствует, как чужая плоть растягивает его проход, заставляя метаться и пытаться уйти. Но сильные руки не позволяли слезть с члена, лишь сильнее насаживая и заставляя снова прогнуться в спине. - Чу... Чуя... — В очередной раз опрокидывая голову назад, Дазай может прочувствовать весь жар полового органа, что полностью погружен в него. Это так горячо и развратно, что он хочет лишь сильнее раздвинуть ноги, чтобы раскрыться перед возлюбленным полностью. — Что такое, Осаму? Неужели этого оказалось слишком много? — В этот раз Накахара и вправду сделал свой член немного толще, чем был до этого. Анус лишь послушно расправлялся для плоти, обхватывая и пульсируя чуть ли не в такт. Чуя наклоняется к лицу парня оставляя несколько легких поцелуев. То в щеку, то кончик носа. У инкубов в принципе больше привилегий, чем у обычных смертных. Их секс намного разнообразнее и имеет множество своих дополнений. Осаму так же имел кучу трюков, что он часто демонстрировал людям, а сейчас лишь одному Чуе. Не только Накахара мог так над ним издеваться. Его член хоть и сводил с ума, как и сам его обладатель, но Дазай не какой-то простой смертный. Например, он с легкостью может менять растяжку своего ануса. Не просто сжимать мышцы, а именно менять. Так же, как кое-кто свой член. Осаму обожает забавляться подобной возможностью. То, как меняется лицо возлюбленного, когда на его члене сжимаются до максимума, еще и зажимают в тиски, не давая двигаться уже на пределе, возле оргазма, нужно ставить на выставки в музее. Правда сейчас подобным Дазай не может воспользоваться, не в самом же начале раскрывать все карты? - Думаю, что с таким ростом тебя никогда не может быть много. — Хихикая, а после резко вздрагивая, он вцепился пальцами в простынь кровати. Жалобный стон раздался по комнате, ведь крупная головка врезалась в простату, надавливая и так хорошо стимулируя бугорок нервов. - Не забывай, что твоя задница сейчас очень уязвима. — Хватая чужие щеки, зажимая их между большим и остальными пальцами, Накахара заставил парня приподнять голову, что тот вжал подбородком в грудь. Всматриваясь в глаза напротив, что так и перекрывала лишь пелена похоти и никакого стыда, он ехидно улыбнулся. Все таки Дазай был не таким инкубом, как многие. Большинство принимающих демонов всегда пытаются угодить своему партнеру. Следуют их приказам и редко когда открывают лишний раз рот, чтобы достигнуть оргазма и получить сперму. Хотя, у Осаму есть преимущество. Его любят, а потом выкидывать с кровати за подобное не будут. Подлый наглец этим пользуется. Понимает, что трахнут его в любом случае, а после наполнят семенем. А потому сдерживаться совершенно нет нужды. Но, чтобы Накахара не говорил, а это было по-настоящему очаровательно. - Тогда может Чуя воспользуется моей уязвимостью? — Тихо хмыкая, уже начиная ерзать бедрами, парень обхватывает крепкую шею, заставляя возлюбленного придерживаться такой позы, в наклоне. - А ты так и хочешь, чтобы тобой воспользовались? — Никак не препятствуя чужим действиям, Накахара переводит обе ладони на мягкие бедра, сжимая и приподнимая для лучшего вхождения. Вся опора ушла на колени, что упирались в кровать, помогая Чуе полностью не упасть на Дазая. В постели Осаму никогда не сдерживал свои вскрики, либо стоны. Только если не захочет подразнить партнера в постели. Его голос с каждым движением всегда отдавался в ушах, а хитрая ухмылка продолжала красоваться на лице, несмотря на то, что его с неистовой силой вбивают в поверхность. Дразнить, смеяться, шутить во время секса было отдельным удовольствием для парня. А потому на очередной вопрос он лишь ехидно заулыбался, уже готовясь к предстоящим действиям. В такие моменты они совершенно не задерживались на аккуратном и медленном темпе для того, чтобы привыкнуть. В ход сразу же шли грубые и глубокие толчки, что хорошенько растягивали сжимающиеся мышцы, заставляя принимать в себя большой пенис. Чуя выходил полностью, оставляя лишь кончик головки погруженный в анус, после чего с огромной силой вдалбливался внутрь, раскрывая проход для своего члена. К сожалению сейчас он никак не мог повзаимодействовать с привлекательными ягодицами. Ущипнуть, отшлепать, раздвинуть в стороны, чтобы лицезреть приятную взору картину, перед этим поставив возлюбленного в коленно-локтевую. Но, это явно будет ждать его впереди, а пока Накахаре лишь остается крепко держать бедра и трахать чужую задницу так, чтобы кровать в очередной раз начала шататься взад-вперед. С каждым толчком по спальне пролетал громкий стон, а Дазай бился в легких судорогах, чувствуя внутри себя приятное растяжение. Горячий член пробивал его чуть ли не насквозь, отдаваясь в самых легких и выталкивая воздух. Пульсация твердой плоти ощутимо чувствовалась внутри, а ведь это было лишь начало. Ноги обхватывали бедра партнера, скрещиваясь за спиной и прижимая все ближе и ближе, чувствуя как головка пробивается все глубже. Осаму не успевал отойти от очередной судороги после одного толчка, как меньше, чем через секунду вбивалось еще несколько. Это и есть еще одно умение Чуи. Он может двигать бедрами с такой скоростью, что смертные и вправду могут упасть в обморок от сверхстимуляции. Смертные, но не Дазай. Его телу лишь остается принимать в себя жестокие и глубокие толчки, что растягивают его мышцы еще больше на особой толстой части члена. Анус пульсирует и вскоре и вовсе опухает, но все еще послушно принимает в себя всю длину. Смазка так и течет на кровать, выскальзывает из дырочки каждый раз, как пенис выходит наружу, чтобы снова вбиться в приятную узость. Сколько Осаму не трахай, а если бы тот не использовал свои способности по растягиванию заднего прохода, он всегда останется таким же тугим и приятным. - А... Неужели... Неужели Чуя решил сразу показать свои способности? — Если бы не хватка на бедрах, что крепко удерживала на месте, чтобы по назначению использовать эту задницу, то Дазай бы давно бился головой о спинку кровати при сильных толчках. - Не волнуйся, мой член еще успеет хорошенько поиметь тебя в других позах. Не заскучаешь. — Останавливаясь, Накахара перевел ладони на чужие руки, что сплетались вокруг его шеи. Если его возлюбленного что-то не устраивает, то он должен это исправить. Убирая конечности со своей шеи, он выровнял спину, возвращая руки на бедра и притягивая Дазая впритык, вгоняя по самые яйца. Нижняя часть лежала приподнятой на чужих