Портрет пирата

Что для человека значит искусство? Не погружённый в этот дивный фантастичный мир вряд ли сможет дать хоть какой-нибудь ответ. Право, для него это лишь бесполезная трата денег и времени, но сегодня мы, так и быть, приоткроем завесу тайны, поведав вам пару секретов. Не станем тянуть: искусство - это жизнь. При этом, пожалуйста, не путайте, ведь не каждая жизнь будет являться искусством! Оно нежно и трепетно, хрупко, как непокорный мрамор под рукой творца. И ему стоит быть достаточно терпеливым, чтобы холодный камень впитал в себя все эмоции, став по-настоящему живым. То ли музыка - рай для ушей, а настоящий ценитель сможет изобразить её на своём холсте без особенного труда. Хрупкая девушка по имени Флейта, или же плечистый Контрабас, они смогут явить всю свою прелесть даже полностью глухому. И, когда горячий летний ветер мешал ароматы благоухающих садов и солёной морской пены, а солнце нещадно жарило крыши домов и выложенную камнями дорогу к набережной, по которой изредка проезжали кареты или королевская гвардия на своих жеребцах -  отчего-то их появление стало значительно чаще, - темноволосый юноша сидел на террасе в гордом одиночестве, допивая свою утреннюю чашку кофе. Серые глаза угрюмо смыкались от недосыпа, да и весь его лик создавал впечатление весьма умелой гравюры: бледная от небывания на солнце кожа, чёрные, с белыми концами, как художественные кисти, коих у него было полно, волосы и тёмное одеяние. За ним плотно укрепилась легенда о художнике, картины которого выпивают из их создателя краски, но Рюноске на такое лишь посмеивался и кивал с присущим ему хмурым прищуром. Но шлёпающий звук шагов, с огромной скоростью приближающихся к нему, заставил невольно поднять голову. Серые глаза, запылённые усталостью, на миг встретились со столь очаровательными голубыми, что одновременно и море, и небо блекли на их фоне. Обличённый в объёмную блузу с жабо, корсет и предназначенные для мореплаваний брюки, мужчина сперва походил на коренного англичанина, но всю надутую пышность образа испортила вода. Она струилась по волосам, прозрачными каплями замирая на ресницах, слипшихся ёлочкой, заставляла одежду липнуть к телу, без стеснения намекая, что рыжеволосый незнакомец был широкоплеч и не обделён силой, в отличие от роста. Акутагава так и замер с чашкой, поднесённой к губам, пока пробегающий направлялся в его сторону и, вдруг подпрыгнув, уцепился за балкон, начиная забираться внутрь. Это словно вывело художника из оцепенения. - синьор, это ведь мой дом! - но наглеца и след простыл, он уже был внутри, пока солнце, словно сговорившись с ним, высушивало лужицы на дороге. Кофе тонкой струйкой растеклось по белоснежной скатерти, вырисовывая причудливые узоры, похожие на волны и корабли, пока каблуки туфель цокали по мраморной лестнице по направлению к квартирке на втором этаже. Рюноске ворвался в свои временные владения, хлопая дверью, и чуть не врезался грудью в остриё кинжала. Он робко втягивает воздух, перебегая глазами с этого черезчур настырного незнакомца на кинжал и обратно, всё ещё не решаясь подать голос. За окном раздался лай собак и стук лошадиных копыт по мостовой, по звукам конница разделилась, и, кажется, эта новость отвлекла вторженца достаточно, чтобы Акутагава ударил по руке первым, что нащупал, чем оказался зонт, и подобрал выпавшее оружие с пола. Обращаться с ним он не умел, но так чувствовал себя хоть немного увереннее. Незнакомец, судя по смешению эмоций на изящном лице, не ожидавший такого выпада от простого гражданского, потерял весь свой боевой пыл и сделал два шага назад, поднимая руки вверх и одновременно прислоняя палец к губам, словно пытаясь сказать этим "ты победил, только не шуми". Выражение изумления в глазах Рюноске быстро сменилось пониманием. Боялись не его, а гвардию за окном. Это придало чуть больше уверенности, ведь стоит ему только крикнуть, как вся эта ситуация закончится для рыжего не так безопасно, как он того желает. - что им от вас нужно? - он спрашивает шёпотом, пытаясь скорее понять, требует ли ситуация немедленного вмешательства гвардии, или же это очередной неугодный королю поэт, своими броскими словами навлёкший на себя же его несправедливый гнев. Во втором случае, конечно же, Акутагава отпустил бы его без раздумий. Его мысли прерывает довольно резкое высказывание. - моя голова, очевидно. - он неохотно отвечает, пока озирается в сторону окна, где не смолкают шаги. Насквозь мокрые рыжие волосы медными волнами обрамляли лицо и плечи, создавая ну просто ангельский вид, что так не вязался с поведением. Рыжий, вероятно, хотел добавить что-то ещё, но его прервал стук в соседнюю квартиру. Они начали обыск.. Он был заперт в этом маленьком