Гермиона Блэк

Они уснули под утро, и Гермиона проспала до обеда, проснулась одна, а когда встала и подошла к зеркалу, увидела свои счастливые глаза и чёрные засосы по всему телу. Она усмехнулась, и после душа накинула на себя рубашку с длинными рукавами и воротником, всё-таки в гостях у них были Нарцисса и Драко. Беллатрикс как раз обсуждала с сестрой их поездку, ехать нужно было через всю страну, и Нарцисса советовала ехать с утра. Возможно, им придётся делать остановки, чтобы отдохнуть, или на ночь. Драко вызвался найти такси, и отправился в город, чтобы договориться. Они с Нарциссой решили пока остаться здесь. Но так как Беллатрикс не могла себя заставить путешествовать маггловским способом, она попросила Драко проводить Гермиону с детьми, тем более, что у неё трудности с языком. Драко вернулся и объявил, что завтра утром машина будет ждать их на шоссе недалеко от дома. Остаток сегодняшнего дня провели в сборах, и, как обычно, нашлась огромная куча вещей, которые просто необходимо взять с собой. Домовой эльф Тонси поедет с ними, потому что Беллатрикс не помнила, какие эльфы есть в поместье. Гермиона предупредила её, что вряд ли они преодолеют всю дорогу за один день, с детьми им придётся остановиться на ночлег. Поездка была интересной, самой Гермионе нравилось смотреть в окно на незнакомую страну, она и не подозревала, что во Франции столько живописных мест, много лесов и симпатичных маленьких городков. В Париж они заезжать не стали, к великому сожалению Гермионы, знакомство со столицей пришлось оставить на потом. С таксистом разговаривал Драко, который сидел на переднем сиденье. В середине дня водитель предложил остановиться на обед в небольшом семейном кафе, там же можно было снять номер, чтобы дети поспали. На малышей произвело сильное впечатление, что их, как взрослых, усадили за стол, и они ели самостоятельно. К вечеру они проехали больше половины пути, природа изменилась, появились ровные ряды виноградников, а участки леса встречались всё реже. Когда начало темнеть, дети начали капризничать, они устали и проголодались, Гермиона скомандовала останавливаться, это был уже Прованс. В воздухе пахло чудесным ароматом южных цветов, и было очень тепло. Переночевали в небольшой придорожной гостинице, закрыв глаза на дешёвое постельное бельё и довольно обшарпанный номер, уже завтра они должны быть на месте. От Авиньона Драко велел свернуть налево, их путь лежал к предгорьям Альп, судя по указаниям Беллатрикс, поместье располагалось там. Местность становилась пересеченной, бесконечные холмы были сплошь засажены рядами виноградников, на них висели почти спелые гроздья винограда, скоро должен был наступить сезон сбора урожая. Пропетляв по узкой дороге, которая сильно отличалась от основного шоссе, они, наконец, прибыли на место. Конечно, дома видно не было, но название поместья было чётко написано на дорожном указателе. Здесь Драко распорядился остановить машину и расплатился, они вышли из машины со своим маленьким чемоданом, у Гермионы за спиной болтался неизменный рюкзачок. — Драко, ты уверен, что мы не ошиблись? — спросила девушка, вокруг не было ни души, и на солнце становилось очень жарко. — Мамочка, мозно ягоды? — спросила Телла, показывая на ближайший куст винограда, который рос буквально у дороги. — Нет, Телла, подождём маму! Это может быть не наш виноград! Попей пока водички, — она протянула девочке бутылку. Наконец, послышался знакомый шорох платья, и появилась Беллатрикс, она взмахнула палочкой, и совсем близко появился красивый небольшой особнячок из светло-серого камня. — Как