согнутых коленях, но уже вскоре Накахара поднялся на них, поднимая бедра. Теперь в такой позе трахнуть этого инкуба будет куда удобнее. Вытаскивая пенис до самой головки, наблюдая, как он выскальзывает из половинок, парень почувствовал очередной удар возбуждения, что заставил его без промедления ворваться внутрь, начиная снова таранить стеночки. Чтобы достичь оргазма им приходится заниматься сексом минимум тридцать минут. Когда дело доходит до людей, то демоны всегда подстраиваются под чужие возможности, правда все таки используют некоторые методы, чтобы немного отогнать оргазм партнера, либо заставить человека снова возбудиться, сразу же после освобождения. Тут же подстраиваться совершенно не нужно, ведь выносливость обоих позволяет им достигнуть настоящего оргазма, что приносит намного больше наслаждения, чем подстроенный. В основном Осаму всегда кончает первее Накахары на несколько минут, а сжимающимися стеночками уже помогает достичь желанного оргазма партнеру. Это один из многих моментов, что сносят головы обоим. То, как сильно сжимаются мышцы, заставляет Накахару сбавить темп, но все так же яростно вбиваться между длинных ног, желая вытрахать из парня все силы. То, как Дазай содрогает и пытается выкрутиться из-за сверхстимуляции, и факт того, что он сейчас трахает давно дошедшее до конца тело, используя как тряпичную куклу, вбивается целой картиной в голову. Еще несколько дней подряд прокручиваясь без остановки. Несмотря на реакцию тела, что так и цеплялось в широкие плечи, пытаясь немного отстраниться от бешеных толчков, Осаму получал еще больший оргазм и его сладкое послевкусие, когда в голову бил факт того, что его продолжают трахать. Его стеночки, что только и могут еще сильнее сжиматься на пенисе, сейчас таранят и растягивают для того, чтобы наполнить его до краев. Еще несколько минут ему приходится содрогаться в легких судорогах, уже получая очередной стояк, пока его партнер не кончает внутрь. Волна мурашек тут же пробегает по телу, когда внутри чувствуется горячая сперма. Чуя может не только регулировать размеры полового органа, но и количество семя, что он испускает. Обычно ее всегда много. Ему доставляет отдельное удовольствие обильно кончать внутрь чужого тела, а после в другой позе с лучшим обзоров, наблюдать, как та стекает на кровать. - У Чуи такое лицо... Неужели утомился? — Хихикая, Осаму распластался по кровати с опрокинутой головой, наблюдая за своим возлюбленным, что с неистовой силой, секунду назад, сжимал его бедра, вгоняя пенис по самые яйца. Ноги его все так же обхватывали талию Чуи, правда сейчас они уже не зажимали так сильно. - А у кого-то вернулась способность здраво разговаривать. — Ехидно улыбаясь, он не дает ему ответить, сразу же хватая Дазая за подбородок и втягивая в поцелуй. Язык тут же пробрался внутрь, вылизывая внутренние стенки щек и язык. Губы двигались в таком же активном темпе, сминая давно покусанные и пухлые уста возлюбленного, не давая и шанса, чтобы отстраниться. Хотя Дазай и не думал о подобном. Накахара не зря говорил о способности здраво говорить, ведь ближе к оргазму Осаму становится по-настоящему неконтролируемым. Его язык заплетается, но, несмотря на это, из уст продолжают выливаться неразборчивые слова. Вот только Чуя знает, что эти неразборчивые слова означают "Чуя" и "люблю". - Может еще поскулишь мне, как делал это последние несколько минут назад? — Отстраняясь, сразу же проговорил Накахара, чувствуя на своих губах разочарованный выдох. Показывающий, что Дазай совсем не доволен тем, что поцелуй прервали. - Думаю, что ради такого кое-кому стоит постараться. — Очередная колкость, из-за которой он чувствует легкое давление на подбородке, что все еще держали, не давая повернуть головой.  Ноги немного тянуло от напряжения, а внутри все так же чувствовался горячий член, что совсем не собирались вытаскивать. Эта приятная растяжка внутри вызывала еще больше мурашек, заставляя сжаться сильнее, вызывая у возлюбленного тихий вздох. Крепкие ладони вскоре оказались на его бедрах, вдруг подымая его и заставляя отлепиться от поверхности кровати. Всего несколько секунд и он уже сидел на коленях партнера. Хотя, если быть точнее, то на члене, что начал чувствоваться еще глубже. Вздрагивая, Дазай сразу же вцепился в плечи парня, издавая тихий стон. -  Ох, а ведь я всего лишь поменял позу, а ты уже стонешь. Говоришь, мне следует постараться? — Чуть ли не мурлыкая, Чуя держал мягкую кожу крепко, но, несмотря на это, медленно поглаживал бедра большими пальцами. Кончик его носа уткнулся в шею возлюбленного, проводя вверх-вниз. - Ах... Чуя... Чуя просто застал меня врасплох. — Легкая улыбка красовалась на лице, а тихий смешок вырвался с уст, когда он немного приподнялся на коленях, после снова усаживаясь на пенис и чувствуя, как его кожу сжимают на секунду сильнее. - Если это так, то почему бы тебе самому не поработать? — Подымая голову, Накахара пробежался взглядом по лицу напротив. Растрепанные волосы, что торчали в разные стороны, пухлые и покусанные губы, красное лицо и ехидная улыбка. Все это заставляло член не только дернуться, но и встать настоящим колом, желая вытрахать этого инкуба полностью. Хотя зачем это делать, если он может сделать это сам? - Все приходится брать в свои руки. — Демонстративно и наигранно надувая губы, Осаму был совсем не против взять все на себя. Именно в этой позе он может делать все, что угодно. И именно в этой позе он любит дразнить возлюбленного. Чуя это прекрасно знает. Усаживаясь удобнее, чувствуя как горячая плоть давит на стенки, он уперся коленями о кровать, подымаясь и вытаскивая член. Сам по себе он был длинным, а потому, чтобы добраться до головки, приходиться вставать повыше. Семя внутри сразу же потекло вниз, желая вытечь наружу, но головка, единственное, что осталось внутри, совершенно не давала этого сделать. Обычно в такие моменты Дазай начинает с медленного темпа, насаживаясь глубоко, во всю длину и грубо, но при этом очень медленно, заставляя содрогаться под ним. Этот раз не был исключением, а потому через секунду, после того, как лишь кончик остался внутри, он полностью расслабил бедра, насаживаясь и падая на пенис по самые яйца. Волна мурашек пробила обоих, а Осаму невольно прогнулся в спине, чувствуя как низ живота пробивает приятным током. Дыхание немного сбилось, а грудь начала двигаться активнее, пока легкие наполнялись еще