Правых здесь нет

      — Я так и не поняла, куда мы там летим, ещё раз?       Наш вертолёт уже должен был подлетать к границе города. Паримся мы здесь уже около нескольких часов. Из нас двоих никто не засыпал, обе на нервах. Всё ожидаем прилёта. В особенности я.       — В Транквиллити, — вновь повторила я название, глядя на мелькающие молочные облака. Этот ответ мало что дал Еве. Она бросила пару косых взглядов по сторонам, облизывая губы, словно пробуя название на вкус. И я не думаю, что оно её впечатлило.       — Ты дезориентацией страдаешь? Или, я надеюсь, это – просто портовый город, через который мы домой попадём, так? — в глазах приятельницы пробегали немалое беспокойство и недоверие. Мне дано понять её положение. Неизвестность – это страшно. Но меня это не останавливает никак.       — Да… нихуя, Ев, — я почесала щёку, неловко глазея на неё. Она похлопала ресницами, выгибая бровь.       — Не поняла… Правда, Лер, я не понимаю! Почему мы всё ещё не дома? Почему я ничего не знаю? — отчаянно восклицала Калашникова, ожидая от меня прямого ответа. Я тяжело вздохнула, не осмеливаясь поднять на неё взгляд. — Почему ты молчишь? Ты ведь что-то знаешь?..        — Не здесь, — сказала я тише прежнего, кивнув в сторону доктора, который иногда подглядывал за нами. — Понимаешь… это всё сложно. Очень. Я… я всё скажу, но позже, — мне пришлось отвернуться от неё, разглядывая утренний пейзаж. Но Док до сих пор не спускал глаз с нашей дилеммы.        И каким бы этот урод назойливым и бесячим не был, ему надо отдать должное. Братан полетел с нами, взял на себя ответственность за наши жизни, хоть он и не выглядит как человек, любивший хапнуть побольше проблем. И пусть даже если это был приказ выше. Какими-то местами в нём преобладает человечность, учитывая насколько сильно это слово утратило свой истинный смысл.       По логике вещей, наш перелёт должен быть легальным. Значит и с властями проблем нам не светит, что радует. Да и кому есть дело до двух русских подростков? Хотя, кстати… хах, а вот тут загвоздка.       Но опять же, опасность настигать может везде, и никакие бюрократия или договорённости между значимыми шишками не спасут наши сраки. Если о нашем гостеприимстве в курсе не только Док и его шайка дрочеров, то смогу ли я осуществить то, что задумала? Не обрубят ли мою дорогу к истине на половине пути? Да, ответы на вопросы требуют хороший анализ, логическую цепочку и более обширное знание обстановки вокруг. И опять я в дураках.       Я аккуратно достала телефон, положив его между колен. Глядя на тёмное отражение, я заправила прядь за ухо. Волосы были не в лучшем состоянии. Я мяла сухую кожу щёк, медленно смыкая слипшиеся глаза. Мой видок был похуже любой солевой альтухи. Страшно как-то даже на людях появляться. Но кого это волнует, когда на кону могут стоять их жизни?       — Дай я на себя взгляну-то хоть, — окликнул меня женский голос, после чего телефон был нагло вырван. Я даже возмутиться не успела. Хотя сейчас лучше воздержаться от громких эмоций. Ева всматривалась в экран, имитируя из руки расчёску. — Если умирать, то умирать красивой… правда? — она шипит, но продолжает распутывать непослушные волосы. — На, — отдав телефон, она продолжила тормошить голову с разных сторон. Я, нахмурившись, смотрю на неё убийственным взглядом.       — Ебанулась, мать?       — Что? Я же не знаю, в какую срань ты меня ведёшь! У меня есть все основания думать, что мы тут, нахуй, подохнем! — и вот опять истерика…       Я воздержалась от колких слов и прямолинейности своих мыслей. Рвано вздохнув, я положила руку на её плечо, стараясь этим знаком утешить её.       — Постарайся успокоиться. Прибереги нервы свои уже, блять, наконец… — потом они нам о-очень понадобятся.       Калашникова фыркнула, наконец закрыв рот. Теперь я снова наедине со своими раздумьями.        