Даже во тьме растут цветы

Рэнди попала в просторное светлое помещение. Вокруг расставлены небольшие круглые столики для посетителей. На деревянных стенах висят картины с различными пейзажами. Одна из них сразу привлекла внимание Рэн: на ней был изображен дракон колоссальных размеров. О масштабе зверя можно было судить по небольшому домишке, который стоял совсем рядом с хвостатым созданием. Поймав себя на том, что отвлеклась и стоит на месте, девушка глянула перед собой. Напротив входа располагается барная стойка, за которой стоит дедушка с длинной белоснежной бородой и такими же усами. На вид ему лет шестьдесят-семьдесят, однако не стоит его злить! У деда Максима весьма крупное и крепкое телосложение, такой человек одной левой... Ева облокотилась локтями о барную стойку и без лишних церемоний да реверансов представила нового жителя Бэмирлиз: — Это Рэнди. Только что приехала на Синем. Нам бы отдельную комнату... — рыжеволосая девушка глянула на посетителей, которые довольно быстро догадались, что к чему, и затихли, как только заметили человека без перчаток, да и в черных джинсах. Пусть кофта Рэн была зеленой, но наличие черной одежды на ней вызвало у окружения неодобрение и даже панику. Оживленные разговоры посетителей быстро сменились на шепотки и косые взгляды. Новоприбывшая уже знала, в чем дело, потому решила притвориться слепой и глухой. Она перестала топтаться у порога и последовала примеру Евы. Оказавшись у барной стойки, поздоровалась с хозяином заведения: — Здравствуйте. Простите, я как снег на голову, но не могли бы вы дать мне какую-нибудь... зеленую или белую одежду? Первые несколько секунд пожилой человек удивленно хлопал глазами. Он оглянул компанию из троих человек и кивнул: — За мной. Хозяин лавки направился к винтовой лестнице, которая располагалась в углу помещения. По дороге поймал взглядом одного парнишку с подносом в руках и бросил ему: — Лир, за старшего! Не дождавшись ответа, он поднялся на второй этаж. Ева, Рэн и улыбающийся Квокка последовали за пусть и стареньким, но шустрым дедулей. Наверху их встретил длинный коридор. По левую руку находятся окна, по правую — ряд из одинаковых дверей. Дедушка выудил из кармана довольно массивную связку ключей и отпер одну из дверей. — Рэнди, говоришь... Меня зови дед Максим. Ко мне не в первый раз приводят пассажиров Синего Поезда, так что в запасе есть пара-тройка лишних нарядов, — с этими словами, он прошел внутрь комнаты и распахнул дверцы шкава. — Бери, что понравится, и спускайтесь в подвал. Я пока подготовлю все. Не успела, Рэн поблагодарить старичка, как он смылся. Умотал так быстро, будто в воздухе испарился. На немой вопрос новенькой, Ники беспомощно пожал плечами: — Я сам не знаю, как он это делает. — Так, разговорчики потом. Нам нельзя терять время. Ники, дуй отсюда. Дай бедняжке переодеться спокойно! — Переодеться спокойно? С тобой-то? — это было весьма справедливое замечание, учитывая буйный характер Евы. Квокка усмехнулся, но спорить не стал. Он вышел и прикрыл дверь, бросив напоследок: "Жду в коридоре". — Однажды я ему надру зад, честное слово! Рэн, ты не стесняйся, раз дед дал добро, значит можешь... — пробубнела рыжеволосая, переводя взгляд на Рэн. Она запнулась на полуслове, когда увидела, что Корт уже держала в руках приглянувшиеся светлые брюки. — Значит, ты не из стеснительных, — заключила Ева. — Так даже проще. — Проще что? — переспросила Рэн. — Видишь ли, — облакотившись о стенку, начала рыжеволосая, — отчасти этот малой прав. Да, я признаю это! Иногда меня неправильно понимают из-за резких... высказываний или действий, а порой я принимаю поспешные и необдуманные решения. Вот к примеру случай перед королем. Гуляю я по коридору дворца, насвистываю себе песенку, как вдруг слышу крики за одной из дверей!... Это была довольно смешная история о том, как Ева ворвалась в покои короля со словами: "Что за крики?! Где драка?!". Оказалось, что местный правитель болен какой-то неизлечимой болезнью, и в добавок к боли ему, судя по всему, снился какой-то кошмар. Наша Ева своим