большим количеством воздуха. Неожиданно для себя, Дазай почувстовал секундную слабость, пока  перед глазами начала появляться легкая дымка. Слабость была секундной, а потому сразу же тело прогнулось как струна. Бедра задрожали, а ноги попросту не могли подняться на колени, дабы встать с члена. Во всех частях тела начало тянуть и до боли приятно щипать, заставляя его дергаться и ерзать. Осознание пришло не сразу, как из уст уже вырвалось: - Ха... Поцелуй... Чуя, поцелуй меня. — Жмурясь, он приопускает голову, успевая заметить уже затуманенным взглядом ехидную улыбку перед тем, как его губы вжимают в чужие. Его возлюбленный играл совершенно нечестно. Кто передает весь процесс в чужие руки, а после наносит способность на повышенную чувствительность? Это очень подло и приятно. Даже этот обычный поцелуй заставлял вздрагивать и хмыкать, жмурясь от сильного спектра чувств и ощущений. Повышенная чувствительность совершенно не входила в его планы, а судя по чужому лицу, что кое-как отражалось в глазах, входила она в планы возлюбленного. Вот почему он решил так быстро передать Дазаю роль ведущего, чтобы помучать. Недовольно мыча, пытаясь привести хотя бы зрение в порядок, Осаму только мог прогибаться на крепких бедрах, пытаясь унять огромную тягу по всему телу, что совсем не давала покоя. Стенки совершенно невольно сжимались на пенисе, а горячие ладони еще больше чувствовались на коже. А потому не заметить того, что они медленно подымаются к талии, было просто невозможно. Обхватывая Осаму, Накахара с еще большим интересом вглядывался в чужое личико, будто пытаясь запомнить каждую деталь. Губы и ресницы подрагивали, брови хмурились, а нос так забавно дергался, когда по телу пробивала еще большая волна возбуждения. Чуя просто не мог отвести взгляд, это было бы преступлением с его стороны. Притягивая фигуру ближе к себе, заставляя прижаться, он уперся подбородком о грудь напротив, устремляя взгляд на одни глаза. - Неужели ты подумал, что я так быстро дам тебе роль ведущего? — До ушей лишь дошел явно возмущенный вздох с легким покачиванием головы. А ведь он даже не двигался. Его член был полностью погружен в задницу, просто стоя на месте, а это уже приводило к лёгким судорогам и тщетным попыткам встать на колени, дабы насадиться на пенис. — Помнится, кто-то не хотел выполнять легкую просьбу для меня. Пока одна рука продолжала покоиться на талии, вторая медленно проскользнула к мягким ягодицам, сжимая одну из них и снова чувствуя мурашки чужого тела. Поглаживая половинку и аккуратно переходя на копчик, он стал опускаться ниже, пробираясь между ягодиц и вскоре вжимаясь подушечками пальцев в анус. А если быть точнее, то к его опухшему краю, что податливо раздвигался, чтоб принять член. Издавая смешок и утыкаясь носом в шею парня, Чуя принялся поглаживать края растраханной дырочки, пока его орган все так же растягивал ее. Это ощущение было бы не таким ярким, если бы не эта способность, что была на него наложена, но подобное действие заставило тут же выгнуться струной, а после задергаться в очередных судорогах, пытаясь встать с пениса и отстраниться от этих пальцев. Чего добивается парень было и так понятно, ведь о какой еще "просьбе" может идти речь, если не о той, чтобы Дазай сдался и как послушный пес начал скулить ему. А ведь если бы не вовремя прикусанная губа, Осаму уже давно бы завыл в крепкой хватке. - Ужа... Ужасный! Ужасный Чуя! — Голос стал более хриплый, а через каждое слово парню приходилось делать вдох, чтобы наполнить легкие воздухом, а после снова выплюнуть его при очередном слове, что давалось с таким трудом. Похоже, что Накахара и вправду решил постараться, в принципе, как и обычно. Но разве Дазай может так быстро сдастся? Начать скулить, как какой-то кобель? - Хочешь поиграть в игру, Осаму? У кого больше терпения? — Указательный и средний пальцы уже давно активно массировали проход, так же соприкасаясь с собственным членом. Интересно, сколько возлюбленный сможет продержаться без пениса? А если быть точнее, то отсутствии его движения? Может сегодняшнюю ночь они проведут как раз за выяснением этого вопроса? Парень был бы не против несколько часов подряд мучать своего Осаму, после чего грубо трахнуть его под симфонии из пухлых губ. Дазай всегда был вредным и упертым, а потому ждать быстрого выполнения Накахара уж точно не собирался. Выдержки ему хватит точно на длительное время, а потому можно продолжить свои "пытки". - Не знал, что Чуя такой извращенец, что откажется трахнуть меня, если я не буду скулить ему под ухо. — Дазай уже понял, что какими-то активными действиями и попытками встать с члена он себе не поможет. А потому крепко обхватил Накахару руками за шею, прижимаясь и утыкаясь носом в плечо. Судороги от каждого движения пальцев и пульсации члена все так же проходили по телу, но переживать их во время того, как цепляешься за кого-то, явно лучше. Возможно, если он выберет подобную тактику, то сможет "переждать"? Но и он, и Чуя, знает, что этому не бывать. - Ради чего-то хорошего, нужно постараться. — Если он так и продолжит просто дразнить чужой вход, то результат явно появится не скоро, а потому уже через несколько секунд, Чуя сумел протиснуться свободной рукой между их тел, обхватывая пенис возлюбленного. Реакция не заставила себя долго ждать, ведь сразу же тело на нем задрожало, а возле уха послышался "недовольный" вздох. Долго задерживаться на месте Накахара не стал, а потому пальцы уже начали активно работать с твердой плотью. Он и поглаживал, и давил, массировал и медленно мастурбировал, натягивая кожицу. А в это время способность действовала еще больше, похлеще любого афродизиака, заставляя чуть ли не метаться на его бедрах, пытаясь толкнуться в недавно образовавшиеся кольцо из пальцев, что обхватило член. Этого было так много. Дазай не понимал куда ему деваться. Одна рука активно массировала его задницу, уже проникая внутрь кончиками пальцев. А вторая медленно, но так грубо мастурбировала его пенис. Куда бы его бедра не двигались, а везде будет ждать какая-либо стимуляция. Способность ударила в голову с новой силой, а член внутри стал казаться таким огромным, что Дазай вдруг задрожал, издавая немой стон. Раньше они не практиковали подобной способности по отношению к нему, а потому ощущения были не только непривычными, но и по-настоящему убийственными. Осаму метался, пытался ерзать и снова предпринял