Проект «Яйцо»

Глава 2: На что ещё нужны сиблинги Теперь, когда они оказались в своей комнате, Эндрю не особо задумывался о том, что их родители, похоже, просто решили исчезнуть посреди дня и не возвращаться до следующего утра. Или вечера. Может быть. Лейли сама выбрала столик, на который поставила яйцо. И это было правильное решение, потому что Эндрю, конечно, собирался ей помогать, но не настолько. Она поставила яйцо и тихонько произнесла: - Та-даа! Эндрю сохранял серьёзное лицо, не сводя глаз с младшей сестры, пока Лейли торжественно накрывала яйцо маленьким красным одеяльцем, которое он для него вырезал, а потом издавала в его сторону какие-то случайные, неопознаваемые звуки. Она несколько раз нежно похлопала его. Эндрю это напомнило, как он сам когда-то делал так с ней. После этого Лейли повернулась к нему. Судя по виду, она была довольна маленьким ночным ритуалом, который только что придумала. - Хорошая работа. Уверен, он запомнит эти важные моменты становления на всю оставшуюся жизнь, - сказал он, наконец ломая своё невозмутимое выражение усмешкой. - Или до тех пор, пока ты не расколешь её о дверь. Что наступит раньше. - Эй! - Лейли слегка шлёпнула его по руке, конечно же, страшно оскорблённая, пока он тихо посмеивался над ней. - Пошёл ты! Такого не случится! Я буду лучшей матерью-одиночкой на свете! - Не говори это слишком громко. А то вдруг сбудется. Эндрю ткнул её в голову и с весёлым видом наблюдал, как она извивается. Может быть, было даже немного мило, что она так заботилась об этом дурацком проекте с яйцом. Не то чтобы он когда-нибудь ей об этом сказажет. Когда он наконец её отпустил, она отступила на шаг. Лейли встала перед ним во весь рост, насколько только могла, уперев руки в бока. - И что это должно значить? Эндрю закатил глаза. - Что? Тебя не пугает мысль, что однажды какой-нибудь парень свяжется с психованной подобной тебе, а потом бросит тебя с ребёнком? Его слова прозвучали скорее рыком, но Эндрю ничего не мог с собой поделать. Одна только мысль об этом почему-то вызывала в нём злость. - А? - Лейли посмотрела на него, склонив голову набок. Потом её выражение сменилось дикой ухмылкой. Той самой, с которой она толкала случайных девочек на площадке после того, как те толкали её первыми. - Не-а, - сразу сказала она. - Ни капельки не волнуюсь. Это привлекло внимание Эндрю. - Почему это, мелочь? - Потому что рядом со мной есть Энди! Когда она произнесла это, её лицо изменилось. Она выглядела такой спокойной. Её ресницы были такими большими, что, когда Лейли улыбалась вот так, казалось, будто оба её глаза закрыты. - И что? Мне придётся на тебе жениться? - сказал он в шутку. Он был не совсем уверен, что действительно сказал это в шутку. - Именно! - гордо объявила Эшли. - Когда я вырасту, Энди придётся жениться на мне! У него не будет другого выбора! - И с чего бы мне жениться на тебе? Ты даже не похожа на настоящую девочку?. - Я настоящая девочка! - возмутилась она. - Я настоящая. Я девочка. Я настоящая девочка! Я не просто настоящая девочка, я самая настоящая девушка! Я должна быть твоей самой любимой девушкой! Он усмехнулся, прикрыв рот рукой, чтобы скрыть улыбку. - Может быть, если бы ты была чуть менее… - он неопределённо махнул рукой, указывая на всю неё целиком, - тогда, возможно. Она заскулила, схватила его за руку и по-детски начала трясти её вверх-вниз. - Энди мой любимый, а он даже не хочет сказать, что я его любимая! Он худший старший брат на свете. Энди сжал её руку в ответ и начал раскачивать её из стороны в сторону. Она захихикала, как шумный гремлин. Это напомнило