помещении, больше походившем на свалку, хозяин которого может сдать его при любом из всех возможных выходов. Он метнулся в ближайшую комнату, но там кроме кровати, платяного шкафа и комода с большим зеркалом не было, на кухне и в ванной так же негде спрятаться, ещё и этот вездесущий хозяин, что движется по пятам бесшумно, словно тень, хотелось прикрикнуть на него, но привлекать и без того вот-вот грядущих гостей не хотелось. Они вновь вернулись в коридор, к тому моменту Рюноске уже успел считать на лице рыжего мысль бросить всё и сдаться. - если вы покончили с осмотром моей мастерской, можете спрятаться в кладовке. - бледная рука аккуратно указала на нечто, похожее на дверь, точно по швам заклеенное обоями. Стоит признать, заметить её было почти невозможно, особенно после того, как вход с лицевой стороны за ним завалили бесчисленными холстами. Рюноске, всё ещё обеспокоенный своим решением, убрал тряпкой мокрые следы на полу, возвращая тронутым вещам их былую небрежность, и придвинул ближе один из свежих холстов, словно в ближайшее время он был невероятно занятым, пусть и закончил эту картину на закате прошлого дня. Он умело лгал, делая комплименты заказчикам, но никогда не соглашался лукавить краской. Враньё на холсте было для его души отравой, а в жизни.. Что же, он и сам не очень-то уважал гвардейцев так что хуже уж точно не станет. Стук в дверь прервал его раздумия. - просим немедленно открыть! Опаснейший преступник был замечен рядом с этим домом, мы хотим убедиться в вашей безопасности! Опаснейший? Акутагава размышлял, нарочито громко подходя к двери. Интересно, что же этот рыжий красавец такого натворил? Он не всматривался в мелкие делали, или, возможно, сейчас выкинул их из головы, чтобы уверовать в правильность своего поступка, ведь всегда был крайне внимательным.. И всё же, не стоит отпускать возможность того, чьё имя в последних событиях он так и не удосужился спросить, причастности к высшего рода криминалу. - в чём дело? - стоило двери распахнуться, как из-за неё высунулась рычащая собачья пасть, мгновение спустя заходящаяся в таком душераздирающем лае, что он и понять не успел, как замер в ужасе, тут же обмякая словно тряпичная кукла, потерявшая всякую опору на держащего её человека. Пришёл в себя он, уже лежавший на софе. Руки и ноги ощущались вяло, глаза открывались тоже через неохоту, да и головокружительные боли в затылке после удара.. Ох! Его придержали за подбородок, поднося к высохшим бледным губам сосуд, и Акутагава уже готов был вкусить животворящей воды, как вдруг горло одало обжигающе-едким привкусом алкоголя. От неожиданности он вскочил, выплёвывая сию минуту эту дрянь, но позже из-за головной боли пришлось опуститься. - ни в жизнь не поверил бы, что я выгляжу настолько плохо для столь дешёвого пойла..  - прошептал он с видом человека, оскорблённого до глубины души. Интересно, должен ли он спросить, откуда у служащего в рабочее время с собой водка, ещё и не первого качества? Впрочем, что-то подсказывало, что злить их сейчас будет совершенно невразумительно, да и куда лучше узнать, что за опаснейшего преступника он скрывал. По такой жаре от открытого окна не было толку, зато оно хотя бы не разбито, чему уже можно порадоваться, так что свежий ветерок теперь преспокойно разгуливает по комнате, помогая ему прийти в себя. Акутагава невольно подтягивает ноги на софу, стоит этой собаке подбежать к нему снова, обнюхивая воздух вокруг, но ничего не обнаружила. Могла бы она думать должно быть, задалась бы вопросом о смысле своей работы. Ну в каком же домике у моря не пахнет морем? - а.. Кто он вообще? - Акутагава осторожно опустил руку на мохнатую голову, морщась, когда собака довольно заурчала. Кажется, ей он понравился, жаль только, взаимности у них не будет. - Фридо? - гвардеец, обязанный во время обыска сопровождать хозяев дома, кивнул в сторону животного. Собака весело гавкнула, из-за чего юноша мигом отдёрнул руку, будто бы ожёг её только что. - нет, тот преступник.. Вы сказали, он особо опасен, неужели беглый серийный убийца? Я всё же хотел бы обезопасить себя, работая тут, если есть такая возможность.. Акутагава окинул взглядом свои картины, до сих пор не решаясь подниматься, а во рту пересохло, и лучше пока не становилось. Делает ли он правильный выбор, идя против общей безопасности? Лишь по его наблюдениям рыжий был одет богато, но не очень-то чистоплотен, хотя от него не пахло ничем кроме морской пены.. Это не наводило не на какие мысли кроме странствующего путника благородных кровей, но тогда его не искали бы так тщательно, верно? - он пират из Франции. Серые глаза тут же недоумённо распахиваются, а сам юноша не может сдержать удивлённый кашель. Да, именно удивлённый - плеврит пробыл с ним так долго, что Рюноске научился забавы ради передавать таким образом эмоции и даже короткие послания азбукой Морзе. Гвардеец не спешил с объяснениями, давая ему возможность всё как следует обдумать. Акутагава только кусает себя за язык: чёрт, а ведь он думал, что тот незнакомец - англичан! Было ли это всем, что его волновало? К сожалению, да. Юноша не мог думать ни о чём, кроме как о рыжем пирате, чьи голубые глаза светились ещё пуще неба и морского бриза.. Ох и ах! Он безумно хочет запечатлеть его хотя бы раз, с теми же мокрыми кудрями, каплями солёной воды на лице и прилипающей к стройному жилистому телу рубахой! Пришлось закрыть глаза, прикрывая лицо рукой и укусив губу. Не хватало ещё, чтобы кто-то посторонний видел, что с ним происходит.. Акутагава нашёл музу. Своего покровителя, свою отраду, того, чей бессмертный лик он готов писать дненно и ночно, пока не изотрёт о холсты все грифели, кисти, а потом и пальцы. Вся его жизнь словно разделилась на "до" и "после", и он понимает это, скрывая от гвардии иностранного преступника, господи! Хотелось рассмеяться и расплакаться одновременно, но солдат, кажется, смог распознать лишь второе. - мы все разбиты этой новостью, но не стоит волноваться: стража будет патрулировать улицы города до тех пор, пока лёд не скуёт прибрежные воды, заставив корабли замереть, а уж если попадётся шхуна.. - он было замахивается, но Акутагава тормозит его тяжёлым вздохом. - молю, избавьте меня от подробностей. Дураку понятно, что столь низко падший человек, если человек вообще, достоин высшей меры наказания! Говоря это, он резко поднимается с места и, чтобы не упасть, делает несколько широких шагов вперёд. Голова кружится. Юноша снова трёт виски, уговаривая себя не падать, и сообщает, что хочет воды. Это не обязательно, но, всё же, он тут вообще-то пытается в доверие втереться. Гвардеец кивает, чисто ради формальности направляясь за ним. На кухне обыск проводили, кажется, дольше всего, и теперь там ещё больший беспорядок, чем был. Рюноске раздосадованно стонет, замечая, что даже столовую утварь они вытащили из ящиков, зато убрать не потрудились! Хрустальный графин опустошается на шестую часть, и темноволосый жадно поглощает живительную влагу, облизывая губы и вздыхая. Его отпустило. Жар отлил от щёк, и первичное волнение уже не так кружит мысли, хотя стража никуда не торопится. - это займёт много времени? - всё же предпочитая вернуться на софу, где лёгкий морской бриз успокаивал мысли, задал он вопрос. Он немного устал и хотел бы уже поесть, но посторонние беспардонно портили аппетит. - мне нужно работать, и.. - вы рисуете? - пишу. - Акутагава хмурит куцие брови. В жизни он не слышал оскорбления его работы ужаснее. - как видите, спросом пользуюсь. - для заказа от короны место в вашем плотном рабочем графике найдёте? Фактически, это не вопрос. От такого не отказываются, не от ласкающей цены или патриотизма, а потому, что выбора не дают. Не хочешь пристального внимания - делай то, что попросят свыше. Видя его недовольное лицо, гвардеец только хмыкает. Можно подумать, он рад сейчас тут находиться.. Работа - есть работа! - мы хотим расклеить листовки, примерный портрет уже наметили, нужно только скопировать пару.. Скажем, сотен раз. Акутагава только за голову схватился. Вот ведь твари! Нашли, на кого грязную работу свалить! Он что-то неразборчиво промычал, размышляя о том, какое на самом деле неплохое было предложение ему выпить водки, и только больше сморщился. Работы теперь не в проворот.. Хотя, может, этого пирата и запрячь? А что, ему и выходить не надо, и от постоянной работы, кажется, он отлучился.. И всё же стоит для начала имя его узнать. Ни то некрасиво выходит: у них уже общие секреты, с одной стороны даже симпатия проклёвывается, пусть и чисто рабочая, даже живут почти вместе, а имени Рюноске так и не спросил. Как же много с их отношениями случилось за день! Думая об этом, он с трудом подавил усмешку. - куда мне их принести? - он снова оглядывает комнату на предмет чего-то нового, но всё хорошо. Даже этот лохматый Фридо не кажется таким уж страшным, он бы его даже нарисовал. С оплатой, естественно. - может, хотите выпить? Вообще-то, он не часто себе позволяет что-то крепче кофе, но сегодняшнее утро самую малость выбило художника из колеи. - на работе не положено. Я сам зайду через две недели. Рюноске аж присвистнул, когда ему так резко поставили срок раза в четыре меньше, чем он рисовал свои картины обычно. Пусть, это только зарисовка, но не одна - двести! - и всё же вы, военные - злые люди! - шутливо тянет он, ударяя себя кулаком по колену, и забирает волосы за уши. - чёрт с ним, ладно.. При условии, что вы меня в виду не имеете!