Гермиона Блэк

Лето протекало в безмятежном лежании на пляже всего семейства. Точнее, лежали Гермиона и Беллатрикс, причём Белла часто старалась прятаться под зонтиком. Дети, конечно, не лежали, они бегали по песку или по мелководью, копали канавки лопатками, собирали ракушки, искали живых крабов. Арчи был очень подвижным, он мог убежать довольно далеко, но всегда его сопровождал кто-то из бдительных домовиков, обычно это была весёлая, похожая на обезьянку, Франни. Телла, как более усидчивая и послушная, любила бродить по усыпанной ракушками полосе отлива в сопровождении Тонси и слушать её рассказы про виды морских моллюсков, от которых потом остаются такие разные раковины, про рыбок и медуз, которые живут в океане, и задавала ей разные вопросы. За лето малыши загорели, окрепли и выросли, а, самое главное, дружно заговорили, уверенно строя фразы и предложения. Когда их навестили Нарцисса и Драко, они были очень удивлены успехами в развитии детей. Малфои тоже перебрались во Францию, с сентября у Драко начинались занятия в школе целителей. Жить они собирались в своём доме на Лазурном берегу, там был более теплый климат, и Средиземное море прогревалось до высоких температур, но летом часто было слишком жарко, так что Нарциссе нравилось жить у сестры. Гермиона постепенно изучала библиотеку, книги там были самыми разнообразными, в том числе и много маггловской литературы на французском языке. Беллатрикс рассказывала, что библиотеку собирал дед, и она отражает его увлечения, в том числе зельеварение, изобразительное искусство и астрономию. Книги для развлекательного чтения он покупал для своей жены, которую очень любил, и для внучек. Детские книги на французском языке Белла стала понемногу читать детям, поясняя незнакомые слова. Гермиона слушала тоже, так что язык они изучали вместе, причём дети запоминали лучше, чем она, это было предметом подшучивания от Беллатрикс. Она проштудировала раздел по зельям, и отложила несколько интересных книг, надеясь обсудить их с Северусом. Лаборатория была оборудована совсем неплохо, но всё же прошло много лет, как умер хозяин дома, и это чувствовалось, у современных зельеваров появились более удобные способы нагрева, более точные весы и способы отслеживания времени. Впрочем, это всё можно было исправить и докупить, но Гермиона решила, что обойдётся и так. Она пока так и не научилась считать деньги Блэков своими, поэтому решила оставить всё как есть. С ингредиентами для зелий дело обстояло хуже, многие из них требовалось обновить. Ей хотелось хотя бы заполнить домашнюю аптечку самыми необходимыми средствами, для маленьких детей может пригодиться и самое простое бодроперцовое зелье, и зелье для роста костей, да и много чего ещё. Она написала Снейпу о своём затруднении, и спросила, не знает ли он, где французские зельевары покупают ингредиенты. Снейп не знал, но посоветовал обратиться к семье Делакур, он слышал, что отец семейства занимается зельеварением. Гермиона села за письмо к Флёр, ей было, чем с ней поделиться, она знала от Джинни, что у Флёр родилась дочка почти в это же время, что и её дети. Она немного затронула в письме эту тему, рассказав о своих малышах и расспросив о дочке Флёр и Билла, а потом задала свой вопрос. Через пару дней прилетела сова с ответом, Флёр охотно рассказала про свою маленькую Викторию, и написала адрес своей семьи во Франции. На вежливое письмо Гермионы отец Флёр Франсуа Делакур прислал адреса французских поставщиков, у которых можно купить всё для зельеварения. Вежливая переписка закончилась приглашением погостить у них в доме. Кроме Нарциссы и Драко, их несколько раз навестила