Что ж… раз уж я – инициатор полёта, имеется ли какой-то более чёткий план? Конечно же нет. Если бы у меня присутствовали мозги пару часов назад, то возможно, что итог того самого бухича закончился бы очень дружелюбно и без никому не нужных в такое время рисков.       С судьбой, в которую даже не верю, я играю в русскую рулетку: либо приобрету, либо потеряю, ведь рискую не только собой. И даже не только Евой. С каждой секундой второй вариант становится всё более правдоподобней. Но говорить о морали или верности выбора уже поздно и как-то глупо. Понять несложно: я в чужом мире, где выход только один. Но, думаю, мне даже повезло, ведь я знаю, куда лечу, к кому лечу и с какой целью. Только адреса не знаю. Хочу верить, что это единственная проблема на сегодняшний день.       Скучно. Только и делать, что думать о предстоящих событиях – такая себе темка. Но выбора нет. Чёрт, как будто бы он у меня когда-то был. Одни лишь варианты, как бы разгрести нескончаемые проблемы. Предвкушение ужасно медленно тянулось. Казалось, этим чувством я живу уже целые сутки. Даже не знаю куда себя и деть. Есть ли в этом мире для меня место? А для Евы? С этим будут некоторые неполадки. Но они лишь некоторые на фоне того, что нас предполагаемо ждёт.       — [Мы снижаемся, Сэр!] — неожиданно прозвучал грубый голос в наушниках. Я подняла голову, осмотрела прекрасный вид. Скоро. Скоро всё случится. Должно.       Я сглотнула ком, ёрзая на сиденье. Ожидание томилось так долго, неужто не смогу подождать ещё несколько минут?       Вскоре наш вертолёт приземлился. Мы начали разгружаться: с нас сняли наушники и снова помогли разобраться с ремнями безопасности. Мы подхватили вещи и вышли из кабины. Помимо меня, Евы и доктора с нами было несколько сопровождающих на машинах, которые уже ожидали нас. Позже мы всей троицей поспешили к телохранителям. Доктор молча пожал некоторым руки, и мы сели в, вероятно, дорогой автомобиль. Транспорт неожиданно тронулся.        Я смотрела в окно, раз за разом повторяя название «Транквиллити» на заржавевшей вывеске, которую мы уже проехали. Вокруг пустыня. Всё наяву.        Машина въехала в город уже через пару минут. Было солнечно, красочно. Даже как-то слишком несвойственно для моих глаз. Словно попала в мир чудес – спокойную жизнь. Здесь абсолютно не так, как на родине: ни одной хрущевки, брежнёвки, нет этой противной серости, грязи, внутреннего чувства пессимизма. Возможно я даже немного рада, что меня сюда затянуло и не важно, что лишь из-за каких-то обстоятельств.       Транспорт резко затормозил. Мы встали на первой попавшейся стоянке. Доктор похлопал меня по плечу. Я повернула голову, и мне тут же в лицо молча тыкают наушником. Я, поняв в чём дело, надела его.       — Ну что, горе-ребёнок, — не отрываясь, шатен что-то клацал на ноутбуке, — говори адрес.       — Эм-м... — я почесала затылок, кусая щёку изнутри. Вот она и вся загвоздка.       — Что значит «эм»? — он раскинул руки, не сводя взора с меня. Зря я смирилась с тем, что не продумала план... — Неужто не знаешь куда ехать? — прищурился он, демонстративно стуча по парпризу. Мужчина давил на меня, словно готовясь схватить и сожрать целиком. Да и Ева своим недовольным видом отражала те же эмоции, не спеша складывая руки на груди. Я закатила глаза. Обидно не было, всё-таки можно предположить, сколько стресса она испытала. Но вместо неё в голове витала совершенно другая идея, созревшая находу.       — Мы впервые к ней приехали, так что ещё не успели изучить город, — ответила я, наблюдая за тем, как доктор начинает раздражаться всё больше и больше.       — Хорошо… фамилия тёти? — он опять что-то кликнул у себя в ноутбуке. скорее всего, он обладает внутренними данными жилых домов. А это не очень-то и круто…       — Да не знаю я! — неожиданно взъелась я, складывая руки на груди.       — О, Господи… И ты предлагаешь идти искать дом твоей тёти? Чёрт, надеюсь, ты понимаешь, что я этим заниматься не должен! — он повышал голос, да так, что привлекал внимание всех проходящих мимо нашей машины, ведь окна были открыты. Мужчина стыдливо оглянул улицу, выдохнув. — Надо было вас двоих Симмонсу отдать, — тихо закончил он, а после достал из внутреннего кармана пачку сигарет и зажигалку. Я похлопала глазами, прокручивая в голове знакомую фамилию.       «Симмонс? Сеймур, то есть?» — ещё одна деталь в большом механизме моей теории. Господи, я действительно верю в существование трансформеров... Это ведь так наивно и по-детски. Но тогда не буду ли я казаться ещё глупее, если до сих пор считаю, что это всё – просто чья-то очень злая шутка? Я абсолютно не представляю, какой вариант более реалистичен.       — [Сэр… по неясным причинам у нас отказала база внутренних данных. Нам и впрямь придётся искать дом самим], — приговорил агент по рации, что вызвало ещё больше гнева у Дока.       — Отпад! Просто класс! — без конца психовал шатен.       — Чё он буянит? — вдруг спросила Ева, наблюдая за его странным поведением. Я перевела уставшие глаза сначала на неё, после на доктора. Сглотнув, я сняла наушник.       — Щас поедем искать дом, короче, — я опустила плечи, зевая. Меня так это всё достало, правда. Как же тяжко быть... героем, твою мать?       — Чё, какой дом? — она вскинула бровь.       — Очень долго объяснять, Ев, — я махнула рукой, мол, сущий пустяк.       — Да он, по-моему, и не спешит, — она кивнула в сторону доктора, курящего через открытое боковое окно. Я закусила губу, чувствуя лёгкий привкус крови. Она не готова выслушивать мой больной бред про существование каких-то вселенных, в которых я сама даже не разобралась. В мыслях полный рой.       — Вряд ли наш перекур будет длиться больше часа, — хмыкнула я. Всеми способами нужно отвлечь её от этой темы. Конечно, я могла бы рассказать весь план в двух словах, но остерегаюсь прослушки. Они же агенты, это часть их работы. Еве придётся это понять.        — Ладно. Но как только это всё закончится, ты расскажешь мне, договор?       — Без проблем, — проблемы есть и их много.       Я надела наушник обратно.       После усердно протерпевших пяти минут Док объявил нам, что всё-таки придётся разъезжать по городу и искать этот блядский дом некой тёти. Я объясняла внешность этого дома, отличительные характеристики.       — Знаешь хоть номер телефона своей тёти?       — Нет. У меня вообще телефона нет.       — Бедные русские дети... Ни хлеба, ни соли.       Всё пыталась вспомнить, абсолютно всё, любую зацепку, но варианты о местоположении оказались тщетны. Всё было бы легче, если б я просто тыкнула на знакомый дом в их геолокации. Но я успешно увиливала от помощи технологий, дабы не запалить Сэма. 

***

      На протяжении получаса мы катались по городу, ища нужный мне дом. Мы успели объехать и школу Сэма, и ту самую автостоянку с продажей тачек, даже пару заброшек из фильма. Но что я заметила: этот Транквиллити был несвойственно богат. В самом деле, как-то раз я интересовалась внешним видом города. Если сравнить то, что я видела по фоткам в интернете и то, что вижу перед собой сейчас – это совершенно разные города. Одинаковы лишь названия. И это разве не странно? Разве я не должна... сойти с ума, там?       Но волновали меня далеко не душевные терзания, а внезапное физическое истощение. Жар начал незаметно пробираться под одежду. Мне плохеет. Словно начинает не хватать воздуха. Душно.       Я смахиваю пот со лба. Состояние моей кожи я могу уверенно сравнить с гниением. Меня всю как в грязи валяли. Может в чём и похуже. Мне мерзко. Безумно.       Машина уже заполнилась жарким паром. По спине медленно скатываются капли пота. Я ёрзаю, пытаюсь, не усугубляя ситуацию, сесть удобно. Не получается. Ногти впиваются в сиденье. Сердце колотит, а я злюсь ужасно. Меня вновь раздражают даже малейшие неудачи.       — Этот чёртов Симмонс мало того, что меня в свои дела не посвящает, дак ещё и аппаратурой нормальной не делится! Его там так любят, так благотворят. А я тут, как простолюдин какой-то, ошиваюсь по непонятным местам, ища чей-то там дом традиционными методами...       