криком не только разбудила короля, но и поставила на уши половину дворца. К концу этой истории Рэн успела переодеться. Помимо брюк, она позаимствовала пару белых перчаток. По дороге в подвальное помещение, Корт обратила внимание на окна второго этажа. Из них открывался вид на Синий Поезд. Как раз в этот момент он отправлялся обратно. По обе стороны от головного вагона исходили волны. Глядя на это сверху, Синий уже не казался таким страшным, как о нем поговаривали. Напротив, этот вид даже успокаивал, он будто был знакомым, родным. Это чувство называют дежавю, и Рэн даже представить не могла, откуда оно появилось. Внизу их ждал все тот же старичок. — Ну и капуши, — заявил он, протирая довольно большой нож какой-то тряпочкой. У Рэнди чуть челюсть не отвалилась. Ева отвлекала, как могла, так что у нее совсем из головы вылетело спросить, зачем они притащились в подвал. — Ну, дед... Не все такие шустрые! Это вы у нас скоростр... Ай!!! — Ева одернула руку и грозно посмотрела на Ники, который только что ущипнул ее. — Шутки шути, но только приличные, договорились? — с этими словами сопровождающий обернулся к лестнице, на последней ступеньке которой стояла Рэнди. Как бы та не пыталась скрыть свою тревогу, получалось не слишком правдоподобно. — Рэн? — окликнул Квокка, когда девушка сделала еще один шаг назад. Первым догадался дед Максим. Он рассмеялся таким хохотом, что казалось, потолок вот-вот обвалится. — Не переживай так, я просто хочу собрать как можно больше этой гадости с лезвия, — он отложил нож и выставил раскрытые ладони перед собой, как бы говоря, что не представляет угрозы. — Ну ты и трусишка! — воскликнула Ева и подошла к Рэнди — "Гадостью", о которой говорит этот старик, являетсяся дорогостоящее средство. Им пользуются для того, чтобы ставить Метки Восьми. Помнишь? Мы говорили о них. Нам нужно как можно быстрее сделать это, иначе... силы тех, у кого нет Метки непредсказуемы... Ники явно не согласился с тем, что Рэнди можно назвать пугливой: — Ева, тебе напомнить твой первый день здесь? А я могу. Проигнорировав очередную перепалку Квокки и Евы, девушка приблизилась к столу, за которым сидел дед Максим. — Присаживайся. Я делаю это не в первый раз, так что сильно не переживай. Скорей всего, будет больно... — дедушка погладил свою белую бороду и продолжил, подняв взгляд, на глаза Рэн, — но я полагаю, что тебя это вряд ли остановит. — Как комарик, укусит? — та с улыбкой вспомнила довольно жестокую ложь взрослых в детских политиках. — Ну, почти... *** Комариком там и не пахло. Зато пахло этой "гадостью". Тряпка, которая когда-то находилась на лезвии, сейчас была прижата к тыльной стороне ладони Рэн. По текстуре чудодейственная смесь напоминала талое сливочное масло, а по изначальному цвету — прозрачную воду. Правда оно пахло сочетанием мяты и каких-то отходов, что не могло не вызывать отвращения. Эта смесь была намазана на ткань и приложена к месту, где должна появиться метка. Хозяин лавки рассказал, что каждая метка уникальна, что нет таких, которые могли бы повторяться. "Как и с людьми" — добавил он. Никто не знает, как будет выглядеть метка Рэнди. Результатом будет реакция духовной силы человека с этой убийственной смесью. — Это буквально на полчасика... тебе нельзя снимать это, так что я перевяжу, — дедушка вооружился бинтом и крепко замотал руку девушки. Замотал так, что она, даже если захочет, не сможет всего за полчаса освободить ладонь. Несмотря на нарастающую жгучую боль, Рэнди поднялась на ноги, не желая сидеть на одном месте. Если не отвлечься, то все внимание будет сконцентрировано на боли, так что она посчитала хорошей идеей, пройтись по подвальному помещению и осмотреться. Однако Рэн ошиблась. — Эй, — окликнул Квокка, — а ну давай обратно. Ты же свалишься через несколько шагов! — Свалюсь? — та обернулась и увидела испуганное лицо Ники. Вот это по-настоящему редкое зрелище. А после в глазах вновь потемнело. "Да сколько можно терять сознание таким образом?! Прям как в Поезде..." — последнее, что успела подумать Рэнди, перед тем, как отключиться.