Никки, она сильно скучала без Гермионы, и ей нужна была её помощь в занятиях магией. В первый раз она очень боялась использовать порт-ключ, но потом привыкла, и даже приводила с собой младшего брата, чтобы он увидел море. На шестилетнего Тоби море произвело огромное впечатление, он хотел отправиться в далёкое путешествие, и стать пиратом, как в фильме про капитана Джека-Воробья. — Для начала тебе надо научиться плавать, — серьёзно сказала ему Гермиона. Но учить мальчика было некому, Никки сама не умела, и боялась заходить на глубину, а Гермиона была вечно занята то в библиотеке, то в лаборатории. Вот и приходилось мальчику плескаться на мелководье с малышнёй, они были в восторге от компании взрослого мальчика. Однажды ночью в комнате Беллатрикс и Гермионы раздался голос Винки, домового эльфа. — Хозяйка Белла, проснитесь! — настойчиво будила она, — Пропал маленький гость хозяйки! Не сразу поняв, что произошло, Беллатрикс и Гермиона быстро оделись и выбежали из дома, на берегу плакала Никки. — Никки, что произошло? Куда он пошёл? — потрясла подругу Гермиона. — Он хотел посмотреть прилив! Домовики рассказали, что прилив происходит ночью, вот он и пошёл… Я не знаю, куда! Может, поискать его на лодке? — захлёбывалась слезами девушка. — Нет, лодка тут не поможет, вода прибывает очнь быстро, — нахмурилась Беллатрикс, — Винки! Быстро мою метлу и всех домовиков сюда! Через миг все домовики были вокруг хозяйки, а она уже оседлала свою метлу. — Ищите мальчика! Кто найдёт, зовите меня! — и она сорвалась с места в сторону тёмного моря, которое неприветливо шумело приливной волной. Гермиона обняла рыдающую Никки, стараясь успокоить её и проклиная себя, что не внушила мальчишке правила безопасного поведения на море. Ещё она жалела, что так не любила уроки полёта на мётлах, и что мадам Хуч разрешала ей пропускать её уроки. Беллатрикс летела над самой поверхностью моря, всматриваясь в неспокойные волны, подсвеченные её Люмосом. Домовики искали поблизости, она знала, что их магия позволяет искать и под водой. Прошло несколько минут, которые показались ей часами, но вот к ней подлетел домовик Трасти. — Хозяйка, Франни нашла маленького гостя! Она достала его из-под воды и удерживает на поверхности! Подлетев к Франни, Беллатрикс увидела в её лапках тело мальчика, которое казалось бездыханным. — Все на берег! — скомандовала она, и повернула метлу, зная, что домовики окажутся там быстрее. На берегу Гермиона сразу начала оказывать помощь ребёнку, заклинанием глубокой очистки она освободила его лёгкие от воды, и начала делать ему искусственное дыхание. Она быстро устала, но продолжала ритмично нажимать на грудь мальчика, периодически вдыхая в него воздух. Плачущая Никки и хмурая Беллатрикс в мокром платье стояли рядом. Наконец, измученная Гермиона поднялась на ноги и сказала прерывающимся голосом: — Он… умер… Никки, мне очень жаль! Никки с рыданиями стала обнимать тело брата, тут вперёд решительно выступила Беллатрикс, она твёрдой рукой отстранила Никки и сказала: — Винки, мальчика в мой кабинет, быстро! Вы обе за мной! Домовик быстро схватила бездыханного ребёнка и исчезла, Беллатрикс помчалась в кабинет, перепрыгивая через две ступеньки, девушки сильно отстали от неё, но в кабинет в конце коридора на втором этаже вбежали следом за Беллой. Здесь Гермиона ни разу не была, в кабинете был обычный рабочий стол, заваленный бумагами и книгами, но Беллатрикс быстро прошла комнату, и вошла в незаметную дверь в боковой стене. Там стоял каменный стол, похожий на центральный камень в ритуальной комнате особняка Блэков, туда Винки и опустила мальчика. — Миона, подсвечивай