Я лениво зевнула. Мой серьёзный настрой испарился моментально. Главное – прожить этот мудацкий день, который не норовит заканчиваться или хотя бы подводить меня к самой сути. Очень подло.       — А я, между прочим, – уважаемое лицо всего Сектора-7! Не будь меня!.. — учёный вмиг призадумался над завершением своей мысли. — Да пропали бы они там все. «..Небудьихнебудьихнебудьпропалипропаливсесектор-7…»       Голова раскалывалась от внезапного потока нескончаемых мыслей. Слова переплетались с картинками без какого-либо смысла, контекста, а главное – завершения.        Я потёрла виски. Любое шум, голос и случайный звук выходили как из вакуума. Я не могла полноценно разобрать, что мне говорят. Духота закручивала гайки в мозг, медленно впиваясь в моё сознание. Фу. Это гадко. Я закрываю лицо руками, больно впиваясь ногтями в голову. Я не контролирую это.       Раздражает... Как же всё бесит. Все они.       Когда уже...       — Пф-ф… и сколько ещё нам искать этот дом блядский? — вздохнула русоволосая, расплываясь по сидению. Вмиг всё стало стабилизироваться. Шум в голове начал пропадать, а я потихоньку осознавала реальность вокруг более внятно и чётко.       — Не знаю… — тихо ответила я. А другого ответа никто и не ожидал. — Я ничего не знаю, Ева, ну в натуре…        Услышав меня, Ева с неким опасением рассмотрела меня всю с ног до головы. Она прочувствовала что-то не совсем здоровое во мне. Оно и заметно.       — Лер…       — Всё нормально. Мы потом поговорим, — это звучало довольно резко и грубо. Мне захотелось хлопнуть себя по лбу.       Через полузакрытые веки я наблюдала за видами этого Транквиллити – лишь мигающие картинки. Я до сих пор путала вокруг себя всё, что движется. Голова крутилась, мысли снова переплетались между собой без какой-либо логической цепочки. Кажется, всё зашло уже слишком далеко.       Только через пару минут я обнаруживаю расчёсанные почти в кровь ноги. Нервно сглатываю, пытаюсь не издавать звуков от постепенно нарастающей боли. Со мной такого почти никогда не происходило, что вызывает небольшую тревогу. Всё-таки квантовый прыжок дал свои плоды. Допрыгалась.       Я снова протираю футболкой потное лицо. Мне приходится чувствовать абсолютно всю мерзость своего тела. Человеческого тела. Я чувствую любые недостатки и понимаю, что этого не избежать. Блядская эволюция.       В конце концов, мы остановились. Да, сейчас мы в тупике, потому что не ясно, куда двигаться дальше. Город оказался больше, чем я предполагала.        Время от времени Док пытался связаться с Симмонсом, чтобы тот помог найти координаты дома. Но это бы спалило всю контору, которую я напридумывала у себя в башке, поэтому рассказывать про семью Уитвики всё же не стала, а придумать левые фамилии, чтобы их потом забыть и запутаться во всём этом дерьме окончательно – не решилась.        — Агх-х… почему работа с русскими так невыносима? — грубо выразился шатен.       Несмотря на мои попытки игнорировать его нарциссичную сторону, он всё равно умудряется полностью забрать моё внимание, а после оставить на грани нервнового срыва. И ведь кто-то назовёт его гениальным провокатором. Но я тоже не промах ведь.       — Может потому что вы сами увязались за нами? Ну в натуре, высадили бы нас где-нибудь в городе и дело с концом, — пожала я плечами, хмыкая. Док чуть дёрнулся от неожиданности, взглянув на меня. Он пребывал в лёгкой растерянности, наверняка потому, что забыл выключить наушник.       — Исключено! Чтобы свидетели просто так смылись с самого секретного объекта на материке? Не думаю, что Гэллоуэю это понравилось бы, — учёный не переставал плеваться ядом. — Поверь, если б я выбросил вас где-нибудь на окраине города, то ваши проблемы на этом бы никогда не закончились, — его взгляд вдруг помрачнел. — Никто же не хочет оказаться под слежкой неизвестных агентов? Вы бы жили с постоянной тревожностью за своё имущество, личное пространство и в целом жизнь, — он тыкал пальцем в меня, пристыжая перед всеми. В целом, он смог задеть огромный спектр моих эмоций, но никак не страх. Далеко не страх. — Так что я просто прикрываю ваши задницы перед своим же начальством. Поверь, разговор с ними не задался бы так хорошо, как со мной, — он без конца хмурился, поправляя очки.       