Вы не поняли Клудда!

Обезумевшая от ярости сова, сильно кренясь, летела сквозь ночь, и горящие искры дождем сыпались с ее клюва. «Вода! Я должен найти воду, иначе маска выжжет мне глаза! Да будет проклят кровью Глаукса желудок моего врага!» — дико завизжала сипуха, разрезая клювом ночную тьму. Да он даже не парится о том, что может утонуть, когда бросается в реку — зато очень не хочет остаться без последнего глаза. А то как он убьёт Сорена, если ослепнет!!! Так-то и с одним глазом тяжело… Во всем совином мире не было проклятия страшнее. Ужасные слова приободрили Клудда и слегка притушили бушевавшую в его сердце бурю. О, очередная жиза подъехала. Пожелаю врагам кары лютой страшной и поматюкаюсь — и легче становится. А Клудд это еще и вслух делает. Занятно, получается, у него есть привычка говорить с самим собой? Только ненависть не утихла. Ненависть придавала ему силы, помогала лететь вперед, лихорадочно выискивая какую-нибудь прохладную лужу, чтобы окунуть туда плавящуюся маску и остудить перья, опаленные в ужасной битве, которая закончилась совсем не так, как ожидал Клудд. Всё правильно, ненависть — двигатель жизни, я не смею умереть, пока не подохнут мои враги!!! Ну а че, это ведь одно из первых чувств, которое он познал в детстве, так что логично, что только этим он теперь и может жить. Больше у него нет причин. Уж точно не ради Ниры он живёт))) Жиза короче. В самые отчаянные времена только ненависть не даёт мне вскрыться. Умру = враги одержат победу. Умру = сдамся. Ну уж нет! Жив, пока ненавижу, ненавижу пока жив. Совсем не так! Внизу, на спокойной черной глади, сверкнуло влажное отражение луны. Вода! Огромная сипуха начала кругами спускаться вниз. Вода была близко, совсем близко! Однажды он потерял в бою клюв. В другой битве он лишился перьев на лицевом диске. В этот раз ему располосовали ушные отверстия, но у него все еще оставался один глаз и — самое главное — ненависть. Клудд без устали кормил и лелеял свою ненависть, как заботливая мать кормит и лелеет своих птенцов. Да! Пол рожи нет! Да поебать! Главное, что мне еще есть, чем видеть своих врагов! Главное, что у меня еще есть возможность убивать! Счастье-то какое! Он такой типа не «блин, у меня нет глаза!», а «круто, у меня еще целый глаз есть!». Я уже говорила, что ему поебать на себя и свое здоровье… Смерти он тоже не боится. Зато боится поражения🗿 Слава Глауксу, он все еще может ненавидеть! Кто считает, что самое сильное чувство — любовь, тот просто никогда по-настоящему не ненавидел!!! Или это Клудд просто никогда по-настоящему не любил.?

