Правых здесь нет

      — [Кто там? Рон, иди посмотри! — послышался женский голос за дверью. — Никакого покоя!]        Я сглатываю, но Сэма, к счастью, не слышу. Тело слегка потряхивает.       — [Ух... не дай Бог опять эти агенты проклятые!] — слышатся устремлённые шаги.       Я отчётливо улавливала звук биения своего сердца. В ушах был переменчивый звон. Я не могу перестать волноваться. Мне не удаётся предугадать реакцию моего тела на всё... вот это… дерьмо. Что это вообще за чувства, как охарактеризовать происходящее?.. Столько херни неуместной в голову лезет.       Дверь со скрипом отворилась.       — [Ну кто тут опять? Агенты?! — отца парня слегка переклинило. — О-о, нет... нет-нет, идите-ка вы все к чёрту!] — дверь грубо захлопывается перед нашими носами. Я переглядываюсь с Доком, поджимая губы.       Это действительно был Рон Уитвики. Прямой потомок Арчибальда Уитвики. Живой, настоящий, но не актёр, а отдельный персонаж со своей определённой ролью и историей. Заманчиво.       — Немного не понял… — шатен потоптал ногой деревянный пол крыльца, — это чё сейчас было? — он сложил руки на груди, склонив голову в сторону. Я молчу, пытаясь подобрать более внушительную ложь.       — [Рон, что происходит? Сектор-7?]       — [Не поверишь! Опять эти агенты проклятые! Тьфу!]       Доктор вскидывает брови, сплёвывая куда-то в сторону. Он оценивающе окидывает взглядом дом, а после своих телохранителей.       — А чё это они так взъелись? Я, по-моему, ничего ещё не сделал.       — Как мне рассказывали родители, однажды у них приключился неприятный инцидент с агентами… — я раскидываю руки в стороны, вздыхая. — Они в принципе странные. Думаю, будет всё же лучше, если твои стероиды подождут в машине, — я указала на парней сзади.       — Допустим, — доктор отзывает дрочеров и звонит ещё раз. Пока тишина. Недолгая, правда. Шорохи. На кухне где-то. Стремительные шаги. Распах двери.       — [Живым не дамся! Без адвоката и слова не скажу, ясно?!] — дядя Рон стоял с какими-то палками и ножами.       — И чё это за выкрутасы такие? — прошептал мне шатен. Я снова пожала плечами, на что мужчина лишь цокает. Но после вскрикивает от неожиданности и отскакивает куда-то в сторону. — Эй, поосторожней! Отхватить за покушение хотите? — между нами пролетела ложка, чудом не задев стоящую подальше Еву.       — БЛЯТЬ! — выругалась Калашникова, отходя подальше от входа.       Да уж... Арчибальд дал свои плоды. Ещё парочку таких сцен и, вероятно, нас точно поймают на лжи. Потом бесконечные допросы, расследования, следствия, суды и подобная детективщина.        — Так... послушайте, гражданин, мы к вам с детьми вашими, так-то, — брюнет был невозмутим и не так резок, как Симмонс. Ай-да молодец какой!       — [Какими детьми?! У меня один ребёнок! — Уитвики старший осмотрел нас с Евой вперемешку с подозрением и непонятным мне страхом. Мужик не отошёл ещё от допросов, угроз и всяких злых чиновников. И, о чёрт, как же я его понимаю. — Один! Один где-то там, у вас!] — Рон тыкал в мужчину различными острыми предметами, истерил в лицо, но шатен реагировал вполне адекватно. Это не могло не радовать.       — О ком вы? У вас какие-то проблемы? — брюнет медленно заходил за порог, разглядывая внутренности дома, а Рон же наоборот – отступал.       Удивительно, как Док всё же справляется с людьми, чуть менее адекватными его. Мне в это трудно поверить, ранее насмотревшись на то, что он способен. Потому и делаю ставку: он в роли доминанта долго не продержится.       — [Господи, да что тут у вас? — тётя Джуди – ещё один персонаж, вылезший из телека. — Тц! Уж подумала, что у тебя опять припадки после вчерашнего, — она сложила какое-то полотенце и подошла к нам. — Тоже из Седьмого Сектора?]       — Да... — он показал удостоверение и тут же убрал, — а вы откуда знае...       — [Говнюк очередной, валите уже отсюда все!] — женщина начала разъярённо лупить доктора полотенцем, выгоняя его.       Ева подошла ближе ко мне. Так мы и продолжали стоять с краю, наблюдая за происходящим.       — Женщина, воздержитесь от рукоприкладства! Тут ваши племянники! Послушайте! — учёный ухватился за дверные пластины, дабы кубарем не покатиться назад.       — [Наш ребёнок где-то у вас!]       