Разгорался спор. Может даже полномасштабный конфликт. Ради сохранения репутации мне следовало бы замолкнуть, но оставить этого сказочного долбоёба при своём мнении я просто не могу.        — Хоро-ош. Давай прекращай свои дешёвые манипуляции. Ты пытаешься внушить мне вину за то, что я просто хочу домой? Мэнчик? Камон, это не так работает, — меня уже перестали волновать какие-либо правила этикета. Жизненно важная цель на данный момент – поставить этого броука на место. — Войди в положение. Мы ничё не помним, ничё не знаем, каким-то боком оказались там у вас… где, ещё раз? А, в Секторе-7, — я скалилась, что знатно бесило моего оппонента.       — Ну вот опять… — цокнула Ева, вновь став свидетелем нашей перепалки.       Мы активно продолжали дискуссию на протяжении нескольких минут. Эта вовлечённость в буйный диспут даже помогла мне отвлечься от моего тухлого состояния. До определённого момента…       Кое-что заставило меня передёрнуться. В разум ударил резкий запах еды. Я и не заметила, как водитель успел метнуться за хавчиком для Дока.       Это было что-то очень жирное. Мерзкое. Почему-то меня воротит от этой вони. Я прикрыла рот кулаком, чувствуя, как всё содержимое живота готово вырваться наружу. Мне тошно... тошнотворно...       Я отворачиваюсь, продолжая слушать мерзотное чавканье.       — М-м... Симмонс такой странный мужик... Слышал, его недавно в штаб доставили в трусах одних, — рассказывал он. — А один раз он в офисе масту... — доктор резко замолчал и повернулся к нам. — Эм... ну. Кхм, — развернувшись обратно, он снял наушник. Видать, опять забыл.       Я устало натянула ухмылку, продолжая тухнуть от жары. Даже такие рассказы о Сеймуре не побуждали во мне позитивный настрой.       — Лер, ты чё такая убитая? — моего плеча коснулась рука, но я отдёргиваюсь. — Точно всё нормально?       — Меня хуёвит дико… — хрипло признаюсь я, даже не поднимая взгляд на приятельницу.       Бешеное тошнилово мешается с ноющей болью в животе. Я пыталась выровнять дыхание, успокоить себя и своё тело, но становилось только хуже.        Ева вдруг отбирает у меня переводной аппарат и подзывает учёного.        — Можете водички подогнать для Леры? — заметно стесняясь, спрашивает она.        — [Н-не сейчас! Подожди!] — коротко кинул он, преподнося телефон с уху. — [Алло? Да! Да-да. Пусть справляются сами там!]       Я раздражённо вздыхаю.       — [Я занят! Всё! — мужчина убирает телефон, медленно массируя переносицу. — Ничего без меня не могут], — он обратно всовывает наушник.       Еве наконец дали разъяснить ситуацию. Док передал информацию водителю, и тот, послушно кивая, берёт мусор, что набросал Док и спешит выйти из машины. Неужели.        — Будет тебе вода.       Обезвоживание чувствовалась всё ярче с каждой секундой ожидания. Мне потребовалось максимум своего терпения, чтобы дождаться заветной помощи.       — На, — он выдернул бутылку у агента и скучающе протянул мне, — не умри только там.       У меня заняло секунд десять, чтобы оставить от полного бутыля лишь мятый пластик.       Мой организм подуспокоился. Нервы больше никто не трепал. Состояние стало куда лучше, как только гланды охладило чистой водой.        — Значит продолжаем поиски... — брюнет тяжело вздохнул. Я решила тактично промолчать, не смотря на то, что виновата в этой заварухе именно я. Не стыдно, но всё же.       Машина завелась. Я удовлетворительно устроилась на сиденье, уставившись в окно. Солнце светило ярко, доставало до всех уголков салона. Я прикрыла глаза, но через полузакрытые веки меня заинтересовал знакомый силуэт в окне. Подтянувшись на руках, я села ровно. Уставшие глаза раскрылись в немом удивлении.       