Даже во тьме растут цветы

— Дедушка, а почему жители Фуноко могут болеть? Они же когда-то погибли... их тела совсем не стареют... Почему же? В ответ Рэн увидела теплую улыбку на лице родственника: — Ты путаешь Фуноко с загробным миром. На тот свет отправляется лишь душа человека. Она не стареет, не может получать увечья или заболеть. В Фуноко же попадает не только душа, но и тело. Да, оно перестает стареть, однако оно все также уязвимо перед суровыми погодными условиями, вирусами, несчастными случаями. Дедушка сидел на краю кровати, у изголовья. Он медленно и очень аккуратно поглаживал черные волосы девочки, которая все не переставала покашливать. — Получается, они могут умереть второй раз? Бедняги... — Все живые существа погибают лишь раз. Просто некоторые столь привязаны к своей смертной жизни, что их души не могут отпустить собственное тело. У таких людей могут быть сильные сожаления, тревоги по тому, что они не успели сделать перед смертью. В таких случаях погибший попадает в Фуноко. Он останется там до тех пор, пока не исполнит то, что терзает его душу, а после сможет отправиться в мир усопших. Так он будет спать спокойно, без сожалений, понимаешь? Рэнди кивнула. Ее любопытство удовлетворили, так что она прикрыла глаза. Только старик допустил мысль о том, что девочка уснула, как она резко распахнула глаза и подняла голову с подушки. От неожиданности, дед чуть на пол не свалился. — Но что, если тело получит смертельное ранение, а человек так и не успеет сделать то, что хотел?! Например, если ему вонзили нож прямо в сердце! Ты говорил, что жители Фуноко не покинут этот мир, пока не разберутся с земными переживаниями. Дедушка не хотел говорить это маленькой девочке, не хотел знакомить ее с жестокой реальностью. Он вспомнил одного старого знакомого. Это был правитель Бэмирлиз, который страдал от неизлечимой болезни. — Я говорил, что никто из них не может умереть. Это правда... Но болеют они так же, как живые люди. Каждый из них чувует боль, но неважно насколько серьезна травма и как тяжело их телу — они не смогут умереть, даже если сами того захотят. Единственный способ покинуть Фуноко — сделать то, что не отпускает их душу в загробный мир. — Раз их тела бессмертны, то им нечего бояться, — Рэн плюхнулась обратно, в мягкие подушки. Дедушка был несогласен с ее опрометчивыми словами, но спорить не стал. — Засыпай скорее. Ты ведь хочешь выздороветь? — Конечно, хочу! *** Корт проснулась от щелчка закрывающейся двери. Сил не хватало ни на то, чтобы подняться с кровати, ни на слова, чтобы позвать кого-то. Она с трудом открыла тяжелые веки. Вокруг полумрак, незнакомая комната, а дедушки рядом уже не было. В соседнем помещении горит свет, который проникает в темную комнату через узкую щель между дверью и полом. — Ну как она? — спросил девичий голос из-за закрытой двери. — Я осмотрел Метку. Печать сформировалась правильно, изображение четкое, однако... я не понимаю, почему ее тело так среагировало. Повышенная температура, покраснение на всю ладонь... Такого я еще не видел. Странно уже то, что она вообще потеряла сознание. — Она уже двое суток не просыпается! Неужели ничего нельзя сделать? — Может, это аллергия? — Или кое-кто перебарщил с дозой этой термоядерной смеси! А может торговцы из Фелинга обманули и продали какую-то дрянь?! — У меня есть одно предположение, — прслышался третий голос. — В ее вагоне выролсло два типа цветов. Это же и отобразилось на Метке Восьми. В ее теле происходит борьба между двумя сторонами, потому приходится несладко. Не думаю, что мы можем как-то еще помочь... — Такое бывало и раньше? — Да... давненько было... Голоса начали удаляться, пока вовсе не стихли. Рэн снова провалилась в сон. *** — Эй! — послышался тонкий голосок, — Эй, вставай! Сколько можно дрыхнуть? — Кто-то будто клюнул стящую прямо в щеку. Рэнди распахнула глаза. Первым, что она увидела, стала маленькая птичка, которая сидела на ее носу. — О! Проснулась наконец! — пернатое создание спрыгнуло с носа и пархнуло к тумбочке, которая стояла возле кровати. — Зачем строишь из себя спящую красавицу?! Пойми, никакой принц за тобой не придет. Ты сама должна себя спасать! Сначала Рэнди ошарашено смотрела на птичку, потом села на кровать и начала оглядываться по сторонам. Однако более никого не обнаружила: — Может, я все еще сплю? — Может, я еще раз тебя клюну? — отозвалась пернатая. Рэнди поняла, что эта птичка кого-то ей напоминает. Кажется, кто-то уже говорил с ней таким же образом.