ему времена, когда они вместе играли в грязи на улице. Эндрю не смог посмотреть ей в глаза. - …Ты тоже моя любимая девочка, Лейли. Глаза Лейли засияли, как звёзды. - Ура! Они начали тянуть друг друга туда-сюда. Ага. Совсем как в детстве. - Но я всё равно не собираюсь растить детей какого-нибудь другого парня. Ты же это понимаешь, да? Он вообще-то не был собственником. Ну, может, иногда. Но сейчас они оба знали: больше всего ему просто нужно было услышать подтверждение очевидного факта. - Да, - сказала Лейли. - Это в любом случае не мог бы быть кто-то другой. - …Да, Эшли. Он погладил её по волосам. - Давай теперь спать, ладно? Я ужасно устал. Она кивнула. И Эндрю понял, что это была первая ночь за всю неделю, когда он вообще смог уснуть. Всё шло очень хорошо. Лейли и Энди добрались аж до четверга после уроков, и яйцо всё ещё не разбилось. Учительница даже сказала Лейли, что она хорошо украсила своё яйцо. А это значило, что Лейли получила возможность смеяться над остальными одноклассниками всякий раз, когда у кого-то из них яйцо внезапно разбивалось посреди урока. На самом деле всё шло даже слишком хорошо. Так что Лейли стоило ожидать, что очень скоро случится что-нибудь ужасное. В основном именно так и работала её жизнь. Перед школой в тот день Эндрю предупредил её, чтобы она не ждала его у школы, потому что ему придётся задержаться: там была какая-то форумная дискуссия или ток-шоу, на которое он совершенно точно не хотел идти, но оно, видимо, оценивалось как отдельная работа, так что он застревал там. Разумеется, Лейли его не послушала. Как, впрочем, и вообще никого. После школы она пошла к его школе, размахивая маленькой корзинкой для яйца за спиной, и села на свои каменные ступеньки. Лейли прождала больше трёх часов, но Энди так и не вышел. Лейли была вполне готова ждать ещё дольше, но над ней уже начинали собираться облака, превращаясь в серо-чёрное море. В воздухе пахло электричеством и сыростью. Эшли очень не хотела рисковать тем, что их яйцо разобьётся таким глупым образом. И всё это за один-единственный день до её идеальной оценки десять из десяти. Оглядываясь назад, Лейли стоило понять, что всё к этому и шло. Когда она пришла домой, всё было нормально. Минут пятнадцать. Яйцо было спрятано у неё в комбинезоне, а корзинка стояла на кухонной стойке. Потом Лейли пришла в голову блестящая идея повозиться на кухне. Она искренне любила готовить, так что не осуждайте её за попытку найти себе хобби в этой адской дыре, которую они называли квартирой. Она взяла хрустальную солонку. У Лейли была дурная привычка добавлять соль в воду - не спрашивайте, откуда она это взяла. Но когда она поставила солонку обратно на стойку, та покатилась, рухнула на пол и разбилась. Оставив после себя порыв соли и пыли повсюду. Мама сидела за их крошечным обеденным столом прямо возле двери. Перед ней лежал раскрытый жёлтый ежедневник и целая гора неоплаченных счетов. Она выглядела настолько напряжённой. За несколько секунд мать поднялась со стула, её взгляд впился в Лейли, и Лейли сразу поняла, что будет дальше. Кровь в жилах Эшли похолодела. Лейли вскрикнула от боли, когда острые ногти матери впились в кожу её руки. Лейли зашипела, пока мать толкала её и вытаскивала из квартиры. Потом по лестнице - всё выше и выше, на самый верх здания. Лейли почувствовала, как всё тело замерло. Мать рванула её к двери на крышу. Эшли уже знала, что с ней сейчас случится. Не то чтобы это было впервые. - Мам! - позвала она. - Нет! Я не хочу! Не то чтобы она правда ожидала, что это сработает. Лейли просто хотела уцепиться хоть за крошечную