Ситуация набирала больше неловкости, нежели какой-либо опасности. Это дало мне мальца успокоиться. Осталось успокоить других. Блять.       Но если так проанализировать, то весь Бейвёрс – это огромный сюр. Здесь мало логики, но дохера абсурда. Вменяемых персонажей тут по пальцам сосчитать можно. Осталось лишь подстроиться под стандарты этой вселенной и можно будет спокойно булки разжать. Но главное – совсем уж не забыться. Мне ещё рано деградировать.       — Вот ваши дети, вот! — он подхватил меня за плечи и начал легонько трясти.        — Руки... — с непривычки прошептала я, поджимая губы. Он отпустил.       Уитвики вылупились на нас, как на умалишённых. Я же заметила, что доктор задался в немом вопросе, мол, почему же мои дядя и тётя не узнают меня? Решила не томить его ненужными рассуждениями:       — У них некоторые неполадки с головой… Я не вдавалась в подробности, меня просто предупреждали, — отчасти я была в действительности права, как бы это обидно или же смешно не звучало.       — Диагноз какой-то? — тихо спросил он, подозрительно глядя на меня.       — Что-то… по-моему, что-то связанное с памятью. Они очень забывчивы, — это было важно указать.        — Я понял, — он кивнул, возвращаясь к диалогу с супругами. — Послушайте... — он сложил подушечки пальцев, облизывая засохшие губы. Хочет что-то сказать, но сомневается. Не понимаю его стремлений. — Эм... да, я, в каком-то смысле, агент, но я не собираюсь причинять вам вреда. Какой вред, я же доктор, в конце-то концов! И-и...        Дверь с грубым натиском захлопывается. Снова.       Я присвистываю. Это было неудивительно. Но что интересней: таких эмоций у них в фильме не проскакивало ни разу. С точки зрения фаната, я чувствую некую радость и преимущество, ведь могу наблюдать за большим разнообразием в характерах персонажей; узнать их с другой стороны и понять, что абсурд – это лишь оболочка. Но с точки зрения обычного человека, я сопереживаю им. Они, как-никак, родители, которые боятся потерять единственного сына.       Значит это может произойти и со мной. Ну, по крайней мере шанс попасть в эпицентр какой-нибудь масштабной зарубы реально пиздецки высок. А получить последствия после такого интересного времяпровождения ещё выше. И вот спрашивается: куда я лезу? На кой мне это?       — Достало… Ты можешь уже поговорить с ними сам?! — доктор устало трёт переносицу, прикрывая глаза.        — Ну, во-первых, я – девочка, если ты до сих пор не заметил, — шатен удивлённо вылупился на меня. Ева издала звонкий смешок, наблюдая за реакцией учёного. Но он быстро пришёл в себя. — Во-вторых, я их сама боюсь! Вот сам иди и разговаривай! — мне нужно было отвести какие-либо подозрения подобными схемами. Между нами не должно быть недоговорённостей или каких-то скрытых мотивов. Если он вообще продолжает мне верить.       — Да… я бы тоже от таких сумасшедших хоть в дамбу, хоть куда сбежал, — Док неловко почесал затылок. Он проигрышно опустил плечи, массируя виски. — Кажется, этот конченный день я никогда не забуду, — шатен мучительно застонал, протирая глаза. Честно, я бы с радостью послала его нахуй отсюда, но это вызвало бы больше сомнений, чем радости и послушания.       — Как и я, — я делаю не менее страдальческое лицо, складывая брови домиком.        В промежутках нашего «светского» разговора я снова обращаю внимание на внешний вид этого мира. Всё здесь выглядит будто искусственно выведенным. Ненастоящим, просто сгенерированым... Это заставляет удивляться.       Я нехотя отрываюсь от зрительной фиксации, вновь смотрю на шатена. Надо разбавить ситуацию. Разбавить чем-то полезным.       — Скажи честно: ты терпишь всё это из-за приказа выше? — спросила я невзначай, но заметив его хмурость, решила уточнить. — Я вижу, что тебе не очень-то и нравится во всём этом говне плавать. Ты будто переступаешь через себя.       — В точку, — щелкнул пальцами он. — И я давно бы смотался, если бы не устав, которому я, как доверенное лицо Сектора-7, должен следовать!        — И что в этот устав входит?       