***

«Великий Глаукс, да она же просто падает, визжа и выкрикивая ужасные, запретные проклятия!» Откуда еще в нём столько сил на то, чтоб орать? Бурый рыбный филин, цепко схватив тонущую сову когтями, заглянул ей в «лицо» — и невольно отшатнулся, увидев бесформенную массу из расплавленного металла и обугленных перьев. Ладно, сейчас не время думать об этом. Главное, несчастный был жив, а долг пилигрима из далекой северной обители братьев Глаукса, к которой принадлежал Саймон, требовал не задавать лишних вопросов, не проповедовать и не обращать новичков в свою веру, но по мере сил нести в мир покой, помощь и любовь. А разве не в этом более всего нуждалась несчастная сова сейчас? Именно так, только с поправкой на то, что уже поздно. В этом он нуждался в детстве…сейчас же он ничего из этого тупо не примет. Устроив Клудда в мягком гнездышке из мха и пуха, выщипанного из собственной грудки, Саймон отправился за лекарством. Чтож, очень милая сцена, еще и с вайбами материнской заботы, жаль Клудд в полубреду не оценил, да и воспоминания о родителях для него, скорее всего, МАЛОПРИЯТНЫ. ДА ЧЕ УЖ ЮЛИТЬ, ОН ИХ НЕНАВИДЕЛ. По дороге к краю озера, где водилось особенно много пиявок, добрый пилигрим в недоумении вздыхал, вспоминая, с каким бешенством раненый — кажется, бедняжка все-таки был сипухой, — воспринял попытку спасителя почистить ему перышки. Странно, очень странно! Саймон впервые встречал сову, которая противилась этой простой дружеской помощи. Перья у раненого были грязные и взъерошенные. Удивительно, как он вообще мог летать, ведь всем известно, что легкость совиного полета напрямую зависит от мягкости оперения. Можно провести аналогию с тем, как псих больные люди неделями не моются? Судя по описанию, тут именно давно нечищенные перья. Это еще хорошо накладывается на то, что я говорила, что Клудду плевать на себя. Ему не до купаний. На каждом маховом пере сов есть крошечные, почти невидимые крючочки и бородки: они скрепляются друг с другом, образуя ровную пластину, по которой скользит воздух. У раненой сипухи все бородки на перьях были перепутаны и торчали дыбом. Их нужно было аккуратно распрямить и как следует пригладить. Но когда Саймон попытался это сделать, раненый с неистовой силой отпихнул его прочь. Странно, очень странно! Клудд в бреду и без сознания, так что не думаю, что стоит скидывать его резкую реакцию на то, что Саймон 'нечистый'. Скорее он в принципе на любую попытку прикоснуться к нему так реагирует, а щас действовал на автомате? Что это значит? Своей подружайке он тоже не даёт себя чистить? Окей ладно начнём так: почему мы можем не давать себя трогать? Потому что чувствуем нарушение границ. Значит что? Значит воспринимаем это, как нападение. Значит, нам угрожают. И хотя настоящего нападения не было, Клудд чуть ли не напал 'в ответ'. Лучшая защита — нападение. Итого: Клудд чувствует себя незащищенным (и физически, и психологически), а кругом враги (где-то тут я хочу приплести параною)!!! Значит, когда-то его личные границы систематически нарушались: сначала в тесном дупле навязчивыми братом и сестрой (мой брат например любит висеть у меня на ноге…бить меня…кусать меня…лезть ко мне всеми немыслимыми способами. И в эти моменты мне хочется блевать), а там уж и… Нирой? Внезапно, как это мы до неё дошли? Забежим вперед, те, кто читал дальше, наверняка помнят, как она ахуенно воспитывала Нирока…так что никто ей не мешал вести себя также с мелким/подрастающим Клуддом. Думаю, позже до этого дойдём и углубимся!!!!! Набрав полный клюв свежих пиявок, Саймон вернулся в дупло и стал обкладывать червями искореженные края жуткой металлической маски, прикипевшей к лицевому диску незнакомца. Снять маску Саймон не посмел. После тщательного осмотра он окончательно убедился в том, что раненый был сипухой, хотя и невероятно огромной для своей породы. Пиздец, вы просто осознайте, ему 24/7 больно. Типа. У НЕГО МАСКА С РОЖЕЙ СЛИЛАСЬ. ВДУМАЙТЕСЬ. А он терпит. А что еще ему остается делать? Он всё выдержит. Тем более, боль кормит ненависть, а ненависть, как мы помним — двигатель жизни! И еще — пока я чувствую боль — я жив. Взяв кусочек влажного мха, пилигрим принялся выжимать из него капли влаги в изуродованный клюв больного. Время от времени тот открывал глаза, по-прежнему не приходя в сознание. Он бредил, но даже в беспамятстве не переставал изрыгать жуткие проклятия, перемежавшиеся клятвами о мести и обещанием лютой смерти кому-то по имени Сорен. Постепенно лихорадка у больного стала стихать, проклятия слышались все реже и реже — чему Саймон был особенно рад, поскольку принадлежал к мирному ордену, провозгласившему отказ от всякого насилия. Раненый проспал почти два дня без перерыва, а на третий открыл глаза. Или глаз…зрячий-то у него один. Саймон обрадовался, увидев, что он пришел в сознание, но первые же слова, донесшиеся из-под металлического клюва, потрясли бедного пилигрима сильнее, чем все предыдущее сквернословие спасенного. — Ты не Чистый! Кстати, за Клуддом же полетели остатки его солдат, где-то штуки четыре. Почему они его не подобрали? Видимо, на то Клудд и расчитывал, поэтому знатно прихуел, осознав, что он не со своими, а с каким-то рандомным филином. «Не Чистый? Великий Глаукс, о чем это он толкует?» — Извини, боюсь, я тебя не понимаю, — покачал головой рыбный филин. Клудд моргнул. «Наверное, он меня боится!» — Ничего страшного. Кажется, я должен тебя поблагодарить? Нихуя как мы запели! Впрочем, он еще чилипиздриком прекрасно врал и прикидывался, так что ничего удивительного. Да и не тупой же он. Понимает, что помощь ему нужна, даже если она от нечистого!!! Ничто не мешает ему воспользоваться Саймоном. — Нет-нет, ты мне ничего не должен. Не стоит благодарности. Я пилигрим. Я всего лишь исполняю свой Глауксов долг. — Долг? Перед кем? — Перед своим родом. — Ты не моего рода! — рявкнул Клудд с такой яростью, что Саймон невольно отшатнулся. — Я — сипуха, амбарная сова Тито Альба! А ты… — Клудд изобразил брезгливое