попытки слезть с органа, но в один момент он снова почувствовал внутри себя движение. Это явно не под действием способности у него начались галлюцинации, пенис и вправду двигался в нем. Вот только бедра его были относительно на месте. Судя по всему, вместе с двумя пальцами, что уже зашли внутрь на одну фалангу, Накахара решил испробовать на Осаму множество пыток, начиная в медленном темпе менять размеры своего полового органа. Он буквально растягивал стеночки до огромных размеров, пульсируя внутри и будто уже готовясь начать трахать его, а после выпустить густую сперму, наполняя его. Но он знал, что просто так ему ничего не дадут. Головка, что так же увеличивалась и уменьшалась, с огромной силой била по простате. Но время между толчками было таким огромным, что этого совершенно не хватало. Его трахали членом, совали пальцы в анус, растягивая еще больше, а в дополнение еще и мастурбировали пенис, закрывая пальцами уретру и массируя головку. Чуя был бы не Чуей, если бы в такой момент молчал. Как только эта мысль посетила его голову, он вдруг почувствовал возле своего уха горячее дыхание, а после и хриплый голос. Сколько уже Накахара говорил, Дазай не знал, но слышать его стал лишь сейчас, чувствуя на своих щеках капельки слез от того, как сильно его растягивают на члене. - Твои бедра так дрожат... — Облизывая мочку уха, парень сразу же отстранился, переведя взгляд на красное лицо, что всеми силами пыталось уткнуться в его плечо из-за огромной стимуляции. — Видел бы ты свое личико. Такой послушный и милый. На подобные слова Осаму бы уже давно съязвил, либо довольно заулыбался, но сейчас, он мог лишь слушать. В его голову даже не лезли варианты для ответа, что уж тут говорить о возможности выговорить что-то уместное? Этот голос пробирал до дрожи. Было ощущение, что теперь его ласкают не только в зоне гениталий, но и ушей. Слушать этот низкий и хриплый голос, который хвалит тебя было не просто приятно. Это было так восхитительно, что Дазай уверен, если бы не чужая рука и палец на его головке, то он бы давно кончил. - Но все равно такой упрямый. Разве послушные мальчики не должны радовать своих хозяев? — Проталкивая пальцы еще глубже, но не доходя до концов вторых фаланг, он принялся оставлять легкие поцелуи на впалых щеках, а после и уголках губ, изредка облизывая их кончиком языка. Он знал, что помимо грубого обращения к себе, его Осаму так же любил и смешивать свои предпочтения. Пока внизу его уже начинали грубо трахать пальцами и членом, а вторая рука все еще жестоко массировала головку, не давая и шанса на то, чтобы кончить. Вверху легкие и полные любви поцелуи рассыпались по всему лицу возлюбленного, чувствуя соленые капельки влаги. - Такой хороший... Чего ты плачешь? Разве ты не знаешь, что должен сделать, чтобы тебе стало легче? — Голос его совсем не был грубым и не выражал какого-либо упрека. Он хотел подразнить своего возлюбленного и у него это явно получилось, и получается. Говорить с Осаму в такой манере было отдельным удовольствием. От каждого его слова, парень на коленях вздрагивал, пытаясь толкнуться в руку, но после недовольно бурча, так как палец на головке не давал сделать этого полноценно. Слезы на щеках так сочетались с его раскрасневшимся от жары личиком, что от одного вида у Чуи вздрагивает член, явно отдаваясь внутри задницы Осаму. После подобного Дазай точно не будет так быстро "брать на себя инициативу". Этот урок будет усвоен на века. В постели с Чуей нужно быть аккуратнее. Хотя парень упустит тот факт, что подобное хотелось бы повторить. Он уже не понимал, что происходит, все тело попросту вытягивалось в легких судорогах. Сгибалось, когда в животе проходил очередной удар возбуждения. И дрожал, когда до ушей доходил приятный и родной голос. По его щекам текли горячие слезы, что так опаляли щеки, а после жмурился от еще более горячих губ, что эти слезы сцеловывают. Все это время Дазай лишь кусал губы и язык, чтобы придержать очередные порывы, что вырывались из его легких, либо разливался в немом стоне, цепляясь за мускулистые плечи с такой силой, что сам Накахара на секунду жмурился. Чуя и вправду будет мучать его, пока тот не сдаться. Он продолжит мягко  целовать его кожу, убирая влагу с лица своим языком. И будет мягко, и нежно шептать на ухо, пока внизу его пальцы чуть ли не таранят его анус, продолжая массировать стеночки. Прошло всего несколько минут, но для Дазая эти минуты казались настоящими часами. - Разве ты так не хочешь, чтобы я трахнул тебя? — От подобного вопроса Накахара чуть сам не издал смешок, полностью бы разрушая свою роль. Его сердце стучало в унисон с возлюбленным. Как бы он себя сейчас не вел, а состояние Осаму было для него важным. А потому каждое дерганье и изменения в лице тщательно наблюдались им, чтобы в случае чего прекратить. Да, они инкубы. Демоны, что созданы для того, чтобы совращать и заниматься сексом. Но это совсем не значит, что они не чувствуют боли или дискомфорта. - Чу... — Стиская зубы, пытаясь выговорить хотя бы имя, Дазай впервые за большую часть жизни почувствовал, что вправду может упасть в обморок. Это было бы очень развратно. Упасть в обморок во время секса из-за того, что стимуляции оказалось слишком много. Если бы это случилось, он бы очень долго "жаловался" и гордился тем, что его прекрасный возлюбленный довел его до такого состояния. Но все таки затуманенный взгляд так же уловил и Накахара, ведь через секунду давление на его стенки прекратились, а пальцы и вовсе достали. Теперь, просто надавливая подушечками о опухший вход. Парня без сознания Чуе уж точно не хотелось, к тому же секундное волнение тут же ударило в грудь, заставляя на некоторое время ослабить действие способности. Движения члена, а если быть точным, то изменения его размера, и вовсе прекратились, последний раз увеличивая член и ударяясь головкой о простату, вызывая у Осаму очередную судорогу, а после и тихое мычание. Конечно же чувство лёгкого облегчения тут же посетило Дазая, заставляя его простонать, уже совершенно не заботясь о том, что он хотел полностью себя сдерживать. Падая вперед, полностью наваливаясь на возлюбленного, утыкаясь носом в его шею, он спокойно вздохнул, наконец-то набирая нормальное количество воздуха в легкие. И даже не замечая этого, начиная тихо скулить, подрагивая всем телом. Вот так просто. Он мог бы сдаться во время очередного удара по простате, либо