надежду. Мама возилась с ключами, вытаскивала их, считала и пересчитывала, фыркая себе под нос. Минуты ожидания только сильнее тревожили и расстраивали Лейли. Наконец мама нашла нужный ключ и открыла дверь. Она что-то выкрикнула Лейли, но Лейли не смогла разобрать. Потом мать вытолкнула её. - Ах! - всхлипнула Лейли, тут же прижимая руки к яйцу внутри комбинезона. Уже был четверг после уроков. Её яйцу нужно было пережить всего одну ночь. У них с Энди всё так хорошо получалось. Лейли успела его поймать. Она прижала обе руки к груди, чувствуя, как яйцо ударилось о ладони слишком сильно. Но она держала глаза закрытыми. Часть её слишком боялась открыть их и увидеть трещину посередине скорлупы. Лейли заставила себя дышать, пытаясь расслабить руки. Она не хотела случайно раздавить яйцо сама. Она резко сморгнула горячие слёзы и наконец заставила себя открыть глаза. Эшли на секунду оцепенела, а потом выдохнула с облегчением. Её ребёнок пережил ещё одно опасное приключение. Слава богу. Лейли со вздохом обернулась к закрытой двери. Даже не было смысла бросаться на неё и кричать до сорванного горла, чтобы мать вернулась и забрала её. Их квартира была на целых два этажа ниже. Мама наверняка уже вернулась туда, снова сидела за обеденным столом и разбиралась со счетами. Или делала что-то ещё, из-за чего сегодня была такой напряжённой. Рот Лейли скривился. Она нашла место ближе к краю и села. Она решила, что скоро ей придётся присвоить себе и местечко здесь, наверху. Эшли прижала яйцо к себе. Она ждала, потому что ничего другого ей не оставалось. Ей это не нравилось, но на опыте она в целом уже усвоила, что здесь она бессильна. Даже Энди в таких случаях не мог ей толком помочь. Мама никогда не дала бы ему ключ. Так что Лейли придётся ждать, пока, может быть, стемнеет или что-то вроде того, и её пустят обратно в собственный дом. Всё равно на эту дурацкую крышу никто никогда не приходил. Здесь было холодно, плесневело и грязно. Она крепче прижала яйцо к себе и закрыла глаза. Может, получится проспать это. Когда она пыталась раньше, не получалось, но эй, вариантов для исследования было не так уж много.

***

- Серьёзно? Опять? Эндрю прищурился. Небо к тому моменту уже в основном серело, но всё ещё было больно слишком долго смотреть вверх. Обычно он бы и не смотрел, конечно. Но обычно его младшая сестра не сидела слишком близко к перилам на крыше, прижимая к груди яйцо, будто это её первенец, и пытаясь сделать вид, что она не плачет. Он сложил ладони рупором у рта и крикнул: - Эшли! Он едва смог разглядеть, как она ахнула, а потом подняла голову и посмотрела вниз. - Энди! Эндрю прикрыл лицо ладонью. Иногда он правда ненавидел их мать. Она что, не понимала, что такие «наказания» Эшли только делают её ещё более взрывной в долгосрочной перспективе? Лейли всё ещё смотрела на него и тихо хныкала. Но, честно говоря, сделать он мог немного. У него не было ключа от крыши, а мама никогда бы ему его не дала. Он не мог не чувствовать себя виноватым. Эндрю оказался зажат между двумя вариантами: стоять перед их домом, чувствуя себя тупым и выглядя так же, или зайти внутрь и, по сути, сделать вид, будто его младшую сестру снова не заперла на крыше их собственная мать. Прежде чем Эндрю успел принять решение, он начал нервно переминаться с ноги на ногу и сопротивляться желанию снова укусить палец. И тут он услышал, как Лейли снова позвала его. Она повторила его жест, сложив ладонь у рта, и встала на цыпочки, чтобы видеть его через перила. - Энди! Лови яйцо! - Подожди, что? - Он подбежал ближе к зданию. - Нет, идиотка! Оно же