фырканье, — судя по вони, ты рыбный филин! Ты не моего рода! Нифига качели эмоциональные, сначала орет че-то про «не Чистого», потом вспоминает, что надо быть вежливым, а потом его снова кроет. Фф мозгам. Неуравновешенный… — Это так, но я говорил о роде в широком смысле. Мой Глауксов долг распространяется на всех сов, независимо от их происхождения. Клудду повезло, что Саймон такой добряк. В ответ Клудд угрожающе ухнул и снова закрыл глаза. — Если собираешься на охоту, учти, что мясо я люблю гораздо больше, чем рыбу. Полевка будет как раз кстати. Наглость — второе счастье. Напоминает, как Клудд просил у матери целую полёвку? Хе. Наконец-то, о нём заботятся. Жаль, что ему похую. — Очень хорошо. Постараюсь тебе угодить. Уверен, как только подкрепишься, ты сразу почувствуешь себя лучше! Клудд ответил ему злобным взглядом, но промолчал. Вот это та его привычка из детства, когда приходилось сдерживаться и он одаривал родителей этим злобным взглядом. Кто забыл — милости прошу в первую часть анализа. «На твоем месте я бы не был так уверен в чем-либо, если это касается меня! Глаукс Великий, что за уродливая сова — башка плоская, оперение какое-то гнусное: серо-бело-бурое! Ушные хохолки тоже под стать — до того редкие, что смотреть противно! В жизни своей не встречал более безобразного рыбного филина!» Думаю, Клудд и сам знает, что он урод и калека, но эти его внутренние переживания нам никогда не покажут, зато покажут, как он обсирает других, что, очевидно, уверенная в себе сова делать бы не стала☝. Да, Клудд осознает свое уродство, и да, ему от этого грустно (и вдвойне больнее, потому как культ Чистых основан в первую очередь на внешности, а он их сраный предводитель), поэтому он цепляется за чужие изъяны (или вовсе видит там, где их нет), но сам себе он в этом никогда не признается. Однако Клудд счел не лишним разузнать, что это за пилигримы такие. Он никогда не упускал возможность пополнить свои сведения о мире. Да ти ж мой любознательный♡ — Так ты, выходит, пилигрим? Откуда родом? Саймон искренне обрадовался его вопросу. — Из Северных царств. Клудд насторожился. Он знал про Северные царства. Там родился старый Эзилриб, которого он почти схватил и так позорно упустил. А потом из-за него же едва не погиб в последней битве! — Я всегда думал, что Северные царства славятся воинами, а не пилигримами. Короче, не важно, в каком состоянии Клудд, важно разузнать потенциально полезную инфу о врагах!!! — Совы Северных царств неистовы в бою, но разве неистовство возможно лишь в ненависти и боевом исступлении? Нам ведомо неистовство в стремлении к любви и миру. «Глаукс, меня сейчас вырвет! Так бы и отрыгнул в твою уродливую рожу дюжину погадок!» — Понятно, — буркнул Клудд. На самом деле он ничего не понял, но порой приходится быть любезным. Клудд не сомневался, что очень вежливо ответил этой мерзкой сове, от одного вида которой его выворачивало наизнанку. Ну не понимает он етой вашей любви!!! По крайней мере такой, какую имеет в виду Саймон. — Поговорили, и ладно. Думаю, тебе пора на охоту. Принеси мне свежего мяса, только сочного, с шерстью и костями. Мой желудок стосковался по работе, ясно тебе? «А мне самому нужно хорошенько все обдумать!» Северные царства! Стоило уродливому филину обмолвиться об этих краях, как Клудда бросило в жар. Необходимо как следует все обдумать, чтобы не повторить старых ошибок. Как ни крути, а похищение Эзилриба закончилось неудачей. Разумеется, тот план нельзя было назвать грандиозным. Настоящий план Чистых заключался в том, чтобы набрать огромную армию, а потом осадить и захватить Сант-Эголиус, Академию для осиротевших совят. Клудда не интересовал легендарный воитель Лизэ. Ему был нужен мыслитель Эзилриб. Говорили, что он разбирается во всем на свете — от предсказания погоды и природы огня до главных тайн Земли и жизни. Неудивительно, что Эзилриб давно постиг тайную силу крупинок. Старый Эзилриб знал толк в запретных науках, вот почему он был так нужен Клудду! Автор всё за меня сказала: Клудду нужны знания Эзилриба. Клудд все же больной, а не тупой. Да и план с дьявольским треугольником был хорош, просто он не мог предвидеть, что припрётся Отулисса🤓 и всё испортит. Между Чистыми и совами, прилетевшими на помощь старику, разгорелась битва. Но самое ужасное ждало впереди. В одном из спасителей Эзилриба Клудд узнал Сорена, своего младшего брата, которого он неоперившимся птенцом выкинул из родительского гнезда. Забыла отметить ранее, что мне нравится то, что Клудд — это НЕ тот лидер, который прячется за подчинёнными, он в числе первых (то есть вообще первый) лезет на рожон. Он даже в такой мелкой вылазке, где было всего лишь 10 сов, просто следящих за Эзилрибом, присутствовал. Ну типа, Чистые ж не ждали осложнений в лице Стаи Сорена🗿. Задача простейшая: смотреть за дезориентированным стариком и надеяться, что тот с голоду не помрет. Можно было самому не идти. А Клудд все равно лично решил контролировать!!! Интересно, он когда-нибудь отдыхает, кроме случаев, когда он чуть ли не при смерти? Высшие посты в иерархии Чистых могли занимать лишь сипухи, лично прикончившие кого-нибудь из своей ближайшей родни, поэтому Клудд бестрепетно принес братишку в жертву Великому Тито Чистейшему. А, то есть Клудд не просто о присоединении к Чистым думал, он сразу метил на высокий пост.🤔 — Вот и сочная полевка! Крепкие косточки, густая шерстка, все как ты хотел. Смотри-ка, у нее уже полностью отросла зимняя шерсть. То-то будет славная работа для твоего желудка! — ласково ворковал вернувшийся с охоты пилигрим. «Ты тоже станешь для него славной работой!» — усмехнулся про себя Клудд, решив, что как только окрепнет, первым делом прикончит этого мерзкого урода. Его же спасение должно какое-то время оставаться в тайне, так будет спокойнее. Завтра утром, когда кости полевки будут смолоты в порошок, у него уже будет достаточно сил, чтобы убить этого зловонного рыбного филина. Клудд был настоящим убийцей, поэтому умел ждать.