Мужчина некоторое время потупил меня злым взглядом, но сдался:       — Снять на диктофон разговор и задать стандартные вопросы, которые уже давно заучены мной. А потом нужно написать типа заключение из всей проделанной работы и сдать директору, — он пожал плечами. — Учись, вдруг агентом станешь! — в моменте он слегка улыбнулся. Я тоже не сдержала ухмылки.       — Никогда в жизни. Я не настолько отбитая.       Ещё минут пять мы пытались мирным путём договориться с моими лжеродственниками. Выбивать дверь – не наш конёк, как и угрозы.       — Что ж... надо что-то ещё решать. Я не могу придти без проделанной на сто процентов работой! — он нервно потопал ногой и вдруг замолк. — Стоп. А как тогда тебе до этого удавалось с ними уживаться? — он прищурился, почуяв что-то неладное. Я вздохнула, принявшись объяснять.       — Я уже говорила, что мы приехали ваще недавно, — Ева, летавшая в облаках, вдруг подняла на нас двоих взгляд. — За всё время я редко пересекалась с ними. Типа некомфортно мне. Эм...       — Всё понимаю. Так что?       — Ну и я знаю о них чисто по рассказам родителей. Так мы целыми днями гуляем, — я села на ступеньки.        Оглядывая местность, я пыталась найти подвох. Может, засечь сбой в системе, в матрице. Я отчётливо чувствую изменения в пространстве, но почему-то увидеть их не могу. Либо это самовнушение.       Я не поворачивалась на Дока, лишь слышала щёлк зажигалки.       — Родители не дома, как я понимаю? — задал риторический вопрос он, выдыхая дым.       — Они уехали вчера.       — Номер не знаешь, да? — я одобрительно кивнула. — Круто. Такое чувство, будто у тебя вообще родителей нет, — невзначай кинул он, на что я пустила краткий смешок. Частично, он был прав.       Аромат сигарет развивался ветром. Я прикрыла глаза, чтобы насладиться небольшой прохладой. Всё тело обвеяло нежным, еле ощутимым холодком. быстрая смена температуры заставила чуть вздрогнуть, но в целом я осталась довольна.       И всё же мне до сих пор непонятно, почему Док не ощущает моей лжи. Или он просто притворяется? Тоже вероятно. Тогда мне срочно нужен план «Б», продумывание которого я не осилю. В такой обстановке сложно нащупать что-то интуитивно. Но я стараюсь. А пока мне просто стоит опасаться его каверзных вопросов, которые в будущем могут потрескать всю картину событий, которую я ему тут так старательно выстраиваю. Лучше уж довести дело хоть до какого-то конца, чем порвать с ним всё сейчас.       Окурок бесследно улетел в разбитые цветы.       — Ты не знаешь, у них, случаем, не синдром Альцгеймера?       — А, точно, я забыла название! Да, что-то такое у них, — я взглянула на него.       — Тогда мне точно стоит быть с ними поаккуратнее, — пробормотал он, но резко поменялся в настрое. — Что ж! Какие идеи ты можешь предложить, чтобы покончить с моей миссией? — учёный облокотился о перила.       Он зачем-то мне демонстративно показывает своё безразличие к нам и этому делу в принципе. Есть ли подвох? Он точно горит какой-то идеей. Идеей разоблачить меня. Определённо. Его замашки, вопросы и поведение давно навивали на крах. Да, я не ожидала сказочного исхода всей этой передряги. Но масштаб проблемы я осознаю сейчас куда больше, чем раньше. Мне лишь остаётся топить до талого.       — Скажите им, что вы знаете, где их сын, — предложила я.        — В смысле? — шатен удивлённо похлопал глазами.       — Ну просто скажите: «Я знаю, где ваш сын сейчас. Дайте мне с вами поговорить и я расскажу всё, что знаю», — это огромный риск проболтаться, но так мы хотя бы сдвинемся с места. Ведь доля вероятности того, что это нам поможет, высока.       — Что ещё за сын? — он фыркнул, складывая руки на груди. — И что я должен после разговора им сказать? Выдумать информацию, чтобы на меня потом, не дай Бог, с жалобами кидались!        Я поджала губы. Мы просто топчемся, не меняя направления ни туда, ни сюда. И на кой хер? Они ждать не будут. Я уже не могу ждать. Я изнемогаю себя саму. Мне нужно подтвердить их существование как можно быстрее.       Волнение скатывалось каплями мерзкого пота по спине. Мне уже не нравится развивающийся план событий.       — У них же этот Альцгеймер. Просто молча уйдёте и всё, — палю я бред, на который доктор лишь громко заржал. Ожидаемая реакция.       — Это не так работает, — он покачал головой, смышлёно поглядывая на меня. — Ладно, попробуем. Тебе потом отдуваться.       — Да ради Бога.