погибнет. Эшли с силой провела руками по глазам. Она достала яйцо из комбинезона и отодвинула его от сердца. - Я не хочу сидеть тут с ним всю ночь! Эндрю поморщился. Это было справедливо. - Ты не будешь сидеть там всю ночь! - Откуда ты знаешь?! - выплюнула Лейли, и её голос немного сорвался. И это тоже было справедливо. Он действительно не мог этого знать, если только сам не взломает дверь. - Мы что-нибудь придумаем, Эшли! Он увидел, как она на секунду кивнула. Лейли сильно прикусила губу, отводя яйцо всё дальше от себя и всё ближе к пустоте за перилами. - Но всё равно! - крикнула она. - Лови его, Эндрю! Эндрю вздохнул и посмотрел на небо. Эти облака с каждой минутой становились всё темнее, а Эшли уже так старалась ради этого идиотского проекта. Он опустил взгляд к своим ногам. Он всё ещё помнил, как сдавал свой проект. Девочка, с которой его поставили в пару, - их даже заставили сдвинуть эти чёртовы парты вместе, - поставила яйцо рядом с собой. Какой-то парень прошёл между её партой и соседней, задел яйцо, и оно полетело вперёд. Потом весь класс пах ненавистным яичным желтком, а девочка вскочила в приступе злой истерики и со слезами бросилась за тем парнем. Он мог только представить, что Лейли была бы разбита куда сильнее, чем та девочка когда-либо могла быть. Он поднял руки к небу. - Ладно! Но целься нормально! Если разобьётся - это на тебе! - А ты лови нормально! - Эшли указала на него обвиняющим пальцем, прежде чем слегка отступить назад и глубоко вдохнуть. В следующую секунду она побежала, и яйцо уже падало вниз вдоль внешней стены здания. Эндрю пришлось заставить свои ноги хоть раз нормально заработать. Он побежал за ним, вытянув руки. Эндрю подумал, что никогда раньше не испытывал такой тревоги из-за чёртового яйца. Но ему нужно было держать глаза открытыми и поймать эту проклятую штуку, прежде чем он снова сможет дышать. - Есть! - вслух сказал он, почувствовав вес яйца и его инерцию, ударившую в кожу. Эндрю быстро поднял яйцо на свет. Оно не треснуло, так что всё ещё было в порядке. - Ура! - Он посмотрел вверх. Лейли раскачивалась на пятках вперёд-назад, с победной улыбкой на лице. Эндрю не смог не улыбнуться в ответ. Он снова сосредоточил взгляд на яйце в руках. Если подумать, всё это было очень глупо. Просто оценка. Эшли даже не вспомнит об этом, когда вырастет. Но сейчас это имело значение, правда? Он всё ещё помнил, как мать запирала Лейли в ванной. Она оставляла её там на часы, заставляя всю семью слушать, как Лейли безутешно рыдает и колотит кулаками в дверь. Потом Эшли поняла, что может выбраться из ванной, если пару раз бросится в дверь всем своим весом. Это всегда заканчивалось огромным фиолетово-зелёным синяком на рёбрах, за которым потом приходилось ухаживать Эндрю. Но это работало. Именно тогда их мать и придумала свою гениальную идею с крышей. И вот они были здесь. Да. Нет. Его это уже достало. Эшли не сможет просто силой выбраться оттуда, так что ему придётся сделать это самому. - Не волнуйся, я иду за тобой! - крикнул Энди. - Надеюсь! - услышал он ответ Лейли. Он кивнул и поспешил внутрь, стараясь по пути случайно не разбить яйцо. Эндрю не очень хотел вдаваться в подробности, почему и как он научился это делать. Ответ был: из-за Эшли. Конечно же из-за неё. С ним всегда всё было из-за неё. Но прямо сейчас он стоял на коленях возле двери на крышу, постоянно оглядываясь через плечо и проверяя, не идёт ли кто-нибудь. Никто не шёл. Никто не любил их крышу. Это была выгребная яма из грязи и плесени. С набором отмычек и разводного ключа он ковырялся в замке. Эндрю находил немного