***

Незнакомец был чудовищно огромен, а скрывавшая его черты металлическая маска придавала странной сове жуткий и устрашающий вид. У Мглы тревожно задрожало в желудке, страх медленно пополз по ее телу. Кажется, нужно немедленно лететь к орлам! В этой сове таилось зло, да такое, с которым ей никогда не доводилось сталкиваться прежде! Заслышав приближение пилигрима, Мгла встрепенулась. В следующий миг перед ее глазами взметнулся вихрь окровавленных перьев, и лесную тишину разорвал жуткий визг. А потом все кончилось. Мертвый рыбный филин рухнул на землю. Одно крыло его было вырвано с мясом, а глотка вспорота так, что голова едва держалась на теле. Быстро же он управился. И мощно. Кто-то сомневался в силе Клудда? Можно считать, что филина пожалели, мгновенно прикончив))) Он наверн и понять не успел, че происходит… Когда тьма сгустилась над лесом, огромная сова в металлической маске подняла крылья и одним могучим взмахом поднялась в небо. Желудок пятнистой совы превратился в лед, когда гигантская сипуха в маске опустилась на ветку рядом с нею. Сколько раз Мгле чудом удавалось избежать смерти, неужели теперь она погибнет в когтях этого чудовища? Сипуха повернула голову в ее сторону. Пятнистая сова затаила дыхание. Ей ни разу не удавалось оставаться незамеченной на таком расстоянии. Чудовище мигнуло еще раз. «Невероятно! Он смотрит прямо сквозь меня. Наверное, я и вправду превратилась в туман!» Честно говоря, не думаю, что Мгла так чудно замаскировалась. Ей повезло. Не было никакого чуда — просто Клудд полуглухой и полуслепой. Во первых, монокулярное зрение, во вторых, второй глаз тоже пострадал и, вероятно, видит теперь хуже; но сипуха способна услышать биение сердца полёвки, а то и опрелелить по звуку, какая жирнее — так что Мглу Клудд если не увидел, так услышал бы…только вот ему располосовали ушные отверстия несколько дней назад🗿. Вывод: Мгле повезло наткнуться на инвалида. Когда Клудд взмахнул крыльями и поднялся в ночное небо в поисках своих приспешников, ветка под ним вздрогнула и закачалась. Убийство было совершено, и настало время отмщения. Месть и слава — вот все, что ему нужно. Желудок его трепетал от радостного волнения. В мозгу бился беззвучный крик: Смотрите, радоваться он тоже умеет! Мне это напомнило слова Хайда из мюзикла: «Что за чувство, когда ты живой!; Полон зла и бесконечно живой!». Пел Хайд это тоже после убийства… «Вся власть Клудду!!!» Я лучше не скажу, так что опять (всего лишь второй раз! Стараюсь всё рожать сама, но иногда не могу сформулировать!) рандом вырезка из статьи: «Стремление все контролировать — защитный механизм психики, называемый в психологии «контроль всемогущий», под которым, как правило, скрываются глубинные страхи. Все всемогущество контроля на самом деле направлено на то, чтобы избежать ощущения беззащитности или беспомощности.» (С «контроль всемогущий» хихикнула») (Ранее я уже отмечала, что Клудд чувствует себя незащищенным, снова к этому пришли) + «Так, например, нарциссы желают самоутвердиться, им важно знать, что они лучше всех на свете. И для них станет настоящей трагедией, если вдруг окружающие усомнятся в их идеальности, узнают о слабостях и недостатках.» — во во во, вспоминаем первую часть анализа, где Клудд цеплялся за любую мелочь, лишь бы доказать родакам, что он лучше брата/сестры.

***

Его собственный, его родной брат поклялся убить его! А что, если бы не родной брат хотел тебя убить, было бы менее страшно? Запомните, кровные связи ничего не значат. Клудд не должен был любить братасестру априори!!! Аргумент «ну выжэ родня» для даунов.🤡 Сорен часто думал об этом. Днем и ночью его преследовал образ Клудда, улетавшего прочь в своей плавящейся металлической маске, дико визжа на весь лес: «Смерть Нечистым! Смерть Сорену!» Клудду бы польстило то, что он стал навязчивым страхом для Сорена и Эглантины (упоминалось ранее)… «Мой родной брат. Мой родной брат стал Металлическим Клювом и поклялся убить меня!» Не завидую)))

***

Сова повернула голову и подставила свой обезображенный голый лицевой диск резкому ледяному ветру. 'Наслаждается' ветерочком (ветрищем нахуй), че ж еще? Хз, приятная мелочь, Клудд всем кажется безликим злом (для пущего эффекта его внешность даже ни разу не описывается, ничего подробнее слов о его белоснежном лицевом диске мы не получим), но он вообще-то жив и чувствует, как и все, такие обычные вещи, как холод. Зачем еще автор уточняла бы это. На графоманку она не похожа, книги у нее короткие и читаются быстро. Мы жэ смысол ищем, че она, просто так сказала про рожу на ветру??!!??! Прилаживая металлическую маску к изуродованному диску Клудда, она вдруг ясно почувствовала, что этот страшный воин совершенно не похож на всех тех, с кем ей доводилось встречаться. Начать с того, что он все время молчал. Это молчание было тяжелее металлов, которые она плавила в своей кузне. Но было кое-что пострашнее молчания. Полярной сове вдруг отчаянно захотелось, чтобы страшный калека заговорил. Она должна знать, что он задумал. Молчит, потому что много думает!!! Погружен в себя, короче. Зато лишнего не сболтнет, в отличие от Зверобоя. А еще, можно приплести нарушение личных границ, упоминаемое ранее!!! Щас я опять спизжу фразу з тырнета: «Если чужой человек нарушает ваши границы, то возникает желание не отвечать и защищать личностноне пространство безмолвно. Излишнее молчание возникает при стрессе. Человек погружается во внутренний мир, страдает и терпит (ну да я сто раз писала, что Клудд ахуеть как сильно сдерживается)». — У нас с Верховным Тито один размер, представляешь? То, что подходит мне, подойдет и ему. — Зверобой явно хотел поболтать. Он даже извинился перед совой за недавние побои. «Приказ есть приказ», — вздохнул он и шепотом прибавил, что всегда был неравнодушен к белым совам. Это он типа такой милый и болтливый для контраста с Клуддом или просто наебатель.3000? И нам так часто в лицо пихают огромность Клудда, а тут БАЦ — как удобно! — Зверобой одного с ним размера.? Или имелось в виду, что только ноги, раз уж тут ему боевые когти подгоняют? 🗿 Пожалуй, буду верить в последнее. Кстати, Зверобой показался мне каким-то восторгающимся тем фактом, что у них с Клуддом один размер, фанатка прям какая-то!!! А поболтать ему, видимо, хотелось, потому что с Верховным Тито сильно не попиздишь, молчаливый хрен.