слишком резкого движения на члене. Но по итогу сдался Осаму в момент, когда ему просто дали расслабиться. Это было совсем не справедливо, ведь тело совсем не слушалось, а звук сам вырвался из горла, явно лаская чужое эго. Смысла сдерживаться больше не было, а потому вскоре Дазай и вовсе вцепился в рыжие волосы, начиная расслабленно поскуливать. Медленно приходя в себя и такими порывами еще больше расслабляя самого себя, парень даже укусил шею Накахары. Будто совершая легкую месть. Подобному порыву парень совсем не удивился. Но приятный протянутый звук, что одарил его уши, тут же вбился в память. Какой хороший мальчик, а ведь несколько минут назад совсем не хотел отдаваться в руки и покорно скулить на ухо. Сейчас же его прекрасный Осаму переводит дух, наконец-то отдаваясь в его руки. Но все таки показывая характер. В порыве Дазай всегда мог укусить, либо намертво вцепиться в кожу ногтями, а потому подобная пакость вызвала лишь смешок. -Это было слишком жестоко... — Не прошло и минуты, как язык уже полностью пришел в норму, выдывливая хриплые и "усталые" звуки. Глаза продолжали слезиться, а сил, чтобы пошевелить хотя бы рукой, совершенно не было. Он и вправду превратился в тряпичную куклу. - Ты хотел сказать, слишком хорошо? — Убирая ладонь, что была на чужом члене, Накахара перевел ее на бедро парня, сжимая мягкую кожу и в очередной раз довольно улыбаясь от протянутого и облегченного поскуливания. Чуя и вправду дал ему слишком много сегодня. Использовал способность, увеличил член больше, чем обычно и поставил в такое положение. После чего не дал кончить. После такого Осаму и вправду нужно наградить. Правда для начала дать ему просто отдышаться. Все равно это не займет много времени. Так как эрекция и его, и возлюбленного все еще были на месте, Накахара принялся масировать мягкие бедра, пока вторая рука продолжала надавливать на анус, доставляя организму легкое расслабление, дабы возбуждение чувствовалось не так четко. - Чуя мог бы быть нежнее. — Поглаживания и массаж полностью сделали из Осаму лужу, заставляя его расслабленно и довольно промычать. Такое поведение вызывало еще больше бабочек вниз живота, заставляя член дернуться. Как никак, а ведь это только легкая пауза перед тем, как продолжить их марафон. - Думаю, что если бы я был нежнее, то ты бы сдался намного быстрее. Совсем скоро Дазай смог нормально двигаться, не содрогаясь каждую секунду, а ногами стойко упираться о поверхность. Пульсирующий член, все еще находился в нем, а факт этого вызывал довольную улыбку на лице. Да, его хорошо помучали, но теперь же его хорошо трахнут и он сам сможет поиздеваться над возлюбленным. Выравнивая спину и сразу же переводя взгляд на лицо напротив, Дазай невольно прикрыл свой рот ладонью, пока вторая все так же покоилась на плече возлюбленного. - Неужели Чуя хотел специально утомить меня, чтобы не трахать и лишний раз не позориться? — Хихикая, щуря глаза, он почувствовал, как приятные движения на его бедре прекратились, попросту замирая. Глаза напротив так же сощурились, а Накахара приподнял уголки губ. - И все таки... Ты никогда не станешь хорошим мальчиком. — Раз уж Дазай так хочет, чтобы его трахнули, то он это сделает. Не давая парню и слово сказать, Чуя повалил его на кровать, попутно вынимая член из сжимающегося ануса. Чувство пустоты внутри чувствовалось очень хорошо, а мышцы невольно начали сжиматься, пока Осаму был в легком замешательстве. Недовольное бурчание и он демонстративно отвернул голову, упираясь одной из щек о кровать. Его ведь не будут снова мучать? Правда? Эти несколько минут пыток казались ужасно долгими, а если Накахара захочет отыграться по новой, то ему явно не поздоровится. Но как только эта мысль всплыла в голове, Дазай невольно перевернулся на живот, пока его задницу подняли и вцепились мертвой хваткой, не позволяя сползти. Ох, неужели его возлюбленный решил просто поменять позу? - Так что ты хотел? Хотел, чтобы тебя хорошо оттрахали? — Прижимаясь грудью к спине парня, он опалил уже давно красное ухо горячим дыханием, чувствуя под собой мурашки любимого тела. Чуя знает, что его любовь без ума от грязных слов в кровати, а потому использует их в полную меру. - Разве ты сумеешь справиться с такой миссией? — Немного ерзая, упираясь коленями о поверхность получше, Осаму сразу почувствовал огромную головку, что врезалась в его дырочку, немного надавливая. - Вот сейчас и проверим. — Единственное, что сказал Накахара перед тем, как его хватка стала еще сильнее, а член со всей силы вогнали в растянутый проход. Приятное тепло тут же укутало весь член, всасывая в себе еще сильнее. Будто он и так вошёл не по самые яйца. К подобным проникновениям Осаму уже давно привык, но такой мощный толчок заставил его ноги пошатнуться и чуть ли не упасть на кровать при первом же проникновении. Пальцы рук рефлекторно вцепились в простыни, а из уст вырвался немой стон с легким похрипыванием в конце. Теперь дразнить возлюбленного Чуя не будет, а потому через секунду его бедра отстранились от костлявой задницы, вынимая пенис больше чем на половину, а после снова вгоняя с огромной силой, заставляя тело под собой снова пошатнуться. С каждым толчком темп увеличивался все больше и больше, не давая парню под собой хоть как-то расслабиться.  В животе каждую секунду било жаром, а, несмотря на хороший опыт, ноги все равно через несколько толчков задрожали, коленями расползаясь в разные стороны. К ласкам, прикосновениям, словам одного Накахары Осаму всегда был чувствителен и реагировал намного острее, чем с кем-либо. А потому такая реакция была совсем не удивительной. - Ты только посмотри. Даже минуты не прошло, а ты уже растекаешься передо мной. — Не сбавляя своего темпа, Чуе теперь пришлось держать бедра партнера самому, ведь кое-кто не в состоянии делать этого сам. Он не жалуется, ведь так было даже лучше. Все равно это только секундная слабость, которая вскоре пройдет и вернется уже на грани с оргазмом. — Неужели так нравится чувствовать над собой власть. То, как я деру твои бедра, удерживая лишь своей силой. Пока ты тихо похныкиваешь внизу? Приятное чувство растяжения и удары по простате заставляли прогнуться в спине, выпячивая задницу и поддаваясь под сильные бедра. По сравнению с тем темпом, который может задать Накахара ближе к оргазму, этот был никаким. Но особая сила, грубость и длина органа все окупали. Пенис выходил на