Гермиона Блэк

О результатах экзаменов Гермиона узнала уже после родов. То ли сказалось волнение, то ли её ребёнок решил, что уже пора ему появиться в этом мире, но на следующий день у девушки ужасно заболел живот, и мадам Помфри, нахмурившись, объявила, что это схватки. Потом отошли воды, и Гермиона следовала указаниям колдомедика, уже ничего не соображая от боли и страха. Она ходила по больничному крылу, потому что так велела мадам Помфри, держась за свой огромный живот, во время схваток дышала так, как её учили, и старалась не плакать. Ей очень нужен был кто-то рядом, кого бы она держала за руку, и слышала от него слова утешения и любви. Она мысленно звала то маму, то Беллу, её устроил бы и Гарри, он был её другом много лет, в конце концов, она бы согласилась на Нарциссу и даже на Драко! Но никого не было рядом, только мадам Помфри и помогавшие ей пара проворных молчаливых домовиков. Строгая и всегда холодноватая мадам Помфри относилась к Гермионе довольно нейтрально, но за прошедший период совместной работы успела полюбить её, и сейчас старалась помогать ей, как только можно. — Гермиона, если будет очень больно, скажите, я дам вам зелье. — Какое? — простонала девушка. — Давайте начнём с успокаивающего и укрепляющего, вам понадобится много сил, но, если хотите, я дам вам зелье глубокого сна, и тогда вы ничего не почувствуете. — То есть это будет как наркоз? Нет, я хочу видеть, как родится мой ребёнок! Давайте успокаивающее и укрепляющее! О-оо… — Хорошо, теперь нужно сосредоточиться, и помочь вашему ребёнку! Когда будет следующая схватка, вы должны тужиться, Гермиона! Ну, давайте! Вот, я уже вижу его головку! Тужьтесь! Всё! Вот ваш ребёнок! Поздравляю, у вас прекрасный сынок! — Могу я посмотреть? — слабо спросила Гермиона, слыша плач малыша, и через минуту домовики аккуратно поднесли ребёнка к её груди. Мальчик был маленький, с красным сморщенным лицом и с тёмными волосиками на головке. Но она не смогла насладиться ребёнком, почувствовав снова сильную схватку. — Банни, забери ребёнка! — скомандовала мадам Помфри домовику, и озабоченно объявила Гермионе, — Похоже, роды продолжаются, у вас ещё один ребёнок! Через десять минут родилась девочка, она была ещё меньше, но не казалась слабой, во всяком случае, кричала громко. У малышки было гладкое светлое личико и практически лысая голова. Семья Блэк пополнилась сразу на мальчика и девочку. Гермионе было 19 лет. Следующие несколько дней Гермиона запомнила, как непрекращающийся кошмар: у неё не было молока в достаточном количестве, и дети всё время плакали, вместе с ними плакала и молодая мать, не зная, чем им помочь. Через пару дней мадам Помфри проконсультировалась с колдомедиками в больнице Святого Мунго, и приготовила смесь, которой можно было кормить грудных младенцев, малыши стали наедаться и вели себя спокойнее. Гермиона болела после трудных родов, с детьми помогали домовики, меняя им подгузники и подогревая бутылочки со смесью. Молодая мама старалась держать детей на руках хотя бы во время кормления, но держать одновременно двоих никак не получалось, а кормить их по очереди было невозможно, так что если она держала мальчика, то девочку держал в своих лапках домовой эльф, что получалось у него довольно неплохо. Дети начали понемногу набирать вес и расти. Сына Гермиона стала называть Арчи, а с именем дочери долго не могла определиться. Ей очень хотелось посоветоваться по этому поводу с Беллой, но, в конце концов, она решила, что если сыну дала имя жена, то дочь она может назвать сама, как ей хочется. Она выбрала ей имя яркой звезды из того же созвездия, откуда было имя Беллы, а второе имя дала своё, так делали в её семье. Таким образом, дочка получила имя Бетельгейзе Гермиона Блэк, сокращённо Телла. В скором времени Гермиона собиралась написать об этом начальнику тюрьмы, чтобы он передал эту новость её жене. О том, что у студентки Гермионы Блэк родились двое детей, в Хогвартсе знали только мадам Помфри, директор МакГонагал и те два домовых эльфа, что помогали с малышами. Мать и дети находились в больничном крыле, там было спокойно и безлюдно. Но из-за непредвиденной случайности всё изменилось. На уроке ухода за магическими существами студент третьего курса из Рэйвенкло Монти Дингл получил сильный ушиб, и Хагрид, ни о чём не подозревая, отправил его в больничное крыло в сопровождении старосты. Двое