мне Люмосом! Никки, дай свою руку, мне нужна твоя кровь. И прекрати рыдать, это может помешать. Никки быстро протянула правую руку, но Белла велела дать левую. Из надреза острым, как бритва, кинжалом, она собрала кровь в каменную чашу, добавила туда каплю своей крови, и жестом велела девушке отойти. Макая в кровь пальцы, Беллатрикс стала рисовать на обнажённой груди мальчика магические знаки, бормоча при этом заклинания на незнакомом языке. Гермиона напряжённо вслушивалась в слова, пытаясь разобрать хоть что-нибудь, но поняла только, что Беллатрикс обращается к тёмным богиням Моргане и Моргаузе. Затем она стала водить своей палочкой вдоль всего тела ребёнка, продолжая произносить заклинание. В свете Люмоса Гермионе показалось, что магические знаки, нарисованные кровью, в какой-то момент стали очень яркими, а потом постепенно исчезли, как бы впитываясь внутрь тела. И, когда это произошло, мальчик вдруг открыл глаза, глубоко вдохнул, и внезапно сел на столе. Испуганно осмотревшись, он стал плакать, сестра подбежала к нему, не веря своему счастью, и крепко обняла брата. — Тоби, малыш, как же ты меня напугал! — причитала она. — Идите в свою комнату, ему нужно поспать. Гермиона, дай ему что-то успокаивающее, несколько дней надо будет за ним посмотреть. Никки увела плачущего ребёнка, Гермиона с изумлением взглянула на свою жену, и тоже вышла из комнаты, вдвоём с Никки они уложили мальчика в кровать и подождали, пока он успокоится и заснёт. Заплаканной Никки тоже понадобилось успокаивающее зелье, а Гермиона вернулась в спальню к Беллатрикс. Та уже сняла так и не высушенное платье, и сидела на краю кровати в тонкой атласной сорочке, потягивая вино. Она кивнула Гермионе на открытую бутылку на столике. — Налей себе, Миона, тебе это не помешает. Гермиона налила себе вина и увидела, что у неё, оказывается, дрожат руки. Она отпила из бокала и присела рядом с Беллой. — Это была тёмная магия? Ты оживила его? — спросила она почему-то хриплым голосом. — Да, — Белла отвечала спокойно. — И… каким он теперь будет? Как живой мертвец? — Мерлин, ты насмотрелась маггловских фильмов про зомби? — фыркнула Беллатрикс, — Какая глупость! Он будет жить, как и раньше. Вот только… — Что, Белла? — Ты говорила, что он сквиб? — Да, вроде бы, так Никки говорила. — Он будет волшебником, — уверенно сказала Беллатрикс и тихо добавила, — Тёмным… — Это что же, цена? — спросила Гермиона, похолодев. — Да, в каком-то смысле. Но почему ты так испугалась, голубка? Разве это так страшно? Ведь я говорила тебе, что тёмная магия это не всегда зло! Разве лучше было, если бы мальчик сегодня умер? — Наверное, ты права, — медленно происнесла Гермиона. Она машинально допила вино из бокала, и у неё зашумело в голове. Жена отобрала у неё пустой бокал. — Давай поспим немного, скоро утро. Беллатрикс обняла Гермиону со спины, чувствуя, как постепенно согревается и расслабляется в её руках худенькое тело девушки, в конце концов они обе заснули. Утром Гермиона зашла проверить Никки и Тоби, мальчик лежал в кровати, он немного кашлял, и у него слегка поднялась температура, но в целом он выглядел абсолютно нормально. О своём ночном приключении он ничего толком не мог рассказать, говорил только, что хотел посмотреть морской прилив. Гермиона покачала головой. — Запомни, Тоби, что море может быть очень опасным, и ты не должен об этом забывать. Вода во время прилива прибывает очень быстро! Ты чуть не утонул сегодня ночью, тебя искали все домовики, понимаешь? — Простите, мисс Гермиона, — прошептал паренёк, опустив голову. — Я дам тебе книгу о море, если что-то будет непонятно, спрашивай. Вернувшись