доехали? Пойдёмте, в доме всё готово. — Белла, это наши виноградники? Можно попробовать? — спросила Гермиона. — Эти? Да, вроде наши. Но это не столовый виноград, он довольно кислый. Я потом вам покажу, где растёт сладкий виноград, для еды. Уставших детей быстро покормили и уложили поспать, комната для них была приготовлена. Взрослые сели обедать, и Беллатрикс рассказала про здешнее хозяйство. — В усадьбе прислуга из двух домовиков и троих сквибов, они, в основном, работают вне дома, там есть небольшой птичник и, кажется, крольчатник, потом посмотрите с малышами. Один человек, Анри, смотрит за техникой, это плита, водопровод и что-то там ещё. С водой, кстати, здесь бывают проблемы, в резервуары воду иногда приходится добавлять магией. — А для чего резервуары? — спросила Гермиона. — Для душа, я думаю, — пожала плечами Беллатрикс, — за виноградниками ухаживают рабочие, которые живут отдельно, на период сбора нанимают ещё людей, так мне писал управляющий. — И куда девать столько винограда? — На вино, конечно! И вот тут проблема, винодельня очень старая, и там нет постоянного мастера. То вино, которое мне прислали на пробу, имеет просто отвратительный вкус, и непонятно, что с ним делать. — Ты уже видела управляющего? — Пока нет, мы с ним встречаемся завтра. Помоги мне, Миона, одна я не разберусь! — Он волшебник? — Нет, тоже сквиб, и, похоже, весьма скользкий тип! — А откуда берётся мастер-винодел? Его тоже нанимает управляющий? — Думаю, да, я ещё не спрашивала. — Скажи, что бы ты хотела, как хозяйка? — деловито спросила Гермиона. — Я когда-то мечтала, что здесь можно будет делать знаменитое эльфийское вино, именно его ценят в волшебном мире! Но Родольфус тогда отмахнулся от моей идеи, ему было некогда этим заниматься, на этом всё и закончилось. — А откуда берётся это эльфийское вино? — Думаю, Люциус знал, он был ценитель вин. Драко, ты не знаешь? — Кажется, отец платил за него большие деньги, а привозили вино из Италии, но я не уверен, — ответил парень. — Простите, хозяйка, — несмело пропищал домовик, который прислуживал за столом, — Мой брат работает виноделом в Италии, можно спросить его. — Отлично, Марси, и попроси его приехать сюда хотя бы на денёк, чтобы он нам помог! — с энтузиазмом воскликнула Гермиона. На следующий день, когда Тонси повела малышей смотреть курочек и крольчат, из Италии прибыл дочерна загорелый винодел Марио, он был в какой-то цветной наволочке и в широкополой шляпе. Гермиона никогда не видела загорелого домового эльфа, и вид этого существа удивил её. Марио был очень деловит, сначала он захотел посмотреть, как выращивают виноград, он без устали ходил по бесконечным рядам виноградников, и пробовал почти спелые ягоды на вкус. Хмурый управляющий, а также обе хозяйки ходили следом под палящим солнцем, Гермиона пробовала тоже, но разницы никакой не видела. Затем мастер велел показать ему винодельню, при виде старых бочек он долго хмурился, и в конце осмотра повернулся к Беллатрикс, именно с ней он вёл переговоры. — Сорт винограда на вашей усадьбе выращивается подходящий, но из-за некоторых ошибок при уходе он не набирает нужной сахаристости, но ему ещё висеть не менее месяца, так что всё возможно. Винодельню вашу можно полностью выбрасывать, там получается только что-то похожее на уксус, я прав? Беллатрикс молча кивнула, а Гермиона спросила: — Так что нужно сделать? — Пойдёмте в дом, я вам всё напишу, а вы сами решите, будете вы этим заниматься, или нет! Они аппарировали к дому, и с облегчением зашли в прохладную комнату. — Скажите, Марио, а кроме правильной технологии, что