мальчишек появились в помещении больничного крыла в самый неподходящий момент: дети плакали в ожидании порции молочной смеси, а Гермиона пыталась их успокоить, укачивая на руках. Студенты вытаращили глаза на такую неподходящую для учебного заведения картину, хотя мадам Помфри, появившись, тут же увела их за перегородку. Этого оказалось достаточно для того, чтобы весь Хогвартс назавтра уже был в курсе события, и в основном все студенты были настроены недоброжелательно, конечно, из-за фамилии Гермионы. Хуже было то, что некоторые ученики написали об этом родителям, и через несколько дней в школу пожаловали члены попечительского совета во главе с почтенной Августой Лонгботтом, её сопровождал Монтегю Дингл-старший. Директор МакГонагал встретила уважаемых гостей и проводила их в свой кабинет, собираясь предложить им чай. — Что это значит, Минерва? Почему в школе, где учатся наши дети, находятся какие-то посторонние младенцы? Как ты это допустила? — прямо от двери начала греметь бабушка Невилла, и, судя по её тону, она была в бешенстве. — Присядь, Августа! — сухо ответила директор, поджав губы. Когда-то они учились вместе с Августой и даже были подругами, это давало им право называть друг друга по имени, — Я всё объясню. — Да уж, пожалуйста, объясни! — раздражённо сказала леди Лонгботтом, усаживаясь в кресло. — Это дети моей ученицы Гермионы Грейнджер. Она оказалась в тяжёлой ситуации, без родителей и без всякой помощи, и я сочла своим долгом помочь ей… — Ты считаешь нас идиотами, Минерва? — прорычала пожилая дама, — Её фамилия давно уже не Грейнджер, и это дети Беллатрикс Лестрейндж! И ты в курсе, кто она такая, и чем знаменита! — Для меня она всё та же Гермиона Грейнджер, моя ученица, и ты тоже должна быть в курсе, какую роль она сыграла в войне против Того… то есть Волдеморта! Я не могла не помочь ей! — упрямо повторила МакГонагал. — Послушайте, мисс МакГонагал! — вступил в беседу Дингл-старший, солидный мужчина средних лет с большой лысиной, — Как бы вы не относились к вашей студентке, однако попечительский совет считает недопустимым превращать школу в родильный дом или в приют для младенцев! Это необходимо исправить, и немедленно! Ей нужно уехать отсюда! — Она уедет! Но, ради Мерлина, будьте же милосердны! Девочка в тяжёлой ситуации! Мы просто ждали, чтобы дети немного окрепли! — Почему её родители не помогают ей? Куда они подевались? — уже спокойно поинтересовалась леди Августа, — Она же, кажется, из семьи магглов? — Они уехали в Австралию, и не помнят своей дочери, Гермиона стёрла им память перед тем, как они с Гарри отправились за крестражами, — пояснила МакГонагал, — А имущество её жены находится под арестом до тех пор, пока она в тюрьме. — Ну, существуют же приюты, в конце концов! — воскликнул мистер Дингл, чем заслужил два мрачных взгляда от обеих женщин. — Я даю вам слово, что в ближайшее время Гермиона с детьми уедет из Хогвартса! — торжественно пообещала МакГонагал. — Что ж, раз в этом вопросе появилась ясность, позвольте мне откланяться, я должен успеть в министерство на совещание! — попрощался мистер Дингл, и исчез в камине. — Куда она поедет, Минерва? — спросила леди Августа, тон её был уже сочувствующий, она сидела в кресле с чашкой чая в руках. — Прости, но я не могу сказать! У девочки слишком шаткое положение, чтобы афишировать место её пребывания! — Могу я помочь? Хотя бы деньгами? — Деньги ей не помешают! — вздохнула МакГонагал, — Для детей нужно много чего купить, в том числе коляску. У неё была какая-то сумма, но она постоянно отправляет посылки в тюрьму для своей жены… Прости, тебе, наверное, неприятно это слышать. — Я была на суде, Минерва, и поверь, никто так не желал смерти для Беллатрикс Лестрейндж, как я! — задумчиво произнесла леди Августа, — Но девочка была права! Многие эпизоды обвинения должны быть перепроверены! Я когда-то знала Беллатрикс Блэк, она училась вместе с Фрэнком. И та девушка не могла бы так хладнокровно убивать. — Гермиона пробовала подавать апелляцию, но ей даже не ответили! Для того чтобы дело пересмотрели, нужен адвокат, а кто возьмётся защищать Беллатрикс Лестрейндж? — снова вздохнула МакГонагал, — Скорее всего, ей придется пробыть в тюрьме полный срок. И дети будут расти без неё! Разговор двух старых приятельниц перешёл в спокойное русло, они ещё долго сидели в кабинете директора у пылающего камина, обсуждая