***

Друзья решили остаться в дупле еще на один день. К полуночи дыхание у Сорена стало неровным и хриплым. Каждый вдох давался ему с трудом. Это типа параллель такая, Клудд и Сорен, по великому совпадению, зализывают раны в одном и том же дупле, типа вот Клудд гандон, а Сорен хороший!???? Вон, Сорен даже также в бреду мечется, как Клудд. Ну, хуйня параллель, вот че я скажу! — Не верю своим глазам… Гортензия, Гром, Зана. Все здесь… Все живы. — И ты тоже! — всхлипнула Гильфи. — Ты жив, Сорен! Жив. Ну ладно, раз уж проводим параллели: а вот выздоровлению Клудда никто не радовался! 🤣 Ммммм, да и друзей у него нет. Боже упаси Зверобоя другом обозвать. Или Ниру. Сорен моргнул. Каждый раз, когда Гортензия упоминала о смерти доброго пилигрима по имени Саймон, он готов был провалиться сквозь землю. Наверное, это он виноват в его смерти! Если бы он не изувечил брата в той битве, Саймон бы никогда не встретился с Клуддом и не стал бы спасать его от смерти! Да! Ура! Давай, Сорен, начинай винить себя в том, что вытворяет Клудд. Он будет рад) И вообще, все проблемы от того, что Сорен родился. Нет тени без света!!! Выводы: Сорену нельзя было рождаться!!! Не зря он меня бесил. Смерть Сорену!!! Смерть нечистым!!! Клудд сидел на верхушке самого высокого дерева в бухте Глаукса. Рядом с ним была Нира, прекрасная белоликая сипуха. Она не сводила глаз с Верховного Тито. Наконец-то он принадлежал ей. Вместе они будут править всем совиным миром — не только южными лесами, но и далекими Северными Царствами. Ну вот, мы дошли до главной пэдофилки всея фд. Да тут с первых строк ясно, что она одержима Клуддом. Да и в смысле «принадлежал»?! Нихуясе! Собственница! Нира обратила внимание на Клудда еще в ту пору, когда тот был птенцом. Да, она старше своего избранника, но какое это имеет значение? Не такая уж между ними большая разница. Она была совсем юной, когда стала подругой прежнего Верховного Тито. Страшно, очень страшно. Не побоюсь сказать, что один пэдофил породил второго. Лааадно, отличие всё-таки есть — Нира ведь не потеряла интерес к Клудду, когда тот вырос. Но выращивать себе мужей (и жён) какби…немного…незаконно? Аморально? Не знаю, ну вы поняли, о чем я. Типа. Нира встретила ребенка. Взрослая Нира! Встретила еще даже не полностью оперившегося птенца! И решила: о да, мы с ним потрахаемся и детишек нарожаем! Ну… Нира заметила Клудда, когда вместе с другими сипухами пролетала через Лес Тито, возвращаясь с очередной вербовки сторонников Чистых. В глазах этого птенца было нечто особенное… многообещающее. Да-да, она сразу поняла, что из него выйдет толк! Старый Верховный Тито не мог править вечно. Нира была уверена, что после его смерти только она сможет возглавить дело Чистых. Одна из тактик пэдофилов для заполучения доверия ребенка, к слову — показать ему, что он особенный!!! Клудда еще и родители не долюбили и внимания не додали, такого ребенка подцепить легче лёгкого. Иии, я сейчас снова вставлю что-нибудь из статейки, вдруг вы мне не верите, а гуглить вам лень, так я это за вас сделаю: «На первом этапе педофилы засыпают ребенка комплиментами, всячески его хвалят и выделяют среди остальных. Ребенка легко подцепить на этот крючок, если что-то из перечисленного ему недодают родители. Причем первый этап может длиться от нескольких дней до нескольких недель, а может занять всего один час! (добавим к этому тот факт, что маленький Клудд смотрел на Чистых с неким восторгом, так что их мнение (читай: мнение Ниры) очень быстро стало авторитетным)»; «На втором этапе происходит сближение педофила с ребенком за счет приобщения к какой-либо тайне. Это может быть совместный просмотр порно, массаж и прочие запретные вещи, о которых не хочется рассказывать родителям.» — в данном случае тайной являлись сами Чистые и их ритуалы — очевидно, убийство других сов входит в категорию запретных вещей для семьи Клудда…; «На третьем этапе происходит самое страшное — близость. К этому этапу ребенок сам может «влюбиться» в педофила» — ну, у Ниры получилось — хотя Клудд, по-моему, влюбился в неё еще на первом этапе. Но ей нужны были наследники, гнездо никогда не должно пустовать. Очень скоро все совиные царства заполнят сипухи, чистейшие Тито Альба. Так оно и будет, когда они захватят остров Хуул. Именно на этом острове, в ветвях Великого Древа Клудд с Нирой устроят свое первое гнездо — гнездо с яйцами! Уже весной юные Чистые появятся на свет. Ах, при одной мысли об этом у нее начинала кружиться голова! Так! Клудду на данный момент год и несколько месяцев; сипухи ирл начинают размножаться примерно в год, но те сипухи и живут-то не столько, как книжные…и даже ПОЗЖЕ, когда Стая второй раз встречает тупиков, Сорен говорит, что им еще рано иметь детей; у Клудда на тот момент (трах и) яйцо уже сто лет как было (и разбилось). То есть, по канонам нашего мира, ему уже пора размножаться, но по канонам книжного мира он вступил во взрослую жизнь ДОХУЯ РАНО. В таком случае, полагаю, верить надо канонам книги? Ну типа…получается, это всё равно, что у человека в 16 лет первый ребенок умрет, а в 18 лет уже и второй родится. Клудд тоже не мог отвести глаз от своей подруги. Черные глаза его ярко блестели в прорезях маски. Нира видела, что он очень взволнован. — Скоро, любовь моя, очень скоро. Зимовеи скоро утихнут, — проворковала она. Но Клудд думал о своем. Конечно, у них будут яйца. Но сначала придет смерть. Смерть брата. Они с Нирой тщательно продумали все детали, как когда-то, почти год назад, спланировали убийство бывшего Верховного Тито. Прекрасные были деньки, есть что вспомнить! Как