половину, а вгоняли его с такой силой, будто в него вставляют не вытянутую половину, а еще один огромный член, что пробивает его насквозь. - У Чуи просто слишком большой член... Как тут устоять на месте можно? — Дёргая уголками губ, Осаму издал приглушенный смешок, сразу же покрываясь мурашками от очередного жара, что прошел возле его уха. Кое-как, а ноги он все таки сумел сдвинуть обратно, хорошенько упираясь о кровать, чтобы снова не съехать. Смазки в проходе было так много, что по комнате так и раздавались хлюпающие звуки, пока по бёдрам уже стекала лишняя слизь и сперма, что некоторое время назад в него спустили. Играть с его анусом судя по всему не хотели, а потому вовнутрь входил по-настоящему огромный член. Накахара, как и Дазай, всегда отдавал предпочтение ширине, чем длине. Самое главное, чтобы до простаты доставала, а длиннее и не нужно. А вот ширина играла особую роль. Парень обожал принимать в себя широкие члены. Факт того, что его растягивают до предела, заставляя с каждым сантиметром раздвигать стенки еще больше, просто сносил крышу. Особенно, если с ним обращались грубо, насаживая на такой пенис. Такой член по-настоящему таранил его задницу, особенно, когда все подходило к завершению. Сжиматься на подобном органе было довольно тяжело, ведь рефлексы ему не остановить, а анус продолжал сжиматься, пока член продолжал долбиться внутрь, создавая приятное сочетание с легким давлением. Он бы мог увеличить свою дырочку для такого пениса, без проблем. Но не делал Осаму этого по собственной воле. Правда с таким органом дразнить Чую было намного сложнее. Когда задница специально сильно сжималась на члене уже после собственного оргазма, то Дазай чувствовал просто непередоваемые ощущения. Это не была боль, либо дискомфорт. Это было чувство, будто его сейчас разорвут изнутри. А головка все так же ударяла по нужной точке, вызывая еще больше судорог, что удваивали этот эффект. Чуя трахал его просто идеально, а развратная поза, когда парень специально хватал его за ягодицы, разводя в стороны и наблюдая за процессом, была велеколепна. Ноги немного затекли, а кожа на заднице стала еще краснее от редких шлепков то ладонью, то теми же яйцами, что каждый раз бились о него, когда Накахара грубо входил в него, шлепаясь с определенным звуком. Его имеют уже больше тридцати минут точно, и судя по всему, что совсем скоро у его возлюбленного сорвёт крышу. Сам он уже близок к оргазму, а потому тело невольно заставило его упереться лбом о кровать, готовясь к безжалостным толчкам. - Что такое, Осаму? Уже устал? — Движения бедер и не думали останавливать, а несмотря на тяжелое дыхание и бешеный ритм, голос Накахары был довольно ровным. — А вот твоя задница так не думает. Очередной шлепок отдается на коже, заставляя вздрогнуть и тихо промычать, сжимая простыни еще сильнее. Лишь открывая рот в немом стоне, Дазай продолжил принимать в себя толчки, пока внизу уже бушевал ураган, что явно говорил о скором оргазме. Именно в такие моменты он становится по-настоящему послушным и тихим. Тихим, в плане того, что из его уст вырываются только стоны, а не колкие шуточки. - Сколько тебя не трахай, а сжимаешься, как девственник. Может мне стоит в следующий раз увеличить член еще больше? — Чуя совсем не ожидает ответа от возлюбленного, а лишь с легкой усмешкой нашёптывает все на красное ушко, изредка облизывая мочку, либо прикусывая часть ушной раковины. — Так сжимаешься, неужели уже хочешь кончить? Его ладонь уже через секунду покоилась на члене Осаму, обхватывая его максимально сильно и начиная дрочить, чувствуя, как ноги парня снова подкосились, съезжая по кровати и начиная дрожать еще сильнее. Подобная поза была немного неудобной. Ведь Чуя полностью налегал на Дазая, придавливая его к кровати, одна ладонь так и продолжала мастурбировать, а вторая придерживала бедра, в которые со всей силы долбился член. Анус парня сжимался все сильнее с каждой секундой, а это значит, что уже скоро Осаму дойдет до пика. После чего его можно будет спокойно подхватить за бедра двумя руками и продолжить трахать, гоняясь за своим оргазмом. Выгибаясь в спине и прогибаясь под Чуей, он не смог больше продержаться, а потому после очередного толчка и грубого движения руки на своем пенисе, парень издал протяжный стон, кончая под себя. Дрожь пробрала все тело, а толчки сзади так и не прекращались. Точнее, они замедлились. Мышцы ануса так сжали орган Накахары, что тому пришлось под убавить темп, просто потому, что быстрее проникать в такую узость было невозможно. А ведь Осаму еще даже не специально это делал. С каждым грубым и глубоким проникновением, парень издавал тихий всхлип, вперемешку с поскуливанием. Руку с его члена давно убрали, а Чуя уже выровнял спину, хватаясь двумя ладонями за его бедра. Ноги полностью ослабли, а потому Дазай попросту лежал с поднятым тазом, подставляясь и позволяя пользоваться собой. Оргазм у инкубов немного длиннее, чем у смертных, а потому излишняя стимуляции даже не сразу была замечена организмом, так как все было сосредоточенно исключительно на оргазме. Чтобы достигнуть своего конца Накахаре требуется еще минимум пять минут. И судя по всему с такой узостью он явно кончит довольно быстро. Ощущения были совершенно непередаваемые, ведь трахать дрожащее и такое послушное тело отдельный вид удовольствия. Переводя ладони на мягкие ягодицы, он в одно движение раздвинул их в стороны, сразу же переводя взгляд на опухшее колечко мышц, что растягивается на его пенисе. Его член пульсирует и продолжает трахать дырочку, пока та послушно принимает в себя толчки, а с краев вытекает сперма, что приятной для взору картиной стекает на чужие яйца. Подобный вид явно влияет на Чую, ведь толчки его становятся более беспощадными и частыми. Его бедра двигаются слишком быстро, даже не выходя на половину, активно стимулируя пенис. Осаму мог крутиться и пытаться отстраниться столько, сколько захочет, ведь это совершенно не поможет ему хоть на миллиметр отстраниться от сильных толчков. Подобный факт скорее был для него плюсом, ведь как бы его тело не отреагировало, а иметь его продолжут, продолжая вызывать еще большую стимуляцию. Сам член стал немного побаливать от попадания по простате, но это совсем не вызывало каких-либо проблем, только сильнее разжигая Дазая и готовя его к новому стояку. Расслабиться до конца, по понятным причинам, он не мог, а тело его шаталось то