разные темы. Гермиона готовилась к отъезду, директор МакГонагал вызвалась лично проводить её, и, как и обещала, выделила ей в помощь одного из домовых эльфов Хогвартса. Свои вещи Гермиона уменьшила и упаковала в небольшой чемодан, а у детей вещей практически не было. Её беспокоило только, что ехать придётся в холодное время и дети могут простудиться. Решено было взять билеты на обычный маггловский поезд, который отправлялся со станции в Хогсмиде, и ещё нужно будет делать пересадку в дороге. Августа Лонгботтом прислала удобную двойную коляску для малышей, и некоторую сумму денег, которую Гермиона не хотела брать, её уговорили Невилл и Луна. Луна подарила детям самодельные погремушки, которые сделала из стручков и красивых камешков, всё это было обвязано разноцветными шнурками. Драко принес целую посылку от Нарциссы, там были детские вещи с тёплыми пелёнками и одеялами. Нарцисса просила прислать ей адрес дома, где она будет жить, ведь всем говорилось, что Гермиона едет к родителям. Драко с большим любопытством заглянул в колыбель, в которой спали двойняшки. — Можно посмотреть? — спросил он, — Это же мои кузены, верно? Кто здесь кто? — Вот это мальчик, Арчи, а это девочка, её зовут Телла, — показала Гермиона. — Мама просила передать тебе, что всегда будет рада тебе и твоим детям у неё в гостях. Но она понимает, что у родителей тебе будет лучше. — Да! — Гермиона опустила голову, боясь, что паника в глазах может её выдать, она всё ещё боялась уезжать из Хогвартса, — Спасибо, Драко! В первых числах апреля Гермиона с детьми в сопровождении директора МакГонагал садилась на поезд, с ними была ещё Банни, молодая домовичка, которая будет помогать с детьми, но на время пути она оставалась невидимой. Люди на станции с удивлением косились на пожилую даму, одетую в остроконечную шляпу с широкими полями и просторную тёмную мантию. МакГонагал держалась с королевским достоинством, она ни за что не согласилась бы переодеться в маггловскую одежду, как это сделала Гермиона. Они заняли купе целиком, проводник несколько раз проверил, удобно ли им, сочувствуя молодой матери, у которой был довольно измученный вид. Заперев, наконец, дверь, МакГонагал наложила расширяющие чары на купе и позвала Банни, которая тут же появилась, и стала заниматься кормлением детей. Пересадка прошла не очень гладко, это было ранним утром, и на промежуточной станции они должны были успеть на другой поезд. Когда они, запыхаясь, уселись на свои места, держа детей на руках (коляску пришлось оставить в тамбуре), МакГонагал закатила глаза и сказала: — Мерлин, как сложно жить в этом мире! Здесь у них не было отдельного купе, и невозможно было позвать Банни, малыши принялись капризничать. Их пора было кормить, но ехать до нужного места нужно было всего два часа, и Гермиона надеялась, что дети дотерпят. Но они не хотели терпеть, пришлось доставать бутылочки со смесью, кое-как согреть их согревающими чарами, отлучившись в туалет, и всё же покормить кричащих младенцев. В купе вместе с ними ехала женщина средних лет, которая принялась помогать, проникнувшись сочувствием к молодой неопытной мамаше. Она всё удивлялась, как они решились отправиться в дорогу с двумя крошечными детьми, не взяв с собой достаточного количества вещей, имея в виду их маленький чемодан и крошечный рюкзачок, который болтался на спине у Гермионы. Гермиона охотно беседовала с доброй женщиной, а МакГонагал молчала, крепко сжимая и без того тонкие губы. Не могли же они сказать, что вещей у них достаточно, только всё находится в уменьшенном виде! Наконец, поезд достиг нужной станции, и за окном Гермиона сразу же увидела знакомый силуэт Снейпа в чёрном сюртуке, он встречал их, предупреждённый директором МакГонагал. Сначала проводник спустил на перрон коляску, потом спустилась МакГонагал, которая принимала из рук Гермионы детей, потом и сама Гермиона спрыгнула на платформу. Подошедший Снейп с изумлением уставился на двойную коляску, в которую были уложены недовольно кряхтевшие малыши. — Минерва, мисс Грейнджер! — приветствовал он приехавших дам, — Ваш багаж? — Здесь всё, — кратко ответила Гермиона, показав на чемодан и рюкзачок. — Северус, здравствуйте! Хорошо, что вы нас встретили! Далеко идти до вашего дома? — поинтересовалась МакГонагал. — У меня машина, пойдёмте! — ответил Снейп. Кое-как разместились в машине, уменьшив коляску, Снейп