нужно для настоящего эльфийского вина? — продолжала допытываться Гермиона. — Нужна эльфийская магия, мадам! Он долго писал на клочке пергамента, что они должны приобрести, даже нарисовал примерную схему размещения, а потом сказал, что ему пора возвращаться домой, хозяин отпустил его только на один день. — Послушайте, а вы не могли бы нам помочь, или рекомендовать кого-то, кто знает обо всём, как вы? — спросила Гермиона. — Я знаю только одного эльфа, это мой сын Ланцо, которого я научил всему, и который давно готов работать самостоятельно, но насчёт него вы должны говорить с хозяином, мы его эльфы. Беллатрикс подумала, и кивнула. Не теряя времени, она отправилась вместе с Марио к его итальянскому хозяину. Её не было довольно долго, она появилась на вилле поздно вечером, и от неё сильно пахло алкоголем. Гермиона не стала упрекать её, понимая, что ей пришлось заключать какой-то контракт, такие вещи неизбежно подкрепляются выпивкой. — Как прошло? — спросила она, сев на диван рядом с Беллой, и подав ей стакан с прохладной водой. — Проклятый итальянец заломил за эльфа просто нереальную цену! За эти деньги можно было скупить всех домовых эльфов Британии! — сказала она сердито, — Правда, этот Ланцо тоже заупрямился, он, видите ли, не хочет переезжать без жены и ребёнка, пришлось платить и за них! — Это просто рабовладельческий строй! — осудила Гермиона. — Это обычная практика, — пожала плечами Беллатрикс, — Завтра они будут здесь, и можно начинать перестраивать всё в старой винодельне. Знаешь, у меня раскалывается голова, пойдём спать! С детьми всё хорошо? — Да, всё в порядке, — Гермиона запустила пальцы в пышые волосы жены и начала массировать ей виски, — Мы ходили с Луизой в другую сторону, она показала нам участок, где выращивается лаванда, но она уже убрана. Я подумала, что в таком прекрасном климате можно выращивать многие растения для зелий! Кстати, сейчас принесу тебе зелье от головной боли. — Не надо, мне уже лучше! Как ты думаешь, у нас получится? — Конечно! — Как прекрасно, что моя жена оптимистка, — усмехнулась Беллатрикс и отпила из стакана, который держала в руке, — Это что, вода? — А ты чего ожидала? — хихикнула Гермиона, — Пойдем спать! Наутро прибыл Ланцо, он был такой же загорелый и серьёзный, как его отец, но моложе, и они начали работать. Заказав всё оборудование, с согласия хозяйки заплатив за него огромные деньги за срочные поставки, занимались пока подготовкой помещений: отремонтировали стены, очистили подвал от старых бочек. Вино, которое в них находилось, Ланцо пробовал, и решал, оставить его для достаривания или безжалостно вылить. Свою жену, энергичную эльфийку средних лет по имени Минни, Ланцо отрекомендовал как специалиста по выращиванию и уходу за виноградом, её Беллатрикс наняла в качестве нового управляющего, уволив прежнего. Через пару дней начались поставки, у Гермионы рябило в глазах от сверкающих нержавеющих баков, в которые должен загружаться собранный виноград, Ланцо назвал их измельчителями, потом были ещё какие-то разделители, осветлители, и затем очищенный виноградный сок должен сливаться в бочки для необходимой выдержки и достаривания. Это была краткая, упрощённая схема, которую изложил Ланцо для Гермионы, из которой вопросы сыпались один за другим. — Но почему вы выбросили старые бочки, разве их нельзя отмыть, и снова использовать? — спрашивала она. — Эти бочки не менялись лет двадцать, а положено их менять через каждые пять лет, иначе вино приобретает неприятный привкус. — А когда вино становится именно эльфийским? — хотела понять Гермиона. — Эльфийская