он был счастлив тогда, наконец-то вырвавшись из-под опеки своей жалкой семейки! Видали, как он много умеет чувствовать!!! Вон, даже счастливым бывает!!! Короче, Чистые его на раз-два подцепили, дома всё хуиня, тут резко запреты спали + на это наложилась детская восторженность (балииин у ниих боевые когти и красивая женщина, нифига какие они крутые! И не такие нудные, как родаки!). С самых первых дней своего появления на свет Клудд понял, что родился в неподходящей семье. У него не было ничего общего с родственниками. Они были слабы и глупы, он — отважен и силен. У них в голове не было ничего, кроме глупых старых сказок. Все то, о чем я говорила ещё в первой части, подтвердилось, могу себя поздравить. Отец был просто помешан на легендах о древних царствах. Кажется, его прабабка даже принимала участие в битве Малого Хуула и потеряла в бою глаз. Однако родители Клудда не унаследовали боевого духа своих предков. Они могли говорить только о мире. Дошло до того, что Клудду запретили даже упоминать о боевых когтях! Из-за этого у него с отцом произошла первая серьезная стычка. Знакомо? Главная ошибка родителей — нихуя не рассказать и вообще запретить обсуждать! Типа от этого интерес ребенка не возрастёт раз в сто.? Ну это как родаки до последнего табуируют тему сексов и трахов, а потом у них дети в 12 ебуца (и судя по тому, что я писала чуть выше, это Клудда тоже коснулось). Запретный плод сладок, все дела… Это случилось вскоре после рождения Сорена. Клудд увидел пролетавшую мимо гнезда сипуху в боевых когтях. Никогда в жизни ему не забыть того, как сверкали они на фоне зеленой листвы деревьев, под ярким летним солнцем! Клудд был просто ослеплен. Желудок у него затрепетал от восторга, совенок испугался, что сейчас выпадет из дупла и шлепнется наземь. Несколько дней он только об этом и говорил. Клудд просто не мог понять, почему отец не хочет полететь к кузнецу и заказать такие же прекрасные когти. Я что-то не вижу, чтобы Ноктус попытался ему объяснить…боги, хорошо, что Сорен быстро из дома свалил (ну да не по своей воле ну и чо!!!), иначе под их воспитанием он вырос бы таким же тупым. С этого ракурса Клудд — спаситель!!! пхпххпхп В один прекрасный день, когда родителей и миссис Плитивер не было дома, над дуплом пролетели несколько сипух — огромных, сильных птиц в полном боевом облачении. Мне нравится, что Клудд запомнил день, в который взрослых дома не было и в который он встретил Чистых, прекрасным. Показательно. Я сама каждый раз шугаюсь, когда кто-то домой возвращается. Одной спокойнее и свободнее. А Чистые на тот момент для мелкого Клудда стали олицетворением свободы. Среди них была и Нира. Сипухи остановились поболтать с Клуддом. Он не мог отвести глаз от их сверкающих когтей. Эти птицы не морочили ему голову скучными сказками. Они рассказывали о лесах, которые захватили, и о мелких правителях, которых отправили в изгнание или убили. Нира… Никогда еще Клудд не видел такой огромной и красивой совы. Белоснежные перья ее лицевого диска были настолько плотными, чистыми и блестящими, что казалось, будто красавица несет на голове луну. Ай, его первая влюбленность! И последняя.и в такую эбанутую! Зато какую! Позже Клудд узнал, что у Ниры тоже есть своя легенда. Рассказывали, будто бы она появилась на свет в час лунного затмения, поэтому была названа Нирой, в честь легендарной совы из старинных преданий, родившейся в такую же грозную ночь. Поговаривали, будто в ночь рождения Ниры луна сошла с небес, чтобы засиять на лице юной новорожденной. Если птенец выклевывается в ночь лунного затмения, дальнейшая его жизнь определяется пророчеством. Порой оно бывает добрым и дарует величие духа, но иногда может быть страшным и породить настоящее зло. Так случилось и с Нирой. Она была зла и порочна, насколько может быть порочна сова. Едва увидев Клудда, она сразу поняла, что он отлично подойдет для царства Чистых, о котором она столько мечтала. Нуу, сами себя они не считают злыми и порочными. Да и что есть порок? Вон, стражи тоже убивают; глав герои убивают (и пример совершенно ненужного убийства я уже приводила. А далее Эглантина вообще успеет яйцо разбить, лол); да все убивают! И все разумны по книжным канонам. Где граница? Че, одним можно, другим нельзя? Мы просто находимся со стороны Стражей, а будь гг Клудд, мы бы смотрели на все глазами чистых, верили бы им, замечали бы лицемерие Стражей. А будь гг какая-нибудь ворона, мы бы вообще всех сов поносили! А будь гг — полевка? Тоже мне, зла и порочна. Судя по ее скудной (увы нам мало поведали) предыстории, она еще и такая же травмированная. Очень рано стала женой прошлого Верховного Тито. Странно, что до сих пор детей не было. Неужели ему наследники не были нужны? Или дети уже были, но факт скрыт? А может Нира их вообще ненавидит, прикиньте, вас в 15 (а то и раньше) замуж выдадут и выебут, а ваши дети своим существованием будут вам об этом ежеминутно напоминать. Ну это так, размышления. Она сразу увидела, что в желудке этого птенца с рождения бушует кровь и кипит ярость. Нира, не откладывая, рассказала о необычной сипухе Верховному Тито. Вместе они решили дождаться, пока совенок встанет на крыло, а затем испытать его первой церемонией Чистых. Церемонии Чистых не имели ничего общего с семейными торжествами обычных сов. И даже с учетом этого Клудд почувствовал себя НУЖНЫМ именно с Чистыми, а не со своей недо-семьёй. У большинства сов каждый шаг на пути превращения из птенца во взрослую птицу отмечался соответствующей церемонией: например, Первого мяса на шкурке, Первой косточки, Первого полета. Церемонии