сел за руль, чем очень удивил МакГонагал. Она с большим недоверием села в автомобиль. — Северус, с каких это пор вы пользуетесь этим ужасным средством передвижения? — спросила она. — С тех пор, как живу здесь, среди магглов! Мне нужно делать покупки, отправлять посылки, и было бы странно, если бы я не вёл себя как все. — Надеюсь, у вас есть домовик? — Нет, Минерва, откуда? Я здесь в ссылке, вы же знаете! Хорошо, что мне согласилась помогать девушка из деревни, она готовит и убирает. — О, Мерлин, придётся прислать вам домовика из Хогвартса! — Но, мисс МакГонагал, вы уже выделили для меня Банни, разве этого недостаточно? — вмешалась Гермиона. — Я не знаю! Северус, скоро мы приедем? Мне что-то не очень хорошо! — Мы уже на месте. Минерва, я не думал, что вас укачает от десятиминутной езды на автомобиле! Выходите, сейчас вам станет лучше! Гермиона вытащила уменьшенную коляску, вернула ей обычный размер, и уложила туда детей. Малыши хныкали, им пора было поменять памперсы, и покормить. А прямо сейчас нужно было разобраться с их новым домом. Они стояли перед маленьким одноэтажным домом, который находился на окраине деревни, домик был довольно неказистым и явно старым, и выглядел как жильё для одного человека. Все эти мысли пронеслись в голове у Гермионы, но она решила держать их при себе. Они вошли в дом, Гермиона толкала коляску с детьми, Снейп поддерживал под руку бледную МакГонагал. — Никки, приготовь нам чай, будь добра! — обратился Снейп к молоденькой светловолосой девушке, которая встретила их в доме, приветливо улыбаясь, — Минерва, присядьте, а я пока покажу Гермионе её комнаты. Вынув палочку, бывший профессор отлевитировал коляску с малышами на второй этаж, куда они поднялись с Гермионой. — Как вы понимаете, здесь нет второго этажа, только чердак. Но с расширяющими чарами здесь довольно просторно: вот ваша комната, а рядом детская. Простите, я не знал, что детей двое, кроватка одна, но мы легко это исправим. — Спасибо, профессор… то есть, мистер Снейп! — Постарайтесь называть меня Северус, я давно не ваш профессор. — Хорошо! А вы меня зовите Гермионой! Скажите, а вы не боитесь колдовать перед этой девушкой? — Она из семьи волшебников, правда, слабых, сама она почти сквиб, и поэтому нигде не училась, у неё даже палочки нет. Но кое-какие способности у неё есть, просто никто с ней не занимался. — Значит, Банни не нужно от неё прятаться! Банни, мы приехали, это наши комнаты. Ты покормишь Арчи и Теллу? — Конечно, мисс Гермиона! — появившись из воздуха, домовик с любопытством огляделась, и занялась детьми. — Я живу внизу, там же кухня, — продолжал рассказывать Снейп, покосившись на малышей, которые уже увлечённо сосали из бутылочек. — А где же ваша лаборатория? — Я переоборудовал подвал, пришлось также наложить расширяющие чары, чтобы удобно было работать. Думаю, вы сами всё увидите! Я пока вас оставлю, проверю, как там Минерва. Располагайтесь и спускайтесь вниз выпить чаю. Гермиона перевела дух, напряжение последних месяцев постепенно отпускало её. Она не ожидала, что вечно недовольный профессор встретит её так приветливо, да она в жизни не видела приветливого Снейпа! Оглядевшись, она нашла свою комнатку довольно милой, в детской быстро с помощью палочки чарами трансфигурации создала ещё одну кроватку, и с помощью Банни уложила Арчи и Теллу спать. Спустившись вниз, она застала уже пришедшую в норму МакГонагал, они со Снейпом сидели с чашками чая, о чём-то серьёзно беседуя. Гермиона поняла, что, скорее всего, разговор был о ней. Ей тоже налили чай и подвинули печенье. Все помолчали, каждый думал о своих проблемах. — Что ж, Гермиона, я собираюсь вернуться в школу прямо сейчас. Северус вам всё расскажет о вашей дальнейшей жизни и работе. Комнаты вас устраивают? — Да! Большое спасибо, что проводили меня, одной мне было бы тяжело! Мисс МакГонагал, я хотела вас попросить пересылать мне письма от начальника тюрьмы, если можно! — Конечно, Гермиона! Но, как мы и договаривались, я пока никому не буду сообщать о вашем местонахождении. Думаю, здесь вы будете в безопасности — Да, хорошо. Ещё раз спасибо! Пожилая женщина обняла Гермиону на прощание, она чувствовала себя виноватой в том, что девушке пришлось уехать из безопасного Хогвартса. — Я постараюсь навестить вас! — дрогнувшим голосом сказала она, и вышла в сопровождении Снейпа, чтобы аппарировать к Хогвартсу.