магия должна присутствовать на всех этапах! — ответ был довольно расплывчатым, и всё равно Гермиона ничего не поняла. Скоро должен был наступить период сбора винограда, Минни принимала на временную работу сборщиков, предварительно опросив каждого, и без опыта работы не брала. Гермиона была удивлена, что магглы спокойно относятся к эльфам, работающим рядом. Она спросила об этом Луизу, птичницу, с которой подружилась. — Это волшебный район, — ответила та, пожав плечами, — здесь живут и магглы, и волшебники, и сквибы, и эльфы. Луиза ласково встречала детей, которые утром бежали к ней, чтобы помочь собрать свежие яйца, или рассыпать зерно для кур. Для детей во дворе дома поставили надувной бассейн, чтобы можно было искупаться, и они там с удовольствием плескались. Гермиона, как истинная британка, плохо переносила изнуряющую жару, которая наступала во второй половине дня. Лето заканчивалось, а жара и не думала спадать, солнце палило каждый день на безоблачном небе. Ланцо и Минни говорили, что это очень благоприятно для заключительной стадии ферментации винограда, он и правда стал слаще, и немного сморщился, как изюм. Беллатрикс несколько раз отлучалась, чтобы ознакомиться с новым местом своей работы на тренировочных базах, домой возвращалась уставшая, но вполне довольная. И только Гермионе нечем было заняться. Она учила язык, завидуя детям, которые болтали на смеси английского и французского, много читала, и всё же ей было невыносимо скучно, она очень тосковала по своей работе в лаборатории Снейпа, и часто переписывалась с Никки. С сентября Беллатрикс начала регулярно проводить тренировки для студентов-авроров, она не очень рассказывала дома о своей методике тренировок, но Гермиона поняла, что она предпочитает заниматься не в залах, а на пересеченной местности, в лесу или в жилом районе, и учит студентов быть всегда наготове. Жена заявила, что все малолетки, которые пришли в школу авроров, ни черта не умеют, и одному Мерлину известно, смогут ли они научиться боевой магии. — Белла, ну, что ты их сравниваешь с собой! У тебя огромный опыт, и талант, а они только что закончили свой Шармбатон! Наверняка у них не преподают боевые заклинания! — Я пока не говорю про заклинания, но они начинают задыхаться через полчаса, когда я их гоняю по лесу! Это просто элементарная выносливость! — Которую тоже надо тренировать! Где ты видела в школах магии дисциплины по физической подготовке? — Наверное, в Дурмстранге есть. А во всех остальных надо вводить. — Надеюсь, твои боевые заклинания не из разряда запретных? — Мерлин, конечно, нет! Я пока пощипываю их жалящими, они даже от них не могут увернуться. — Послушай, завтра начинается сбор винограда, я хочу присоединиться к сборщикам… — Миона, это целый день на солнце! Ты же плохо переносишь жару. — Но я скоро с ума сойду сидеть дома! Разреши мне, Белла, пожалуйста! Конечно, согласие было получено, и Гермиона, надев широкополую шляпу и взяв в руки секатор, отправилась с утра на виноградники. Минни объяснила ей, как правильно срезать грозди, и работа началась. Оказалось, она даже не представляла, насколько трудной окажется эта работа. С непривычки она срезала гроздья очень медленно, и все сборщики на соседних рядах быстро ушли вперёд. Корзина, висевшая на боку, очень скоро стала неприподъёмно тяжелой, она стала наполнять её наполовину, но это мало помогало. Конечно, на правах хозяйки поместья, она могла прервать эту пытку в любой момент, но здесь был вопрос принципа, и Гермиона, сцепиа зубы, продолжала работать. В полдень был перерыв, обед и отдых в