в спальню, она увидела Беллу, которая сладко потягивалась в постели, и не удержалась от того, чтобы не прилечь обратно, обняв тёплую, сонную жену. — Ну, что там? — спросила Беллатрикс, охотно отвечая на объятия. — Пока всё в порядке, Тоби сегодня останется в постели, Никки с ним, она теперь глаз с него не спустит. Арчи и Телла уже позавтракали, собираются с домовиками на пляж. Когда должна прибыть Нарцисса и Драко? — Сегодня или завтра. А семья Делакур, которых ты пригласила? — Кажется, тоже завтра. — У нас в доме будет многолюдно! А сегодня, может быть, займёмся делом? — Ты о чём? Я хотела позаниматься с Никки магией, раз она всё равно сидит с Тоби. — Я о сексе, Миона, — Белла перевернула Гермиону на спину, и села на её бёдра. Девушка была в коротких шортах, которые носила летом. — Давай не сейчас, — Гермиона выскользнула из кровати, поцеловав Беллу в щёку, — Что ты будешь на завтрак? — Кофе без сахара, — буркнула Беллатрикс. У неё портилось настроение, когда жена избегала секс. — Я скажу, что ты будешь омлет. Жду тебя в столовой. За завтраком Гермиона наблюдала, как Беллатрикс вяло ковыряет омлет, запивая его горьким кофе. — Белла, а ты могла бы научить меня тёмной магии? — вдруг спросила она. — Что? Это ведь не заклинания для второго курса, надеюсь, ты понимаешь? И с чего вдруг такое желание? — Эту область магии я совсем не знаю, мне интересно! И я хочу понять, что в этом может быть такого притягательного? — Ты права в том, что тёмная магия притягивает, а потом и затягивает, — серьёзно ответила Беллатрикс, — В ней много таких областей, которые могут тебя напугать, но и заинтересовать тоже. Тебе захочется узнавать всё больше, ты будешь проникать всё глубже, а потом тебя ждёт бездна. — Ты меня запугиваешь, что ли? Не ты ли ещё вчера говорила, что в тёмной магии нет ничего страшного! — Не для таких дотошных, как ты! Ты же не остановишься на малом, тебе захочется изучить всё до конца! — А кто тебя учил? — Немного отец, а, в основном, Тёмный Лорд. — Дай мнечто-нибудь почитать, для начала. — В этом доме я вряд ли найду книги по тёмной магии, — покачала головой Беллатрикс, — Это же загородный дом семьи Розье, для отдыха, а все книги семьи Блэк хранятся в родовом особняке в Лондоне. — А в твоём кабинете что за бумаги? — Это отчёт с виноградников, который я запросила. Их разговор прервали. — Здравствуйте, мои дорогие Белла и Гермиона! — улыбающаяся Нарцисса в летнем платье как из последнего журнала мод, зашла в столовую, за ней шёл загорелый Драко в светлых брюках и рубшке-поло, — Что-то вы поздновато завтракаете, ваши дети уже бегают по пляжу! — Была напряжённая ночь, — кратко ответила Беллатрикс, и, увидев, как покраснела Гермиона, добавила, — И это не то, что ты подумала, Цисси! — Ну, чем вы будете нас развлекать? Мерлин, как же приятно отдохнуть от южной жары, здесь у вас просто рай! — Мы с тобой посидим на веранде, и будем смотреть, как развлекается молодёжь! — хмыкнула Белла, настроение у неё так и не исправилось. — Я могу посидеть с вами, — предложила Гермиона. — Зачем же тебе слушать разговоры пожилых волшебниц, — желчно отказалась Беллатрикс, — Иди и прогуляся вместе с Драко. — Да, Гермиона, пойдём! — позвал Драко, и девушка, несколько раз оглянувшись на жену, ушла вместе с ним. Дети завизжали от радости, увидев маму и Драко, и Гермиона плескалась с ними на мелководье, где вода прогрелась лучше, а Драко учил их строить замок из песка, с башенками, настоящими крепостными стенами и мостиками через ров. Оставив малышей играть у воды, Гермиона и Драко расположились на шезлонгах. — Так что у вас случилось? — спросила Нарцисса, потягивая