взад, то вперед, в какой-то степени заставляя его тереться о простыни. Но, несмотря на подобное положение, он совсем не забыл о своей мести. Должен же он наказать Накахару за то, что тот задействовал на нем такую способность? Конечно. Догадаться когда парень собирается кончить не так уж и сложно. Обычно, в такие моменты Чуя возвращает свои ладони обратно на бедра Дазая, для лучшего вхождения. Также он может издать приглушенные стоны, что так же оповещают о скорой разрядке. Его толчки становятся более неустойчивыми и совсем сбиваются с ритма. А когда Осаму лежит на спине, то он легко замечает скорую разрядку по выражению лица. К сожалению, а насладиться такой картиной он не мог, а потому рассчитывать приходилось на остальные пункты. Долго это продолжаться не могло, а потому ровно через шесть минут, Накахара снова хватает чужие бедра, после чего срывается на по-настоящему бешеный темп. Хлюпанья и шлепки эхом раздаются по комнате, заставляя Осаму протяжно простонать, снова вцепившись в простыни. Несмотря на то, что в голову, да и во все тело, снова ударило возбуждением, он не потерял контроль полностью. Его колени уже не притрагивались к поверхности кровати, ведь ноги соскользнули назад, а бедра подняли еще выше. Издавая тихий смешок, при этом утыкаясь носом в кровать, Осаму приподнял уголки губ. Его дырочка сильно запульсировала, а после крепко сжалась на члене партнера, что судя по всему был не готов к подобной пакости. Член зашел так глубоко, а назад его высунуть было труднее, чем секунду назад. А ведь бедра рефлекторно, но продолжали двигаться, практически не контролируясь. Дазай сразу же почувствовал как уже ногти впиваются в его бедра, а пенис неистово пульсирует внутри, надавливая на стенки и врываясь внутрь в полную силу, пытаясь продолжить движение и дойти до разрядки. - Сука... — Прошипел сквозь зубы, Накахара вдруг вцепился одной из ладоней в кудри возлюбленного сжимая с неистовой силой и наклоняя к нему так, что колени снова возвращаются на кровать. — Вижу тебя мало трахнули, что ты еще в состоянии на такое. Голос его был низким и ужасно хриплым, сразу же пробивая насквозь и заставляя сжаться еще сильнее, хотя в этом случае уже не специально. Он сам себе могилу роет, что возбуждает Дазая таким голосом! Рука, что вцепилась в волосы заставляла приподнять голову и упереться о поверхность подбородком, немного жмурясь от покалываний. Похоже, что Чуя немного разозлился. Он бы уже давно достиг оргазма, но попросту не мог двигать членом, чтобы стимулировать его, а узости, хоть и такой большой, совершенно не хватит. - Неужели Чуе не нравится? — Довольно хихикая и вздрагивая от чувства чего-то большого внутри, парень был полностью собой доволен. Его в прямом смысле заткнули членом, не давая остаткам спермы, что все еще находилась внутри, вытечь. - Я трахну тебя так, что ты даже имени своего не вспомнишь. Если бы не такой голос, что в какой-то степени выражал отчаяние, Дазай бы и вправду подумал, что это какая-то угроза изнасилования. Но в подобной ситуации эти слова вызывают лишь еще больше предвкушения, ведь его член снова стоит, потираясь о простыни под собой. Выкрутиться из такой ситуации довольно легко. Продолжая тянуть волнистые волосы на себе, заставляя Осаму опрокинуть голову, парень вцепился зубами в мягкую кожу плеча, кусая чуть ли не до крови, в какой-то степени наказывая и слыша под собой тихое шипение. Возбуждение било не только в член, но уже и в голову, подталкивая к тому, чтобы он пошевелился. Наваливаясь всем телом на Осаму, лишь придерживая его бедра одной рукой, Чуя в одно мгновение уменьшил член, чтобы стеночки не сжимали его слишком сильно. После чего поддался бедрами назад, в эту же секунду снова вгоняя пенис и заставляя парня под собой тихо простонать, ведь головка снова ударила по простате, а стенки были не такими тугими для органа, потому скорость и сила были очень велики. - Если твоя дырка такая тугая, то думаю, мне стоит это исправить. — Несмотря на то, что анус постепенно сжимался, Накахара возобновил свои движения, выбивая очередные стоны. Постепенно он будет увеличивать член, чтобы мышцы растягивались, поддаваясь под толчки, а с каждым попаданием по простате Осаму меньше контролировал себя, падая в пропасть возбуждения. К толчкам так же присоединились шлепки по заднице, что так и отдавались по всей комнате звонкими звуками. Рука у Накахары была тяжела, а потому после каждого удара, что происходил раз в два толчка, на коже оставались красные пятна, пока Дазай уже во всю ерзал по кровати, хныкая и пытаясь отстранить бедра от ударов, но при этом рефлекторно поддаваясь под толчки. - Чуя...Чуя! — Лишь бормоча чужое имя, Осаму с каждым шлепком вздрагивал, пытаясь зарыться в простыни, но рука на затылке не позволяла этого сделать. — Это очень... Жестоко! - Что такое, чертенок?... Неужели тебе не нравится твое заслуженное наказание? — С ехидной улыбкой и явно с наслаждением во взгляде, Накахара и не думал о том, чтобы прекратить чужие пытки. Резким движением руки вжимая лицо возлюбленного в поверхность, Чуя понизил голос до максимума, продолжая. — Если еще раз дернешься, я насажу тебя на такой член, что тебе и не снилось. Уже чуть больше, чем через десять минут задница Осаму была настолько красной, что сидеть ему явно будет довольно больно первые несколько дней. Шлепки все таки прекратились, а руку с затылка парень решил убрать, возвращая ладони на бедра, чтобы уже через несколько толчков вдруг вытащить свой член из растянутого ануса, а после ловким движением рук перевернуть Дазай на правый бок. Совершенно не ожидав подобной смены позиции, парень недовольно промычал от явно заметной пустоты внутри, и неприятного "падения" на руку. В подобной позе они были только второй раз, а потому Осаму пришлось потратить несколько секунд на то, чтобы комфортно расположить руки над головой. Чуя же времени так же не терял, хватая правую ногу и закидывая ее себе на плечо, пока вторая нога, что лежала на кровати, была перенесена на его бедро, сгибая чужое колено и заставляя обхватить ею его. Головка члена тут же оказалась возле ануса, сразу же врываясь внутрь и снова срываясь на бешеный темп, начиная трахать Осаму, в какой-то степени сгиная его пополам, пока ладони сжимали уже давно измученные бедра. Парень выгибался, жмурился, стонал и хныкал, ведь прикосновения его задницы и бедер, что врезались в него каждую