тени, есть девушка не хотела, только выпила неимоверное количество воды, однако, легче ей не стало. Потом работа возобновилась, у Гермионы были уже мозоли от секатора, а перед глазами прыгали красные точки, и почему-то сильно тошнило. Она еле волочила ноги, и девушка с соседнего ряда, проходя мимо, с тревогой наклонилась к ней. — Мадам, с вами всё в порядке? — спросила она. Не понимая, о чём её спрашивают, Гермиона подняла глаза, и всё поплыло у неё перед глазами, дальше она ничего не помнила. В бессознательном состоянии её перенесли в тень и положили на лоб мокрую тряпку. Она пришла в себя, но от галдящих вокруг французов дурнота накатывала всё сильнее, и она снова легла на землю, закрыв глаза. «Наверное, я умираю», — подумала она, снова отключаясь. Кто-то додумался позвать Минни, и эльф быстро перенесла Гермиону в поместье, ругая себя и её, что додумалась поставить хозяйку работать наравне с рабочими. В прохладной комнате Гермионе стало немного лучше, но встать она почему-то не могла, во всём теле была необыкновенная слабость. В таком размазанном состоянии она дождалась прихода Беллатрикс, та, увидев жену лежащей на диване с бледным лицом, нахмурилась и спросила Луизу, сидящую радом. — Что случилось? — Минни сказала, что мадам упала в обморок, собирая виноград, она и принесла её сюда, — несмело отчиталась Луиза, все в поместье боялись старшую хозяйку, о ней ходили самые разноречивые слухи. — Мерлиновы панталоны! — выругалась Белла, — Луиза, здесь можно найти врача? Вызови его, и побыстрее, за срочность я заплачу. Луиза ушла, а Беллатрикс присела рядом, с тревогой глядя на жену. Гермиона открыла глаза, услышав знакомый шорох шёлкового платья, и почувствовав любимый запах духов. — Белла, мне так стыдно, — тихо сказала она, прижавшись щекой к руке Беллатрикс. — Ну-ну, голубка, ничего здесь стыдного нет, — Беллатрикс наклонилась поцеловать Гермиону, — Просто жара, и непривычная работа. Скоро пришёл врач, он был недоволен вечерним вызовом, но обещанная оплата сделала своё дело. Осмотрев девушку, он пожал плечами: — Тепловой удар, типичные проявления! Пару дней полежать в прохладной комнате, на солнце не выходить. И в вашем положении не стоит проводить лето в таком жарком климате! — В каком положении? — слабым голосом спросила Гермиона. — Да, вы о чём? — нахмурилась Беллатрикс. — Э-э, я могу ошибаться, конечно, но вы, судя по всему, беременны. Купите в аптеке тест и проверьте, эти маггловские тесты довольно достоверны, — врач, получив обещанные деньги, ушёл. Гермиона в панике смотрела на Беллатрикс, та смотрела на неё. — Ты и правда не знала? — Конечно, нет! Подожди, Белла, может, это ошибка, да этого не может быть вообще! Объясни мне, как? В прошлый раз это была магия после ритуала, а сейчас откуда? — Не ищи логику, Миона, — Беллатрикс обняла жену, — Может быть, я очень сильно хотела этого, а может быть, это была магия, только другая… — И что, тебе мало двоих детей? Ты хочешь, чтобы я рожала беспрерывно? — Гермиона по-настоящему разозлилась, она сбросила с себя руки жены. — Успокойся, котёнок, завтра я куплю тест, мы всё проверим. Пойдём в спальню, я помогу тебе, — Белла вела себя на удивление терпеливо, а у Гермионы началась натуральная истерика. — Ты хочешь, чтобы я всю жизнь просидела дома? Думаешь, я не хочу заниматься тем, что мне нравится? — кричала она, сидя на диване, и слёзы лились потоком по её щекам. Беллатрикс слегка растерялась, она не знала, как успокаивать беременных женщин, но ей помогла верная Тонси. Она только что закончила кормить детей, и они играли перед сном. Услышав