"Ты чокнутая!"

"Вы все здесь чокнутые!"

— Заманчивое предложение, но не стоит... — У меня нет времени болтать. Я и без того задержалась, пока будила тебя! — птичка грозно... нет, скорее пыталась грозно топнуть лапкой по поверхности тумбочки, и только тогда Рэн обратила внимание, что там лежит какой-то конверт. — Что ты имела ввиду, когда говорила , что мне нужно спасать себя? — Рэнди стала присматриваться, пытаясь привыкнуть к темноте и прочитать сиволы, написанные на конверте. — Ты совсем чокнутая? Сама не чувствуешь? У тебя рука выглядит так, будто ее в кипяток опустили. Она глянула на свою ладонь. В темноте плохо видно, но этого было достаточно, чтобы понять: пернатая не соврала. Кожа опухла и покраснела. Также Корт обнаружила Метку, о которой столько слышала. Это было изображение трех совсем маленьких фиалок, стебли которых переплетались, создавая подобие маленького букета. — Я не чувствую боли, хотя должна... — Рэн оглядывала свою руку, будто впервые узнала о ее существовании. — Не знаю, в чем дело, но это нам только на руку. Тогда обезболивающее тебе не понадобится. Птичка быстро глянула в сторону закрытой двери, затем продолжила: — Меня зовет хозяин, так что буду кратка. У тебя необычная Метка, от чего тело не сможет справиться самостоятельно. Чем дольше тянем, нем хуже тебе будет. Жители Бэмирлиз чрезвычайно жадны, но при этом болтливы, в результате чего слух дошел даже до нас! Местные же все лекари, но мало того, что они не могут помочь тебе самостоятельно, так и другим не дают. Мой хозяин узнал о твоем положении и желает оказать поддержку, но тебя не выпустят так просто. Бэмирлиз не хочет "делиться", потому нам не разрешают и шага к тебе сделать. Я прилетела сюда тайно. Это письмо от моего хозяина, — птичка снова топнала по конверту. — Принимать нашу помощь или нет – решение твое. Внимательно прочитай послание и убедись, что никто из местных его не обнаружит. У меня совсем нет времени, я полетела! — Что? Почему так быстро? — только и успела сказать Рэн перед тем, как та порхнула к двери. Птичка умудрилась протиснуться в щель и выбраться из комнаты при том, что дверь была закрыта. В голове полный кавардак. Она оглядела полупустую комнату, где кроме кровати, тумбы, стула и небольшой настенной лампы ничего больше не было. Даже простого окошка нет! Рэн дернула за тонкую цепочку на стене, и лампа зажглась тусклым свечением. Теперь можно попытаться понять, что тут вообще происходит. Снова глянула на свою левую руку, где посреди красной, опухшей кожи красовалась Метка Восьми. Девушка попробовала сжать кулак, почувствовать хоть какую-то боль в повредившейся части тела. Ничего. Тогда она ущипнула себя за покрасневший палец, за щеку, за ногу. Вы когда-нибудь кусали себя до крови? Рэнди может рассказать, какого это.

"Я совсем не чувствую боли"

Осязание не пропало, однако она не чувствовала никакого дискомфорта, будто ее тело находится в идеальном состоянии. В какой-то момент, она услышала приближающиеся шаги. Испугалась, схватила письмо, легла в постель и укрылась одеялом, спрятавшись за ним вместе с тайным посланием. "Почему я собралась притворяться спящей? Они ведь только и делали, что заботились обо мне... Но бесплатный сыр бывает только в мышеловке", — тот недолгий разговор с птичкой сильно повлиял на доверие Рэн ко всем жителям Бэмирлиз. Но вдруг шаги остановились. Кто-то сейчас стоял около ее двери и поворачивал дверную ручку. Та со скрипом отворилась. — Это не та комната! Лир, склад в другой стороне, — человек, сказавший это, сильно успокоил прячущуюся под одеялом Рэнди. Неуклюже извинившись, парень прикрыл дверь и пошел дальше по коридору. Облегченно выдохнув, девушка вылезла из-под одеяла. Рэн взглянула на конверт в своих руках. "От будущего короля Жакеро Фуноко" — было написано на нем. Подумав, что звучит это как-то пафосно и по-детски, вспомнила нахального подростка, с которым познакомилась в Синем Поезде. Отмахнувшись от своих преждевременных доводов, она сосредоточилась на письме. С любопытством раскрыла послание и начала читать. "Я не знаю, кто ты. Я вообще не уверен, что ты адекватная. Но люди говорят, что девушка с такой Меткой нужна нам живой" — на первых же строчках Корт прервалась. Кто так начинает письма?! Она почувствовала волну мурашек и ком в горле. Это помощь? Нет, ее просто хотят использовать. Рэнди даже не знала, с кем имеет дело, и чего от нее хотят. Но читать дальше было страшно. Она уже никому не доверяла. В дверь постучали. Рэн вздрогнула.