пугающим, насколько бесполезны все замки по своей сути. Больше всего они служили символом, чем-то, что должно отпугивать людей. Но если не считать этого, особого смысла в них почти не было. Он нащупывал внутренности замка, давя на маленькие штифты, пока не услышал щелчок. - Хорошо. Он засунул инструменты обратно в школьную сумку. Яйцо тоже было там, так что он следил, чтобы ни один инструмент не задел его или что-то вроде того. Когда они вернутся в комнату, придётся снова спрятать их. Эндрю толкнул дверь чуть сильнее и злее, чем нужно. После чего вошёл внутрь. - Энди! - услышал он громкий, радостный голос сестры. Энди приготовился к удару. Лейли вскочила со своего места возле перил и бросилась в него головой вперёд. Она крепко обхватила его за талию, пряча лицо у него на груди. Ну, или настолько близко к груди, насколько могла дотянуться. - Спасибо! - Она слегка подпрыгивала на месте, как гиперактивный ребёнок. Кем, собственно, она иногда и была. - Я тебя люблю! Эндрю почувствовал, как лицо немного покраснело. Он неловко похлопал её по спине. - Знаю, знаю… Он посмотрел на неё сверху вниз. Её одежда вся испачкалась от того, что она так долго просидела здесь, но она всё равно выглядела счастливой. Он улыбнулся ей в ответ. - Пойдём, Лейли. Вернёмся внутрь. Энди опустился перед ней на колено и протянул руку. Лейли стояла напряжённо, ужасно крепко сжав челюсти. И всё же, когда она взяла Энди за руку, она дрожала. Эндрю погладил её по голове, а потом развернулся, чтобы повести её вниз. Они остановились перед дверью квартиры. Энди положил руку Лейли на плечо. - Так, слушай сюда, мелкая зараза. - Эй! Эндрю продолжил, проигнорировав её: - План такой: я открываю дверь, ты бежишь в нашу комнату, запираешься, а на меня будут орать примерно час подряд. Но ты остаёшься там. Поняла? - А? Эндрю сильнее надавил рукой на её плечо. - Я серьёзно, Лейли. Она мягко положила свою правую руку поверх его левой, потом подняла на него взгляд и кивнула. Глаза у неё были решительные, губы сжаты в ровную линию. Часть Эндрю хотела рассмеяться. - Чуть не забыл. Он убрал руку с её плеча, залез в сумку и передал ей яйцо. - Поняла! - Она приняла его и крепко прижала к себе. - Надеюсь. Эндрю достал ключ и приоткрыл дверь совсем чуть-чуть. Но этого хватило, чтобы маленькая фигурка Лейли проскользнула внутрь. Эндрю вошёл за ней, уже готовясь ко всем крикам, которые ему вот-вот придётся отключить в голове. Он улыбнулся, услышав, как дверь их комнаты распахнулась с грохотом. И вдруг маленькая тень, похожая на крылья летучей мыши, бросилась прямо внутрь. По крайней мере, с этой проблемой теперь было покончено. Эндрю заставил себя стереть маленькую улыбку с лица, когда услышал вздох матери. Эндрю уронил школьную сумку. Она издала металлический звук. Ему просто не хотелось одновременно держать её и выслушивать крики матери. Эндрю сосредоточился. Отец должен был быть где-то здесь, но этот человек был таким прозрачным и маленьким, что сливался с тенями позади матери. Эндрю посмотрел на неё сверху вниз. И боже, он всё ещё помнил, каково это было - держать маму за руку. Потому что она была мамой. Она начала с крика имени Эшли, и Эндрю почти сразу начал отстраняться от происходящего. Лейли сидела на полу, обнимая яйцо и стараясь не сжать его достаточно сильно, чтобы расколоть самой. Она всем весом прижималась к двери, параноидально ожидая, что та внезапно распахнётся и её снова выкинут на крышу. Она ждала так, не смея включить свет или сдвинуться с места. Казалось, прошла целая вечность. Она заставляла себя держать глаза закрытыми и напрягала