крики из гостиной, домовик заглянула в гостиную, и быстро сообразила принести стакан воды и успокаивающее зелье. Гермиона послушно выпила зелье из протянутого флакона, стуча зубами о край, от воды отказалась, боясь, что её стошнит. Беллатрикс всё это время сидела рядом, бормоча ласковые слова. Уговорив жену пойти в спальню, она почти отнесла её на руках, гладя по вздрагивающей спине, и раздела, укладывая на прохладные простыни. Гермиона свернулась в клубок, отвернувшись от жены, она подтянула колени к подбородку, и горько подумала, что когда у неё вырастет живот, она даже не сможет лежать в свое любимой позе, и снова заплакала. У Беллатрикс разрывалось сердце от жалости, она прилегла рядом, не трогая Гермиону, потому что та дёргала плечом при её прикосновении, и подождала, пока та уснула. Нужно было ещё заглянуть к детям, поговорить с ними и поцеловать на ночь. Телла потребовала сказку перед сном, и быстро заснула, а Арчи хотел видеть мамочку, он всегда скучал по ней, если она не приходила. — Мамочка уже спит, сынок, она немножко приболела, — уговаривала его Беллатрикс. — Я хотел рассказать ей про козу, — грустно сказал мальчик. — Завтра ты обязательно расскажешь, милый. А где ты видел козу? — Когда мы гуляли. — Она была одна или с пастухом? — расспрашивала его Белла. — Коза убежала! Лиза (так дети называли Луизу) сказала, к своим деткам. — Это очень интересная история, мамочке понравится, — Белла поправила на мальчике одеяло и поцеловала его, — Засыпай, мой хороший. Утром Гермионе было лучше, но завтрак ей подали в постель. Встав, чтобы умыться, она поняла, что слабость и тошнота не прошли, поэтому завтракать ей совсем не хотелось, она вернулась в кровать. В спальню зашла Беллатрикс, в руках у неё были аптечные упаковки с тестом на беременность, и ещё что-то. — Белла, почему ты дома? — спросила Гермиона слабым голосом, ей было немного стыдно за вчерашнюю истерику. — Я сказала, что моя жена заболела, и меня отпустили на пару дней, — Беллатрикс положила перед ней тесты и витамины, и ласково спросила, — Как ты себя чувствуешь, голубка? — Не очень, — кратко ответила девушка. — Ты совсем ничего не съела, выпей хотя бы чай с тостом. — Меня тошнит, всё равно это всё окажется в унитазе. — Скажи, чего бы тебе хотелось, я принесу. — Пусть Тонси принесёт мне лимон, и оставьте меня одну, ради Мерлина! Вскоре Тонси принесла её нарезанный дольками лимон на блюдце, и забрала нетронутый завтрак. Гермиона осталась одна, она всё-таки воспользовалась тестом, хоть уже почти была уверена в правоте доктора. Беременность подтвердилась, это вызвало новый поток слёз, поплакав, Гермиона уснула. Беллатрикс погуляла с детьми, ещё раз выслушала рассказ Арчи про козу, и ответила на тысячу вопросов про жизнь этих животных. Потом она сходила на винодельню, понаблюдала, как только что собранный виноград сортируется и загружается в огромные нержавеющие баки. Там её участие не требовалось, за всем процессом зорко следил Ланцо. — Скажи, Ланцо, а разве не нужно мыть виноград? — Ни в коем случае, мадам! На поверхности ягод находятся все нужные ферменты, а иначе брожения не будет. Вернувшись в дом, она спросила у Тонси, как дела у Гермионы, та ответила, что мисс Гермиона ничего не просила. Осторожно открыв дверь, она увидела, что жена спит, а на тумбочке лежит тест с положительной полоской. Беллатрикс прилегла рядом, осторожно поцеловав Гермиону в бледную щёку, в ней бушевала и радость, и острая жалость, и желание всё сделать, лишь бы этой молодой женщине было хорошо. Гермиона проснулась и привычно прижалась к горячему