***

      В этот раз у нас получилось. И мы идём по плану.       — [На недолгий разговор я согласна], — Вздохнула тётя Джуди, складывая руки на груди. Она разрешила войти.       Я зашла за порог, оглядываясь. Дом пах очень знакомо, словно я здесь неоднократно бывала наяву. Это подарило мне обманчивое чувство комфорта. Я разулась со всеми остальными.       Пока Док базарил с супругами, я прошла вглубь коридора. Моё внимание резко привлекло фото, стоящее в рамке на тумбочке. Семейное фото. Я резким движением развернула картинку к стене, осматривая, есть ли подобные. Будет позорно проиграть Доку, по глупости упустив детали.       Рон сопровождал мои похождения по дому тяжёлым взглядом. Но чья-то рука быстро дёрнула меня назад. Мы оказались за стенами кухни.       — Какого хуя ты мне ничего не объясняешь? Кто это ваще такие, и что за скуф на нас пялит? — Ева скривила лицо, убийственно сверля на Рона. Я схватила её за плечи и увела подальше от остальных.       — Так надо, — ответила я, снимая наушник. — Ошалеть, «Так надо»! Тебя вообще не волнует, что мы в другой стране каким-то хуём оказались? Не? — от криков начала раскалываться голова. Я схватилась рукой за висок, нервно делая выдохи и вдохи. — Ты мне банально не даё...       — Ев, прикрой ебало своё чудесное, — хмурилась я, наблюдая за изменениями в эмоциях Калашниковой.       — А в чём проблема? — размахивала она руками. — Я не понимаю! Сука, — в моменте её пробил истерический смешок. Я напряглась. — Ты достала меня со своими угадайками, серьёзно… — Ева устало протёрла глаза, в уголках которых мелькали заметные капли слёз. Во мне всё сжалось. — Ради Бога, блять, ну скажи мне, что не так? Что вообще происходит? Зачем мы тут?       Я сглотнула неприятный ком, шмыгнув носом. Давненько мне не приходилось оправдываться перед кем-то. В частых случаях я говорю правду в лоб, но сейчас… случай никак не частый.       — Ладно… — я прокашлялась, переводя дух. Мне сложно смотреть на неё. — Тебе этот дом ничего не напоминает? Лица, там, например, никакие не знакомы? — я поводила пальцем по воздуху, неловко бегая взглядом по комнате.       — Ты просто угар ловишь с меня или что? — она была практически на грани срыва. Я тоже не получала удовольствия от нашей беседы. Мне давно взаёб всё это. Вся башка забита теориями, вероятностями, надеждами и сомнениями.       — Мы в другой вселенной. Наверное, в другой. Понятнее стало, ебать? — я вздохнула, убирая руки в карманы. В моменте её раздражительность заметно спала.        — Ага... — Калашникова призадумалась. Я не в курсе, каким образом мне удалось дать ей пищу для размышлений, ведь ранее сказанное даже мне кажется абсурдом. — Очень информативно, кстати... и, кстати, я нихуя не поняла. Объясняй нормально, пока нас снова в эту чёрную ебучку на колёсиках не затолкали.       — Хуй там плавал, уже не затолкают, — я хмыкнула, смотря на меняющиеся эмоции Евы, — мы остаёмся здесь.       — Здесь? Типа?.. — она изогнула бровь.       — Типа первое время мы будем переконтовываться здесь, — я пожала плечами, — ну, по идее.       — По какой идее? Бля-ять, я тащусь с тебя, Лер… — она хлопнула себя по лбу, опираясь спиной на стену.       Это было… сложно объяснимо. А осознать такое ещё сложнее.       — Я не люблю это говорить, но просто доверься мне. В моей башке щас такая ебанутая теория вертится, я те серьёзно. И если я найду ей прям официальное подтверждение, то… — я призадумалась. А что я сделаю, если смогу с ними связаться? Эм… побазарю? Расскажу о злобном плане Старскрима, но без весомых доказательств? Нет, доказательства-то есть, вопрос в другом: поверят ли мне Автоботы? Будет смрад… — Короче, хер с ним, главное – найти тому подтверждение. А там уже разберёмся. Да всё заебато у нас будет, шо ты, как, я не знаю… — увидев поникшее состояние Евы, я потрепала ту по плечу, слабо улыбаясь.        