Чистых служили для испытания верности и свирепости. Иногда проводились даже особые проверки жестокости. В глазах Чистых боевое исступление стояло выше всех других достоинств. Чистые принимали свирепость за храбрость, поэтому мягкосердечной сове не было места в их рядах. На первой церемонии Клудду приказали убить домашнюю змею из соседской семьи. Ну, это вообще и близко не страшное задание? Совы же едят змей. То, что малое количество сов решили так не делать — хуита…почему Клудда это должно волновать? Затем ему велели сойтись в битве с совой — разумеется, не принадлежащей к сипухам, — и тяжело искалечить ее. Для этой цели выбрали мохноногого сыча. А теперь они стирают границу. Раз можно убивать змей (помните, они разумны), можно и сов. Почему нет? Змеи тоже разумны в канонах книги. Че, их можно, а сыча нельзя? Да всё можно! Никаких тупых запретов! На глазах у Ниры и Верховного Тито Клудд продемонстрировал невиданную прежде жестокость, показав себя умелым и безжалостным убийцей. Последняя церемония обычно считалась самой трудной. Новичок должен был принести в жертву одного из членов своей семьи. Раз уж сыча можно, хули брата нельзя? Да тоже можно! Мечты сбываются! Однако Клудд был давно готов к такому делу. Он ненавидел своего брата с момента, когда тот появился на свет. Клудд потрохами чувствовал, что родители любят Сорена больше, чем его. Сорен был похож на отца. Он был послушным совенком, обожал старые сказки и совсем не интересовался боевыми когтями. Он выводил Клудда из себя. Выбросить его из гнезда было самым приятным заданием. Вот опять! Очередное подтверждение моих слов из первой части, вдруг кто-то сомневался в моей правоте!!! Я уж не знаю, че писать, тут всё за меня сделано!!! Клудд был уверен, что брат погиб. Беспомощный птенец, очутившийся ночью на земле, неизбежно должен был стать лакомой добычей первого же хищника: еноты целыми ночами бродят по лесу, вынюхивая неоперившихся птенцов и выпавших из гнезд малышей. Утром под деревом было пусто, и Клудд окончательно успокоился, решив, что брат стал их добычей. Ему и в голову не пришла мысль о Сант-Эголиусе. Тем сильнее было его потрясение, когда Сорен, живой и невредимый, прилетел в Амбалу спасать Эзилриба из Дьявольского Треугольника. Самое удивительное, что младший брат был преисполнен боевой ярости, ничуть не уступавшей ярости самого Клудда. Ну вот, теперь попробуйте мне доказать, что они не похожи!!! Но всё осуждение почему-то только на Клудда обрушено! Не вижу осуждения его тупых и слепых родителей, не уследивших за сыном и махнувшими крылом на все тревожные звоночки. Не вижу осуждения миссис Пи, она ведь сидела с детьми, значит тоже несла за них ответственность. Никогда еще Клудд не был так шокирован. Никогда еще его ненависть к брату не была так сильна. Он вообще никогда не испытывал подобной ненависти! Даже тогда, когда сражался за Ниру с прежним Верховным Тито и в бою потерял глаз. Спустя четыре книги мы наконец выяснили, что глаз он потерял очень рано…но… никаких его душевных терзаний по поводу того, что он очень, ОЧЕНЬ рано стал инвалидом, мы, конечно же, не увидим, из-за чего можно подумать, что это на него никак не повлияло!!! Но он не бездушный и не безэмоциональный, это я тут и доказываю!!! Не дайте себя обмануть!!! Представьте, каково ему было! Каково подростку лишиться глаза??? Ну, зато Нира его любит… Но даже став калекой, для Ниры Клудд оставался прекрасным. Она любила Клудда гораздо сильнее, чем родители. Для нее он всегда был хорош, что бы ни сделал. Велика и могущественна была ее страсть, делавшая Клудда еще сильнее. Хорошо, что хоть кто-то любит его безусловно. Да, любовь больная, ну так другой ему никто и не дал? Зато даже травмированные психи ее познали!!! А еще уродство Клудда — гарантия того, что он не уйдет от Ниры. А-ля никому больше такой не нужен, никто, кроме меня, тебя не вынесет!!! Так, стоп, я не пойму, я доказываю, что это плохо, или что это хорошо…? Да никак, не важно, хорошо ли, плохо ли, важно, что это мне знакомо. Когда настолько боишься, что тебя кинут (и естественно, не хочешь этого), что будешь рад, если человек станет инвалидом и не сможет от тебя убежать!!! Порой Нира нараспев произносила строки на древнем языке Северных царств, откуда была родом. Она читала ему своим прекрасным, ритмичным голосом: Erraghh tuoy bit mik in strah Erraghh tuoy frihl in mi murm frissah di Naftur, regno di frahmm. Erraghh tuoy bity mi plurrh di glauc E mi't, di tuoy. Клудд знал, что означают эти полные страсти слова: То есть когда-то, когда она произнесла их для него впервые, она еще и перевела. Очень мило. Правда мило. Можете представить эту сцену? Сидят они вдвоем, Нира что-нибудь рассказывает о своем родном языке… Пусть пребудет твоя ярость яхонтом в моей короне, Пусть она меня сжигает жарче пламени Нафтура, повелителя пожаров. Пусть в крови моей бушует твоя ярость днем и ночью, А моя пускай наполнит твои жилы, мой любимый. Мило! И даже как-то интимно. Чудно! С ударением на «у». Я даже завидую. Мне таких слов никто не скажет. Стоило Клудду вспомнить эти слова любви и ярости, как он чувствовал, что ничто и никто на свете не в силах встать у него на пути — ни сова, ни царство, ни Великое Древо. Очень скоро он провозгласит свою власть над островом Га’Хуула. Зимовеи заметно пошли на убыль. Утром начнется Великая осада. Вооооу. То есть, Нира даже знает, как придать ему уверенности. И работает ведь. Блин, это родители должны были научить его верить в себя, а не эбанутая женщина. Поитогу эта женщина справилась лучше, чем они…фу, плохие родители!!!