телу жены. — Ты видела? — тихо спросила она. — Да, котёнок! Тебе очень плохо? — Нет, мне лучше, я бы выпила чай с лимоном. Как дети? — Всё хорошо, мы погуляли, пообедали, сейчас они спят. — Вот скажи, Белла, о каком ребёнке ты мечтала? — не удержалась, и с досадой спросила Гермиона. — Я думала про кудрявую девочку, похожую на тебя, — тихо призналась Беллатрикс, обнимая жену. — Не думай, что я не хочу этого ребёнка! Конечно, я буду его или её любить, я уже сейчас люблю. Просто это означает снова токсикоз несколько месяцев, потом огромный живот, а потом кричащего младенца, знаешь, это очень выматывает… И ты не будешь меня любить, и я не смогу пойти учиться в следующем году, — перечисляла Гермиона. — Я окружу тебя заботой и любовью, клянусь Мерлином! И у ребёнка будет столько нянек, что ты сможешь учиться! — пылко сказала Белатрикс, — И … я буду ещё больше любить тебя с огромным животом! Через пару дней решено было вернуться в Нормандию, потому что жара стояла не только днём, но и ночью, и Гермиона очень страдала от духоты. Беллатрикс совершила подвиг, проехав всю дорогу в машине вместе со своей семьёй, ей пришлось самой объясняться с водителем, когда Гермиона просила остановить машину, чтобы подышать и размяться, или делать остановки для отдыха малышей. Дети узнавали места, мимо которых уже проезжали, и каждый раз теребили маму Беллу, чтобы показать ей что-то. А она, сидя на переднем сиденье, умирала от ужаса, вцепившись в ремень безопасности, особенно на скоростном шоссе. Ей было непонятно, почему этот ремешок так называется, какая безопасность, у неё волосы вставали дыбом от страха! Переночевать остановились в Париже, в гостинице для волшебников, Беллатрикс хотела показать Гермионе волшебный квартал во французской столице, но девушка лишь покачала головой и прошептала «Домой!». После Парижа стало заметно прохладнее, вдоль дороги потянулся густой лес, а вскоре появился знакомый свежий ветерок с морским запахом, они были дома. Дома их встречала Нарцисса, и Гермиона с облегчением отправилась отдыхать в их просторную спальню, а Беллатрикс осталась поговорить с сестрой, строго приказав домовикам быть всегда наготове возле жены. Была уже середина сентября, у Драко начались занятия в школе целителей, он приходил после занятий с кучей заданий по разным предметам, и почти не показывлся на прогулках. Беллатрикс с утра до вечера пропадала на работе, так что, компанию Гермионе составляла Нарцисса и бегающие неподалёку дети. — Думаю, Белла всё вам рассказала? — вздохнув, спросила Гермиона в первый же день. — Да, дорогая, и я очень за тебя рада! — ответила Нарцисса, — Дети — это настоящее счастье! Увидев, что выражение лица девушки остаётся по-прежнему угрюмым, Нарцисса сказала мягко: — Гермиона, я уверена, что на этот раз ты перенесешь беременность намного легче. И знаешь… до того, как родился Драко, у меня было несколько выкидышей, а это каждый раз трагедия для матери с отцом, и разочарование для семьи, которая ждет наследника. И это очень давило на меня. — Я не знала, простите! — Ничего, всё уже в прошлом, но он так и остался единственным, понимаешь, о чём я? — Нарцисса, я понимаю, просто у меня были немного другие планы на свою жизнь. — Ты всё успеешь, вот увидишь! Через пару дней Гермионе должен был исполниться 21 год, но она сама почти забыла о своём дне рождения, и решила не напоминать о нём жене. Но утром 19 сентября радом с её подушкой лежал роскошный букет из белоснежных роз с трогательной запиской от Беллы, которая обещала вечером подарок-сюрприз. Потом в спальню ворвались два вихря с