Пока мы общались, я заметила, как пара двинулась в сторону лестницы на второй этаж. Надо бы ускоряться. Разговор с ними не помешал бы.       Нагло оставив Еву одну со своими мыслями, я двинулась в гостиную. По пути меня подловил доктор. Он уже успел где-то хапнуть себе кофе.       — А твои эти дядя с тётей неплохие люди, однако, — он счастливо отпивал содержимое кружки, а я не понимала, как можно в такую жару пить горячее. — Короче, я щас проведу беседу и уйду. Наушники будут лежать здесь, — мы зашли в гостиную и он указал на ближайшую тумбу.       И тут меня переклинило. Каштан хотел забрать у меня наушник, но я отступила на шаг назад.       — Мне нужно ненадолго с ними поговорить. Одолжишь, по-братски? — услышав вопрос, он сощурился, окидывая подозрительным взглядом как в начале нашего вынужденного знакомства. Сердце пропустило удар. Я схватилась за лямки рюкзака. Неужто что-то заподозрил? Поумнел?!       — Тц, ладно, — он благополучно снял наушник, отдав мне. Ничему жизнь чувака не учит. Теперь я точно уверена, что во всём этом подыгрывании есть скрытый смысл. Но другого выхода у меня больше не остаётся, кроме как направиться к супругам Уитвики.       На первом этаже лжепредков я не нашла, поэтому заползла на второй. Пройдясь чуть дальше, я завернула в приоткрытую комнату, где они сидели и молча пялили в телек. Состояние у них поникшее, и я не знаю, как обратить на себя внимание, окликнуть без раздражения. Хотя, о таких мелочах лучше не задумываться. Волновать должно только зря потраченное время.       — Кхм, — я стучу по уже открытой двери, стоя в проёме. Они молчат. Не замечают совсем. Аж обидно стало. — [Здрасьте?] — я сжала руку с наушником. Тогда-то уставшие пары глаз лениво взглянули на меня, без особого желания контактировать.       — [Что? — Джуди подпирала рукой голову, потягивая что-то из небольшой чашки. Алкаха, что ль. — Тебя этот позвал?]       Я переминаюсь с ноги на ногу.        — [Извиняюсь, я плохо понимаю английский, но мы можем поговорить... э-э... Наушники], — я показала маленькое устройство. Однако их больше привлекла моя футболка.       — [Русский? — удивился Рон. — занесло же в наш дом всяких...] — он хмыкнул, после чего получил по своей черепухе от Джуди.       — [Извини, эм... он вас там насильно держит, да? — она медленно поднялась с кровати, подходя ко мне. Я молча протянула ей наушник. — Ой, да, точно...] — она надела его, — дак... кто этот агент?       — Так-то он доктор, может и учёный, а имени не знаю. Я с ним знакома сутки, и то, по вынужденным обстоятельствам, — дёрнула я плечами.        — [Что он говорит?] — мужчина дёрнул Джудит за руку, но он шлёпнула его по пальцам. Пока они разбирались, я спокойно закрыла дверь, для большего чувства конфиденциальности и безопасности.       — В общем, я знаю про Сэма, — Джуди тут же посмотрела не меня глазами по два рубля, — и с ним всё хорошо!       — А где он?!       — Я не знаю, но он должен уже сегодня приехать. Чё, он вам не звонил? — странно. Я отчётливо помню, что после битвы в Мишн-Сити ему Леннокс отдал свой телефон, поэтому он вполне смог бы связаться со своими близкими. Даже ответить тому же Ланкастеру.       — Звонил два раза, но мы не смогли поднять трубку. Агенты эти проклятые информацию из нас вытягивали, про роботов каких-то несли! Ужас... — она схватилась за висок, покачивая головой.       «Роботов каких-то…» — бесконечно проигрывала в голове фраза. Это интересно. Интересно настолько, что меня колотит из стороны в сторону от одной только мысли про этих роботов.       — Отвечаю вам, он скоро приедет. А вообще, я хотела бы о другом поговорить...       Мне разрешили сесть на кровать. Телевизор стал чуть тише. Я положила рюкзак рядом с собой.       — Короче... я этому, ну, агенту наговорила, что у вас Альцгеймер, чтобы оправдать наше незнакомство, — не знаю, было ли это слишком прямолинейно и неожиданно. — Да, это глупо…       — Что? — тётя Джуди свела брови, обдумывая сказанное. — Зачем?       — Я не могу пока что сказать, зачем я сюда приехала. Но вам нужно будет при допросе с агентом играть роль. В общем, вы – мои дядя и тётя, — я показала пальцами на обоих, — а мои «типа родители» уехали по делам вчера. Они приехали сюда, чтобы ухаживать за вами, всё такое. И я вас практически не знаю, как и вы меня, поэтому такое поведение незнакомцев уже по факту оправдано, — от этой мысли я тихо ликовала, пусть и план был в целом до опизденения тупым. — Дело в том, что я со своей подругой каким-то чудным образом попала в дамбу Гувера. Я сама не знаю как. Ну просто... вот как-то, — я сомневалась, что затирать им про параллельные миры было разумной идеей. — Поэтому он будет задавать вопросы, по типу: «Не замечали ли вы такого поведения...», «Не забирали ли у родителей родительские права» и так далее, — я покрутила кистями рук, чувствуя сильный хруст в суставах. — И главное: не произносите свою фамилию! И ни слова о Сэме! — под конец у меня не хватило воздуха. Я схватилась за горло, прокашливаясь куда-то в сторону. Слишком долго открывать рот тоже вредно.       — Почему? — женщина была в недоумении.       — Потому что, возможно, ему тот самый Симмонс уже рассказал о вашей семейке, — но это было не точно, потому что на сегодня у них как раз-таки должна быть организована встреча. — Поэтому советую и имена свои поменять, и заодно придумать имена моих родителей. Меня зовут Лера, кстати.       — Как тебя зовут? Лье... Ле... Ра?        — Почти.       — [Его так зовут? Странное имя для парня], — Рон покачал головой.       Джудит пилила его убийственным взглядом, словно он совершил самую грубейшую ошибку в своей жизни. А я лишь скучающе наблюдаю за этим.       — Балда ж ты старая, это девушка! — она указала ладонью на меня, а Рон вылупился на весь мой образ. И тут я поняла, в чём дело.       — [Да?.. — он поджал уголки губ. — Ничего себе. Я думал, что парень].       — У нее кадыка нет, не видишь что ли!       — [Ой, извини-ите, я же всем туда смотрю всю жизнь!] — мужик поднял руки в сдающимся жесте, закатывая глаза.       Наконец-то Джуди вернулась к основному диалогу.       — Понятно... — она задумчиво потёрла подбородок. — А какая гарантия, что агенты не заявятся к нам снова?       Насколько бы абсурдными некоторые персонажи не казались – они всё равно боятся, волнуются. Они чувствуют.       — Не знаю. Проверки наверняка будут, но они мимолётны и чисто для галки, — по крайней мере такая схема действует у меня на родине.       Время на лишние разговоры мы тратить не стали, поэтому я встала с кровати, закидывая рюкзак за спину.       — И да, я советую спрятать все документы. Они не должны узнать ваши личности, хотя бы на какое-то время, — забираю наушник и закрываю дверь с пониманием того, что шансы остаются. Они малы, но они есть. В ближайшее время должен приехать Сэм, мне в любом случае придётся бежать отсюда.