прохладный напиток. — У нас гостит Никки, ну, ты её знаешь, с младшим братом. И мальчишка пошёл ночью смотреть прилив. — О, Мерлин! Один? — Да. Пока сестра хватилась его, пока подняли нас, прошло время, короче говоря, он утонул, домовики нашли его под водой. Миона пыталась помочь, но… — И ты его оживила? — догадалась Нарцисса. — Да! Мне пришлось. И теперь Гермиона пристаёт ко мне, чтобы я учила её тёмной магии… — А ты не хочешь. — Конечно, не хочу! Ты же помнишь, как это повлияло на меня! Она очень светлая волшебница, её свет прямо струится вокруг, я и сама рядом с ней становлюсь светлее. Но её упрямство и жажда новых знаний просто сведут меня с ума! — Надо её чем-то занять. А вы не хотите навестить ваше поместье в Провансе? Может, она заинтересуется виноделием? — Судя по отчёту, который мне прислали, там нужен хороший управляющий, и не помешал бы винодел. Я пока не знаю, как туда добираться, детям рано аппарировать, а без детей Миона не захочет. — Автомобиль! Слышала о таком? — Разумеется, слышала! Миона с детьми ехала на этом ужасном изобретении сюда от самого Лондона. Но ты права, навестить поместье нужно, хотя бы для того, чтобы оценить, можно ли там, например, провести зиму. — Да, может быть. У нас на побережье всю зиму будет дуть мистраль, тоже не очень комфортно. — Но ты можешь вернуться в Британию, в твоём поместье тепло. — Хочу быть поближе к Драко, — вздохнула Нарцисса, — Что я буду делать в огромном поместье совсем одна. — Оставайся у нас. Громкий детский визг заставил Беллатрикс вскочить, она напряжённо всматривалась в берег, выглядывая детские фигурки, которые играли где-то далеко, у самой кромки воды, но сейчас она видела только один силуэт. Ничего не говоря, она выхватила свою палочку и немедленно аппарировала туда. На берегу у самой воды плакала Телла, Арчи не было видно, домовиков тоже. Гермиона бежала по песку от того места, где они отдыхали с Драко на шезлонгах, но она была ещё далеко. — Где Арчи, Телла? — как можно спокойнее спросила Беллатрикс, присев на колени перед девочкой. — Вон там мясик, и Алси! — всхлипывая, девочка показала рукой на какой-то яркий предмет, который качался на волнах. Беллатрикс увидела двух домовиков, которые показались из моря, один из них держал в руках маленького мальчика, над морем разнёсся ещё один детский плач. — Тонси, давай его сюда! — крикнула Беллатрикс, и через миг плачущий и кашляющий Арчи был в её руках. Она завернула его в наколдованное пушистое полотенце и укачивала в руках, — Ну-ну, малыш, всё хорошо, мама с тобой! Мальчик постепенно успокаивался, доверчиво обняв Беллатрикс за шею, но ещё всхлипывал, когда подбежала запыхавшаяся Гермиона, она была бледной и испуганной. — Что произошло? — она взяла из рук Беллатрикс сына, как самую большую драгоценность и нежно поцеловала его, — Расскажешь маме? Мальчик спрятал лицо на груди у мамы и молчал, он явно был напуган, и не мог ничего объяснить. Беллатрикс взяла на руки Теллу, которая продолжала тихо всхлипывать, и сказала: — Пойдёмте домой, дети устали. Тонси, Франни, перенесите нас в дом! Дома Гермиона быстро переодела детей и уложила Арчи в кровать, дав ему выпить тёплого молока. Телла тоже не захотела обедать и улеглась рядом с братом, обняв его. Подождав, пока они уснут, Гермиона вышла из детской, оставив там Франни. В это время Беллатрикс допрашивала Тонси, из её сбивчивого рассказа она примерно поняла, что произошло: Арчи, увидев в море яркий шарик, очень захотел до него добраться, и у него произошла стихийная телепортация прямиком в море. Хорошо, что домовики среагировали моментально, вытащив его, и мальчик даже не успел