Это же Майкл!.. Майкл... как его там, блять... Ланкастер!        У меня всё схвачено. Я хмыкнула, радуясь своей некой удаче. Но я уже не удивлялась, почему столько деталей указывают на действительность моего попаданчества в другую вселенную. Я начинаю привыкать, в надежде, что не разочаруюсь после.        Ни о чём не думая и не жалея, я рванула из салона прочь. Сзади, из машины, послышались крики и возмущения.        Парень шёл медленно, и через минуту-вторую мне удалось его догнать. Пытаясь тише отдышаться, я кралась за ним. Я не знаю, как лучше начать разговор. Тем более мой словарный запас английского языка вряд ли больше, чем у третьеклашки.       — [Прости?] — я легонько дотронулась до его плеча. Мы оба остановились. Он повернулся ко мне, хлопая глазами.       — [В чём дело?] — он снял наушники, которые я заметила только сейчас. Я немного потупила взгляд в разные стороны.       — [Ты Майкл Ланкастер?] — мой акцент звучал нелепо.       — [Ну да, я. Настолько крут и популярен?] — он показал мне какой-то заблядский реперский жест. Я опустила плечи, понимая, что на самом деле имею дело с долбоёбом, коль таких здесь было много.       От меня пёрло растерянностью. Ну прям очень. Из-за этого все правила, навыки и акцент просто растворились в башке, будто их никогда и не было. Меня только и спасало то, что собеседничек мой слегка туповат.       — [Ты знаешь, где я могу найти дом Сэма Уитвики?]        — [О... да, знаю. А ты кем будешь ему?] — он сщурился, складывая руки на груди.       — [Троюродная сестра], — невинно улыбаюсь, надеясь, что правильно его поняла.       — [Я не слышал о тебе... — он обошёл меня, осмотрев со всех сторон. — Мне Сэм о всяких родственниках рассказывал, но о... — он остановился, наверняка заметив маленький флаг России на футболке, — о русских точно не нет].       Я замялась. Это проблема, которую я не могу ему разъяснить.        — [Интересненько, а зачем тебе мой кореш? — опа. Над ответом у меня возникли огромные сложности, поэтому я просто молча стояла, ожидая дальнейшего развития событий. — Ладно, я звоню Сэму], — он скучающе достал мобильник. Послышались тихие гудки. Я знала, что сильно волноваться не стоит, ведь Уитвики всё равно не ответит. Максимум перезвонит, и то лишь через несколько часов, если не суток.       И я бы по-настоящему проебалась, вернувшись с пустыми руками, если б не этот проклятый доктор с его телохранителями. Ланкастер медленно опускал трубку, пока вокруг него собирались агенты. Как всё официально, мать твою.       — [Ничё не понимаю... Я-то при чём?!] — запищал подросток, с опаской осмотрев все блатных ребят.       — Малыш, малыш, послушай, — у шатена всё ещё был включён наушник, так что мне всё переводилось автоматически, что позволяло хоть немного быть в курсе дела, — зла мы тебе не причиним, — после этих слов агенты схватили за руки парня и завели за более безлюдный угол. Это выглядело очень иронично. — Простая профилактика.       — [Эй, руки! Какого чёрта!]       — Спокойнее. Ты заинтересовал нашего... специалиста, — учёный буквально на мгновение показал ему своё удостоверение, а после подозрительно зыркнул на меня, — и нам нужно то, что он от тебя просит, — доктор положил руку на моё плечо. Как лицемерно.       — [Ничего я вам не дам! Отстаньте!] — Майкл начал вырываться, но агенты грубо прижали бедолагу к стене.       — Будь потише... — тихо процедил через зубы доктор, стоя в паре сантиметров от лица подростка.       — Успокой своих парней, — я указала на толпу агентов-дрочеров, — мне просто нужен адрес его друга, — говорить насчёт Уитвики нельзя. Не знаю, получится ли это у меня. Главное, чтобы Майк понял и не проговорился.       — О'кей, не указывай мне, я понял! — он сложил руки на груди, злобно окидывая взглядом. — Итак, парень, ты проедешь с нами, — он вновь обратился к Ланкастеру, ведя его за плечо, видимо, к машине.       — [П-почему?! На каком основании-то?!] — визжал парнишка.       — Чтобы не соврал насчёт адреса.