"Я не буду снова прятаться"

Убрав письмо в карман, девушка сказала: — Не нужно топтаться у порога. Открыто. Когда дверь открылась, за ней показалась знакомая фигура: — З-здравствуй. Мы можем поговорить? По голосу Рэнди поняла, что это тот самый парнишка, который в прошлый раз зашел к ней по ошибке. Внешность у него была опрятная: серые волосы, завязанные в маленький хвостик, аккуратные подвороты рукавов зеленой рубашки и белый фартук без единой складочки или пятнышка. Также при нем была небольшая сумка через плечо. Глаза Рэн так и не разглядела: этот человек все время отводил взгляд, будто пойманный воришка. — Проходи, — девушка села, спустив ноги на прохладный пол. — М-меня зовут Лир... — сказал гость, сделав шаг внутрть и закрыв дверь за собой. — Я Рэнди. Слушай, не переживай так. Я тебе ничего не сделаю. Садись, где удобно. Получив в ответ кивок, она продолжила: — Кажется мне, что ты посекретничать пришел, а не просто поболтать. Усевшись на стуле, рядом с собеседницей, Лир потупил взгляд: — Да. Я не должен говорить это, но твое состояние... Я хочу помочь. Корт скрестила руки на груди, немного нахмурила брови: — Не успела проснуться, а тут столько спасателей. И каждый очень хочет помочь. Может, хватит мне голову морочить? Что вам всем от меня надо? Учти, я не та дурочка, которая будет верить всему, что слышит. Когда она поняла, что сорвалась на ни в чем не повинного, то пожалела о своих словах. Смягчившись, она добавила: — Прости, я даже договорить не дала... — Как раз об этом я и хочу рассказать. О том, что все захотят тебе "помочь". Лир рассказал о том, что обычно на метках появляется пара-тройка одинаковых цветков. Их лепестки должны быть идентичны по цвету. Лир рассказал, что у него пара ромашек. Их лепестки одинакового цвета – белые, потому его метку называют одноцветной. Рэн вспомнила изображение двух белых пионов на Метке Евы. — Но бывают исключения, — Лир посмотрел на левую руку девушки. — Ладонь сильно болит? Получится надеть перчатки? Тебе лучше бы не показывать другим свою Метку... Рэн вручили пару знакомых перчаток, которые она нашла в шкафу у деда Максима. — Рука болит, — соврала она, — но я попробую. Перчатка налезла, дискомфорта не было. Это пугало. — Ну как? — Терпимо, — отрезала Рэн и нетерпеливо перевела тему. — Так что там про исключения? — Ах, да. Прости... Исключением являются те Метки, которых называют двухцветными... Я слышал, что у тебя три фиалки. По краям белые, а по центру — желтая. Запнувшись, Лир продолжил: — Ники говорит, что в твоем вагоне росли белые и желтые фиалки. Они же и отобразились на Метке. Белого в тебе больше, чем желтого, потому Поезд привез тебя в Бэмирлиз, а не в Жакеро. — Ты говорил, что все захотят мне помочь... Почему же? — Потому что по пальцам можно пересчитать тех, у кого были двухцветные Метки. Много легенд ходит про таких как ты. Всем интересно, что ты из себя представляешь, и какими будут твои способности. — Чувствую себя экзотической зверушкой... Неужели Ники и Ева того же мнения обо мне?.. — За короткий срок Рэн снова успела привязаться к людям, о которых ничего не знает. — Они хорошие люди, я сомневаюсь, что кто-то из них преследует корыстные цели... — Лир начал нервно перебирать свои пальцы. — Тебе лучше отправиться в Жакеро. — Жакеро? Это одна из четырех стран, верно? Кивнув, Лир рассказал о том, что случайно подслушал разговор лекаря, который приходил к ней: — Они не знают, как тебе помочь самостоятельно, несмотря на то, что Бэмирлиз всегда славился своими лекарями... Мы ничего не можем сделать. Нам не хватает препаратов из-за плохих отношений с поставщиком Фелинга. Жакеро могут тебе помочь, я в этом уверен. К тому же... они примут тебя за свою благодаря желтому цвету на Метке. — Почему же ты решил, что не должен говорить мне это? — она чувствовала, что чего-то Лир недоговаривает. — П-потому... Потому что все четыре государства, из которых состоит Фуноко, конфликтуют. Большинство