нахлебаться воды. Гермиона прислонилась к жене, обнимая её, и простонала. — Мерлин, это уже слишком! Я даже не думала, что жить на море так опасно! Может быть, нам уехать? Где, ты говорила, твоё поместье с виноградниками? — В Провансе. Если хочешь, уедем, хоть завтра! Но учти, пока дети будут расти, для них везде будет опасно, особенно если они волшебники. — Завтра приедет семья Делакур, нужно их встретить. Утром прибыло семейство Делакур. Глава семьи, моложавый мужчина с тёмной бородкой, немного настороженно рассматривал бывшую Пожирательницу смерти, и, казалось, что-то решал для себя. Его жена, мадам Аполлинария, была наполовину вейлой, и распространяла вокруг себя волны очарования и шарма. Гермиона поняла, что Флёр как две капли воды похожа на мать, те же голубые глаза и золотые локоны, плюс море обаяния. А вот их младшая дочь была скорее в отца: темноволосая и живая девушка с белозубой улыбкой понравилась ей. Она смутно помнила младшую сестрёнку Флёр по Турниру Трёх Волшебников, но теперь Габриэль была взрослой красивой девушкой. Хозяева любезно показали гостям дом, Беллатрикс болтала с ними по-французски, а Гермиона понимала только некоторые слова и чувствовала себя неуютно. Поэтому ей было приятно, когда Габриэль заговорила с ней на английском. — Я помню вас, — улыбаясь, сказала девушка, — мы с вами были пленниками в том ужасном холодном озере, только вас спас Виктор Крам, а меня Гарри Поттер! — Я тоже вас помню, и мы подружились с вашей сестрой. Чем вы занимаетесь? — Мне ещё год учиться в Шармбатоне, а потом я бы хотела учиться в школе целителей. — О! Племянник моей жены Драко Малфой будет там учиться уже в этом учебном году. Пойдёмте на пляж, я вас с ним познакомлю, заодно увидите наших детей. — У вас есть дети? Я не знала. — Да, они двойняшки, Арчи и Телла, им почти год и восемь месяцев. Девушки вышли на пляж, где прогуливались Нарцисса и Драко. Нарцисса была неотразима в очередном лёгком платье с наброшенной на плечи кофточкой, и с зонтиком от солнца, Драко выглядел не хуже в белых шортах и лёгком джемпере. Гермиона познакомила их с Габриэль, услышала, что разговор завязался на французском, и отошла посмотреть, чем заняты дети. По случаю ветреной погоды домовики не разрешили им играть у воды, и они гоняли на велосипедиках, которые то и дело вязли в песке. Через какое-то время из дома вышла мадам Делакур в сопровождении Никки, и присоединилась к светской беседе. Потом женщины остались вдвоём и пошли посидеть на веранде, а Драко и Габриэль отправились гулять. Никки подошла к Гермионе и подёргала её за рукав, глаза её не отрывались от новой гостьи. — Гермиона, скажи, неужели все француженки такие? — Какие, Никки? — усмехнулась Гермиона. Она поняла, что Никки попала под волшебное очарование мадам Делакур, — Ты что-нибудь слышала про вейл? Это магические существа, которые способны очаровать любого, но обычно они применяют свои чары к мужчинам. — Ты говоришь про мадам Делакур? — Она наполовину вейла, а дочери её на четверть вейлы. Ты тоже попала под её чары, хотя и не мужчина! Кстати, где Тоби? — Он не отрывается от той книги, которую ты ему дала, но дочитал только до половины, а нам пора возвращаться домой, я тебя искала. — Пусть возьмёт книгу с собой. Никки, ты ведь понимаешь, что твоим родным не нужно знать про происшествие? — Да, конечно! — И если решите навестить нас ещё, напиши, или попроси Северуса прислать Патронуса. Мы можем уехать, нас не будет в доме. Но домовики примут вас, если Белла им скажет. Договорились? И ещё, Никки… — Что? — Белла сказала, что мальчик будет волшебником, так что будь готова, на всякий случай. У него могут