***

      Едем молча. Напряжённо. Вперемешку с жарой в воздухе витало невыносимое чувство стыда. А именно вокруг меня. Я бросала растерянные взгляды через прикрытые веки на Майкла, сидящего рядом, и на дока, что-то фыркающего себе под нос. Эти двое чуть ли не подрались, и мне с дрочерами пришлось их разъединять.        Я вздохнула. Кажется, что еду вовсе не к Сэму, а в обезьянник. Хотя разницы тут никакой.        Ева вообще не курсах, что происходит. Я знаю, она безумно зла на меня. А кто был бы рад остаться тет-а-тет со стрёмным водилой посреди чужого иностранного города? Она собиралась поскандалить на меня, но когда к нам присоединился очередной гость, дак ещё и побитый, то не стала. Потом закончит, думаю.       — Ну чё, дурачок, этот дом? — нагло бросил шатен, пока машина останавливалась рядом с двухэтажным домом.       Взглянув в окно, я потеряла дар речи.       Этот дом. Определённо, да. Самый знакомый из всех. Словно родной, связывающий меня с приятными воспоминаниями.       — Этот, — хрипло ответила я, опережая недовольного блондина.       Я не отрывала взгляда от сломанных горшков с цветами и разбросанных удобрений. Страшно представить, что тогда происходит на заднем дворе. Меня окончательно пробивает колкое чувство ностальгии.       Забирая вещи, я выхожу из машины на дрожащих ногах. Так страшно и трепетно, на самом деле. Мне до сих пор сложно осознавать всё происходящее вокруг. Я не верю в сказки и вряд ли захочу поверить.       Но думать надо о другом, поэтому я возвращаюсь из сопливых воспоминаний. Понимаю, что назад пути нет. Сейчас же я могу либо потерять, либо приобрести. Потерять – приобрести. Так сложно предугадать более возможный конец. Тревога не покидает меня, и я лишь надеюсь, что Сэм ещё не дома.        Двери захлопываются. Снаружи я, Майкл, Ева, пару дрочеров для красоты и сам Док. Он прошёлся взглядом по всему дому, в особенности на последствия Автоботов, о былом присутствии которых он и не догадывается. Местами это забавная ситуация.       — Ого, — удивлённо усмехнулся Ланкастер, пока на него недовольно зыркал учёный.       — Уйди с глаз моих долой. Всё, ты свободен! — фыркал шатен. Майкл поспешил удалиться. — Э-э... — медик вдруг разводит руками, хмурясь, — ну... и что это такое? — обращается он ко мне.       Режим дурочки включён.       — Не знаю, — я тоже делаю удивлённое лицо, невинно хлопая глазами. — Ой, а если с тётей и дядей что-то случилось?! — я стартанула к дому.       — Эй, у меня к твоим предкам тоже есть пару вопросов! — он быстрым шагом направился за мной, а рядом с ним и все остальные. — Стой! Не уходи далеко, я задолбался уже наушники заново настраивать!        Я закатила глаза, приближаясь ко входной двери. Уже хотела сама позвонить в звонок, но побоялась. Всё равно сомнительно это всё. Пока я тупила, подтянулись и остальные.        — Да они – тираны, наверняка, — вырывается у учёного. Он поправил очки и, не задумываясь, походу, ни о чём, жмёт на звонок. Меня передёргивает. Сердце пропускает удар. Это было слишком резко.       Нет, я не готова увидеть несуществующих персонажей вживую. Шутка же. Просто что-то странное и необъяснимое. Я приехала сюда, чтобы удостовериться в своей безумной теории, а точнее в том, что её реализация невозможна. Убедиться в своей правоте, найти компромат и перестать ломать себе голову. Но теперь это вряд ли возможно.