секунду, отдавались покалываниями и в какой-то степени легкой болью из-за недавних шлепков. Дазай уже совсем забыл о своей пакости, послушно растягиваясь для огромного члена, что вернулся в прежнее состояние, что был до всего. Его пенис уже стал пульсировать, не хватает лишь нескольких движений и он сможет кончить. Но как только эта мысль пролетела, то на его члене тут же оказалась жилистая рука, обхватывая орган и начиная двигаться. - Уже так быстро хочешь кончить, дорогой? После тебе придется постараться, чтобы помочь и мне. — Издавая приглушенный смешок, Накахара сделал от силы шесть движений руки, как тело под ним содрогнулось в сильной судороге, прогибаясь в спине и сжимаясь на его члене, кончая. Немой стон тут же вырвался из уст, а капельки слёз с новой силой принялись стекать по щекам, пока Осаму уже дрожал от оргазма и легких отголосков сверхстимуляции. Теперь-то Чуе точно никто не помешает, ведь тело практически сразу пробило легкой и приятной болью, а после и тяжестью, что явно требовало от Дазая хоть какого-то расслабления на некоторое время. Совершенно не меняя позы, а лишь убирая ладонь с чужого члена, перед этим вытерев ее о простыни, переставляя ее на бедро, Чуя продолжил свою погоню за оргазмом. Вид измученного возлюбленного, что с открытым ртом валялся под ним, пытаясь наполнить легкие воздухом. Его трепыхающиеся ресницы, растрепанные волосы, что лезли ему и в глаза, и в рот, но судя по всему тот даже не обращал внимания на это, лишь немного мечась по кровати. Подобная картина доведет его до конца точно через несколько минут, конечно, если снова не возникнет каких-либо сюрпризов. В полном порыве, Чуя медленно наклонился к Осаму, продолжая врезаться в его бедра уже чувствуя, как внизу закипает возбуждение и как теплые стеночки еще лучше чувствуются на его плоти, изредка сокращаясь. Факт того, что анус раскрылся так, что практически не сжимается на огромном члене, а само тело даже не в силах отдернуть бедра, привел к ехидной улыбке на лице и последним толчкам, что пробивали пенисом настолько, будто он сейчас врезается в само сердце. Сжимая мягкую кожу и насаживая Осаму до самых яиц, он наконец-то выплескивает горячую сперму в не менее горячее нутро. Возбуждение просто так не спало, а потому, тихо хмыкая, Чуя продолжил в уже более медленном темпе долбиться внутрь, пока из члена продолжала выплескиваться сперма, попутно проталкивая ее все глубже и глубже. Трахая Дазая последними толчками, Накахара снимал последние остатки напряжения. Горячее семя сразу же почувствовалось внутри, заставляя парня дрожать от приятного чувства наполненности и снова выгнуться в спине. Спермы, как всегда, было так много, что после очередных толчков, та стала выскальзывать наружу, стекая по внутренней части бедра. Но большая часть все таки проталкиваясь внутрь, наполняя его до предела. Судя по всему Накахара решил не церемониться со своим возлюбленным, а трахнуть его и присвоить себе в полную меру. Спустя несколько толчков Чуя сделал последние и самые глубокие проникновения, закупоривая чужую задницу своим пенисом и не давая больше ни капли спермы вытечь наружу. Прийти в себя было не так сложно, а потому уже через минуту, Дазай снова расплылся в довольной, и в какой-то степени, ехидной улыбке. Будто это он сейчас оттрахал Чую по самое не хочу. Некоторые конечности подрагивали, а Осаму все еще прекрасно чувствовал на себе сильную хватку, что вцепилась в его бедра. Семя практически не чувствовалось в заднице, но парень знал точно, что в этот раз он наполнен до краев и когда Накахара вытащит свой член, с него явно вытечет огромное количество спермы. - Ужасный Чуя... Как всегда, сдержал обещание. — Хихикая и делая глубокий вдох, Осаму полностью расслабился под горячим и сексуальным телом, упираясь щекой о поверхность кровати, и немного жмурясь, смотрел прищуренным взглядом на еще более запыханного партнера. - Что только не сделаешь ради такой картины. — Издавая тихий смешок, Накахара наклонился к лицу напротив, все так же держа одну из ног на своем плече, устраивая для кое-кого время растяжки. Получая в ответ недовольное мычание, он приподнял уголки губ, после чего оставил краткий поцелуй на уголке пухлых губ. — Я люблю тебя. Подобное продолжение заставило на несколько секунд затаить дыхание, а после снова расплыться в довольной улыбке. Вот только эта улыбка была пропитанная нежностью, а не той самой похотью, что совсем недавно блестела в глазах и отражалась на лице улыбкой. Кое как переворачиваясь на спину, хотя, если быть точнее, то ложась с правого боку на половину спины, Осаму потянулся к шее любимого, обхватывая и прижимая к себе еще сильнее, уже практически не обращая внимания на то, что одну из его ног буквально прижимают к груди, пока вторая все так же обхватывает сильные бедра. - Хах, Чуя такой только после того, как кончит? — Конечно же не опуская момента подразнить возлюбленного, Дазай тут же получил легкий щелбан по носу, что заставил зажмуриться. - А ты не такой болтливый только тогда, когда траханный? — Все так же держа не лице лёгкую улыбку, пристально рассматривая своего прекрасного Осаму, он приподнял брови в вопросе. - Фуу, совсем не романтичный! — Опрокидывая голову, Осаму облегченно вздохнул, чувствуя, как его шею стали покрывать поцелуями. А бедра стали поглаживать большими пальцами, извиняясь за прошлые порывы. Правда от дальнейших синяков это не спасет — Неужели уже выдохся? Вообще-то Накахара и вправду хотел расцеловать и просто затискать своего прекрасного инкуба. И подобное из его уст было совсем не удивительно слышать. Неужели Осаму уже забыл как некоторое время назад хныкал под ним и пускал слезы? Так быстро решил продолжить? - А тебе уже не терпится снова почувствовать мой член в действии? - Скорее снова попытаться достичь настоящего оргазма. — Подобная шутка сразу же привела к тому, что Накахара приостановил поцелуи и медленно выровняв спину, с прищуром уставился на возлюбленного. Могло бы показаться, что это обидело его, но на лице красовалась уже ехидная улыбка, что явно показывала всю решимость Чуи заткнуть этот рот более действенными способами. - Обещаю, что у тебя член отвалится от такого количества настоящих оргазмов. — Хватая впалые щеки и зажимая их пальцами ладони, между большим и остальными конечностями, он заставил возлюбленного скрутить губы в трубочку. Эта ночь и вправду только началась.