***

Ведь мы сражаемся за доброе дело — задело милосердия, свободы и веры в то, что ни одна сова не может быть лучше другой исключительно по праву рождения, происхождения или виду оперения. И вот опять: все равны, но кто-то равнее. Стражи рассуждают так только о совах. То же самое, что и у Чистых, только чуууууть глобальнее. Других птиц они поносят (что уж говорить о животных), себя считают верхом эволюции, бла бла бла. На кого похоже? На Чистых…

***

Слова Клудда вновь прозвучали у него в ушах: «Попался в собственную ловушку». Интересно, что за сипуха была рядом с братом? Какая красавица! Я щас умру. У Сорена и Клудда одинаковые вкусы? Аххпхапх ну, или так, или Ниру красавицей считают вообще все. Или это на контрасте с Клуддом? Он такой урод, как это рядом с ним такая женщина!

***

Клудд с восторгом смотрел на свою подругу. Она родилась в Северных Царствах и отлично знала здешние шторма. Ее было не удивить неожиданными переменами ветра, порождающими смертоносные вихри и воздушные водовороты! А еще именно она подсказала Клудду, что с этой стороны острова они встретят самую слабую оборону и легко добьются успеха. С восторгом! Все видели? С восторгом!!! Сколько разных чувств Клудд нам уже продемонстрировал. Даже если любовь у Клудда и Ниры не очень здоровая, она точно крепкая. Да блин, у них страсть и всякие сильные чувства, бывающие лишь поначалу, даже спустя год не утихли. «Надо лишь дождаться подхода наемников». От этой мысли желудок Ниры радостно встрепенулся, и она с сияющими глазами обернулась к Клудду: — Пусть мы проиграли первую битву, любовь моя. Зато мы выиграем войну! Вот вы каждый день своих жен/мужей называете «любовь моя»? Нира гордится тем, что он её, тем, что она его любит. Ей никогда не надоест, и после его смерти тоже!!!

***

Туман на миг расступился, и лунный свет вспыхнул на сверкающей поверхности металла. Это был Клудд. Его выкованный из металла лицевой диск слепил глаза, будто лучи света прорезали ночь. Совиные глаза привычны к темноте, а не к такому яростному, неистовому блеску: на него было невозможно смотреть. Интересно, им так и было задумано, что он будет слепить врагов, или это случайно вышло? Однако хорошо вышло. В темноте мелькнул раздвоенный разноцветный язычок — и Зверобой, сложив крылья, камнем рухнул в воду. Как только микроскопическая капля змеиного яда проникла в его кровь, черные глаза Зверобоя мгновенно стали багровыми. — Нира, спасайся! — завизжал Клудд. И завершим мы третью часть и четвертую книгу на этом маленьком моменте беспокойства Клудда за Ниру.