жителей Бэмирлиз недоверяют Жакеро... и это чувство взаимно. Однако, — он понизил голос до тихого шопота, — у меня есть один хороший знакомый из этой страны. Я хочу вас познакомить. Нам бы поторопиться... Я смогу провести тебя на поверхность, обойдя охрану. Из этой комнаты только один выход. Тебе придется замаскироваться и потом... — Я не знаю, могу ли доверять тебе. До сих пор Рэнди довольно спокойно реагировала на все, что происходило вокруг нее в Фуноко. Это связано с тем, что она много слышала об этом месте от дедушки, когда тот был жив. Однако те крохи воспоминаний ускользали, она не могла так быстро адаптироваться. На это Лир просто кивнул. Он понимает ее страх. — Тогда я докажу тебе. — Чего? — Просто смотри, — он достал из своей сумки маленький мешочек с семенами, откуда выудил синее зернышко. — Думаю, тебе еще не успели показать что-то подобное. Я сейчас выращу из него цветок за пару секунд. Он называется Верум. Это растение меняет цвет, если тот, кто его касается, будет врать. Что-то вроде детектора лжи, только проще. Пока Лир говорил, он успел стянуть одну из перчаток и положить семечко на раскрытую ладонь. Как только это произошло, зернышко начало быстро пускать корни под его кожу и развиваться. Оно светилось голубым свечением и казалось чем-то неземным. Рэн удивленно хлопала глазами, когда перед ее носом за какое-то мгновение прямо из руки Лира вырос цветок с тонким зеленым стеблем и светло-голубым венчиком. Довольный произведенным эффектом, парнишка потер свой нос свободной рукой: — В Бэмирлиз много тех, кто умеет также. Нас называют флористами, садовниками и лекарями. То, что я сейчас сделал... это мелочи... — Что ты такое говоришь?! Это очень красиво! Можно я сфотографирую? Научишь меня так? А тебе не больно? Кажется, будто этот Верум выжимал соки из тебя...— Корт почти позабыла о своем недоверии, как ребенок малый. — Тихо. Рэн, сюда же все сбегутся! — Ой, — девушка закрыла рот руками, как бы говоря, что больше такого не повторится. — Ты и сама научишься, если у тебя есть к этому способности. — Лир опасливо глянул на закрытую входную дверь. — У нас мало времени, но можешь быстро щелкнуть... Со мной все хорошо. Лучше скорее проверь наш детектор лжи. Соври что-нибудь и коснись его. Девушка кивнула. Она уже давно заметила, как из ящика тумбочки торчит знакомый ремешок. Достав фотоаппарат, быстро сделала пару снимков. Коснувшись стебля, Рен сказала: — Я нашла то, за чем приехала сюда. Цвет лепестков сменился с голубого на фиолетовый. — Ложь, — объявил Лир. — У деда Максима очень стильная борода, — улыбнулась Рэн. Венчику снова вернулось голубое свечение. Парень тихо засмеялся: — Чистая правда. Даже Верум подтвердил. Немного успокоившись, оба поняли, что отвлеклись. — Я обещал доказать, что не представляю угрозы, — с этими словами Лир коснулся стебля и пробормотал. — Я искренне хочу помочь Рэнди поправиться. У меня нет скрытых мотивов. Я отведу ее к одному человеку из Жакеро. Он тот, кому можно довериться. Цвет остался светло-голубым. В этот момент Рэнди кольнула совесть. Выходит так, что из них двоих лгуньей оказалась она. Утаив то, что не чувствует боли, Корт чувствовала себя предателем. — Тогда собираемся! — заключила Рэн и поднялась с места. Вещей у девушки было совсем немного, что упрощало ситуацию. Нужно было лишь проверить карманы, найти обувь под кроватью и повесить фотоаппарат на шею. Лир вырвал Верум с корнем и быстро натянул перчатку. Потом парень достал из своей сумки тонкий, но довольно длинный зеленый плащ с капюшоном. — Тебя некоторые запомнили. Лучше не показывать лицо. Никто не захочет отпускать тебя в Жакеро... Кивнув, девушка взяла накидку и надела ее. — Какой план? — спосила она, подходя к двери. — Иди за мной, постарайся слиться с толпой и не привлекать внимания. Если встретишь того, с кем успела познакомиться... лучше ничего не говори, я придумаю, как нам выкрутиться. — Договорились.