объятиями и поцелуями, малыши подарили ей свои рисунки. У Теллы это были непонятные каракули, а Арчи довольно внятно нарисовал домик на берегу синего моря и их семью из четырёх человечков, стоящих вместе. — Мои милые, как же я вас люблю! — прослезилась Гермиона. Нарцисса тепло поздравила девушку, обняв и пожелав счастья, и загадочно улыбнулась, сказав, что праздник планируется вечером. Днём Гермиона увидела, что домовики приготовили одну из гостевых комнат, но на её вопрос, кто приедет, ей ничего не отвечали, только говорили, что это указание хозяйки Беллатрикс. Вечером с занятий прибыл улыбающийся Драко, тоже с цветами, а Беллатрикс долго не было, Гермиона уже начала беспокоиться. Они ждали её, сидя в гостиной, на улице к вечеру становилось прохладно. Наконец, двери распахнулись, и вошла Белла с усталой улыбкой, а за ней… — Мама! Папа! — закричала Гермиона, или ей так казалось, что она закричала, а на самом деле прошептала, и нашла в себе силы встать и сделать шаг им навстречу. — Миона, дочка! — плакала Джин Грейнджер, обнимая свою девочку, Эдвард Грейнджер обнимал их обеих, и хмурил брови, мужчины не плачут. Когда эмоции немного улеглись, Беллатрикс всё рассказала. По её просьбе Нимфадора через авроров в Австралии разыскивали чету Грейнджеров, приехавших в страну четыре года назад. К тому времени, как их нашли, заклятие, наложенное Гермионой, стало ослабевать, и супругами владело какое-то странное чувство, что в их жизни чего-то не хватает. Поэтому, когда перед ними появилась Беллатрикс, ей уже не составило труда снять заклятие и рассказать про дочь, которая ждёт их во Франции. — Миона, девочка моя, но почему ты живёшь во Франции? Чей это дом, и кто все эти люди? — наконец, спросила Джин, окончательно успокоившись и с любопытством осмотревшись вокруг. — Э-ээ, а разве Белла вам не рассказала? — растерялась Гермиона, с осуждением посмотрев на жену. — Нет, милая, я решила, что лучше тебе самой рассказать, — Беллатрикс подошла к девушке и взяла её за руку. — Мама, папа, познакомтесь, это моя жена леди Беллатрикс Блэк. А это наши дети, ваши внуки. Арчи, Телла, подойдите сюда! — решительно и чётко произнесла Гермиона, сделав знак детям. В гостиной повисло молчание, дети, которые до сих пор молчали, сидя на диване возле Нарциссы, нерешительно встали перед Грейнджерами, которые разглядывали их круглыми от изумления глазами. — Боже мой, Эдди, посмотри, как мальчик похож на маленькую Миону! — прошептала Джин, снова пуская слезу. — А девочка настоящая принцесса! Сколько вам лет, маленькая леди? — спросил мистер Грейнджер, наклонившись и осторожно взяв девочку за маленькую ладошку. — В январе им будет два года, — объяснила Гермиона, и ответила на остальные вопросы, — Этот дом принадлежит моей жене, и мы пока живём здесь. Это леди Нарцисса Малфой, сестра Беллатрикс, и её сын Драко. Надеюсь, что и вы тоже поживёте с нами. — Давайте, наконец, сядем за стол! — пригласила всех Беллатрикс, — И ещё раз поздравим мою жену с днём рождения! Вечером, засыпая в тёплых объятиях жены, Гермиона сонно пробормотала: — Это был самый лучший мой день рождения! Спасибо тебе, Белла! — Для тебя — всё, что ты хочешь! Чего бы ещё ты хотела? — Все, кого я люблю, рядом со мной, мне больше ничего не нужно. Вот только… — Что? — Прости, но мне прямо сейчас ужасно хочется выпить тыквенного сока, такого, как в Хогвартсе… Беллатрикс про себя вспомнила Мерлиновы панталоны, но послушно встала, отогнав сон, и отправилась на кухню будить домовиков. И если у них не окажется тыквенного сока, им придётся отправляться за ним в Хогвартс!