быть магические выбросы. — О, Мерлин, вот это новость! Матушка обрадуется, я уверена! Скажи, а это значит, ему придёт письмо из Хогвартса? — Думаю, да. — Гермиона, проводи нас домой до обеда, я не хочу оказаться за одним столом с аристократами, вдруг я возьму не ту вилку, мне будет стыдно! — попросила Никки. Проводив Никки с братом домой, Гермиона быстро вернулась обратно, детей уже увели обедать и спать, в остальном картина была прежней: Драко с Габриэль прогуливались по пляжу, Нарцисса с мадам Аполлинарией сидели на веранде в приятной беседе. Гермиона зашла в дом узнать, чем занята её жена, о чём они так долго говорят с месье Делакуром. В столовой стол был накрыт для парадного обеда, и девушка подумала, что тоже боится ошибиться, и зачем столько посуды для обычного обеда! Наконец, двери гостиной распахнулись, и оттуда вышли Беллатрикс и месье Делакур. Гермиона отметила, что мужчина был серьёзен, а Белла как будто сильно взволнована, глаза её блестели и щёки, обычно бледные, немного порозовели. — Что-то случилось? — с тревогой тихо спросила Гермиона, подойдя к жене. — Потом, Миона, я потом тебе всё расскажу! А сейчас я приглашаю всех наших дорогих гостей к столу! Обед прошёл по всем правилам, были и крахмальные салфетки, и фамильное серебро, и нескончаемая смена блюд. Но томилась, кажется, одна Гермиона, для всех остальных это было естественно, и сопровождалось непринуждённой беседой с вежливыми шутками. Беседа шла, в основном, на французском языке, только изредка Беллатрикс переводила для Гермионы какие-то вопросы в её адрес, или Габриэль говорила ей несколько слов по-английски. Девушка подумала, что ещё и ужин в таком же стиле она не переживёт, но вскоре после обеда семья Делакур распрощалась, сославшись на неотложные дела. — Так о чём вы говорили с месье Делакуром? — Он предложил мне тренировать студентов из школы авроров! — Здесь есть школа авроров? — растерянно спросила Гермиона. — Конечно! И это не игрушки, из них должны получиться настоящие боевые маги, а с преподавателями у них туго, так он сказал. И кто-то, уж не знаю, кто, вспомнил про меня! — глаза Беллатрикс лихорадочно блестели, — Миона, я буду занята настоящим делом! Это именно то, что я умею! — Это же прекрасно, Белла! — Гермиона всё ещё была немного ошарашена новостью, — Я уверена, что ты для них будешь превосходным учителем! А где будут проходить тренировки? — У них есть несколько тренировочных баз, я должна их посмотреть, а вообще-то выбор за мной. Это нужно обдумать, но кое-какие мысли у меня есть. — Так мы не едем в Прованс? — Конечно, едем! До сентября ещё масса времени, и для волшебников никто не отменял аппарацию. Делакур дал мне порт-ключ до одной из баз, а там посмотрим. Их ночь после визита семьи Делакур была фееричной, Беллатрикс была возбужена, как никогда, и секс в её исполнении был нежным и страстным, Гермиона чувствовала её губы, язык и пальцы на своём теле и внутри, и понимала, что её восприятие обостряется с каждым разом всё сильнее, повышая градус её сексуальности. Пытаясь ответить жене тем же, этой ночью она наткнулась на отказ. — Нет, Миона! — жарко выдохнула ей на ушко Белла, — Сегодня моя очередь! Позволь мне… И Гермиона смирилась, отдаваясь во власть горячим сильным рукам, да она и не хотела ничего другого, получая острое удовольствие от движений внутри себя, то мягких и неторопливых, то глубоких, резких и грубых. Она металась по кровати, стонала, плакала и кричала, срывая голос, прижимаясь мокрым от пота тела к такому же мокрому телу жены, и бормотала: — Белла! Белла! Я люблю тебя! — Я тоже люблю тебя, котёнок… — прошептали ей губы Беллатрикс.