слух, пытаясь разобрать, что за бардак творится снаружи. И только потом что-то наконец произошло уже с её стороны комнаты. - Эй… Лейли почувствовала давление с другой стороны двери. Кто-то пытался попасть в комнату. - А! - Она всем телом надавила на дверь. - Эй, гений. - О, это был Энди. - Это я. Впусти меня! Он надавил чуть сильнее, и да, она была не настолько сильнее него. Никогда не была. Но, может, в будущем. А может, и нет. Она отодвинулась от двери. Эндрю открыл её полностью и скользнул внутрь, как тень. Синяки под его глазами, казалось, за этот час стали больше, чем за всю предыдущую неделю. Лейли понимала: одного только крика их матери хватало, чтобы мгновенно вымотать кого угодно. Эндрю посмотрел на неё сверху вниз, его взгляд был холодным. Лейли подумала, что могла бы сказать в этот момент, но почему-то в этот раз ничего не приходило в голову. Эндрю сел перед ней на пол, а потом мягко обнял её. Внезапно это стало похоже на ощущение под водой. Или под огромным тёплым одеялом. На этот миг существовали только Эндрю, его дыхание, пульс на запястьях, кровь под бледной кожей, постоянный стук сердца и тяжесть его тела - настоящего, прижатого к её телу. Лейли могла по памяти обвести каждую косточку и каждую вену на руках старшего брата. В этот миг Эндрю был целым миром. И для Эшли это имело полный и совершенный смысл. Думать, что жизнь может быть какой-то другой, казалось ей слишком нереальным. Нервно она положила свои маленькие руки ему на спину. Она запнулась: - Мама сегодня тебе знатно наваляла, да? Она поддела его. Наверное, не лучшая фраза, которую можно было сказать, но ничего другого на месте она придумать не смогла. Эндрю потянулся и вздохнул. - …Ага. Я спать. Я слишком устал, чтобы разбираться с этой семьёй. Лейли нервно рассмеялась. - Да. Я тоже. - Угу, - скучающе кивнул Эндрю и встал. И на этом всё. Он снял обувь, бросился прямо на свою кровать и закрыл глаза. Но что-то подсказывало Эшли, что на самом деле он не спит. Лейли подождала на полу ещё несколько минут, прежде чем вдохнуть. Ей казалось, будто мир вокруг рушится от землетрясения. А может, это просто её сердце билось слишком быстро. Она не привыкла к такому количеству физического контакта. Наконец она встала. Колени болели. Она вся покраснела. Лейли осторожно положила яйцо обратно в маленькую колыбельку, которую они для него сделали, и накрыла крошечным одеяльцем. Потом повторила за Эндрю и поставила свои ботинки рядом с его, заметив, насколько они меньше по сравнению с его обувью. После этого она забралась в свою кровать. Лейли смотрела на маленькое яйцо в уютной корзинке, стоявшей на их столе. А за ним - на спящую фигуру брата. На минуту она представила, как выбирается из своей кровати, появляется рядом с Эндрю и смыкает руки у него за спиной, как крышка гроба, закрывающаяся над ним. Эндрю всегда был таким холодным, но дыхание Лейли стало поверхностным и быстрым. Она не сдвинулась с кровати. Она решила закрыть глаза. Она поняла: если достаточно долго притворяться спящей, в конце концов всегда правда засыпаешь. Если подумать, сегодня был не такой уж плохой день. Даже дождь, как решила Лейли, так и не пошёл. На следующее утро она взяла яйцо с собой. К счастью, учительнице хватило милосердия принять их первым делом утром, а не заставлять яйца выживать до последнего урока. И именно так Лейли умудрилась получить свою первую хорошую оценку за групповой проект в этом году. А потом она, конечно же, вернулась домой и весь вечер хвасталась Энди. И он даже выглядел счастливым за неё. Ну, немного. Но эй, для неё и этого было достаточно.